Алир Громов Громовержец - Академия

Перед тем как скрыться в своей комнате, я нашёл коменданта, видимо уже посетившего санчасть, и сообщил ему, что ожидаю доставку заказа мебели и одежды. Этот милейший человек попросил не беспокоиться и взял на личный контроль и вынос старой мебели, и установку новой, как только она прибудет.

Д — дипломатия!!!

Кто-то наверняка укорил бы меня за ненужное привлечение внимания к моей скромной персоне, но я знаю, что делаю. В природе есть два вида поведения для обеспечения выживания. Ты либо серый, неприметный и неинтересный в роли пищи. Или ты большой, яркий, явно ядовитый, так и кричащий каждым своим торчащим пером или шипом: «Подойди и сдохни».

Ну так вот, благодаря местным СМИ быть тихим и невзрачным мне явно уже не светило. Ну и терпилой, ждущим своего «дембельского счастья», тоже, кстати, быть не прельщало. Я и на срочке-то в прошлой жизни предпочёл сразу замес, чем год метаний... А уж теперь... Эгей!!! Гормоны, блин, меня до добра не доведут. Но классно же, а?

Вернулся в комнату и завалился спать.

По распорядку завтрак в семь. А это значит, без минуты я уже в столовой. Один. Вообще голяк, и даже в коридорах тишина. Нормально, чо. Набираю хавчик от души, сегодня снова без спорта, фиг с ним, потом наверстаем. Располагаюсь справа чуть в стороне от двери, чтобы видеть всех входящих. Они проходят мимо меня по залу, идут к раздаче, им меня рассматривать неудобно без того, чтобы откровенно не пялиться, а я могу спокойно, не вызывая негатива, всех рассмотреть и прикинуть...

О, первыми появились девчули. Это прекрасно. Прошли, покосились на меня и к раздаче, стоят спиной или в пол-оборота, позволяя мне истекать слюнями на их крепкие зады, обтянутые форменными юбчонками. Молодец я всё-таки, прям оперативный гений, хы...

Снова парочка девушек. Парни лентяи.

Поел, сижу, цежу чай с пирожками в гордом одиночестве. Потихоньку народ просыпается, подтягивается в столовую. К концу приёма пищи насчитал двадцать четыре девушки и двадцать шесть парней, включая меня. Полтос. Это явно не максимум вместимости блока, потом разберусь.

Столов хватает с избытком, ко мне никто не подсаживается. Большинство уже знакомы, здороваются, машут друг другу через зал. Атмосфера не напряжённая, ребятки явно не пуганые. Возможно, пока вляпаться в местные реалии повезло только мне.

Ну что, задача выполнена, пузо довольно урчит, потопал-ка я в библиотеку. У меня целый список литературы, которой нужно обзавестись к началу занятий.

Библиотека сектора питается живительными источниками знаний от общей библиотеки Академии. Здесь только та литература, что может понадобиться в нашем секторе на первом курсе. По отношению к другим секторам первокурсников у нас выбор шире, так как кто-то за монитором у «массажного кресла» посчитал, что мы дофига умнее... нууу, такое на мой взгляд... Хотя, может, они и правы: хочешь чего-то большего — стремись, расти...

Заруливаю в библиотеку и натыкаюсь на грустное очкастое чудо. Чудо смотрит на меня с вселенской скорбью, молча протягивает руку... здороваюсь...

– Здрасте, здрасте, – нетерпеливо треплет мне руку чудо и снова протягивает ладонь.

Денег ему, что ли?

– А по рогам?

– Я вообще-то второкурсник, – обижается чудо, поправляя очки и слегка приосаниваясь той вешалкой, которая заменяет ему плечи.

– Да мне насрать, хоть сам Император, чо грабли тянешь? Мне книги нужны.

– Вообще-то книги готовы, – и очкарик обиженно показывает на штук двадцать одинаковых книжных стопок, стоящих на ближайших столах. – Работаю для вас, а в ответ одно хамство. Давайте ваш лист запроса на годовую учебную литературу.

До меня доходит. Достаю полученный в АХЧ список литературы, подписанный и пропечатанный. Забирает, записывает в толстенный том и двигает ко мне ближайшую пачку.

Мне неудобно перед парнем. Вид у него и так жалкий, наверняка обижают, а я тут ещё со своей тупостью наехал. А он, вон чего... Старался!

– Прости. Серьёзно, дружище. Как тебя зовут?

Белобрысое чудо поправляет очки на веснушчатом носу.

– Роман Чеславович Изверский к вашим услугам.

– Илья. – Снова жмём руки. – Чего грустный, Ром?

– Роман Чеславович, я бы попросил... извините... Я вообще-то второкурсник, – уже совсем поникнув, практически шепчет.

– Выдыхай, бобёр. Ладно, буду звать тебя Тщеславыч. Чо напрягся.

Легонько тюкаю парня кулаком в плечо. Падает. Блин, я же в доспехе. Поднимаю это недоразумение второго года обучения. Едва не плачет.

– Хорош, Тщеславыч. Запирай свою богадельню, айда в кафетерий.

После недолгих и вялых препираний, запирает, и я волоку его в кафетерий. Уже набрав пирожных и газировки, понимаю, что у самого ни копейки денег.

– Ты заплати, ладно. Я отдам.

Покорно кивает и со вздохом платит. Похоже, ему это не впервой, и он уверен, что никто ему ничего возвращать не собирается.

– Ешь, давай, рассказывай.

Практически целиком запихиваю ему в рот пирожное «картошку». Ест. Рассказывает. Причём одновременно. О том, что здесь, в смысле в академии, полная жопа. Что он надеялся, что хотя бы на втором курсе будет полегче и его хоть кто-то не будет щемить. Приехал раньше, чтоб работать в библиотеке, так-то козырное место. Можно книги первокурсникам выдавать не все и не за бесплатно. Не смог. Сам и не смог. С первого дня взял и по-честному приготовил для каждого поступающего в сектор всю литературу, которая ему понадобится за год. Чтоб потом не искали. А за четыре дня я первый, кто вспомнил о учебниках. А в коридоре вчера его сбили с ног наглые первокурсники и пообещали, что устроят ему сладкую жизнь, явно приняв за сокурсника...

Я думал, он заплачет, но он не плакал, а просто обречённо жрал пирожные и рассказывал. Про однокурсников, которые терпят унижения от старших, а сами при этом готовы унизить соседа по комнате или сектору. Все, даже дворяне. Особенно они.

– И где это библиотекарь сраный? – слышу хамоватый возглас из коридора.

Да ну на хер, шепчу про себя... не моё это дело... но усаживаю на место подорвавшегося было бежать Тщеславыча.

– Что за павлин горланит, э? – кричу в сторону коридора.

В кафетерий заруливает троица первокурсников. Крепкие парни прибалтийской внешности со светлыми не по уставу отращёнными патлами и с ними весьма смазливая девица с курносым носиком и ярко-голубыми волосами. Мальвина, блин.

– Мы за книгами. Хер ли вас ждать приходиться? Жопы шустро подорвали.

– Ну, во-первых, я не библиотекарь...

– Ну, и захлопнись тогда. – один из парней смотрит на Рому. – Ты, салага?

– Он так-то второкурсник, – стараясь не улыбаться, делаю ход конём.

– И что теперь... мне плевать, у меня брат на третьем курсе. Этому козлу не жить, да и тебе теперь тоже, чтоб рот не открывал.

– Так, молодые люди. Вышли из кафетерия и разбирайтесь в другом месте, – вклинилась буфетчица.

– Заткнулась, чернь, если жить хочешь, – мгновенно переключился на неё счастливый обладатель старшего брата.

– Пойдём, – подмигиваю ободряюще перепуганному Роману Чеславовичу.

Идём. Впереди Ромыч, открывает библиотеку, заходит и включает свет. Я следом. Вхожу, резко разворачиваюсь и прописываю в печень идущему за мной крутышу. Всё. Полёг, как озимые. Перешагиваю, второй явно накинул доспех.

– В помещениях академии запрещено использование стихий, – предупреждаю громко и легонечко прописываю серию по доспеху противника. Нормально. Держит. Ответил лоу-киком. Сближаюсь, серия по ногам, держа дистанцию, и не оставляет надежды прорубить мне бедро.

Мальвина склонилась над поверженным и охает, пытаясь поднять. Не тороплюсь. Судя по тому, что двадцать пять минут в статике вызвали фурор на моём тесте, минут на десять должно хватить «кикбоксёра». Не хватило. Вижу, как морщится, отбивая ногу после очередного лоу-кика. Бью в грудь без затей. Отлетает к стене и складывается в кашле.

Закрываю дверь в библиотеку.

– Представьтесь, клоуны.

Пердят, шипят, ругаются чего-то под нос себе. Подхожу к первому, поднимаю за волосы и бью пощёчину так, что с ходу разбиваю и губы, и нос. Не отпуская волос, отстраняю от себя, наклоняя к полу, чтоб не заляпаться. Девица заткнулась, смотрит с ужасом.

– Как зовут тебя?

– Валдис.

– Юджин. – сипит второй.

– Мм.. Эльза.

– Роман Чеславович, – громко, хором, как «ура» на плацу.

Морщусь, услышав Тщеславыча, оборачиваюсь на него. Глупо пожимает плечами... вот чо с ним делать?

Слегка тюкаю по почкам Валдиса, это тот, у которого брат. Иду к Юджину. Боится, встал в пол-оборота, прикрывая яйца, глаза в пол.

– У тебя тоже брат? – заглядываю в лицо, слегка склонив голову... трясёт белобрысой башкой. – А чё ты тогда прыгаешь? Чё ты мычишь?

Бью ладонью по сопатке. Снова в кровь, на этот раз забрызгало и меня. Присел на корточки, всхлипывает, ловя льющуюся кровь.

Иду к Мальвине, смотрит как кролик на удава.

– У тебя? – Тишина. Хватаю за задницу и притягиваю к себе и прямо в лицо повторяю: – У тебя тоже брат?

– Нет... Нет... Я же за компанию с ними шла просто. Я их вообще не знаю.

Отпускаю её задницу, наверняка синяки будут, ведь нате, в доспехе пальцы-то.

– Слушаем сюда, уроды. Особенно ты, который с братом. Увижу твоего брата в секторе, сперва ушатаю его в сопли, а потом приду к вам, всем троим, и вые...у. Это мой кореш. Его зовут Роман Чеславович. Сегодня вы работаете у него. Сейчас умываетесь, переодеваетесь и через полчаса вы здесь. Наводите порядок, – показываю на залитый кровью пол, – и потом делаете, чо скажет. Ты, коза, – тычу пальцем в перепуганную Мальвину, – идёшь со мной. Пошли вон.

Махнул рукой Тщеславычу и потопал к своей комнате, сопровождаемый семенящей за мной в ужасе девушкой. Прошли через холл, поднялись на второй этаж. Судя по редким каплям на полу, парни уже в своих комнатах.

Подхожу к моей. Открываю и, обернувшись, вижу в глазах уже даже не страх, там просто безумие.

– Эй, – щёлкаю пальцами. – Очнись! Вот моя комната. Направо туалет. Налево ванная. Прямо бардак. Вещи на кровати не трогаешь. Всё остальное намыть, я пыли не люблю, у меня аллергия. Но начинаешь ты, конечно, с унитаза! Чистящее и всякие тряпки, губки я вроде в шкафчике в ванной видел. Алё!!!

Никогда не видел, чтобы за работу бросались с такой радостью и облегчением. По-любому аристократка. Думаю, большинство простолюдинок выбрали бы то, чего она так испугалась, вместо ползания в грязи с тряпкой раком.

Иду назад в библиотеку, книжки-то я так и не взял.

Спускаюсь. Едва вступаю в холл, царивший здесь гомон мгновенно обрывается. По ходу какие-то слухи о нашей потасовке уже вышли в народ. Как? Два измордованных бойца ещё моются, Эльза была со мной... Пофиг. В любой непонятной ситуации держим покерфейс. Пересекаю холл, перед коридором к библиотеке останавливаюсь.

– Ребят. В библиотеке учебники выдают. Но я вам ничего не говорил, библиотекарь – зверь, поаккуратней... Второй курс!

Едва сдержав улыбку, валю по коридору.

Ромыч всё ещё сидит слегка припухший от движухи.

– Илья, а у тебя ранг какой?

– Я не помню, надо в бумажках посмотреть. Ратник вроде.

– Офигеть. Я тоже ратник. – Подхожу, жму руку. – Ну что ж, привет ещё раз, коллега.

Наверное, впервые с момента нашего знакомства улыбается.

– Ну правда, у меня направление Артефакторика будет, на боевого мага у меня доспех слабоват... Зато низкая потеря поля при передаче на малоимпульсную фактуру.

Картинно кручу головой.

– Это ты сейчас с кем разговариваешь?

Снова лыбится.

– Прости, я тебе сейчас всё объясню. – И тянет к себе бумагу и ручку.

– Стоп, стоп, стоп! Не надо грязи в наши отношения. Я не артефактор по-любому, мне голова, чтоб в неё есть! Не порть незамутнённый интеллектом мозг!

Минут через пять появляются штрафники. Промокшие, в руках швабры и тряпки с вёдрами. Не откладывая, приступают под нашим неусыпным контролем.

Ещё через несколько минут появляются первые страждущие по печатным носителям мудрости лица. Косятся на убирающихся парней и с крайним почтением просят Тщеславыча выдать им искомую литературу. Собирает листы запроса. Оформляет. Выдаёт готовые стопки. Позади, за полками с книгами, у него ещё готовые стопки, не все поместились на столы. Выносит, пополняя освободившиеся места. Молодец, очкастый.

Тусим, болтаем, выдаём книги.

Парни закончили убираться и протирают повсюду пыль. Рожи битые, припухшие и не шибко довольные.

– Не вижу радости от созидательного труда. «Господин Пэжэ приказал пацакам надеть намордники и радоваться».

Ржу с собственной шутки, остальным она не заходит, только Ромыч вежливо улыбнулся.

Тусим до обеда.

Перед самым обедом появляется Эльза. Докладывает, что всё намыла и закрыла комнату. Подхожу. Делаю максимально похотливую физиономию. Притягиваю к себе за талию пискнувшую девчонку.

– Я так тебе благодарен... Сделай ещё одно одолжение, принеси мне в комнату обед. Только не вздумай плюнуть в компот. Покараю. Возможно, даже анально. ХА-ХА-ХА!

Отпускаю, и мой гротескно зловещий хохот несётся вслед убегающей девчонке.

– Ты чудовище, – открыто смеётся Ромка.

– Я знаю, друг мой! Я знаааю!

ГЛАВА 3

Спал в чистой, пахнущей моющим средством и девичьими духами комнате. Постельное бельё для новой кровати будет маловато. Надо у КэйСи попросить подогнать пару комплектов.

КэйСи — новая кликуха коменданта Кеши Сидорова. Злобно улыбаюсь. Ему понравится... Хотяя… для него жирно. Будет просто Кисой. Киса — это по-нашему, сразу вспомнился киношный предводитель дворянства Воробьянинов. Лишь бы бритвой гад не почикал, этот может.

Проснулся я, кстати, в шесть, и все эти пустые мысли гонял уже бегая по кольцевой дорожке парка. Вообще, за пределами Пентагона имелся большой стадион с полным комплексом необходимого и даже ареной... Но я там ещё не был, и искать его было определённо лень, да и нафига, если можно погонять среди кустов и деревьев. Пару кружочков без фанатизма, зарядка, бой с тенью. Я, прямо скажем, не суперрукопашник. В детстве — борьба. В спецназе — общий комплекс рукопашного боя. Ну и в разведшколе (назовём так то заведение, где меня по очень сжатой программе пичкали необходимым минимумом) тоже прошёл курс весьма специфичной рукопашки. Ах, да, на бокс походил немного, уже будучи на вольных хлебах и как-то заметив, что заплываю жирком.

В общем, магия — наше всё, но как показали события в каптёрке, физуху реально надо подтянуть. Ну, я и подтягивал, кстати, турник и брусья в парке тоже нашлись.

В комнату. Душ и на завтрак. Сегодня я не первый, столовая уже полна. Прохожу к раздаче, вежливо расшаркиваюсь с персоналом. Набираю еды на поднос и сажусь за стол. Замечаю, как на меня косятся и явно обсуждают. Ещё бы, поводов море. Как минимум то, что я единственный в гражданской одежде. Хм… Ну… и вчерашний мордобой, конечно, уже общеизвестен.

Откровенно враждебных взглядов не замечаю, за исключением вчерашней белобрысой парочки. Но и те старательно прячут лица в тарелках. Эльза, кстати, сидит не с ними, с тремя подружками — видимо, соседками по комнате. Ловлю её взгляд и, улыбаясь, подмигиваю. Соседки, заметив, заоборачивались и активно зашептались.

Быстро закидываю калории в топку и отправляюсь поприветствовать Тщеславыча. На двери библиотеки записка, что работать библиотека будет ежедневно, кроме выходных, с четырёх до шести вечера. По всем вопросам обращаться по телефону... или в основной библиотечный корпус. Звоню моему новому корешу. Выясняется, что все обязательные книги он вчера выдал и теперь будет появляться в библиотеке по графику или дополнительному согласованию. Ну а мне предложил пересечься после обеда в парке. Ясно-понятно...

Погнал на разведку по территории кампуса. Дружбанов своих питерских искать пока не торопился, прикольней сюрприз будет. В моём секторе знакомых не оказалось, а уж куда кого разбросало — выясним потом. Из всех мне писала только Оля и Петя Ушаков. Точнее, Оля дважды даже звонила, но как-то я пропустил, а потом не перезвонил. Надо исправиться. Ну и почему бы не сейчас, пока вышел с территории Пентагона и топаю по его периметру, осматривая округу.

– Привет, Ольга Борисовна, как ваше студенческое ничего? – едва услышав «алё».

– Ой, Илья, как здорово, что ты позвонил, я тебя потеряла. Не перезваниваешь, на сообщения не отвечаешь. Даже Петьке писал, а мне — молчок. Я между прочим обиделась. Мы на завтраке, со мной тут Лиза, мы в одном секторе и в одной комнате. С нами ещё две девочки, ты их не знаешь. Аня Трубецкая тоже в нашем секторе, только её в другую комнату поселили, за стенкой. Мы перестукиваемся.

Немного отстранил от уха трубку и пропустил мимо часть изливающегося потока сознания.

– А я тут подумала, а почему ты в Академию не поступил, или это из-за того, что поздно инициировался и нужно начальную подготовку пройти???

Вот трандычиха.

– Да.

– Ой, я так и поняла. Но ничего, на следующий год поступишь. Мы уже второкурсники будем. Тут такие страсти рассказывают. К нам вчера вечером спускались второкурсницы из нашего сектора... ну... в общем, говорят, готовьтесь, приедет третий курс, начнётся... Немного страшно. Но дед сказал держаться и в обиду себя не давать. У Лизки её Глеб — третьекурсник... – слышу приглушённые возгласы и возню сквозь зажатую трубку... – Дура. Сама дура. Это я не тебе, Иль. Это Лиза. Ой, знает он всё... Подумаешь, ему вообще всё равно... Алё. Ну в общем у нас тут весело, жаль тебя нет. Пока всё очень круто, ходили к второкурсникам на экскурсию, у них есть бильярд и живут по трое в комнате. Я скучаю, Илья. Ты хотел бы меня увидеть? Хочешь видеозвонок? Скоро начнётся учебный год и видеозвонки будут отключены, и телефоны можно будет брать только на один час вечером. Но даже если спрячешь, связь всё равно глушат, её даже у старшекурсников нет.

– Сейчас не могу, Оль. Но обещаю, как только смогу, мы увидимся.

– Не сможешь. Увольнения только с четвёртого курса. Каникулы зимние с третьего. Нас тут на год запрут, это жесть полная.

Мне показалось или она всхлипнула?

– Ольга Борисовна, соберитесь. Вы же княжна Юсупова.

– Юсупова, блин... Тут такое рассказывают... – уже шепчет она в трубку. – Здесь всё решает личная сила и сила клана, в котором ты состоишь, и самые сильные кланы у простолюдинов, ты прикинь! Они такое творят...!

– Всё будет хорошо.

– Э, стоять... – слушая Ольгу, я не заметил, как меня нагнала троица парней.

– Прости, Оль, дела. До связи. – Сбрасываю звонок.

– Слушаю вас, господа.

– Ты кто такой? Первокурсник? – голос низкий. Сам говорящий – на вид вышибала, широколицый с фигурой пловца. Форма на всех троих сидит хорошо, но на этом... будет «монголом», ну прямо скажем, идеально.

– Ну допустим.

– Чо допустишь ты? Почему в гражданском на территории Академии? – Это уже второй кореш Монгола подключился. Давят, раздербанивают внимание. Скорее всего третий курс. Только что приехали, во какая форма, муха не сидела и по росту. По любому не прошлогодняя, та, за лето, на молодых-то организмах, стала бы уже маловата. Зажимают с трёх сторон, все трое в доспехах.

– Чё ты дерзкий? Сектор? – это уже третий. Моего роста, но коренастый.

Немного «распускаю» доспех. Привык носить его как вторую кожу, так он значительно плотнее, в толпе никого не потревожишь, незаметен, но не защищает одежду совсем. Не хочется из потасовки, которая намечается, выходить оборванцем. Прикрываю одежду доспехом, стою. Три мудака, окружив меня, сжимают кольцо, давя меня доспехами. Вот оно что, в таком прессе отжать можно и досмерти. Лыбятся, ожидая, когда мой доспех просядет и они вволю покуражатся.

– Вы чо, ребята? Целоваться со мной собрались? Так я не из ваших.

Трость я с собой не взял, но и без неё, даже под тройным давлением, понимаю, что по любому мой доспех продержится дольше, несоизмеримо... Только вот палить свои козыри я тоже не собираюсь. Напитываю менталом доспех в районе своего лба...

– Молодые люди. Что здесь происходит? – мгновенно меня отпускают, рассыпаясь.

– Друга встретили, Аристарх Демидович. Он ещё форму не получил, вот интересуемся, может помочь чем? – ооо, а парни-то реально напуганы. Значит, не так уж и ВСЁ тут можно, и не всё сходит с рук...

– И по этому у вас всех четверых призван доспех? – строгие, резкие черты лица, словно вырубленные в граните, не внушали оптимизма человеку, разозлившему этого строгого дядечку. Не высокий, плотного телосложения с лёгкой сединой на висках, он, заложив руки за спину, пристально рассматривал нашу компанию, ожидая ответа.

– Этих извращенцев, ваше...

– Титулы в этих стенах имеют не большое значение, молодой человек. Ленц. Аристарх Демидович Ленц, имею честь быть ректором данного учебного заведения.

– Илья Александрович Меньшиков, абитуриент, занимаюсь оформлением документов в вашу замечательную Академию. Этих господ впервые вижу. Приставали, делали... ну знаете ли... такие... я бы сказал не пристойные предложения сексуального характера... – челюсти парней упали на подбородки.

– И деньги отняли. Около двух тысяч, всё что было, и тут же поделили...

Дядечка хмыкает:

– Вернуть. Немедленно.

Я фея летающего домика, если Ленц хоть на секунду поверил в байку про деньги. Красавчег! Ни ропота. Ни возражений, парни молча достали кошельки и скинулись, собрав ровно две тысячи. Глаза их, конечно, говорили о многом в моём ближайшем будущем, но сейчас... Мы с Ленцем на пару светились счастьем.

– Ну что ж, молодые люди, оставлю вас. Оформляйтесь, готовьтесь к учебному году. Желаю вам успехов.

– Спасибо, господин ректор. – хором. Он развернулся и направился к зданию Администрации, если я правильно помню карту.

– Да, господа, я пожалуй тоже откланяюсь.

Разворачиваюсь и максимально быстро чешу подальше от замершей столбами троицы. Ох везёт же мне. Всё-таки выделяться из толпы в таком месте... по@уй, пляшем!

До самого обеда гуляю. По всему периметру вокруг Пентагона расположены корпуса Академии. Учебные, научные, хозяйственные... Чего тут только не было. Всё свободное пространство между корпусами занимал дендропарк, если верить сети, один из крупнейших в Европе. Всю территорию я, конечно, не прошёл, и вернулся назад через другую арку Пентагона. Во внутреннем парке недалеко у пруда едва не наткнулся на моих недавних «спонсоров», сидящих на лавке в компании ещё двух парней. Моя паранойя тут же нашептала, что по любому там вынашивается план жуткой мести, и, слегка приссав, я бочком да кустами свалил восвояси. Тем более обед же.

В столовой уже полно народа, затариваюсь на раздаче и иду за свободный стол. Ем и прислушиваюсь к разговорам за соседними столами. Обсуждают в основном начавшийся массовый заезд второго и третьего курсов. У некоторых уже были если не конфликты, то неприятное общение. Столовая гудит как растревоженный улей, и настроение у народа я бы сказал не боевое.

Заканчиваю обед, когда в столовой появляются две девушки.

– Внимание, первокурсники А сектора. Через десять минут в холле вашего сектора мы курсанты второго курса, проведём для вас инструктаж. Вас ознакомят с некоторыми правилами жизни в академии. Присутствие обязательно.

Разворачиваются, уходят.

В холле я один из первых. Занял место на диванчике возле пустого аквариума. За пару минут собрались все. Ещё через какое-то время появились наши спикеры. Лица стараются держать деловыми и до нельзя взрослыми. Сейчас их трое. Две девчули из столовой и темноволосый парень с тонкими аристократичными чертами лица.

– Добрый день. Я староста второго курса Мальцев Сергей. Сразу перейду к делу. Все официальные правила вы можете узнать из предоставленных вам буклетов. Я расскажу вкратце более важные для вашего выживания здесь — неофициальные. Во-первых, как и сказано в уставе Академии, забудьте о своём положении в обществе вне этих стен. Не надейтесь, что кто-то сможет повлиять на ваше положение здесь или урегулировать конфликт извне. Все вопросы, сложные ситуации и конфликты решаются вами внутри этих стен.