Хизер Сойл Операция "Связь"

- Ну что? - с надеждой в голосе спросила Вирджиния, вскакивая с кровати. - Я могу идти?

- Да, допуск получен, - коротко ответила та, вставляя ключ-карту в терминал второй двери. - Идите, вас ждет агент.

Вирджиния покинула палату быстрым, почти беглым шагом, даже не попрощавшись. В коридоре ее уже ждал Ватсон: безупречно собранный, подтянутый, с осанкой, которую, казалось, не смогла бы согнуть даже сталь.

- Мисс Тайлс, - он коротко кивнул, и этот жест был таким же сухим, как и сам агент. - Идите за мной, вас ждет еще пара процедур.

Из груди Вирджинии вырвался стон. Плечи опустились, а в глазах на мгновение вспыхнуло отчаяние, казалось, эта бесконечная череда тестов и манипуляций никогда не закончится. Ватсон же даже бровью не повел. Он словно не слышал ее возмущенного выдоха, просто терпеливо ожидая, пока она она пойдет следом.

Агент молча проводил ее к кабинету в дальнем конце коридора и, кивнув на дверь, отошел в сторону, оставаясь снаружи. Вирджиния на секунду задержалась, сжав пальцы в кулаки. "На сколько суток меня запрут теперь?"- вертелось в голове. Ей хотелось выкрикнуть эту нервную шутку в лицо агенту, но она сдержалась.

Девушка вошла внутрь. Помещение было небольшим и по-больничному тесным: кушетка, штативы и пара смутно знакомых приборов. В одном из них Вирджиния узнала аппарат УЗИ.

- Здравствуйте, Вирджиния. Ядоктор Элена Вэнс, - женщина в белом халате тепло улыбнулась, поправляя очки в тонкой оправе.

Ее лицо обезоруживало добротой и Вирджиния, все еще напряженная, словно натянутая струна, не выдержала. Она дернула плечом и выпалила, с трудом сдерживая дрожь в голосе:

- Хоть кто-то представился! Те женщины… они даже не сказали, как их зовут. Просто раздели меня, как манекен, грубо отмыли, тыкали иголками… Это было ужасно, - она обхватила себя руками, словно пытаясь защититься от недавних воспоминаний.

Доктор Вэнс понимающе вздохнула и жестом пригласила девушку присесть на край кушетки.

- Понимаю, милая. Но прошу, поймите: для них это просто работа, доведенная до автоматизма. Когда живешь в изоляции, в таком ритме, пациенты поневоле превращаются в объекты. Это не оправдание, но их единственная защита от выгорания.

Вирджиния хмыкнула и спросила:

- Можете сказать, сколько еще анализов меня ждет?

- Не беспокойтесь, это последние, - Вэнс подбодрила ее улыбкой. - Сейчас мы сделаем ЭЭГ и ЭКГ, а потом сможете наконец расслабиться. Пройдите за ширму, снимите все выше пояса и укладывайтесь на кушетку.

- Расслабиться… - мечтательно, почти шепотом протянула Вирджиния, направляясь к ширме. - Да, я хотела бы расслабиться и поесть..

Доктор рассмеялась, подготавливая оборудование. Вирджиния легла на прохладную, застеленную одноразовой салфеткой кушетку. Вэнс надела ей на голову сетку с проводами, втирая в кожу головы холодный, липкий гель.

- Неприятно, знаю, - прокомментировала она, прикрепляя электроды. - Но придется немного потерпеть.

- А зачем это все? - спросила Вирджиния. - Разве я не здорова?

- Нам нужно знать, в каком состоянии ваше сердце и мозг сейчас, - объяснила Вэнс, накладывая датчики для кардиограммы. Металл был холодным, и Вирджиния поежилась. - Так мы сможем выяснить, повлияет ли на вас взаимодействие с объектом.

- Объектом.., - хмыкнула Вирджиния. - Вы все называете его так. Но это ведь русал, правда? Меня не обманули?

Доктор мягко улыбнулась, глядя на монитор:

- Пожалуйста, расслабьтесь и ничего не говорите, пока идет исследование.

Вирджиния вздохнула и закрыла глаза. Лежа и слушая пищание приборов,. она представляла, как за дверью стоит Ватсон, такой же бесстрастный, как эти датчики. Есть ли у него вообще личная жизнь? Или он просто уходит в режим ожидания, пока не поступит новая команда сверху? Эта мысль была одновременно комичной и жуткой.

Вирджиния почувствовала себя запертой в комнате с людьми, для которых любые вопросы были лишь телевизионным шумом. Двадцать минут тянулись невыносимо медленно, превращаясь в бесконечный поток анализа того, как глубоко она завязла в этом чужом, выверенном до мелочей мире.

Но вот наконец время истекло и Вэнс разрешила ей вставать, указывая на сухие салфетки. Обтираясь от геля, Вирджиния думала о том, что этот доктор - первый встреченный здесь человек, который не вызвал у нее опаски или негатива.

- Хорошего дня - попрощалась девушка, подходя к двери.

- Хорошего дня. - эхом отозвалась доктор Вэнс.

Ватсон ждал снаружи. Он не произнес ни слова, лишь властным жестом приказал следовать за собой, ведя ее назад по коридору.

- Знаете, агент .. - Вирджиния слегка ускорила шаг, чтобы поравняться с ним. - Этот аттракцион отмой до скрипа, высоси всю кровь и гоняй по кабинетам, честно говоря, не совсем тот сервис, на который я рассчитывала. Вы уверены, что меня ведут к русалу, а не готовят к продаже на черном рынке органов?

Ватсон остановился и посмотрел на нее. В его взгляде не было ни капли сочувствия, ни намека на то, что он оценил ее попытку пошутить. Вирджиния словно была вышедшим из строя оборудованием, которое только что издало странный звук.

- Мисс Тайлс, - сказал он ровным голосом, - протоколы биологической безопасности существуют не для вашего комфорта. Ваше тело - биологический носитель, который должен быть максимально чист от внешней микрофлоры, чтобы не спровоцировать летальный исход для объекта и не скомпрометировать чистоту эксперимента. Мы не на курорте. И я настоятельно рекомендую вам воспринимать все эти процедуры не как личное оскорбление, а как необходимый минимум. Вопросы есть?

Вирджиния на мгновение опешила от такой прямолинейности. Она открыла рот, чтобы огрызнуться, но поняла, что в этих стенах ее сарказм - просто шум, который никому не интересен.

- Нет, - буркнула она, чувствуя себя маленькой и совсем не остроумной. - Вопросов нет, агент.

Они вернулись в знакомый служебный коридор и вошли в очередную дверь. Внутри царил полумрак и прохлада; ряды пустых стульев напоминали зал ожидания, а одну из стен занимал огромный экран, на котором в безмятежном ритме сменялись фотографии дикой природы: залитые солнцем луга, горные вершины, густые леса.

- Присаживайтесь, мисс Тайлс, - негромко произнес Ватсон, жестом приглашая ее занять место. - Сейчас мы займемся формализацией вашего пребывания здесь.

Вирджиния уныло опустилась на стул в первом ряду. Она чувствовала себя так, словно ее усадили за парту в школе, только вместо домашнего задания ей предстояло выслушать правила тюремного режима. Ее желудок, все это время молчавший из вежливости, наконец не выдержал и отозвался глухим, требовательным урчанием. Вирджиния с тоской уставилась на экран: лесные пейзажи казались ей насмешкой. Она бы все отдала за то, чтобы оказаться сейчас в своем уютном маленьком домике, а не сидеть здесь, выслушивая сухую теорию, когда внутри у нее от голода буквально сводило мышцы.

Ватсон подошел к ноутбуку, стоявшему у стены. Несколько быстрых нажатий клавиш и яркие картинки природы на экране погасли, уступив место строгой схеме.

Это была карта помещений, разделенная на цветовые сектора. Зеленая зона была прорисована до мельчайших деталей: с коридорами, дверями и четкими названиями вроде "Столовая" или "Комната отдыха", а нумерация комнат походила на адреса квартир в многоэтажке. Все, что лежало за пределами этого зеленого оазиса - желтые и красные сектора - выглядело тревожно и неопределенно. Там не было никаких деталей, лишь сплошные, закрашенные цветом силуэты, словно сама архитектура этих мест была тайной, закрытой для глаз любого, кроме тех, кто здесь командовал.

- Это не просто научный центр, это сверхсекретный правительственный объект. - продолжил Ватсон. Здесь действуют правила, которые могут показаться вам избыточными или даже параноидальными, но каждое из них обязательно к исполнению и не подлежит обсуждению. Вы уже подписали соглашение о неразглашении, но позвольте уточнить: любое упоминание о том, что вы видели внутри - даже в завуалированной форме в личном дневнике - карается по закону о государственной измене. Все связи с внешним миром запрещены. Для коллег по работе вы сейчас находитесь в командировке в другом штате, что согласовано с вашим начальником.

Вирджиния хмыкнула, потирая затекшую шею.

- Начнем инструктаж с зонирования и перемещения. Зеленая зона - это жилой сектор, там вы можете находиться без сопровождения, доступ во все общие помещения не требуется. Желтая зона - лаборатории и служебные коридоры, только в сопровождении персонала. Красная зона - технические помещения, вам доступ запрещен.

Он сделал паузу, давая ей осознать масштаб контроля.

- Теперь поговорим о биобезопасности. Как вам уже известно, в этом комплексе проводятся тесты над формой жизни, прежде неизвестной науке. В связи с этим любая попытка воздействия на объект и водную среду будет приравниваться к попытке саботировать эксперимент. Пока вы находитесь в одном помещении с объектом или близ его резервуара, ваши волосы всегда должны быть собраны. Резинку найдете на столе у себя в комнате. Также никакой еды и напитков в зоне резервуара. Это ясно?

Ватсон вперился в нее тяжелым, изучающим взглядом, заставляя плечи Вирджинии инстинктивно опуститься.

- Да, сэр, ясно. - выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Удовлетворившись ее ответом, агент продолжил:

- Кроме того мы не знаем, как объект или вода, в которой он обитает, могут повлиять на человеческий организм. Поэтому при любом контакте с водой или самим существом вы будете немедленно помещены в карантин.

Вирджиния невольно вздрогнула. Она попыталась прикрыть чувства привычной маской сарказма, хотя голос прозвучал предательски тонко:

- А если он... ну, допустим, обрызгает меня, это считается за контакт?

Девушка закусила губу, наблюдая за агентом. Ей до чертиков не хотелось снова оказаться запертой в четырех стенах, в полной изоляции.

- Это считается за повод для вашей немедленной изоляции в карантинном блоке, - отрезал Ватсон, подтверждая ее страхи.

Он вновь сделал паузу, будто для того, чтобы девушка окончательно пропиталась беспокойством.

- И последнее. В случае объявления тревоги - если услышите прерывистый гудок и увидите красный свет - вы не бежите к выходу. Вы остаетесь на месте и ждете сотрудников службы безопасности. Любая попытка самостоятельной эвакуации приведет к блокировке дверей, поскольку у вас нет доступа.

Ватсон внимательно посмотрел на Вирджинию.

- Вы здесь не гостья, мисс Тайлс. С этой минуты вы - часть оперативной группы. Ваше поведение должно быть предсказуемым, как работа швейцарских часов. Вопросы есть?

Вирджиния покачала головой. Агент Ватсон, правила этого места, усталость давили на нее, заставляя желать одного: чтобы все это поскорее кончилось. "И зачем только я открыла дверь.." - с обреченной досадой думала она.

- Теперь инструктаж по поводу взаимодействия с самим объектом. - продолжил агент Ватсон. - Вскоре вы пройдете на мостик непосредственно над открытой частью резервуара. Между вами и водой не будет стекла. Правило первое: никаких резких движений. Вероятно объект крайне чувствителен к перемещению воздушных масс и вибрациям. Не размахивайте руками, ведите себя сдержанно. В противном случае он может воспринять это как атаку и отреагировать непрогнозируемо. Правило второе: голос. Говорите спокойно, не кричите и не шепчите. Правило третье: тактильный контакт запрещен. Даже если он подплывет вплотную и протянет руку. Ответите, почему?

- Потому что после этого меня поместят в карантин. - уныло проговорила Вирджиния.

Агент кивнул, продолжая.

- И самое главное, - Ватсон нажал кнопку, и на экране крупным планом появилось лицо спящего русала. - Смотрите ему в глаза, только когда он сам инициирует этот взгляд. У многих хищников прямой взгляд - это вызов.

- А если он на меня набросится? - тихо спросила Вирджиния.

- Тогда за дело возьмемся мы, - отрезал Ватсон. - Не беспокойтесь, наши специалисты всегда будут поблизости. Мы проработали все возможные варианты развития событий.

Вирджиния кивнула:

- Хорошо, наверное это успокаивает. Уверена, у вас на работе еще и не такое случалось..

Ей хотелось чтобы Ватсон сказал еще что-нибудь обнадеживающее, но он этого не сделал.

- И последнее, мисс Тайлс. В вашей комнате, на рабочем столе, вам оставили блокнот и ручку. Вы должны использовать их для записи наблюдений, - произнес он. - Нам важна каждая мелочь. Записывайте все: любые странные ощущения, обрывки мыслей, которые возникнут у вас после контакта, сны, какими бы бредовыми они вам ни казались.

Агент кашлянул.

- Мы имеем дело с существом, чей способ коммуникации нам неизвестен. Возможно, ваше подсознание уловит что-то недоступное для наших датчиков. Считайте это своим рабочим дневником. Каждое ваше слово в нем может стать тем самым недостающим кусочком пазла.

"Они что, считают его каким-то телепатом?" - подумала девушка.

- То есть, если мне покажется, что он пытается продиктовать мне рецепт яблочного пирога, я должна это зафиксировать? - фыркнула она.

- Именно так, - сказал Ватсон серьезно и добавил: - Это все, инструктаж окончен, прошу за мной.

Они вышли из комнаты и подошли к соседней двери. Ватсон нажал на ручку и они прошли внутрь, оказавшись в коридоре, который выглядел заметно уютнее предыдущих. Стены здесь были отделаны матовыми панелями теплого песочного оттенка, а на полу лежал плотный, гасящий звуки ковролин.

- Теперь экскурсия по жилому сектору - сказал Ватсон, чеканя шаг.

Они вошли в дверь с надписью "комната отдыха". Здесь стояли глубокие кожаные диваны, несколько больших кресел-мешков, пара кофейных столиков с научными журналами, несколько стеллажей с разноцветными коробками и большой настенный телевизор, на котором сейчас беззвучно транслировались пейзажи какой-то скандинавской страны. У окна - точнее, у его имитации, подсвеченной изнутри лампами дневного света, - стояли два крупных искусственных растения в кадках.

- Выглядит как зал ожидания в очень дорогой, но очень скучной стоматологии, - прокомментировала Вирджиния.

Ватсон на секунду замер, его губы едва заметно дрогнули, но он удержался от ответа и повел ее дальше - в столовую. Это было просторное помещение, большую часть которого заполняли столики для четверых. За некоторыми сидели ученые в халатах и техники в синих комбинезонах, но большая часть пустовала. На них с Ватсоном никто не смотрел.

В столовой стояло несколько холодильников, микроволновок и дорогая кофемашина на специальной тумбе с ящиками. Пахло свежесваренным кофе и поджаренными тостами. От этих запахов живот Вирджинии оглушительно заурчал, напоминая о том, что неплохо бы поесть.

- Свободно пользуйтесь холодильником. Там всегда лежит разнообразная еда. - продолжал Ватсон, не обращая внимания на столь явное проявление голода. - Порции готовят в ресторане и привозят сюда, их достаточно лишь разогреть в микроволновке.

"Нужно более настойчиво заявлять о своих желаниях. " - подумала Вирджиния, мучаясь от голода. "Напомнить, что я человек, а не какой-то гаджет."

- О, ресторанная еда? Вы меня прямо балуете, агент Ватсон. - сказала она. - Я чувствую себя как на курорте "Все включено". Раз уж вы так добры, может, я прямо сейчас припаду к этому холодильнику? А то мой желудок так орет, что боюсь, скоро вы оглохните.

- Потерпите, вскоре у вас появится личное время для своих нужд. - невозмутимо ответил агент.

Вирджиния вздохнула.

Они вернулись в безлюдный коридор. Ватсон остановился у двери с номером 204. Он извлек из кармана пластиковую карту с магнитной полосой и протянул ее Вирджинии.

- Это ваш ключ. Доступ только в эту комнату. Не теряйте.

Вирджиния взяла карту - та была холодной и легкой. Приложив ее к сканеру, она услышала мягкий щелчок и толкнула дверь.

Комната оказалась крошечной, воплощая собой торжество функциональности над комфортом. Кровать, застеленная ровным, безликим серым покрывалом, рабочий стол со встроенной лампой, на котором одиноко ждали своего часа блокнот и ручка, здесь же лежали массивные наручные часы и резинка для волос. Под столом стояло небольшое черное мусорное ведро. Также в комнате обнаружились пластиковый стул, шкаф и, к огромному облегчению Вирджинии - крохотный санузел за матовой дверью. Окон не было; пространство заливал ровный, белый свет светодиодной ленты, пущенной по периметру потолка.

- Итак, - она обвела комнату жестом, - где здесь плазма? И можно ли заказать завтрак в постель?

Ватсон проигнорировал сарказм, лишь слегка сузив глаза.

- В шкафу есть стандартный комплект сменной одежды, включая нижнее белье спортивного кроя. Размеры были подобраны под ваши параметры. - только и сказал он.

"Боже, ну когда же ты наконец оставишь меня в покое?" - устало подумала Вирджиния, чувствуя, как от его монотонного голоса начинает ныть затылок.

Она вновь перевела взгляд на кровать и вид этого унылого, безликого серого пледа неожиданно всколыхнул память, заставив девушку провалиться в воспоминание.

Ей было восемнадцать. На следующее утро она уезжала в колледж и заставленная коробками комната казалась преддверием чего-то огромного и пугающего. Дверь тихо скрипнула, и в спальню вошла мама. Она держала сверток в белой бумаге, усыпанной нежными сердечками. Руки матери пахли мятой - свежим, прохладным ароматом, таким уютным, таким домашним. Запах, сохранившийся в самых потаенных уголках сознания, вдруг стал осязаемым: даже сейчас, стоя глубоко под землей, Вирджиния отчетливо ощутила этот мятный шлейф.

В воспоминании она нетерпеливо приняла подарок и, не дожидаясь приглашения, сорвала обертку. Под бумагой оказался мягкий, теплый плед шоколадного цвета, усеянный забавными мультяшными оленями. Одни смеялись, широко разинув рты, другие застыли в комичном удивлении, третьи нелепо кувыркались, пытаясь убежать от мнимой опасности.

Мама подошла ближе, ее ладони, все еще хранящие мятную прохладу, бережно коснулись лица Вирджинии, поправляя непослушный локон. В ее глазах светилась мягкая, немного грустная улыбка.

- В общежитиях всегда сквозит, Джинни, - тихо сказала она. - А эти олени будут присматривать за тобой, когда меня не будет рядом. Они смешные, но верные.

Слова матери, произнесенные много лет назад, согрели ее, но голос Ватсона, сухой и строгий, тут же вспорол идиллию воспоминания.

- Вас уже ждут в главной лаборатории, - сказал агент ФБР и Вирджиния вздрогнула. - Впереди первый сеанс. Потом сможете поесть и отдохнуть.

Он произнес это тоном, не допускающим возражений, пресекая любую попытку заговорить или попросить об отсрочке.

- Да, конечно, - выдавила Ви.

Она сделала шаг к выходу, но тут же замерла, потому что агент загораживал дверной проем.

- Волосы, - твердо произнес Ватсон. - Приведите их в порядок.

Вирджиния вспыхнула, лицо залил жар стыда когда она потянулась к резинке. Забирая волосы она чувствовала обиду: здесь позаботились о безопасности объекта, но никто даже и не подумал о ее комфорте, никакой расчески. Может, ей полагалось причесываться вилкой, как это делала русалочка?. Стараясь не встречаться с Ватсоном взглядом, она наспех стянула пряди в тугой, неаккуратный пучок.

Они вышли из жилого блока в тот самый служебный коридор. Внутри у Вирджинии все сжалось: ладони стали влажными, а сердце начало отбивать беспокойный ритм где-то в горле. Она шла за широкой спиной Ватсона, и каждый шаг эхом отдавался в голове, приближая к моменту, когда она наконец-то заглянет в лицо таинственному подводному жителю.