Язык склада

Ирина Калитина
Язык склада

После того, как загружали и отправляли машину на родину Веры, собственница склада говорила, удовлетворённо улыбаясь, растягивая гласные:

«Коогда, они, нааконец-то, нажрутся?»

Никого, кроме двоих женщин, на складе не было, слова эти адресовались Вере, безответному существу, полностью зависимому от начальницы, которая считала себя пострадавшей от «советской оккупации», возможно, так оно и было. Накопившиеся обиды она переносила на невиновного человека.

Судя по интонации Веры во время рассказа, её сильно задевало оскорбление, но она молчала.

Три недели назад хозяйка вошла в их холодное помещение с серым, озабоченным лицом. Неожиданно, складская терминология пополнилась ещё одним русским предложением:

– Машиины из России боольше не придуут. Чтоо случиилось, не понимаааю.

Ответ напрашивался сам собой, но владычица молочной продукции не ожидала получить его от бессловесной мышки.

– Они нажрались!

Так представительница варварского восточного народа вернула женщине, рассуждающей о «европейских ценностях», её хамство.

Шок от того, что лишилась работы, оказался настолько сильным, что семья испугалась за Веру, дочь и зять купили дешёвые горящие путёвки и отправили родителей в путешествие.

Муж после купания подсел к нам:

– Ты работала всю жизнь, не беспокойся, дети выросли, можешь отдохнуть.

Она посмотрела на него грустно.

Он, деликатный и нежный, не походил на работягу, скорее, на рядового инженера или мастера производства. Повысить голос или требовать чего-то, видимо, не умел.

– Дочь вышла замуж, за неё не волнуюсь, а сыну нужно дать образование, – печально сказала Вера.

О том, что она раскаивается и хотела бы вернуться на склад, речь не шла. Вероятно, и существование самого склада, как и производственного комплекса, было под вопросом при отсутствии основных покупателей.

Рейтинг@Mail.ru