Litres Baner
Дело черного мага. Книга 3

Кирилл Клеванский
Дело черного мага. Книга 3

Глава 6

Остановившись перед люком, закрывавшим колодец из того самого японского фильма ужасов, Грибовский с Алексом переглянулись.

– Сейчас будет жарко, Грибовский, – предупредил Дум.

– А то я этого не понимаю, дорогуша. – Поляк достал свой магический револьвер и крутанул барабан.

Если в прошлый раз, когда они посещали клуб “Бездна”, все прошло относительно гладко (если не считать того, что Грибовского едва не отправили на тот свет), то теперь… Теперь годовщина пожара в “Фаллене” была уже позади, ну или впереди – смотря с какой стороны посмотреть, так что…

Так что Алекс оказался один на один с немалым количеством темных существ, которым он успел за свою не самую длинную жизнь перейти весьма узкую дорожку.

Не считая Фаруха ибн Амир Шаха. Этого лощеного араба он вообще дважды обставил и один раз подставил. А Пустынный Шакал заживо освежевывал магов и смертных за куда меньшие промахи в свой адрес.

– Нет, я серьезно, Грибовский. – Алекс мысленно активировал кольцо-накопитель и поймал появившийся из воздуха гвардейский посох черной магии.

Почти полтора метра дерева, выдержанного тринадцать месяцев в крови невинно убиенной, изрезанный самыми разными пентаграммами и символами.

Объект: информация засекречена.

Каламбур, однако.

Дум располагал довольно мощным накопителем черной магии, выданным им самой Гвардией, но при этом та отказывалась расщедриться на военные линзы с расширенным доступом к сети, так что Алекс все еще щеголял в гражданских. А они, в свою очередь, не могли просканировать этот клятый посох.

– Будет жарко.

И в подтверждение своих слов Алекс ударил посохом о землю. Он мысленно потянулся к одному из источников магии, спрятанных где-то внутри его души.

Каждый маг всегда представляет себе это по-разному. Дум слышал от одной ведьмочки, что та видит свою душу как огромную мятую постель.

Нимфоманка… чуть ногтями кожу с Дума тогда не сняла.

В случае с Алексом в роли “кровати” выступала тривиальная темнота, внутри которой горело два огонька. Один темно-фиолетовый с лиловыми оттенками – магия тьмы. А второй – одновременно всех оттенков радуги и при этом багряно-красный. Магия хаоса.

Именно ее Дум зачерпнул и направил сквозь себя и посох.

– Лампочка ходячая, – проскрипел Грибовский и сделал шаг назад.

Учитывая, что вокруг ног Алекса пылало демоническое пламя, это было весьма благоразумное решение.

– Ну, – Алекс выдохнул. Над ним вспыхнула черно-магическая печать. – Понеслась!

Мощный поток тьмы выбил люк, и одновременно с этим Алекс буквально впрыгнул внутрь клуба.

По ушам тут же ударили низкие басы, а ритмичная, стучащая и скользящая музыка тронула ненадолго его ритм бешено стучащего сердца.

Атмосфера здесь была такой же, как и всегда.

Приглушенный свет, создавший мираж едкого полусумрака, который лишь усугублялся дымом от сигарет, кальянов, сигар и трубок, вместе с дым-машинами и прочей атрибутикой.

Свет красных, розоватых и алых софитов пронзал мрак подсводного пространства, но не достигал пола, а застывал где-то посередине, трансформируясь в плывущие над головами танцующих около сцены или пилонов, на танцполах в некие иллюзии самого разнообразного содержания.

От сексуально приоткрывшей рот вампирши до бутылки с дорогим вином, в которой на самом деле плескался вовсе не алкоголь, а сама она при этом больше походила на гитару.

У самих же пилонов, застывших в столбах даже не белого, а серебряного цвета, крутились обнаженные танцовщицы такой красоты и сексапильности, что у неопытного посетителя любого пола могло стать очень жарко в штанах.

И всю эту красоту бескомпромиссной свободы и тьмы вдребезги разбило появление Алекса. С Уилсоном-младшим в правой руке, черным посохом в левой, окруженный пламенем хаоса, он направил первое заклинание в сторону диджейского пульта.

В конечном счете даже сейчас он не мог позволить себе повредить любимое место в этом заведении – дубовую, обшарпанную поверхность стойки бара; высокие стулья на деревянных ножках, несколько автоматов для разливного пива, пару пилонов, суетящихся барменш и барменов, а позади огромное зеркало, заставленное полками с разнообразными бутылками.

Костяной череп, окутанный черным туманом, врезался в стойку с пультами и отбросил в сторону едва успевшего защититься молодого черного мага.

Алекс не обращал внимания на сообщения линз о примененном заклинании. Он и так знал, что это было и сколько УЕМ потребляло.

– СТОЯТЬ! – взревел за спиной Грибовский, обнажая свой гигантский адамантиевый меч и беря на прицел группу оборотней, решивших обойти Алекса с фланга.

– Светр-р-рый! – прорычал один из них. – В пр-рошлый р-р-раз нам помешали.

– Пасть закрой, шпиц-переросток.

Кажется, это был Клайв О’Шонесси – любитель фланелевых рубах и потертых джинсов. Оборотень, которого в прошлый раз Грибовский кинул с прогиба и сломал последнему хребет. А оборотни очень любят свой хребет… и очень не любят, когда смертный светлый швыряет их как щенят.

– Еще один шаг… – Алекс дважды ударил посохом о пол. Между ними с Грибовским и умертвиями, вампирами, оборотнями, черными магами, парой личей и еще тройкой других, куда более опасных темных существ, возникла полоса из огня хаоса. Странно, но с каждым новым столкновением с демонами Дум все лучше и лучше пользовался этим источником. – …и, ночь мне свидетель, я превращу вас в радиоактивный пепел.

– Алекс, магия демонов не радиоактивна.

– О, привет, Валери. Как жизнь? Можно двойной русский чай?

– Я бы сделала, но, – обворожительная барменша развела руками и указала взглядом на мигающую тревожную кнопку.

– Ох… – только и выдохнул Алекс.

После этого ему вдруг как-то резко стало почти нечем дышать. Будто он очутился в жаркий полдень посреди пустыни. А еще тени вокруг заплясали неподконтрольный ему танец. Да и пламя хаоса стало мерцать все тише и тише. Будто тот самый скулящий щенок, оно пыталось выбраться из-под контроля Алекса и забиться в самую дальнюю щель.

– Мистер Думский, – прошелестел песчаный голос, – на этот раз вы зашли слишком далеко.

Из приватной ложи вышел хозяин заведения.

Более известный как властитель сотни джинов, Пустынный Шакал, подчинивший червей, стерегущих врата за Грань, мастер глубин, хозяин черных песков и кровавых вод.

Он выглядел так же, как и всегда.

Черный классический костюм, прямые брюки, из кармана пиджака высовывался треугольник серого платка. Белая сорочка, выстиранная до такого состояния, что в свете софитов клуба она сияла настоящим звездным светом.

Широкий галстук в цвет платка спускался куда-то вниз живота.

Козлиная бородка, ухоженная и чем-то напоминающая гусарскую. Остро очерченные скулы, широкий нос, тонкая полоска вечно сжатых губ и прическа, которая стоила больше, чем рабочие на фабриках и заводах получали за месяц.

И единственное, что выбивалось из усредненного образа финансиста – пучок белых, даже не седых, а именно белых волос, который брал свое начало из центра лба и уходил к затылку.

Ну и, разумеется, извечный спутник Фаруха – “Молчаливый Блэк”.

А именно – парящий над левым плечом Фаруха белый череп, на котором были выбиты различные символы и иероглифы. Череп всегда улыбался и порой даже открывал рот, но никогда ничего не произносил.

В руках маг держал очередную трость, на самом деле – скрытый под личиной древний магический артефакт. Жезл. И именно благодаря этому жезлу внутри все растущей тени Фаруха кружилась песчаная буря из черного песка, а вокруг ног плескалась кипящая кровь.

– Надеюсь, у тебя есть план, дорогуша? – прошептал Грибовский. – Я столь сильного черного мага еще не встречал.

Алекс встречал и куда сильнее. Профессор Раевский тому подтверждение.

– Конечно есть, – широко улыбнулся Алекс. – По моей команде – стреляй в пол.

Он уже давно хотел напомнить Фаруху, что нельзя просто так выкинуть Дума из клуба, где подают самый лучший “русский чай”!

С этими мыслями, зачерпнув по максимуму из источника магии хаоса, Алекс вновь ударил посохом о землю.

– Ты ответишь на пару моих вопросов, Пустынный Шакал! – прогремел голос Дума. – Или я всех здесь упокою, к собачим х…

Остаток фразы заглушило рычание, никак не способное принадлежать хоть чему-нибудь живому или немертвому. Это было так, словно на тебя зарычал сам хаос…

Глава 7

Позади Алекса прямо на поверхности пространства протянулись две красные трещины. Из них, обдувая жаром первозданного хаоса, выстрелили длинные языки пламени демонов. Они кружились, скручиваясь в невероятном переплетении всех оттенков огня – от привычного, ласкового оранжевого до чернейшего из порождений мрака.

Магия демонов сочетала в себе все – от разрушения до созидания.

Два пса, размерами превышающие небольших пони, опустились рядом с Думом. Их длинные рога походили на кровавые сабли, между которыми пылали огоньки их силы хаоса.

Хвосты, которым мех заменяли рыбьи острые, тонкие кости, били о пол, оставляя на дорогущем покрытии глубокие царапины.

Задние лапы походили на куриные, а передние – на львиные. Все тело псов покрывал узор падающих осенних листьев. Ну да, Алекс всегда любил живопись, так что и созданные им из огня хаоса два низших демона, не подлежащих даже классификации в легионах, походили на жуткие кошмары какого-нибудь впечатлительного ребенка.

– Алекс Дум и его любовь к волкам, – фыркнул Фарух.

На самом деле Алекс терпеть не мог псовых. Отчасти он их даже боялся. И возможно, именно поэтому одни из его самых могущественных заклинаний имели отношение именно к этим животным. Но это уже вопросы для мозгоправов.

– Вспышка справа!

Грибовский размахивал своей шашкой достаточно быстро. Но увы, недостаточно, чтобы посоперничать в скорости с опытным личем. Худощавый мужчина в наряде, достойном какого-нибудь хипстерского коворкинга, размахнулся и метнул в сторону Дума копье из чистой тьмы.

 

Линзы, и так сходящие с ума из-за созданных (именно созданных, потому как на призыв хотя бы младших легионов у него не хватило бы ни времени, ни, даже учитывая накопитель Гвардии, сил) Алексом демонов, оповестили, что в копье находится не меньше семи сотен УЕМ.

Копье тьмы уровня практикующего могло бы доставить проблем Алексу, но…

– Ау-у-у! – завыли демоны.

Между их рогами вспыхнули красные точки, и два алых луча рассекли заклинание лича на несколько чадящих дымом магии лоскутов.

Мертвяк покачнулся, сплюнул черной кровью и схватился за удачно подвернувшуюся под руку столешницу.

– Следующий умник упокоится или сдохнет, – спокойно произнес Алекс. Он держался молодцом, несмотря на то что магия уходила из накопителя и источников, как песок через разбитые часы.

Если до этого среди рядов посетителей клуба еще можно было различить хоть какие-то признаки движения, то теперь они застыли истуканами.

Здесь имелись черные маги и существа куда как сильнее, чем Алекс Дум, но в данном случае их карты оказались биты. Во-первых, на них смотрел меч из адамантия в руках эспера, на которого не действовал больший арсенал магических трюков, а во-вторых – два демона, способных поглощать и уничтожать простую магию.

Фарух дважды ударил тростью о пол.

– Всегда хотел немного поэкспериментировать, – сверкнул он глазами-бусинками.

Проклятый араб!

Из-под его трости вылетели четыре ленты черного песка. Линзы, как и предполагал Алекс прежде, не смогли их просканировать. Некоторые знания являлись настолько древними и так хорошо охранялись сообществами, ими обладающими, что даже общая база данных не располагала информацией о них.

– Ау-у! – вновь взвыли демоны.

Первый из лучей рассек ленту из черного песка, но она, вместо того чтобы исчезнуть во вспышке дыма, внезапно регенерировала прямо в воздухе, а затем вместе со своей подругой спеленала одного из псов.

Тот заскулил, задергался, но песок проникал в его глаза и пасть. Он проедал кожу и мышцы. Разрушал само существование создания хаоса, пока на месте адской гончей не оказался лишь небольшой огонек хаоса, который, что несколько удивило Алекса, исчез внутри распахнутого рта вечного спутника Фаруха – его молчаливого черепа.

Оставшиеся две ленты черного песка зависли рядом с чертой, начертанной Думом ранее.

– Думаю, мы сказали друг другу все, что хотели, Алекс. – Фарух спокойно, будто перед ним и не пылал огонь, способный уничтожать магию, прошел через черту. Одновременно с этим Дум почувствовал, как их троих накрывает непроницаемый купол темной магии. Достаточно мощный, чтобы через него вообще ничто не смогло бы проникнуть. Даже сигнал проклятых линз. Это был тот уровень силы, благодаря которому Пустынный Шакал десятилетиями успешно контролировал сообщество темных магов и существ всего Маэрс-сити. – Ну и заварушку ты устроил, Алекс. Уважаю, но… от тебя я ожидал более изящного хода.

– У меня очень мало времени, Фарух.

Араб посмотрел куда-то за спины Грибовскому и Думу.

– Джо не очень-то и торопится… Нить Ариданы, надо полагать? Профессор Раевский даже немного гордился тем, что ты выиграл ее у него в карты. Он считал себя непревзойденным игроком в покер.

– Я не про Джо, – процедил Дум, – и я пришел сюда не ради ностальгии.

– Конечно-конечно, – закивал Фарух. – Ну так чем могу помочь ученику своего близкого друга?

Грибовский все это время переводил взгляд ошалевших глаз с Фаруха на Алекса.

– Вы же собирались друг друга поубивать! – наконец выпалил он. – Что здесь, блять, происходит?!

– Не выражайтесь, молодой человек, – чуть дернул уголком губ Фарух. – Мы все еще пытаемся убить друг друга. Но в отличие от светлых…

– Зачем это делать своими руками, если можно чужими, – закончил за собеседника Дум.

– Именно, – кивнул Фарух. – И смею заметить, несмотря на падение в силе, лорд… барон Люциус все еще вне твоей весовой лиги, вундеркинд.

– У меня есть пара тузов в рукаве.

– О, не сомневаюсь, – широко и несколько пугающе улыбнулся Фарух. – Нисколько не сомневаюсь, так что… он планировал покинуть остров сегодня вечером. Все же несмотря на то, что тебя никто не любит, сообщество не очень оценило его маневр с адамантием.

Алекс молчал. Если бы сраный кровосос (противоречиво, конечно, получилось, но можно соединить и назвать его, к примеру, дерьмососом) успел сделать ноги с острова, то Фарух бы сейчас не распинался, а действительно бы прикончил Дума. Ну или попытался бы это сделать.

Алекс же ведь не настолько съехал с катушек, чтобы прийти сюда с одними лишь предположениями, не подстраховав при этом задницу.

– Но увы, так произошло, что его личный джет немного задержали на обслуживании, – продолжил араб. В его глазах светилась все та же усмешка. Все же семейство Люциуса неоднократно перебегало дорожку Фаруху, а как известно – араб свежевал заживо… ну и далее по списку. – Так что ты найдешь его по адресу, который Джо уже вложил тебе в карман.

Алекс икнул и машинально дотронулся до кармана брюк. Он действительно нащупал там небольшую записку.

– Вот это называется – изящно, – Фарух слегка поклонился. – И кажется, это третий раз, когда я оказываю тебе услугу, Алекс. Я, конечно, тепло к тебе отношусь, но я не благотворительный фонд. Так что…

– Сочтемся, – перебил Алекс.

– Конечно, конечно, – закивал араб. – Кстати, когда будете передавать весточку нашему общему знакомому барону, то… остерегайтесь его охранников. Люциус нанял несколько действительно стоящих внимания телохранителей.

– Спасибо, – проворчал Дум.

Давно его уже так красиво не ставили в позу жующего оленя… Это вам не в шашки с Гвардией играть. Фарух всегда все просчитывал на целую шахматную партию вперед. Иначе попросту невозможно столько лет держаться на той позиции, которую он занимал.

– А вот и он, – вдруг развел руками Фарух. – Настоящие герои всегда появляются с небольшим опозданием.

Араб ударил тростью о пол, и завеса тьмы исчезла. Хоть Алекс и крайне сомневался, что она смогла бы остановить Джо. Он вообще сомневался, что гиганта можно было хоть чем-то остановить.

Но выглядело это, конечно, эффектно.

– Грибовский! – закричал Дум.

Разворачиваясь на каблуках, гвардеец нанес своим исполинским мечом сокрушительный удар наотмашь. Дум собственными глазами видел, как таким ударом поляк разрубал бетонные стены. Да и сам клинок был выкован из чистого адамантия.

– Неприятно, – проворчал Джо, поймав меч прямо на лету.

Голой ладонью.

Схватив его за острие.

И при этом даже не порезавшись.

– Что за… – выдохнул Грибовский. – Да что ты, мать твою, такое?!

Джо никак не ответил. Он молча замахнулся пудовым кулаком.

– Это и есть сигнал, если ты не понял!

Благо красноволосый сообразил раньше; он взвел курок и вдавил спусковой крючок, выстреливал аккурат в ту самую область на полу, по которой все это время били лапами и хвостами адские гончие.

Невероятных размеров огненный поток врезался в покрытие.

Алекс, уже в момент падения внутрь старого подземного хода, сеть которых пронизывала всю Амальгаму-стрит (памятник эпохи, когда в городе еще не были легализованы легкие наркотики и этими ходами пользовались наркоманы и барыги), посмотрел в глаза Джо.

Кажется, тот был слегка разочарован.

Рухнув на спину в тухлую воду, Дум поступил так, как и следовало черному магу.

Он вскочил на ноги и без оглядки бросился как можно дальше и как можно быстрее. Следом за ним, обгоняя, мчался и Грибовский.

Глава 8

– Все… баста… – Алекс, нисколько не заботясь о сохранности пиджака (еще бы он заботился о таком ширпотребе, как Том Форд) прислонился к мокрым камням канализационного стока. Именно камням. Эта часть города, построенная еще, кажется, в начале девятнадцатого века, так и замерла в том времени, когда ее выложили гномы. Они с честью выдержали свою марку лучших строителей, так что канализацию в “старом” городе не обновляли вот уже несколько веков. – Больше… не могу.

Грибовский, сука, даже не вспотев, продолжил бег на месте прямо рядом с Алексом. Тот, в свою очередь, опустился на пятую точку и вытянул ноги.

Адские колокола.

После получасовой пробежки у него болело даже в тех местах, о существовании которых он и не знал.

– Чувствую себя как после первого секса.

Поляк, остановившись, насмешливо прищурился в той манере, в которой умеют только проклятые светлые.

– Ты выглядел так же дерьмово после того, как первый раз с кем-то переспал? У меня для тебя плохие новости, Алекс, и…

– Ой, да заткнись, – перебил Дум. Дрожащей рукой он достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет. Достал одну и закурил. – Если бы в школе хоть кто-нибудь мне сказал, что физкультура будет нужна преимущественно только в сексе, я бы посвящал ей больше времени.

– В “Фаллене” вели физкультуру? – Грибовский подошел и сел рядом. Его тоже не особо беспокоила сохранность своего плаща. – Очень хочу, но не могу представить себе развлекающихся и резвящихся черных магов. Мне кажется, вы там учились людей убивать и маршировали под ритмичную зачитку “Майн кампф”. Ну там – убить всех евреев и цыган, поработить Восточную Европу и так далее.

– Гитлер не был из наших.

– Но очень стремился, судя по всему. Кстати, а тот факт, что ты еврей, делает мою шутку расистской или как-то тебя оскорбляет? Не хочу, чтобы меня обвинили в антисемитизме и все такое.

Дум лишь продемонстрировал свою татуировку на среднем пальце. Тем более что шутка Грибовского и не являлась шуткой. Физкультура в “Фаллене” действительно мало напоминала то, чем занимались в обычных школах.

Правда, Алекс не знал.

Никогда в таких не бывал.

А, хотя нет, один раз по заданию Аргуса Рида он забирал внучку последнего из подобного заведения. Но это совсем другая история. Закончилась она трупами и тем, что Алексу снова пришлось оказаться на улице.

– Ну и воняет же тут, – Грибовский полной грудью втянул воздух и прикрыл глаза, – прямо по дому скучаю.

– По дому?

– Ну, знаешь, Восточная Европа, – ответил поляк. – Гитлер, может, свое дело и не закончил, но линзы, – красноволосый указал на свои закрытые веки, – и волна магии, обрушившаяся на старый мир, сделали свое дело. Небольшие города пали под натисками монстров и аномалий и…

– Я знаю историю, Грибовский.

– Знать и видеть – это две большие разницы, дорогуша.

– Видеть? – Теперь уже пришел черед Алекса ухмыляться. – Это все происходило дохренища лет наз…

Он недоговорил.

Грибовский – эспер. Эспер, обладающий не только чудовищной силой, но и столь же чудовищной регенерацией. А это могло означать только одно. Все это время – почти полгода – Алекс имел дело со сраным воплощением Росомахи в реальности.

– И сколько…

– Достаточно, – перебил Грибовский. – Достаточно, чтобы не видеть разницы во время секса, кто доставляет тебе удовольствие – мужчина или женщина.

– Это от скуки, что ли?

Поляк ответил не сразу. Он поднял голову к потолку и прошептал что-то на своем родном языке.

– У всех у нас есть свои секреты, дорогуша. И темы, которые мы не хотим обсуждать.

Что же, это было, возможно, самое элегантное посылание в пешее эротическое путешествие, которое когда-либо слышал Алекс. И в то же время эту точку зрения нельзя было не уважать.

– Джо, – через несколько минут молчания произнес Грибовский.

Они все еще сидели в канализационном рукаве. Прямо посередине, между двумя каменными бортиками, протекала пахучая мутная жижа зеленоватого цвета.

В ней плескались не только всякие отходы жизнедеятельности и общества потребления, но еще и крысы. Чуть большего размера, чем обычные, но недостаточно пропитавшиеся магией, чтобы стать монстрами.

С низкого, покатого свода стекала какая-то слизь.

Канализация Маэрс-сити как нельзя лучше отражала всю суть этого проклятого города. Прогнившее, покрытое плесенью, заваленное мусором и заполненное крысами местечко.

– Джо, – кивнул Алекс.

– Что за хрень этот – Джо. Я достаточно помахался со всяким отребьем, Алекс, но такой фигни еще не видел.

– Ты и Фаруха не видел.

– Просто потому, что в сферу моей деятельности черные маги не входили, – стоял на своем Грибовский. – Этот Джо… после нашей первой с ним встречи я отправился к умникам. Они разложили все, что записали мои линзы, – так у Гвардии линзы еще и видео записывают! А считалось, что это невозможно… – по полочкам. Прогнали через все базы данных. Через всю имеющуюся у Гвардии инфу. А ее, как ты понимаешь, хоть жопой жевать – не закончится все равно.

 

Интересно, почему у Грибовского все аллегории и эпитеты постоянно касались задницы? Или так в нем проявлялся олдскул?

– И знаешь что?

– Видимо, это риторический вопрос.

– Он самый, – кивнул Грибовский. – Потому что они не нашли ровным счетом ни-хре-на. Даже во времена моей бурной молодости считалось, что не остаться хоть в одной из новомодных тогда баз данных – это уже почти невозможное достижение. Хоть где-то да засветишься, а сейчас…

– Джо не покидает “Бездны”. – Алекс поднял ладонь.

На ней появился небольшой черный комочек. Отвесив низкий поклон Думу, тот отправился в направлении, откуда пришли… прибежали напарники. Вряд ли за ними кто-то следовал, учитывая заинтересованность Фаруха в вопросе, но черный маг, забывший о своей паранойе, – мертвый черный маг.

– Неважно! – жарко парировал Грибовский. Его зеленые глаза вспыхнули чем-то непонятным Думу. Может… спортивным интересом? – Что это за тварь? Как она… оно… это способно остановить “Азазель” голыми руками?

Алекс вздрогнул.

– Ты назвал свой меч именем одного из падших?

– Не я, а создатель, – Грибовский прикоснулся к браслету. Именно из него на свет появлялся монструозный клинок. – Он считал, что будет забавно развоплощать демонов клинком, носящим имя одного из их братии.

– Падшие – не совсем демоны, но не суть, – машинально поправил Алекс, после чего продолжил: – Я отвечал тебе в тот раз, отвечу и сейчас – я понятия не имею, что такое этот Джо. У меня есть несколько предположений, но большинство из них настолько абсурдны, что и задумываться не хочется. А то так страшно, что аж посрать негде.

– Но ты ведь придумал, как его задержать.

– Мне подсказали, – пожал плечами Алекс. Докурив и выбросив окурок в ту самую жижу, он поднялся на ноги и, неуклюже ковыляя, направился к металлической лестнице, ведущей к одному из ближайших люков. – Пойдем, пока нас не вынюхали троглодиты.

– Троглодиты? Уши-то мне не заливай, дорогуша. В канализации Маэрс-сити троглодиты не водятся.

Алекс выругался.

– Будь у меня моя клятая нога, эспер, я бы тебе продемонстрировал несколько шрамов, утверждающих диаметрально противоположное.

– Не бережешь ты свои конечности, маг.

– Я бы послал тебя на хер, светлый, но у меня сейчас куда более насущные проблемы, чем твое еб…

Остаток фразы заглушил звук ночной улицы. Вопли пьяных и дешевых шлюх, крики не менее пьяных бандюганов. Собачий лай. Визг покрышек и свист тормозов. Грохот никогда не спящих заводов и еще едкий смог, режущий отвыкшие от родного дома глаза Алекса.

Старый город… сейчас его называли Хай-гарденом. Выгребной ямой всего Города Магов. И, что метафорично, он находился почти вплотную к Амальгама-стрит.

– Надеюсь, твои истории о первом сексе и троглодитах – это разные истории, дорогуша.

Алекс все же не сдержался и, вылезая прямо на проезжую часть, долбанул люком по голове поднимавшегося следом Грибовского. Судя по глухому звуку, тот шлепнулся обратно на камень.

Ничего, пусть полежит – подумает о своем поведении. Ему полезно. Неубиваемый светлый хрен.

Вновь закурив и подняв воротник, Алекс, игнорируя крики водил и тормозящие вокруг него машины, пошел прямо по дороге, да еще и против движения. Перед тем как отправиться на приступ логова вампирского барона, ему нужно было немного разжиться необходимым для предприятия инвентарем.

– Троглодиты… – выдохнул Алекс вместе с дымом.

В памяти сами собой всплыли сцены из далекого прошлого.

Аргус Рид и его банда “Ткиллс”.

Сраные ублюдки.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru