Черновик- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Ирэн Гур Ты мой рок-н-ролл
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Он говорил об этом?
– Я знаю его около 10 лет, ему не нужно говорить об этом, – жестко отвечает Тэд, заливая в себя свой шот текилы.
– Почему тогда он вёл себя с ней как мудак? – я переношу вес на одну ногу и немного изгибаю бедро, отчего мои и без того открытые бока привлекают еще больше внимания. Взгляд Тэда цепляется за мою голую кожу.
– Потому что парни всегда ведут себя как идиоты, когда им нравится девушка, – отвечает он тише чем раньше.
– Удивительно, что ты это признаешь, – я смеюсь.
Он молча пожимает плечами, а затем тыкает меня пальцем в мое голое плечо.
– А теперь ты рассказывай, почему решила напиться одна вечером в обычный день?
– Потому что меня выбесила моя мать, – просто отвечаю я, а затем резко срываюсь в сторону стола с аэрохоккем, – но ты обещал веселье, а не задушевные разговоры.
Он ленивой походкой тянется за мной.
– То есть, ты можешь задавать мне вопросы о моем лучшем друге, а я не могу спрашивать о тебе?
– Да, именно так! – я выуживаю ему свою самую сладкую улыбку.
– Это какой-то бред.
– Не-а, и предлагаю тебе рассказать, были ли у твоего дружка нормальные длительные отношения, пока я буду обыгрывать тебя в хоккей.
– С чего ты взяла, что будешь обыгрывать меня? - он хмурится.
Вообще по тому, как он себя держит, немного отстраненно, руки в карманах, создается ощущение, что ему не особенно интересно проводить время со мной. Но с другой стороны, есть его взгляд, который я ощущаю каждой клеточкой своего тела, и он говорит другое. Так что я прихожу в замешательство от нашего общения.
– Вообще-то я даже готова поставить двадцатку на то, что я тебя обыграю.
– Ты очень самоуверенна.
– Проверь и поймешь, что это не просто так, – я запускаю в него шайбу, весело подпрыгивая, когда она сразу улетает в лунку.
Тэд медленно смотрит на стол, на лунку, на меня, а потом резко выдыхает:
– Ну уж нет, малыш.
Через 10 минут напряженной игры, когда я в полном шоке понимаю, что он просто размазывает меня в пух и прах, я, незакончив игру, отталкиваясь от стола и двигаю в сторону бара.
– Я хочу ещё выпить.
– Кто-то не умеет проигрывать? – весело тянет Тэд, нагоняя меня у барной стойки, и показывая какой-то неведомый жест бармену.
Я строю ему гримасу и отворачиваюсь в сторону. Я не ожидала, что он сделает меня. Никогда никто не обыгрывал меня в эту тупую игру. Марк же вообще говорил, что сдается сразу. Но есть что-то волнительное, что рядом Тэдом я не могу занимать свое привычное место “королевы бала”. Он заставляет меня напрягаться.
Это раздражает.
И это возбуждает.
– Ты должна мне двадцатку, – он протягивает мне новый шот с текилой, я беру его, наши пальцы слегка касаются, – но я предпочел бы взять с тебя этот долг по-другому.
Опять эта соблазнительная ухмылочка. Это было бы весело, если бы так не влияло на меня.
– И не мечтай, – жестко говорю я, – так что насчет Брайена и его девушек?
– А что с его девушками?
– Они были? Или он с ними только спит? – спрашиваю я.
Тэд покручивает браслеты на своих запястьях.
– А тебе это всё вообще зачем? Не думаешь, что твоя подруга взрослая и сама разберется?
Она то может и взрослая. Но она тот еще ребенок. И очень ранимая. И в ее ситуации, выбор парня, мягко говоря, странный.
– Просто забочусь, – пожимаю плечами и двигаюсь в сторону танцпола, - пошли, веселье только начинается!
Текила уже бурлит в моей крови, и я хочу танцевать.
Диджей наконец начал крутить нормальные ремиксы, на танц-поле не очень много людей, но мне все равно. Я двигаю бедрами под Dont stop the music. Тэд, посмеиваясь, идет за мной.
– Давай, мы же веселимся, – я тыкаю его в плечо, пытаясь заставить двигаться.
– Я не очень хорош в танцах, – наклонясь ко мне, чтобы перекричать музыку, говорит Тэд. Мое ухо обдает его дыханием. И мне приходится немного встряхнуться, чтобы отойти от этого ощущения. Потому что мозг тут же подсовывает мне фантазии того, как он мог бы шептать мне на ухо в другой ситуации.
Боже, женщина, уймись, тебя дома ждет парень!
– Удивительно, ты сам признался, что в чем-то не очень хорош?
Снова наглая ухмылка расцветает на его лице, когда он говорит:
– Я хорош во всем остальном.
– Но меня интересуют только твои танцевальные навыки, – я пожимаю плечами, продолжая танцевать.
Он только лишь смотрит на меня горячим взглядом и нелепо покачивается из стороны в сторону.
– Ты не просто не очень хорош, ты просто ужасен! – хохочу я, тыкая его в плечо. Мне почему-то так весело, я ничего не могу с собой поделать.
Спустя 10 минут мы выпиваем еще несколько шотов текилы, и я окончательно отрываюсь.
Я танцую. Я смеюсь.
Я чувствую себя такой энергичной и такой живой.
Я бы могла побояться пить с малознакомым парнем, который активно ко мне клеился, но я почему-то понимала, несмотря на всю эту химию между нами, ничего не будет. И хоть мне и было немного неловко с ним поначалу, мой обширный опыт в общении с мужчинами, позволил мне “задвинуть на задворки разума” все это напряжение и просто весело проводить время.
Поэтому в конце концов, я глупо хохочу, всё-таки заставляю его танцевать, а ближе к ночи мы оседаем на диванчике в углу клуба, и я достаточно пьяна, чтобы мой язык развязался:
– Знаешь, что самое тупое? – я откидываюсь на спинку дивана. – Моя мать присылает мне статьи о том, как я должна построить карьеру. Каждый день. Статьи о том, как я должна быть успешной, как мне нужно себя реализовать. Каждый раз говорит о том, что я должна построить взрослые отношения. Семья. Карьера. Идеальный план. Это бесит. Она не преуспела ни в чем из этого.
Тэд молчит. Слушает меня, но он будто отстранен.
– И всё эти «ты же не можешь всю жизнь подносить кофе», «подумай о своём будущем». Как будто она сама такой успешный пример. Работает консьержкой, но советует мне, как жить.
– Может, она беспокоится о тебе. Как умеет.
– Да, но черт возьми, как же это бесит!
Я откидываюсь на диване и тяну еще немного коктейля из своего бокала.
– Моя мама умерла, когда мне было пять лет. – звучит голос Тэда, – я почти не помню ее.
Я не знаю, что сказать. Я не ожидала от него откровений. Как не ожидала и от себя того, что я буду пьяная, изливать душу первому встречному в клубе парню.
– Ох, прости. Мои жалобы наверно звучат неуместно.
– Нет, продолжай, – легко говорит он и тянется за стаканом, чтобы сделать еще глоток. – Тебе явно нужно выговориться.
Я сглатываю. Он прав. Мне нужно было выпустить это все из меня. И мне становится легче, когда я заплетающимся языком продолжаю.
– Она была такой же… ветренной… тусовщицей… наличие дочери всегда ее напрягало. Мешало. А теперь она вдруг вспомнила обо мне.
“Роксана, милая, ты должна быть серьезней” “Роксана, милая…” Тьфу!
– Она называет тебя “милая”?
– Ага.
– Да как она может?
– Да, – икаю я.
– Да твоя мать просто демон, – смеется он.
– А я ж о чем говорю!
Мы вместе смеемся. Тэд поворачивается ко мне. Мы близко к друг другу. Я смотрю на его лицо в тусклом сине-зеленом свете. И я достаточно пьяна, чтобы обратить внимание на то, как двигается его кадык, когда он сглатывает. Как его губы складываются в довольно приятную улыбку. Во мне столько шотов текилы, что завтра я об этом и не вспомню, но сегодня я хочу его поцеловать.
Прикоснуться губами и почувствовать что-то.
Я совсем немного подаюсь вперед, надеясь сократить расстояние между нами. Но Тэд вдруг резко отворачивается.
– Смотри, опять Bon Jovi, – указывает он на диджея, – он включает эту песню уже третий раз. Что с ним не так?
Жар заливает мои щеки.
Что со мной не так?
Меня дома ждет Марк.
–Наверно, он фанат Bon Jovi.
Уже под утро, я заваливаюсь в нашу с Рией квартиру. Потому что идти домой к Марку пьяной после максимально странной ночи с другим парнем в клубе кажется мне не совсем уместным.
Глава 4: Рокс
Марк заботится обо мне.
Марк готовит мне завтрак.
Марк следит за тем, чтобы я поела.
Марк интересуется, как прошел мой день на работе.
Искренне интересуется, а не делает вид, что ему интересно. Просто Марк хороший парень. Тот самый “зеленый флаг”.
А я только и дело, что переживаю о том, что он меня не хочет.
Нет, в наших отношениях секс присутствует. Просто он похож на секс супружеской пары, у которой трое детей: приходит редко, пролетает быстро, как будто просто иногда нужно, а не хочется. И это безумно бесит меня, потому что мне 22, я не готова списывать себя со счетов. А с другой стороны я просто ненавижу себя за то, что думаю так мелочно.
Я не достойна такого хорошего парня.
Марк пригласил меня в ресторан на романтический ужин. И вот мы сидим в милом маленьком ресторанчике и пьем какое-то дорогущее вино.
– Думаю, что к концу года я смогу попросить повышение, – Марк отпивает немного вина.
– Это замечательно, – отвечаю я, натягивая улыбку на лицо.
Что за странная привычка прийти на свидание и говорить о работе? – Да, босс мной очень доволен. Наш отдел стал намного продуктивнее, когда я стал во главе.
Я киваю, осматривая помещение. Кроме нас здесь еще несколько парочек, которым около тридацати и все они выглядит как снобы. Костюмы. Рубашки. Шелковые платья у женщин. Я со своей мини-юбкой немного не вписываюсь в антураж.
– Кстати, уже через два месяца откроются вакансии в отделе маркетинга, и мы сможем работать вместе, – более воодушевленным тоном сообщает Марк.
– Я жду с нетерпением.
Марк медленно окидывает меня взглядом:
– Что такое, Рокс?
– О чем ты?
– Ты сама не своя.
– Неправда! Со мной всё хорошо, – я пожимаю плечами.
– Я же вижу, дорогая, поделись со мной, – он протягивает свою ладонь к моей. Я наблюдаю за этим движением. В нем полно заботы.
– Ты переживаешь по поводу новой работы? Да? – спрашивает Марк, – ты думаешь, что не готова?
Не готова? Это не то, что я думаю.
–У тебя отличное образование. А вакансия стажера не подразумевает какой-то бешеной ответственности, ты сможешь постепенно влиться в коллектив. Все будет отлично. К тому же, я знаю начальника отдела маркетинга. Лорен очень классная, – продолжает Марк.
– Это не совсем то, о чем я переживаю.
Он вздыхает:
– Ты боишься перемен? Не хочешь бросать свою старую работу?
Бинго!
Я киваю. Корпорация, маркетинг – это логичное развитие карьеры. Но хочу ли я этого на самом деле? Без понятия. Но когда не знаешь, чего хочешь, то нужно делать то, что нужно.
– Ты не уверена, что работа в маркетинге, это то чего ты хочешь? – спрашивает, наконец, Марк, будто прочитав мои мысли.
Как он может быть настолько чутким?
Я опять киваю. Марк сильнее обхватывает мою ладонь.
– Милая, пока ты не попробуешь, ты не поймешь. Вот и все. Ты всегда сможешь вернуться работать в кофейню.
Я улыбаюсь:
– Ты прав.
Почему он такой разумный, черт возьми?
– Я не хочу говорить об этом на нашем свидании, – я протягиваю ладонь к предплечью Марка.
– А о чем ты хочешь поговорить?
Я смотрю на него из-под полуприкрытых ресниц, касаюсь пальцем его запастья:
– О чем угодно, только не о работе, – говорю я с придыханием.
Я знаю эту игру. У меня было много парней, с которыми я в нее играла. И они все реагировали. Но Марк. Не реагирует. Он до конца вечера обсуждает мои чувства, выясняет мое мнение. Изучает мой внутренний мир. А я снова чувствую себя законченной тварью. Потому что у меня замечательный парень, который думает о высоком, а я зациклена на своих низменных потребностях.
***
Мы с Рией крутимся у зеркала в ее спальне, раскидав весь ее гардероб. Она позвала меня, чтобы я помогла ей выбрать образ для ее выступления. Она притащила пакеты из магазинов, с новыми платьями, которые она примеряет уже по третьему кругу.
– Что думаешь? – она крутится в красивом длинном темно-фиолетовом платье, в котором она похожа на оперную диву, которую пришли послушать 50-ти летние снобы.
– Ну не знаю, малышка, как-то чересчур серьезно.
Я выуживаю из кучи шмотья перед нами, облегающее платье с блестками с высоким разрезом, в котором Рия как-то ходила на вечеринку-маскарад в колледже.
– Может, что-то в таком духе? – трясу этим платьем в воздухе и блестки сыплются на ковер, – Твой парень будет счастлив видеть немного кожи.
Рия смущается. А затем мягко смеется. Ее голос такой воздушный.
– Честно говоря, ему совершенно все равно, что на мне надето. Я бы могла надеть мешок от картошки, и он бы все равно назвал это сексуальным.
На лице Рии пробегает это мечтательное выражение, которого я давно не видела на лице подруги, и я искренне радуюсь за нее. После истории с ее бывшим, я рада, что она, наконец, смогла переступить через свой страх.
– Это, конечно, очень мило, но это не значит, что ты должна носить мешок от картошки.
– На самом деле у меня есть ещё кое-что, – Рия выуживает из одного из пакетов какой-то совершенно зефирный кусок ткани. И быстро снимая предыдущее платье, тут же ныряет в новое. Это очень нежное платье цвета розового золота с легким сиянием и сатиновой юбкой по колено. Я и не знаю, что сияет больше - платье или моя подруга в нём.
– Это вау!
– Ты думаешь? – Рия вертится у зеркала.
– Ты в нём просто принцесса!
– Не слишком принцесса?
– Нет, в самый раз. И твой парень будет в восторге, потому что в нём твоя грудь выглядит просто шикарно, – я подхожу ближе, поправляя ткань рядом с её декольте. Тут я даже немного завидую Брайену.
– Не слишком шикарно? – опять смущается Рия, – я бы хотела выглядеть элегантно. Это же концерт. Я не пытаюсь никого соблазнить.
– Ну да, а после концерта вы пойдете пить какао и раскладывать пасьянс, – я закатываю глаза, – не смеши меня!
Потом я принимаю серьезный вид, чтобы продолжить:
– Нет, малышка, платье шикарно. Ты в нём шикарна, и ни разу не чересчур. И ты сама это знаешь – я вижу по твоим глазам. Ты уже влюбилась в это платье.
Она трогает ткань платья и мечтательно обнимает себя.
Я глажу её по волосам. И она начинает кивать, соглашаясь.
– Ну и это куда лучше чем мешок картошки, так что я надеюсь, что Брайен будет снимать его с тебя с удовольствием.
Рия строит гримасу, и я чтобы уже добить её, продолжаю:
– Или его можно и вовсе не снимать. Тут довольно короткая юбка…
– Рокс!
– Что? – я невинно хлопаю глазами, – тебе лучше надеть стринги под это платье, знаешь ли, тогда у него точно снесет крышу, – деловито продолжаю я, – или можешь вовсе не надевать белья…
Когда я договариваю, в меня уже прилетает подушка.
– Ты неисправима!
Я пожимаю плечами и отшучиваюсь:
– Господи, женщина, если с моей сексуальной жизнью все дерьмово, дай мне хотя бы насладиться твоей.
Рия замирает, ее темные глаза впиваются в меня:
– Что значит «все дерьмово»?
– Забей.
– Нет, рассказывай! - она снимает с себя этот зефирный рай и накидывает пижамный костюм.
– Малышка, просто у нас с Марком временные сложности. Это пройдет. Мы поговорим и все наладится, – надеюсь, – Лучше расскажи, как продвигаются отношения с твоим парнем. И так и быть, можешь не рассказывать о сексе, расскажи о всем остальном. Как ты чувствуешь себя с ним?
– Ты серьезно хочешь говорить о моем парне? – мягко говорит она. Только на слове “парень” она сбивается. Ей все это непривычно.
– Абсолютно точно. Потому что о моем парне мне тебе рассказать нечего. Разве что он сегодня вечером создат нам общий счет в банке, – пытаюсь отшутиться я. Ага, одно место работы, совместные кредиты, ипотека, пенсия. Брр.
Рия вздыхает, вижу по ее прищуренным глазам, что она хотела бы меня додавить, но она понимает, что это невозможно. Поэтому она просто начинает рассказывать о своих отношениях. Говорит, что он хотел поехать с ней к её маме. Говорит, что с ним она чувствует себя особенной.
Она не говорит главного, но по каждому слову, по тому как сияют её глаза, я понимаю, что она влюблена. Она чертовски сильно влюблена в него.
И я вдруг понимаю, что я сама никогда не говорила так о своих парнях. У меня никогда не блестели глаза так. Я вроде как и влюблялась. Но это было скорее физическое влечение. Или просто стечение обстоятельств. Или практичность. Я думала, это и есть норма. Но сейчас, когда я вижу, как Рия говорит о Брайене…
Я никогда бы не рассказывала с такими глазами о Марке.
Марк хороший парень, нам хорошо вместе. Он меня привлекает. Но у меня никогда не подкашивались ноги от него, и не екало сердечко, и я не светилась от того, что я с ним, в то время как Рия буквально сияет от счастья. А мне просто было нормально.
Но ведь нормально - это не плохо? Просто я другая. Я не верю в сказки и чувства, как из женских романов. А моя подруга – романтичная натура. А мне это ни к чему.
Наверное.
Глава 5: Рокс
– Милая, ты уже открыла подарок? – спрашивает Марк утром, перед тем как мы собираемся на концерт Рии.
Он оставил мне большой коробок, который я так и не открыла. Честно говоря, подаркам Марку еще нужно учиться. Как-то он подарил мне сертификат в школу онлайн-курсов, мотивируя это тем, что всегда пригодится. А еще раз подарил серебряные серьги. Это было бы хорошим подарком, если бы на вид эти серьги не были похожи на те, которые он снял со старушки королевы Елизаветы. Куда я такие надену? Я, человек, у которого мини-юбка сочетается с мини-топом и агрессивным кожаным чокером?
В общем, мне еще предстоит научить его делать нормальные подарки, которые будут мне нравится. Поэтому на коробок я поглядываю с опаской.
Марк заглядывает в спальню.
– Ну же, открывай.
Я открываю коробку, из нее на меня смотрит ткань унылого темно-синего цвета. Раскрываю и понимаю, что это платье. Строгое платье-рубашка, длиной ниже колена, закрывающее все на свете. Даже бухгалтерша в нем выглядела бы плохо. Я осматриваю это “нечто”, сильно стараясь не скривиться.
– Примерий. Я подумал, что тебе было бы немного немного обновить гардероб, прежде чем ты пойдешь работать в мою компанию. Там есть дресс-код.
Я оглядываю этот унылый кусок ткани, который кто-то по ошибке назвал платьем, и нервно смеюсь.
– И ты думаешь, что мне нужно носить вот это?
– Корпоративный стиль, – пожимает плечами Марк.
– Да я буду в этом похожа на бабку! – не выдерживаю я.
Он что, серьезно? Как я могу надеть это?
– Рокс, это просто деловой стиль. Ты не можешь прийти на нормальную работу в мини-юбке и с голым животом, я просто хотел помочь.
Я смотрю на него, он стоит в полной уверенности, что прав и просто буравит меня взглядом. Я даже не могу понять, раздражен ли он, или ему все равно.
– Прости, но это стоит вернуть. Я точно не надену это.
– Ладно.
Он пожимает плечами, но в его голосе проскальзывает что-то. Разочарование? Обида? Я не успеваю понять – он уже выходит из комнаты.
Я откидываю взглядом это злосчастное платье и бегу за ним, потому что меня вдруг захлестывает чувство вины:
– Прости, я не хотела тебя обидеть. Мне приятно, что ты заботишься обо мне, но это совсем не мой стиль, ты же это знаешь.
– Ладно, Рокс, не бери в голову, найдем что-то другое, – спокойно отвечает он.
Я тянусь к его шее и целую в щеку.
– Ты точно не обижаешься?
– Нет, – он гладит меня по голове.
А почему он не обижается, собственно? Я же откровенно повела себя ужасно. Почему он не устраивает скандал? Почему так спокоен?
– Если не нравится мое платье, то мы вернем его. Но тебе все равно придется немного пересмотреть свой гардероб, когда придешь на новую новую работу.
– Я знаю, – тяжело вздыхаю я, – я попрошу Рию, и она поможет мне подобрать что-то подходящее для офиса, но стильное. Окей?
– Хорошо.
Он улыбается и обнимает меня.
И как мне повезло с этим парнем?
Я возвращаюсь в свою комнату и окидываю взглядом этот «корпоративный» экземпляр женского гардероба. Меня аж передергивает от мысли, что мне придется ходить в таком.
От мысли, что мне придется загнать себя в рамки офиса. Я всегда подбивала Рию бросить её унылую работу в мебельной компании, а теперь сама иду тем же путем. Но я ведь и правда не могу всю жизнь работать на “временной” работе и заваривать людям кофе?
Вечером мы с Марком собираемся на концерт Рии. Моя малышка слишком долго готовилась к этому моменту, поэтому я должна ее поддержать.
Я надела ярко-красный укороченный лонгслив, который обнажал мои плечи и живот, и джинсы, которые делали из моей задницы произведение искусства. Собрала волосы в пучок, открыв шею. И макияж! Макияж, с яркими смоки, который делал из меня не просто девчонку, а девушку мечты. Признаюсь, я не каждый день одевалась так провокационно. Но после этой истории с платьем от Марка, мне вдруг остро хочется снова почувствовать себя яркой, красивой и собой. А еще мне остро хочется почувствовать на себе восхищенный взгляд своего парня.
Или хоть чей-нибудь восхищенный взгляд.
Когда я выхожу из спальни, готовая к выходу, Марк окидывает меня взглядом, прокашливается и неуверенно произносит:
– Ты хорошо выглядишь.
– Ты тоже, – улыбаюсь я, пока мы спускаемся к такси.
Он снова осматривает меня, и по его взгляду я вдруг понимаю, что он, на самом деле, не имел это ввиду. Черт.
Молча мы садимся в машину, Марк открывает передо мной дверь. И спустя несколько минут он тихо спрашивает:
– Правда, Рокс, тебе не кажется, что это чересчур? – он заглядывает в мое декольте. И я просто мечтаю увидеть там голодный взгляд. Но он, скорее, оценивающий.
– Что?
– Твой наряд.
– А что такое? Я же иду на концерт к подруге, а не в офис, – я легко пожимаю плечами.
– Только ощущение такое, что ты идешь не на концерт, а просто пытаешься кого-то соблазнить.
Он отводит взгляд, и в его голосе звучит не ревность, а... неловкость?
– Может я хочу соблазнить тебя? – игриво говорю я, придвигаясь ближе и касаясь рукой его бедра.
Он шумно выдыхает и отворачивается в окно, оставив мой комментарий без ответа.
А меня начинает разъедать едкое чувство того, что моя самооценка стремится пробить дно. Я вжимаю свои длинные ногти в подушечки пальцев, стремясь унять это чувство.
– Рия, привет! – машу я ей, когда мы заходим в бар, где должен состояться концерт, – Ты просто потрясающе выглядишь, малышка.
– И нервничаю просто потрясающе тоже, – смеется подруга.
– Тебе не стоит, я уверена, всё будет просто отлично, и ты будешь блистать. Я так рада за тебя, – я обнимаю ее.
Знаю, как для нее это важно.
Марк отошел к бару, чтобы дать мне момент наедине с подругой, и он уже болтает с Тимом, мужем Элис, преподавательницы Рии. Я встречалась с ними один раз. Марк же видит их впервые, и вот он уже завёл дружелюбный разговор.
Я немного поправляю локоны Рии, поднятые сегодня в красивый объемный хвост, как дверь бара раскрывается, и в нее вваливается компания: Мэтт Брайен, их ударник Кевин, и чертов басист. Тэд.
Он медленно окидывает взглядом пространство и смотрит в упор в нас с Рией.
Воспоминания о том, как я весело отрывалась с ним в баре, пока мой парень был дома, резко окатывают меня холодной водой. Мне срочно нужно к Марку.
В этот момент Брайен отрывается от компании парней и резким шагом идет к Рие. И то, как он смотрит на мою подругу, заставляет меня ревностно нахмуриться. Да что со мной такое?
Я подхожу к Марку и обнимаю его за шею, тянусь к его щеке с легким поцелуем.
Демонстративно. Слишком демонстративно. Черт, почему я это делаю?
– Как дела? – спрашиваю своего парня.
– Все отлично, Рокс, – на автомате отвечает Марк и продолжает свою непринужденную беседу с Тимом, как будто меня здесь нет, – я занимаюсь аналитикой. Вся эта творческая среда это не для меня.
Тим немного смеётся:
– Понимаю. Я тоже далек от этого. Но моя жена руководит этим ансамблем, а лучший друг - барабанщик в группе, – так что приходится быть в теме.
Он кивает на Кевина. Тот сидит вместе с Тэдом за столиком у сцены. И Тэд, сидя в пол оборота и прокручивая кожаный браслет на запястье окидывает пространство взглядом, задерживается на мне.
На нас. Он оценивает Марка. На лице появляется еле заметная ухмылка. Мы пересекаемся взглядами и он подмигивает мне.
Придурок! Я сщуриваюсь, пытаясь передать ему всю оценку его дебильности, и резко разворачиваюсь к Марку.
Вот что важно! Я пытаюсь вслушаться в его разговор, чтобы поддержать его, но слова разлетаются как строчки книги, которую пытаешься прочитать уже за полночь.
