Илья Ангел Путь меча. Том 2

Это был не просто халат или куртка. Это был комплект, состоящий из нескольких частей. Основной цвет — глубокий, насыщенный алый. Цвет, который невозможно не заметить, но это не был кричащий, дешёвый оттенок. Он был благородным, тёмным, а когда на него падал свет, он начинал переливаться, словно был сделан из тлеющих углей.

По этому алому полю струились, переплетались и расходились узоры, вышитые нитями чистого, матового золота. Они были сосредоточены на груди, спине, вдоль рукавов и по краям одежды. Но это было сделано не только для красоты. Узоры образовывали защитную формацию, буквально окутывая меня прозрачным защитным барьером.

Я стал облачаться. Сначала — плотные штаны из той же алой ткани, но на бёдрах и вдоль внешней части ног к ней были аккуратно пристрочены тонкие, почти невесомые накладки. Они были пропитаны составами, увеличивающими прочность и стойкость к истиранию.

Затем — основная часть: длинная, до середины бёдер куртка с высоким воротником-стойкой и глубоким разрезом сзади для свободы движений. Её ткань сама по себе была особенной. В неё при создании были вплетены тончайшие волокна металлизированного шёлка, а после она была пропитана алхимическими растворами на основе отвара коры железного дуба и смолы горного кедра. Это делало её прочной, как добротная кожа, стойкой к намоканию и способной гасить часть слабых ударов.

Как и штаны, она также могла похвастаться накладками. На груди, плечах, предплечьях и с внешних сторон голеней. Все они были окрашены в цвет одежды и расшиты золотом.

Надев всё это, я почувствовал не стеснение, а уверенность. Ткань и накладки не сковывали, двигались со мной, как единое целое. От одежды исходил лёгкий, но очень приятный, цветочный запах.

Я пристегнул к широкому поясу из чёрной прочной кожи ножны с «Огненным Вздохом». Багровые прожилки в клинке, казалось, откликнулись на алый цвет одежды, пульсируя чуть ярче в полумраке комнаты.

Войдя в главную комнату, я на мгновение замер в дверном проёме, рассматривая маму, которая уже ждала меня.

Всего три дня назад её лицо было обезображено синяками и ссадинами, а сломанная рука лежала в лубках. Теперь же, благодаря лучшим заживляющим мазям и регенерирующим эликсирам, которые только можно было достать в Циньшуе, от страшных следов насилия почти не осталось и следа.

Синяки под компрессами из Лунного лотоса сошли за ночь, оставив лишь лёгкую желтизну, легко скрываемую лёгкой косметикой. Перелом, под воздействием «Пилюли Сращения Костей», затянулся с невероятной скоростью, и хотя рука ещё требовала покоя, она уже не причиняла матери адской боли. Здоровый румянец вернулся на её щёки, а в глазах снова горел огонь.