- Рейтинг Литрес:4.7
Полная версия:
Кэти М. Ди Вне ритма смерти
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Тогда почему ты другая? – тут же отозвался Вейн, перехватив её взгляд.
Она медленно повернула голову к нему, и в этом движении было что-то пугающе механическое.
– Я же говорю: я мертва. Полностью. Точнее, не так… Меня убили четыре с половиной столетия назад. Ваши предки. Молодой ещё тогда совсем охотник.
Она замолчала на мгновение, словно пролистывая в памяти пыльный альбом с выцветшими снимками.
– У меня была самая обычная жизнь. Настоящие эмоции, живые чувства. Был молодой человек, которого я любила до безумия. И в тот самый день, когда я ответила «да» на его предложение, меня лишили всего. Меня убил тот самый кинжал, которым вы сейчас так отчаянно пытаетесь меня уничтожить.
Вейн слушал, не шевелясь. Воздух в комнате, казалось, стал гуще.
– Но мой возлюбленный… – она сделала паузу, и её голос стал еще суше. – Точнее, бывший возлюбленный. Он не захотел смириться. Он искал способ, пока не провел ритуал воскрешения. Он нашел это тело, использовал его как сосуд и заковал в него мою душу. Он мечтал, что всё вернется. Что я воскресну, и мы будем жить долго и счастливо, как в сказке, так как я и мечтала.
Она горько усмехнулась, глядя на свои бледные ладони.
– Но произошла ошибка. Неточность в заклинании или незавершенный жест – никто не знает. Моё сердце так и не забилось. Я не чувствую ни счастья, ни нежности. Только азарт, скуку и бесконечную, ледяную пустоту. Понимаешь? Всё, что со мной происходит – это тишина. Любая эмоция – лишь мимолётная искра, которая гаснет быстрее, чем я успеваю её осознать.
Вейн смотрел на неё, хмурясь, и по мере того как смысл её слов доходил до него, его лицо затуманилось печалью. Он вдруг осознал страшную истину: всё, что произошло между ними, всё, что он принимал за близость или искру, для неё было не важнее обычного похода за покупками. Очередное развлечение, от которого сразу стало скучно. Он не впечатлил её. Он не оставил в её душе ни следа, ни памяти – лишь тишину.
– А ещё я стала намного сильнее, – добавила она с холодным торжеством в голосе. – Как вы уже, надеюсь, поняли, умереть от ваших обычных бирюлек я не могу. Это просто невозможно.
Она медленно, почти ласково провела кончиками пальцев по своей шее, очерчивая линию, где плоть отделялась от жизни.
– Только если так… Но мы ведь договорились, Вейн. Моя смерть должна быть обычной, человеческой. Если же кто-то из вас проявит излишнее рвение и посмеет отрубить мою прелестную голову… – её взгляд внезапно стал острым, как бритва, и в нём мелькнуло нечто первобытное. – Я оторву ваши головы быстрее, чем вы успеете осознать свою ошибку.
В комнате повисла звенящая тишина. Угроза не была пустой бравадой – в её неподвижной фигуре чувствовалась мощь существа, которому нечего терять, потому что терять было нечего.
– То есть ты хочешь сдохнуть, но при этом ещё выбираешь способ? Тебе не кажется это, мягко говоря, странным? – Стелла прищурилась, в её голосе прозвучал нескрытый скепсис и капля презрения.
Она повернула голову к ней, и её взгляд стал тяжёлым, как могильная плита.
– Послушай, девочка, – её голос обрел ледяную уверенность. – Я сама вправе решать, как мне уходить, ясно? Я не жажду «сильной» или героической смерти. Иногда… иногда эта жизнь мне даже нравится. Бывают моменты, когда происходит что-то из ряда вон выходящее, и я на мгновение забываю о тишине внутри. Пустота отступает.
Изи сделала короткую паузу, глядя куда-то сквозь Стеллу.
– Но иногда эта черная точка внутри начинает расти. Она заполняет не только сердце – она травит мысли, парализует тело, выпивает всё до капли. И в такие минуты я хочу только одного: просто уйти обратно в темноту. Спокойно и окончательно. Без ваших спецэффектов с отрубанием голов. Раньше у меня была цель жить. Но сейчас… Я ни чего не ощущаю ясно. У меня нет цели ради которой я здесь. И плюс это тело. Оно даже не моё. Да эта девушка похожа на ту которой я была раньше, но все равно не я.
– Тогда давай я отрублю твою голову прямо сейчас! – Стелла резко вскочила, и сталь её оружия хищно блеснула, нацелившись прямо в лицо Изи. Стелла словно с цепи сорвалась.
Изи лишь прищурилась, и в этом жесте не было ни тени страха – только ледяная угроза.
– Я же сказала: нельзя. Я лишу тебя жизни быстрее, чем ты успеешь хотя бы замахнуться, ясно? Если хочешь продолжать дышать, не провоцируй меня…
– Стелла! – Вейн предостерегающе вскинул руку, переводя взгляд с одной на другую. – Сядь. Она пришла помочь. Кто, как не она, знает их слабости? Она жила среди них десятилетиями. И плюс нам её сила только на руку.
– Но как её убить, если не отрубить голову?! – вскричала Стелла, не опуская клинка. – Вы же сами видели: она даже боли не чувствует! Ей всё равно! Что если она вешает нам лапшу.
Изи легко, почти изящно спрыгнула со стола, сокращая дистанцию.
– А тебе-то какая разница? – выплюнула она. – Почему тебя это вообще волнует? Я не трогаю тебя, ты не трогаешь меня. Уговор был таким.
– Ты – убийца! Тварь, которая губит людей! – прошипела Стелла, и в её голосе задрожала ненависть. – Я ненавижу таких как ты. Твоё дело гнить в могиле, а не ходить среди нас.
Воздух в комнате заискрился от напряжения. Изи начала заводиться: её глаза вспыхнули багрянцем, а губы приоткрылись, обнажая острые клыки.
– За весь свой век я не убила ни одного человека, – прорычала она, и голос её стал низким, вибрирующим. – Но если ты не закроешь свой рот, я сделаю исключение прямо сейчас.
– А как же тот молодняк? – не отступала Стелла. – Ты обратила их, а это и есть смерть!
– Они уже умирали! – выкрикнула Изи, и в этом крике прорвалась вся её вековая горечь. – Я лишь помогла им вернуть жизнь. Да, бессмертную, да, иную – но жизнь! Они сами умоляли о ней. Если бы не я, они бы подохли в канавах от ран и голода. Знаешь, вы, люди, стали чертовски жестокими. Вы режете друг друга, насилуете, грабите… убиваете просто от скуки! Все мои «люди» – это ваши жертвы. Так что заткнись, Стелла или кака там тепбя ещё? Ты смеешься надо мной, думая, что я ничего не знаю о человечестве. Но это ты ни черта не знаешь о нас. Твоя задача – просто убить. Но за что? За то, что мы не такие, как вы?
Вейн смотрел на Изи, и в его глазах теперь читалось не только огорчение, но и глубокое потрясение. Он впервые увидел за маской скучающей куклы настоящую, израненную душу, которая защищала своих подопечных с яростью раненого зверя.
– Ты пьешь нашу кровь! – Стелла не унималась, ее голос перешел на змеиный шипел. Она сокращала расстояние, буквально вдавливая свою ярость в пространство между ними.
Изи лишь сложила руки на груди, глядя на нее с бесконечной усталостью.
– И что? – бросила она. – Пью. Но не убиваю. Подумаешь, взяла немного. Они даже не жаловались, им было хорошо. А вы нашу в медицине успользуете. – Она на секунду замерла, и ее взгляд стал жестким, как сталь. – Отойди. Ладно? Я больше предупреждать не буду.
Изи демонстративно закатила глаза, вложив в этот жест всё своё презрение к происходящему. Это надменное спокойствие окончательно выбило почву из-под ног Стеллы. Ослеплённая ненавистью, та сорвалась, её голос сорвался на хриплый крик:
– Ты сдохнешь именно так, как я захочу! Ты – лишнее отродье, ошибка, которой не место в этом мире. И ты не будешь жить среди нас. Если единственный способ стереть тебя – это сделать всё самой, то пусть свершится!
Стальной клинок в её руке с яростным свистом разрезал воздух, нацелившись точно в шею вампирши. Острое лезвие лишь на долю секунды коснулось мертвенно-бледной кожи, оставив на ней тонкий алый росчерк. Маленькая капля крови лениво выкатилась из раны, но именно она стала для Стеллы смертным приговором.
Всё произошло в одно мгновение – вспышка, движение за гранью человеческого восприятия. Реальность словно исказилась: Изи, мгновение назад стоявшая неподвижно, материализовалась вплотную к противнице, превратившись в размытую тень. Раздался жуткий, влажный звук разрываемой плоти. Изи, поддавшись древнему хищному инстинкту, вцепилась в горло Стеллы и рывком вырвала кусок живой ткани. Стелла лишь захлебнулась в собственном крике. Её пальцы в предсмертном ужасе судорожно впились в рану, пытаясь удержать ускользающую жизнь, но фонтан багровой крови было не остановить. Она тяжело обрушилась на пол, её тело сотрясали короткие, резкие конвульсии. Через несколько мгновений всё закончилось – в комнате воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Смерть была беспощадно мгновенной.
События разворачивались с такой пугающей скоростью, что воздух в помещении, казалось, превратился в густой лед. Охотники, охваченные первобытным ужасом, повскакивали со своих мест; зал наполнился резким скрежетом обнажаемой стали. Один из них, потеряв самообладание, бросился на Изи, но она лишь мелькнула перед ним размытой тенью. В следующее мгновение вампирша уже держала его за горло, оторвав от пола. Под хрип задыхающегося человека она коротким, небрежным жестом отшвырнула его в ближайшую стену, словно тряпичную куклу.
Я вскочил, подчиняясь не разуму, а инстинкту. В один рывок я оказался рядом с Изи, дернул ее на себя и закрыл собственным телом, становясь живым щитом между ней и лесом направленных клинков. Каждая мышца в моем теле была натянута, как тетива, готовая лопнуть.
– А ну, убрали оружие! – прошипел я, обжигая присутствующих тяжелым, не предвещающим ничего хорошего взглядом.
– Она убила ее, Кейн! – взревел один из охотников, трясущимся пальцем указывая на изуродованное тело Стеллы, распластанное на полу. – Ты посмотри, что эта тварь натворила!
В наступившей тишине голос Изи, раздавшийся из-за моей спины, прозвучал как удар хлыста – холодный, надменный и пугающе спокойный:
– Я предупреждала. Посмейте еще раз попытаться отобрать у меня жизнь таким жалким способом – и я вырву сердца каждому из вас.
Вейн так и остался сидеть, не шевельнув ни единым мускулом, лишь глаза его комично округлились, застыв в немом шоке. Он смотрел в пустоту перед собой, словно пытаясь осознать, как быстро зал превратился в бойню.
– Черт, – наконец хрипло выдохнул он, медленно окинув взглядом то, что осталось от Стеллы. – Кейн, дружище, тебе стоило бы поучить свою подружку манерам и хоть какой-то сдержанности. Хотя… признаться честно, я и сам не раз мечтал вскрыть этой девке глотку. Она была той еще занозой.
Он перевел взгляд на Изи. Алый отблеск в её глазах еще не угас, выдавая едва приутихшую жажду.
– Она была твоей парой? – Изи бросила на меня короткий, колючий взгляд, прощупывая мою реакцию, но тут же безразлично дернула плечом, будто речь шла о разбитой вазе. – Ай, ладно. Не велика потеря, другую найдешь. Эта тебе всё равно не подходила – слишком много шума из ничего.
Вейн вдруг разразился хриплым, коротким смехом, от которого по спинам охотников пробежал холодок.
– Так, ладно. Хватит драм. Приберите здесь всё, – бросил он подчиненным, вставая. – Пошли, Изи. Нам пора обсудить детали нашей «совместной работы».
Но прежде чем она успела сделать шаг к нему, я стальной хваткой вцепился в её тонкое запястье. Вейн мгновенно подобрался, всё его тело напряглось, как натянутая струна. Он что ревнует?
– Она пойдет со мной, – прорычал я, и в моем голосе не осталось места для споров. Я рванул её на себя и потащил в сторону дверей.
– Я здесь главный, Кейн! – крикнул Вейн мне в спину, и в его голосе зазвенела опасная сталь. – Ты не имеешь права!
– Мне плевать на твои права, – отрезал я, даже не оборачиваясь. – Я её забираю.
Изи не сопротивлялась. На её губах заиграла лукавая, почти торжествующая улыбка. Она послушно последовала за мной, чеканя шаг в такт моему гневу, и не задала ни одного вопроса, наслаждаясь моментом моего собственничества.
Глава 14
Изи
– Куда мы идём? – я задорно заглядывала ему в лицо, едва поспевая за его широким шагом. Кейн не просто шёл, он тащил меня с такой настойчивостью, будто за нами гнались все демоны преисподней.
– В мою комнату, – прошипел он, не оборачиваясь.
– Правда? Так сразу? – я не сдержала смешка. – Ты нетерпелив, Кейн. Не знала, что я произвожу на тебя такое впечатление.
Стоило нам переступить порог, как он глухо захлопнул дверь и с лязгом задвинул засов. Я отстранилась и принялась осматривать помещение, разочарованно морщась.
– Все охотники живут так паршиво или только тебе так повезло? – комната выглядела удручающе: обшарпанные стены, старая, скрипучая мебель, выцветшие светлые тона.
Я перевела на него взгляд, но Кейн молчал.
Он не отвечал – просто сверлил меня тяжелым, немигающим взглядом, от которого по коже пробежал невольный холодок. Кейн начал медленно надвигаться, сокращая расстояние шаг за шагом, словно хищник, изучающий добычу, или ученый, сканирующий каждую клетку моего тела. Его лицо при этом исказилось в брезгливой гримасе, будто он рассматривал нечто глубоко отвратительное.
– Чего ты так смотришь? – я дерзко вскинула бровь, не собираясь отступать под этим ледяным давлением. – Злишься, что я прикончила ту девчонку?
Вместо ответа он снова резко дёрнул меня за руку, затаскивая в тесную ванную.
– Умойся… – почти прорычал он и вышел, захлопнув дверь.
Я взглянула на своё отражение в зеркале и невольно улыбнулась – вид был хищный, пугающий и прекрасный одновременно. Но в ту же секунду на языке расцвёл привкус её крови. Настоящий вкус Стеллы. Мой желудок скрутило спазмом, и меня резко вырвало прямо в раковину.
– Что с тобой?! – Кейн ворвался в ванную, едва услышав звуки борьбы моего тела с тем, что я только что поглотила. Его лицо исказилось от беспокойства при виде алой жижи, выходящей из меня.
– Горькая… – выдохнула я, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Ужасно горькая. У неё внутри был один яд.
– Тебе плохо? – он подошёл ближе, пытаясь коснуться моего плеча.
Я подняла на него глаза, в которых всё ещё догорали красные искры.
– Да нет, – я небрежно махнула рукой, отгоняя его беспокойство. – Просто горечь невыносимая. Что за дрянь она принимала? Какие-нибудь таблетки или просто желчь вместо души?
Я быстро смыла остатки алой чешуи с лица, вышла в комнату и в изнеможении повалилась на его старую кровать, уставившись в потолок.
– Обидно… Я ведь только подкрепилась, а из-за этой девки всё насмарку, – разочарованно протянула я, чувствуя, как внутри снова начинает сосать знакомая пустота.
Кейн тут же оказался рядом. Он навис надо мной, придавливая своим тяжелым, нечитаемым взглядом, словно пытался просветить меня насквозь.
– А может… ты позволишь мне подкрепиться? – я внезапно оживилась и подскочила, дернув его за руку.
Одним ловким движением я оказалась на нем сверху, оседлав его бедра. Мои пальцы запутались в его волосах, а глаза впились в его зрачки, выискивая там хоть тень согласия.
– Я всего немного, Кейн. Утолить жажду, и всё. Обещаю.
Он не просто отстранился – он буквально сбросил меня со своих колен резким, полным раздражения движением. Я едва устояла на ногах, ошарашенная этой внезапной вспышкой.
– Значит, внутри тебя сплошная пустота? – его голос стал низким, вибрирующим, и этот звук отозвался где-то глубоко у меня в грудной клетке. – Получается, всё, что происходит… каждое чувство, каждый миг, прожитый вместе – всё это просто обнуляется? Стирается, будто нас никогда и не было?
Я замерла, глядя на него сверху вниз, сбитая с толку его внезапным напором.
– О чем ты вообще говоришь? – в моем голосе звучало искреннее недоумение. Я решительно не понимала, к чему он клонит и какая муха его укусила.
– О том, что произошло между тобой и Вейном, – он подался вперед, сокращая дистанцию, его взгляд стал обжигающим. – Если я соглашусь и дам тебе свою кровь, завтра ты тоже назовешь это всего лишь «удачным шоппингом»? Очередным эпизодом, который не оставил в тебе ни следа, ни памяти? Ты просто играешь с нами, как с куклами, не так ли, Изи? – его голос сорвался на опасный, дребезжащий полушёпот. – Присматриваешь цель, прыгаешь на каждого, кто подвернётся под руку, а потом вычеркиваешь из памяти, стоит тебе получить своё? Верно я говорю?
Он резко сократил расстояние, и в его глазах вспыхнуло нечто по-настоящему яростное.
– И что ты исполняешь сейчас? Очередной этюд? Так вот, послушай: я не собираюсь быть твоей марионеткой, поняла? Ты мне противна. Ты – то самое существо, которое я поклялся истреблять. Моя работа – пустить тебе кровь, а не дарить наслаждение и не ублажать твои прихоти. Что тебе вообще от меня нужно?! Почему ты вечно крутишься рядом? Почему так смотришь, будто хочешь выжечь во мне дыру своим взглядом? – в его словах сквозила горечь пополам с яростью.
Я подошла к нему почти вплотную, сокращая дистанцию до опасного минимума. Его глаза в этот миг стали настоящим магнитом – глубоким, тягучим, лишающим воли.
– На самом деле всё чертовски сложно, – прошептала я, не отрывая взгляда от его зрачков. – Я сама не до конца понимаю, что происходит, но твои глаза… и твоя кровь… После неё внутри всё меняется. Это не похоже на обычный голод.
Я кокетливо, почти невесомо очертила пальцем круг на его груди. Под кончиками пальцев я ощутила, как перекатываются его напряженные мышцы.
– Может, дело в том, что ты наполовину один из нас? Но даже вампирская кровь не дает такого эффекта. И еще… мой ответ на твои обвинения. Я не играю с тобой, Кейн. С тобой всё иначе. Эти чувства… они другие.
Лицо Кейна в мгновение ока преобразилось: ярость сменилась ошеломлением. Пользуясь его замешательством, я подалась еще ближе, почти касаясь губами его шеи.
– Так ты позволишь? – выдохнула я ему в самую кожу.
– А что, если ты решишь перегрызть мне глотку, как Стелле? – в его голосе прорезалась хриплая усмешка.
Я заливисто рассмеялась, запрокинув голову, и мой смех колокольчиком рассыпался по комнате.
– Кейн, неужели великий охотник действительно меня боится? Не бойся, милый. Ты куда вкуснее этой ядовитой змеи.
Кейн тяжело выдохнул, окончательно сдаваясь под моим напором. Он медленно отклонил голову в сторону, подставляя под мой взгляд пульсирующую вену на шее.
– Ох, спасибо… – сорвалось с моих губ.
Я тут же прильнула к нему, поднимаясь на носочки, чувствуя жар его тела, и с жадным стоном впилась зубами в горячую кожу.
Он на мгновение замер, его пальцы до боли стиснули мою талию. Я сделала всего один жадный глоток – чистый, обжигающий, выметающий остатки горечи Стеллы – и тут же отстранилась.
– И всё? – он открыл глаза, в которых еще плескалось затуманенное марево.
– Да, я же сказала – немного. Просто от той дряни внутри всё бурлило. Она явно принимала что-то токсичное. Это меня не убьет, но вкус… бр-р.
Я замерла, не отрываясь, изучая каждую черточку его лица, словно видела его впервые.
– Твои глаза… – прошептала я, всматриваясь в радужку. – Они будто стали еще тусклее. Что это с тобой?
– Это диета, – отозвался он, постепенно приходя в себя после моего укуса и возвращая себе привычную отстраненность.
– Диета? – я искренне изумилась, округлив глаза. – Ты что, ешь животных? Но тогда почему они не желтые?
Кейн вдруг коротко, почти хрипло рассмеялся, и этот звук на мгновение смягчил его суровый облик.
– Нет, Изи. Я ем обычную еду. Человеческую. А глаза… они у меня такие с самого рождения.
Я нахмурилась, решительно не понимая, как устроена его физиология.
– Как это возможно? А как же сила? Откуда ей взяться, если ты перебиваешься кашами и жареным мясом?
– Я и так достаточно силен, – отрезал он, и в его голосе проскользнула стальная уверенность. – Мне вполне хватает изнурительных тренировок.
Я прищурилась, переведя взгляд на его губы.
– И что, неужели у тебя даже ни разу не возникало желания попробовать кровь? У тебя вообще клыки-то имеются? Или тебе достались только красные глаза – так, для красоты и устрашения?
– Вообще-то есть, – буркнул он. Кейн явно смутился, и это было так непривычно для «великого охотника», что я не смогла сдержать улыбки. – Но… они до смешного короткие. Почти незаметные.
– Покажешь? – я подалась вперед, сгорая от любопытства. Я буквально заглядывала ему в рот, задирая голову, чтобы поймать малейшее движение его губ.
Кейн замялся. Было видно, как сильно он не хочет демонстрировать свою «неполноценность» перед чистокровной вампиршей, но мой настойчивый, горящий азартом взгляд просто не оставил ему путей к отступлению.
– Не знаю как… они иногда сами появляются, когда я в ярости или на пределе, – Кейн отвел взгляд, словно это признание давалось ему с трудом.
Я лишь усмехнулась и медленно провела острым когтем по своей шее. Тонкая алая струйка послушно потекла вниз, пачкая ключицу.
– Просто попробуй, Кейн. Моя кровь… она другая.
– Она отвратительна, – Кейн резко поморщился, рывком оттолкнул меня и отшатнулся в сторону.
Я лишь небрежно пожала плечами и, развернувшись с кошачьей грацией, отошла к окну.
– Ну, как хочешь, – бросила я равнодушно, делая вид, что вид за стеклом занимает меня куда больше его скромности.
А вид и правда был завораживающим: за окном разливалась широкая река, бесшумно уходящая в объятия молчаливого, мрачного леса. Воздух здесь казался звенящим от чистоты и холода. Я кожей ощутила, как Кейн подошел сзади – его присутствие отозвалось волной жара. Он резко развернул меня к себе, не проронив ни слова, и впился взглядом в мою шею. В его глазах полыхал новый, пугающий огонь.
– Что такое? – выдохнула я, почти теряясь под этим напором.
– Странное чувство… – хрипло отозвался он, не отрывая взгляда от моей кожи.
Я видела, как в нем прямо сейчас сталкиваются две сущности, разрывая его на части. Его лицо искажалось от привычной брезгливости к моей породе, но при этом на скулах бешено играли желваки, а на шее вздулась вена – он едва сдерживал дикую, первобытную жажду, которую годами забивал тренировками и «человеческой едой».
Затем Кейн медленно, почти мучительно наклонился и провел горячим языком по моей шее, слизывая застывшую алую дорожку. Я невольно зажмурилась, мир поплыл, а пальцы сами впились в его плечи. Его прикосновения были невесомыми, почти дразнящими… до того момента, пока плотина не рухнула.
Его хватка мгновенно стала стальной, намертво прижимая меня к себе. Он резко, по-звериному впился в мою шею, глубоко прокусывая кожу. Я вздрогнула от неожиданности, за которой тут же последовал первый глоток – осторожный, пробный, будто он боялся отравиться. Но за ним последовал второй. Третий. Кейн начал пить жадно, исступленно, словно умирающий от жажды в пустыне, наконец добравшийся до живой воды. Весь его хваленый самоконтроль разбился вдребезги о вкус моей крови.
– Кейн… всё, хватит! – я попыталась оттолкнуть его, упираясь ладонями в его твердую грудь, но он лишь крепче замкнул кольцо своих рук. В этот момент я была для него не союзницей и даже не женщиной – я была его законной добычей. Я чувствовала, как с каждым глотком из меня уходит не просто кровь, а сама суть: он буквально вытягивал мою силу, впитывая её в себя. – Кейн! Очнись! Я еще даже не успела вам ни в чем помочь, а ты уже решил прикончить меня прямо здесь?
Он резко отпрянул, словно от удара током. Его грудь тяжело вздымалась, дыхание было рваным и горячим, а глаза дико блестели, отражая первобытный хаос, бушевавший внутри.
– Извини… – хрипло выдавил он, отступая на шаг. – Я не специально. Оно… оно само…
По его нижней губе медленно стекала яркая алая капля моей крови. Те самые клыки, о которых он говорил с таким пренебрежением, теперь отчетливо белели в полумраке – короткие, но острые, как бритвы. На моих глазах произошло невероятное: они начали удлиняться, повинуясь пробужденному инстинкту.
Я завороженно, почти в трансе, смотрела на это превращение. Страх отступил, сменившись странным, порочным любопытством. Я подалась вперед, сокращая дистанцию, и медленно, вызывающе провела языком по его губе, бережно слизывая остатки собственной крови.
Кейн на мгновение замер, превратившись в изваяние, но под моими ладонями его сердце вдруг предательски сбилось с шага и заколотилось – тяжело, гулко, в том самом первобытном ритме.
В следующую секунду плотина рухнула окончательно. Он сорвался. Кейн впился в мои губы сокрушительным, жадным поцелуем, в котором выплеснулось всё: годы самоотречения, накопленная ярость и тщательно скрываемое, выжигающее изнутри желание. Это не было нежностью – это была стихия, дикая и неопознанная. Его губы, горячие и властные, обжигали мою шею, спускаясь к ключицам, а я, захлебываясь в этом безумии, снова инстинктивно приникла к его горлу.
Я забирала свою силу обратно, глоток за глотком, чувствуя, как он хрипло, почти по-звериному рычит мне в кожу. Но он не отстранялся. Напротив, он подавался навстречу, снова и снова впиваясь в мои раны, испивая мою кровь в ответ. Мы превратились в замкнутый, порочный круг из жажды, боли и запредельного наслаждения, пока я не почувствовала, что реальность начинает плавиться.
