О колдунах, женщинах и злобной мебели

Евгений Щепетнов
О колдунах, женщинах и злобной мебели

Илар встал, держа в руке длинный клинок и тихо шипя от боли – рукоять клинка была невероятно холодной, обжигая пальцы. Перебросил в другую руку, не удержал, выронил меч, и тот с каким-то странным скворчанием ушел в пол по самую рукоять, оставшись торчать в нем только за счет крестовины.

– Эт. то что такое?! – Эриос вытаращив глаза смотрел то на меч, то на Илара, будто не веря своим глазам – Это то, что я думаю?! О Создатель…ну почему ты помогаешь ему, а не мне?! Я ведь заслужил! Я годами учился магии, сотнями лет! И тут…недоучка, самозванец…несправедливо! Это – несправедливо!

– У кого-нибудь есть платок? – негромко спросил Илар, не обращая внимания на тираду ошалевшего мага, похоже что выразившего потаенные впечатления от увиденного всех магов, что были сейчас вокруг него. И тех магов, кто находился за тысячи километров – тоже.

На самом деле – несправедливо. Ну почему это судьба дает одному все, практически без малейших усилий с его стороны, а другие должны выдирать себе «добычу» с боем, отвоевывая место под солнцем шаг за шагом, отступая и снова двигаясь вперед!

Но жизнь такая, какая она есть – рождаются две девочки, одна – невероятная красавица, у которой будет все, что она захочет (если родители хорошо продадут ее богатому жениху), другая – дурнушка, для которой предназначен бедный муж, такие же бедные несчастные дети и никакого будущего впереди. За что она наказана? Кто виноват?

Иссильмарон порылся в глубинах своей потертой, не очень свежей одежды и достал платок – вполне себе чистый, и даже с кружавчиками по бокам. Увидев, с каким интересом Илар посмотрел на это свидетельство чистоплотности и неплохого воспитания – тут же ворчливо заметил, что платки, это пережиток прошлого, что сморкаться нужно зажимая ноздрю большим пальцем правой руки. И вообще – свой нужно иметь!

Илар ничего не ответил на высказывания своего эксцентричного учителя, и намотав платок на рукоять, легко, без усилия выдернул меч из камня.

По легенде, именно так один эпический герой обрел свой магический меч – шел себе, шел, видит – здоровенный булыжник! А из булыжника торчит меч. Не будь дураком герой потянул за меч – тот и выскочил из каменюки. И не было потом этому герою равных, что впрочем и понятно – ну как, скажите на милость, бороться с противником, если у того в руках клинок, рассекающий сталь, как воздух? Чик – и нет супостата! Куда руки, куда ноги полетели!

По легенде погиб герой из-за предательства своих последователей, воткнувших ему нож в спину. И куда после делся знаменитый меч – история утаивает.

Вот только Илар сомневался, что все было именно так, как поют барды в своих многочисленных балладах. Никаких предателей, никаких тебе заговоров. Просто меч перестал работать после того, как им срубили определенное количество голов. Он не вечен. Сколько им рубанули раз? Тысячу? Две? Сто тысяч раз? Только вот однажды вышел на очередной бой этот герой, махнул мечом, ожидая, что сейчас покатится голова еще одного претендента на легенду, и…ничего не вышло! Не сработало! А навыки уже потеряны, просто так биться уже как-то и не хочется! С магическим мечом, что – мило дело – руби, тупо, как лесоруб, и будет тебе счастье. А здесь – надо уметь отражать удары, наносить их, не рассчитывая на магию и волшебную сталь клинка.

Но легенды всегда врут. Да и вообще – все в мире врут. Кроме Иларовой жены. Она просто не умеет это делать.

Ох, как она там? Что с ней? Домой хочется – аж тоска накатывает. К демонам эту Башню! К демонам этого демона! И кстати – да, как-то надо отправить его к демонам. Но это уже не его, Иларово дело. Он нашел убийцу? Нашел! Пусть платят, и отпускают домой! Хватит сидеть в этом проклятом захолустье! В столицу! Домой!

Занятый приятными и не очень мыслями, Илар принялся кромсать каменную стену, не обращая внимания на перешептывания и возгласы за спиной. Стена резалась легко, так, как если бы Илар резал раскаленным ножом стену, сделанную из масла, или сыра. Сходство усугублялось шипением и легким дымком, после того, как меч прорезАл камень, оставалась узкая полоска с гладкими, будто оплавленными краями.

Илар не понимал, как именно действует магический меч с зеркальным клинком невероятной остроты, но не сомневался, что не понимает не только он, но и эти опытные ученые мужи, с интересом и ревностью следившие за тем, как в стене образуется дверной проем, достаточный для прохода не очень толстого человека.

Куски камня, большие глыбы с грохотом падали на пол, в воздухе висели пыль и едкий дым от сгоревшего камня. Илар не знал, на сколько разрезов хватит магии меча, но надеялся, что прежде чем тот потеряет свои великолепные свойства, проход все-таки будет доделан.

На изготовление прохода ушло минут двадцать – проклятая стена оказалась настолько толстой, что стало казаться – проход ведет не через стену, а через какой-то фундамент, и потому скоро Илар стал подумывать – а не бросить ли, и не начать ли делать проход в другом месте, например – в полу. Что вообще-то не очень хотелось, так как высота старых залов Башни была довольно велика, и существовала опасность сломать ногу, а может и саму голову, когда вся компания магов начнет прыгать с этой самой высоты. А ведь еще и Мейстер с сидящим в нем демоном! Его-то куда девать? Его как спускать вниз?

Когда кусок стены вывалился вперед, а не под ноги, Илар облегченно вздохнул – получилось! Ему пришлось организовать магов – нужно было таскать камни, пока он резал стену. Старые колдуны, само собой, очень не желали пачкать свои нежные руки, давным-давно забывшие о физическом труде, но желание поскорее выбраться из затхлой ловушки подстегивало не хуже кнута. Особенно после того, как Иссильмарон то ли случайно, то ли намеренно испортил воздух, заставив коллег зажать носы и ускорить движения под ураганную ругань и скрежет зубовный. Они выстроились вереницей – впереди начальник охраны, он подбирал камни из-под ног Илара и передавал их по цепочке.

В зале, куда вывел созданный Иларом проход, было темно – сюда не попадал ни один лучик света. Зато воздух был свежим, холодным и таким чистым, что Илар никак не мог его напиться, заглатывая широко раскрытым ртом. Только сейчас он понял, насколько уже плохим был воздух в коридоре-ловушке.

И снова подумал – а если бы не его, Илара, способности, не его меч – выжили бы они, или нет?

В темноте кто-то громко выругался, вроде как Эриос – похоже, что во что-то врезался лбом, и тут же Илар понял, щупая перед собой руками – во что тот врезался. Бочки! Здоровенные бочки на деревянных подставках-стеллажах!

Вдалеке вдруг вспыхнул яркий свет – магический светильник! Маленький белый шарик, усевшийся на плече!

– Работает! Магия – работает! – радостно подтвердил и так очевидное маг Ромель – Мы вышли из радиуса действия заклинания антимагии! Славься!

– Кто славься? – ворчливо спросил Иссильмарон, возясь с одной из бочек, наклонившись к торчавшему из нее крану.

– Все – славься! – довольно заявил Ромель, ощупывая тяжелую, окованную сталью дверь – И наш молодой коллега в первую очередь!

– Я сейчас прорублю выход! – встрепенулся Илар, так и не выпустивший из рук меча.

– Не надо! – Ромель взмахнул рукой, по ушам ударил грохот, и половинки двери распахнулись, открывая выход на волю – И старые маги еще на что-то годятся, не правда ли, коллега?

– Старый! – фыркнул Иссильмарон, снова наклоняясь к крану – Юнец! Постеснялся бы! Какие-то жалкие сто лет! Ты мне даже не во внуки годишься, в пра-пра-пра… хрен знает – кого! Иди вот, винца попробуй! Букет – невероятный! Интересно, сколько десятков лет оно тут хранилось?! Или сотен! Драгоценное, старое вино! Кассель, дружище, хреново ты несешь свои обязанности по охране Башни, как это ты не знал про этот винный склад? Или может знал, да помалкивал? Продавал потихоньку винишко, а? Давай, сознавайся!

– Не в чем мне сознаваться! – сплюнул начальник охраны – Заброшенный угол Башни, старые коридоры – часть давно замурована. И этот скорее всего замурован, так что рано радуетесь. Придется еще одну кладку разрезать. Откуда я могу знать, что здесь хранится? Я сорок лет прожил, а вы по пятьсот, а то и больше – и вы не знаете! Что с меня тогда требовать?

– Ладно, хлебни и ты – примирительно буркнул колдун – Мы заслужили хороший глоток! Да не переживай, все нормально! Здесь хорошая вентиляция, магия работает – разнесем мы эту кладку, ерунда! Или Илара попросим – он ее почикает.

– А можно я спрошу… – начал начальник охраны, потупя взгляд.

– Куда я дену волшебный меч? – перебил, догадавшись, Илар – Это твой меч, так что возьми его. Только должен тебя предупредить о двух обстоятельствах. Первое – одно неосторожное движение, и ты без руки, или без ноги. Даже не почувствуешь, как отрежет. И второе: его магические свойства не вечны. Насколько ударов хватит – не знаю. Но в один прекрасный момент этот меч станет обычным мечом. Учти.

– Да плевать! – повеселел стражник – Я успею его загнать за такие деньги, что мне будет на все плевать! Скажу, что нашел ТОТ САМЫЙ меч! И мне за него отвалят огромные деньжищи! Только я попрошу, не делайте пока других таких мечей, ладно? А то цена сразу упадет! Хе хе хе… А вот еще что – как его носить, если он все прорезает? Ножны-то как для него сделать?

– Вставляй в обычные. Только аккуратно. Главное, чтобы острие и лезвие не касалось стенок – прорежет. Хмм…в общем – как знаешь. Твое дело. Забирай!

Илар подал меч стражнику, и тот с опаской, но радостно вцепился в рукоять. Взвесил меч на руке, снова расплылся в улыбке:

– Хоть когда-то мне повезло, а?! Спасибо, господин маг!

– А хорошее винцо! – Ромель погладил живот, икнул, прислонившись плечом к бочке, слегка заплетающимся языком, предложил:

– А давайте никому не скажем про вино? И будет оно наше! Поделим, и я свою долю возьму натурой! Так хорошо холодными зимними вечерами посидеть у камина с бокалом выдержанного старого вина, поговорить о том, о сем, поцеловать… хмм… почитать книгу! Все равно никто не поймет, насколько ценно это вино! Привыкли пить всякую бурду, нет вкуса у людей!

 

– Тут целое состояние – хмыкнул Эриос, вытирая губы – Ты погляди, бочек пятьдесят, не меньше! А может и больше! Каждая бочка на три десятка ведер – да мы упьемся! Вот только не получится. Коллеги, завистливые наши коллеги, вечно строящие козни за нашей спиной – не дадут ведь воспользоваться плодами трудов! Жалкие, ничтожные твари, вечно устраивающие заговоры против лучших представителей магического сообщества!

– Это вы-то лучшие представители? – ехидно заметил Иссильмарон – Да в Башне одни бездельники, присосавшиеся к ручейку денег! Вы уже сто лет не давали миру нового заклинания! Сидите, и только и делаете, что торгуете амулетиками и снадобьями! Ученые, называется! Да молодых оболтусов учите – из которых все равно ничего путного не получится! Ну, ничего, мы с Иларом дадим вам жару! С нами не соскучитесь! Ох, и в самом деле забористое винцо! Аж мир закачался! Вот что, коллеги, пока мы не свалились – пойдемте стену раздолбаем. Отдыхать нам нужно, так ведь? Пообедать опять же. Там небось сейчас такой шум стоит – как же, все руководители в ловушке, весь цвет Башни! Пошли! Кассель, а ты притащи сюда демона. Только не повреди, тело-то все-таки Ордага. А оно ему пригодится! Наверное. Если демона изгоним. Ребята, пошли стены ломать! Ох, и люблю я это дело! Только дай чего-нибудь порушить, ей-ей! Особенно после пары бокалов хорошего старого вина…

Илар спал почти сутки. Проснулся на следующий день, уже к вечеру, и еще долго лежал не вставая, пытаясь восстановить по памяти вчерашний день. Вспомнив, что произошло, вскочил, и побрел под холодный душ, ледяными струями выбивая из головы сонную одурь. Потом растерся как следует жестким, грубым полотенцем, и освеженный, бодрый побрел на поиски пропитания в столовую для магов – время вечернее, скоро ужин.

Столовая была почти пуста – до ужина еще не менее получаса, и заведующий столовой, повар Аброз, терпеть не мог, когда по залу бродят голодные ученики и выпрашивают «что-нибудь наскоро пожрать». Он даже пожаловался Мейстеру, и результатом жалобы явилось распоряжение не допускать в столовую никого ранее шестого удара вечернего колокола. Позже – пожалуйста, даже тогда, когда ужин уже закончился. Если еда осталась – тебе дадут без вопросов. Куда девать оставшееся, ведь все равно пропадет. Но раньше времени – не моги!

За допуском в столовую следил служка из обслуживающего персонала, молодой парень не старше Илара. В руках парнишка держал здоровенную скалку из числа тех, что используются для раскатывания теста на пирожки. Предполагалось, что особо злостные нарушители, пробивающиеся в зал на запах свежих пирожков могут хорошенько огрести по своей тупой голове этой вот дубовой скалкой и навсегда запомнят, как нарушение правил чревато очень неприятными последствиями. В жизни пригодится – как говорил Мастер кухни уважаемый Амброз.

Когда возле столовской двери возник Илар, с нескрываемым намерением в неурочное время проникнуть в святая святых, служка дернулся в его сторону, не узнав с первого взгляда, потом посетило осмысление, и парень с такой же энергией шагнул назад, выставляя перед собой ладонь:

– А я ничего! Приветствую, магистр! Не узнал вас!

Илару странно было слышать такое обращение, да еще и на «вы», но честно сказать – приятно, когда ты не просто «эй ты, Илар!», а уважаемый человек, магистр магии, черный колдун, которому подчиняется волшебство! Мог ли он, Илар, когда-нибудь об этом мечтать? Если бы его некогда не ограбили по дороге в столицу, если бы он не пошел на Зов умирающего черного колдуна, если бы не схватился за него рукой…где бы сейчас Илар был? И кем? Пошел бы на службу в городскую стражу? Или играл бы на далире в каком-нибудь из трактиров, зарабатывая на жизнь?

Но в истории нет сослагательного наклонения – «что было бы, если бы». Все так, как случилось, и по-другому быть не могло. Он черный маг, колдун, который лучше всего работает со стихиями природы – в отличие от белых магов вроде жены Анары, та лечит и управляет растениями.

У магистров, само собой, были привилегии перед учениками. Магистры могли зайти в столовую когда хотели, в любое время дня и ночи, и никто им не скажет слова поперек. И не в том дело, что это просто опасно – щелкнет в голове какого-нибудь Иссильмарона, и напустит он на супостата поганое проклятье, коих знает старый колдун великое множество. Нет, не только в этом дело. Карьерная лестница она для того и служит, чтобы показать – наверху стоят те, кто чего-то добился. Пусть это даже такая малость, как возможность войти в столовую в любое время дня и ночи. Учись, трудись – и ты станешь магистром, и ты будешь делать то, что захочешь – в разумных, конечно, пределах.

Илар уже открывал дверь, когда «стражник» вдруг кашлянул, и слегка срывающимся от волнения голосом, спросил:

– Магистр! Можно вам задать вопрос?

Илар секунду подумал, замерев, потом уже кивнул, обернувшись к парню:

– Давай. Что случилось?

– Эээ… ммм… ничего! Просто говорят, что Великий Мейстер превратился в демона! А вы его поймали волшебной веревкой, и заковали в цепи! А скоро будете его мучить, и потом обязательно казните огнем – это правда? Говорят, что вас выбрали на казнь главным палачом, и вы отрубите Мейстеру руки магическим мечом!

Илар вдруг раскашлялся:

– Кхе-кхе! Это кто так говорит? Кто рассказал такую чушь?!

– Нуу…все говорят! А еще говорят – что если бы не вы, все начальство Башни бы полегло! Вы всех спасли! Вы – герой! Величайший колдун современности!

– Кхе-кхе… – Илар снова закашлялся, и оглянувшись по сторонам, убедился, что парня больше никто не слышал. Приятно, конечно, услышать такие речи, но…засмеют ведь! Тот же Иссильмарон насмех подымет! Хотя…а в чем парень не прав? Что, Илар не спас все руководство Башни? Спас. И демона захватил! Не магической веревкой, но ведь захватил же!

– Никого я не буду казнить – смущенно выдавил из себя «Величайший колдун» – И даже не собирался этого делать. А что касается Мейстера – будем изгонять из него демона. И он снова будет управлять башней.

– Кто?! Демон?! Будет управлять башней?! – глаза парня выпучились от ужаса и восторга.

– Какой еще демон?! – спохватился Илар. Ругая себя за длинный язык – Мейстер будет управлять! Демона изгоним! Тьфу на тебя!

Раздосадованный, Илар рванул на себя тяжелую дверь и вошел в столовую, больше не оглядываясь на застывшего в благоговейном восторге паренька. Он знал, чем теперь закончится дело и какие слухи пойдут после их разговора – мол, молодой маг, герой-освободитель по секрету сказал, что Башней будет управлять демон! Вот что значит неправильно построить фразу, не обдумать свои слова! Это как в заклинании – неправильно построил слова, не так сказал – и заклинание пропало даром. Или еще хуже – сотворилось что-то невообразимое.

Но в столовой вся досада куда-то улетучилось. Это тоже своеобразная магия – вдыхаешь запах пирогов, и куда только деваются мысли о плохом! Остается лишь желание впиться зубами в истекающий мясным ароматным соком кусок пирога, и на ближайшие полчаса забыть обо всем – кроме этого самого процесса поглощения и переваривания.

Нет ничего лучше, уютнее запаха хлеба и пирогов – только повзрослев, начинаешь это понимать. И не зря отец Илара считал пекарское дело самым лучшим занятием в мире, бросив ради него достаточно выгодную службу в городской страже. Возможно, он был в этом совершенно прав.

Илар прошел через первый зал – огромный, рассчитанный на несколько сотен человек, и через порог вошел в зал для магистров – они обедали отдельно от учащихся, что опять же подчеркивало высоту их нынешнего положения. Во втором зале и обстановка была побогаче – вместо скамеек и грубых столов – стулья, резные столы украшенные фигурками животных и птиц. И нагружали эти столы в первую очередь – на столах в первом зале еще только расставляли миски с кусками хлеба, а тут уже стояли блюда с румяными пирогами, выглядевшими так, что хотелось броситься, и с урчанием зарыться в кучку этих румяных «драгоценностей».

Илар знал, что Мастер печет пироги такие же великолепные на вкус, сколь и выглядевшие эталонами пирожного дела. Уж если в чем Илар и разбирался, так это в пирогах – и немудрено, ведь вырос он сыном лучшего пирожного мастера на всем имперском тракте! Ради пирогов Иларова отца специально останавливались все караванщики, что регулярно водили караваны с севера до южных краев.

На столе уже стояли кувшины с соком – вина не было. Вино – только за деньги, и в трактире. Или же у себя в комнате. Мейстер не допускал пьянства, считая его одним из главных бичей этого мира, наравне с демонами, поглощающими душу несчастного человека.

– Магистр Илар! Приветствую! – Мастер-повар был само радушие, и от одного этого у Илара зачесалось в паху. Ну вот что такое – как только разволнуется, сразу зуд в паху! Так и хочется запустить туда руку и яростно поскрестись, вонзая ногти во вспотевшую кожу! Даже сказать кому-либо неприлично!

И почему он, Илар, вдруг заволновался? Ну что такого – повар вышел лично его поприветствовать! Невелика птица! Но на душе приятно. Еще и от того приятно, что знает – совсем не всех Мастер-повар приветствует, называя по имени, и привечая ласковой улыбкой. Кое-кого он на дух не переносит, и плевать ему, что супостат даже магистр, известный своим магическим умением. Учеников же, молодняк – мастер вообще не переносил. Его воля – он бы устроил возле входа в столовую здоровенную кормушку, лил бы туда похлебку и швырял хлеб – этому мелкому скоту не место в чистой и ухоженной столовой Мастера-повара! Только пакостят, топчут, да жрут, как свиньи, совсем не ценя труд великолепных поваров Башни! А что тогда перед ними особо распинаться? Навалить им хлебова, и пусть жрут!

– Сегодня пироги удались – как никогда! А еще – гуляш из оленины! А для вас, я лично испек сладкий пирог с брусникой! Сахару в полтора раза против обычного – говорят, что сахар помогает думать, так что вам очень полезно! Но вначале – половничек супа с трюфелями и перепелиными яйцами – попробуйте, вы такого еще не пробовали!

Пока мастер говорил, перед онемевшим от неожиданности Иларом появлялось все то, о чем говорил мастер-повар, и пахло все это просто невероятно!

Илар непроизвольно сглотнул, что не утаилось от взгляда повара:

– Вы кушайте, кушайте, магистр Илар! Я вас заговорил совсем! Ну, не буду вам мешать! Потом поговорим…

Илар пропустил мимо ушей последние слова, акцентировав внимание на первых, и начал с жадностью поглощать предложенные ему яства, бывшие и взаправду просто невероятно вкусными. И только когда все предложенное было съедено, а живот Илара сделался круглым и твердым, как барабан, до него дошло – мастер-повар что-то от него хочет. И такое серьезное, что прежде решил, так сказать, подмазать.

И как только до Илара это дошло, как демон из преисподней по его душу явился Мастер-повар, ласково улыбаясь, как медведь, нашедший тушу хорошенько полежавшего на солнце дохлого оленя, убежавшего от незадачливых охотников. Окорокообразные руки Мастера терлись ладонями друг о друга, и был повар само предвкушение, как Илар двадцать минут назад возле горки свежеиспеченных пирогов.

Подсев, мастер-повар заговорщицки понизил голос, и наклонив голову поближе к уху Илара, тихо сказал:

– Могу ли я обсудить с магистром Иларом одну очень деликатную проблему?

– Хмм… – Илар хмыкнул, огляделся по сторонам, и только сейчас заметил, что зал уже начал потихоньку наполняться. В двух шагах от него сидел мрачный Эриос, с таким кислым выражением на физиономии, что от нее могли скиснуть все запасы молока, хранимые в погребе кухни. Чуть подальше – два мага из подчиненных Эриоса – тоже кислые и скучные, как штаны старьевщика. В дальнем углу, у самой стены – три мага из лекарей – в белых туниках, видно прямо с дежурства. Они смеялись, поглядывая на Эриоса – видимо обсуждали какое-то происшествие, о котором Илар пока не знал, но которое и вызвало такие кислые маски на лицах магов-биологов. Когда Илар пришел – в зале он был один, никого не было – если не считать Мастера-повара. А потом ему было не до разглядывания приходящих и уходящих – питался!

Вот чем, кстати, воин отличается от гражданского, мирного человека – это Илару всегда говорил его отец, бывший уснар городской стражи. Воин обязательно бы сел подальше от выхода, лицом к нему, чтобы всегда видеть приходящих, и если что – быстро отреагировать на опасность. Илар же слишком занят своей особой, и когда-нибудь это может довести его до беды. Нельзя уходить в себя до такой степени, чтобы не видеть происходящего вокруг. Истина, не требующая доказательства.

– Нуу…можешь… – Илар снова огляделся, будто искал помощи, вздохнул, и приготовился к неизбежному. То, что это самое неизбежное ему не понравится, Илар почему-то не сомневался. Чутье подсказывало.

 

– А тогда не соблаговолите ли пройти в мой кабинет? – прогудел Мастер-повар, нависая над Иларом, как холм Старший брат.

И снова вздохнул Илар, которому больше всего на свете сейчас хотелось отправиться в свою небольшую, скромно обставленную комнатку и свалиться на постель, чтобы без помех разглядывать трещину в штукатурке потолка. Пока не уснет. Вообще-то у него сегодня выходной день!

Поднялся, и побрел за поваром в дальний конец зала, к двери, ведущей неизвестно куда.

Честно сказать, Илар и не подозревал, что у повара имеется свой, личный кабинет. Ведь что такое повар? Здоровенный громогласный мужлан. Днями и ночами не отходящий от плиты, на которой всегда что-то скворчит и булькает. И зачем тогда ему кабинет? Так все думают.

А с другой стороны, если подумать – как без кабинета человеку, который обеспечивает питание всему коллективу колдунов – начиная с самых мелких, учеников первого уровня, и заканчивая магистрами двенадцатого уровня – а также всему обслуживающему персоналу и довольно-таки многочисленной охране Башни?

Так что пока Илар добрался до кабинета уважаемого Мастера-повара, он привык к мысли о том, что вообще-то, по здравому размышлению, начальник столовой занимает в иерархии Башни довольно-таки высокое место, и соответственно у него должен быть свой рабочий кабинет. На самом деле – где держать книги учета продуктов? Где держать многочисленные книги учета персонала? Нет – без кабинета точно никак!

За дверью оказалась маленькая (сравнительно) комната, в которой сидели двое молодых парней и один мужчина средних лет. При виде мастера-повара они вскочили, парень, что слева от двери попытался что-то сказать, показать, держа в руках одну из толстенных, исписанных убористым почерком книг, но их начальник только махнул рукой, создав движение ветра, подобное порыву урагана, и молча шагнул к другой двери – массивной, украшенной медными, начищенными до блеска петлями и скобами.

Уже взявшись за рукоять двери, изображавшую свернувшегося в кольцо дракона, Мастер-повар вдруг резко остановился, так, что Илар едва не врезался ему в спину, и крикнул в пространство своим звучным, гулким, как из бочки голосом:

– Принесите нам что-нибудь попить! И выпить! Да закуски – сладкой, и соленой! И побыстрее!

После этого заведующий питанием Башни рванул дверь, она легко открылась, будто была сделана из бумаги, и поманив Илара за собой, исчез в глубине своего эпичного кабинета.

То, что кабинет эпичен, Илар убедился сразу, стоило только перешагнуть порог. Этот кабинет был впору не повару, заведующему столовой, а как минимум дворянину древнего рода, славному своей длинной и воинственной историей. На стенах кабинета, драпированных дорогой красивой тканью – оружие всевозможных видов и размеров, начиная с уличных кастетов, и заканчивая огромными двуручными мечами, применяемыми особо бесшабашными пехотинцами-наемниками в междуусобных войнах, которые время от времени, видимо от скуки, развязывают имперские аристократы. Многому из того, что здесь было – Илар даже не знал названия. Страшные на вид боевые серпы, уродливые кривые сабли, мечи, изогнутые так прихотливо, что возникало сомнение в психическом здоровье их изготовителя. Десятки, сотни экземпляров оружия – начищенного, сверкающего, мечтающего напиться людской горячей крови!

Илар даже поежился, увидев это собрание кровожадного железа. Нет, не воин он. Точно – не воин! Какой-нибудь наемник, или аристократ, с детства выбравший себе судьбу полководца тут же бросился бы ощупывать и поглаживать эти железки. Но у Илара они вызывали лишь чувство опасности, а еще – некую неприязнь, как у человека, который категорически против любых видов насилия, а значит – не любящего оружие.

Пройдя по толстому драгоценному ковру мастер-повар плюхнулся в кресло перед резным столиком, и рукой указал Илару на другое кресло, напротив себя:

– Присаживайтесь, магистр! Сейчас принесут напитки, и мы с вами кое-о-чем поговорим!

Илар всмотрелся в широкое, бычье лицо мастера-повара, больше напоминавшее лицо какого-нибудь призового бойца, и прикинул, сколько тому лет. Вышло – от сорока до шестидесяти. Точнее не определишь. Седоватые короткие волосы (тоже, кстати, признак бойца!), сломанные уши, могучие плечи. Шрам на подбородке – вроде и незаметный, явно – залеченный магами, но все-таки видный. Маленькие серые глазки смотрели с прищуром, как смотрит кот на синицу перед тем, как прыгнуть и откусить ей башку. Нехороший взгляд! Илар не любил, когда на него так смотрели!

– Мастер…а можно как-то побыстрее узнать, в чем дело? – Илар отвел взгляд, упершись им в полированный паркет кабинета (!!!) – Честно сказать, у меня много дел, и…

Никаких таких дел у Илара не было – кроме валяния на кровати, но кто сказал, что он не имеет права отдохнуть?! Ну, в самом-то деле! Он что, раб на галерах?! Прикован к веслу?! Почему он, Илар, должен трудиться даже после ужина?!

– А вот и напитки! – искусственно оживленно всплеснул руками мастер, создав ток воздуха, как от движения мельничного колеса – Давайте я за вами поухаживаю, магистр Илар! Оле! Иди, иди…чего встал?!

Взмахом руки отпустив слугу, Мастер-повар поднял кувшин, казавшийся игрушечным в его могучей лапище, налил в хрустальный бокал синего стекла пурпурной густой жидкости, пахнувшей терпким запахом виноградной лозы, и пододвинул драгоценный бокал Илару:

– Попробуйте! Это великолепное вино! Пять лет выдержки! Урожай того года был очень хорош. Букет вина – великолепен! Очень дорогое вино, кстати, не всем по карману. Но вообще-то я человек не бедный. У меня великолепное жалование от Башни, кроме того – свои лавки, управляемые моими людьми. А еще – несколько судов, перевозящих товары вдоль побережья. Не скажу, чтобы я самый богатый человек в Империи, но кое-какой капитал у меня есть.

– А тогда зачем вы управляете столовой Башни? – искренне удивился Илар – И деньги есть, и своя торговля, и даже флот! А вы сидите тут, в какой-то зачуханной столовой! Не понимаю…

– Вы пейте, пейте – не пожалеете! – широко ухмыльнулся Мастер-повар – Почему я все еще тут? Ну…мне нравится кормить людей. И кстати – обидно сказали! Моя столовая совсем даже не зачуханная! Персонал вышколен, как хорошие солдаты, котлы чисты, никакой заразы, никакой грязи – за то меня и ценят! А еще – я единственный поставщик Башни… хо-хо-хо… конечно, я на этом зарабатываю! Ведь мы и работаем для того, чтобы заработать, не так ли? Но Мейстер знает – я не обманываю. То, что поставляю к столу – только свежее, только высокого качества, я не терплю дурных продуктов! И мне здесь нравится. Когда-нибудь, когда стану старым и немощным (Илар усмехнулся), я оставлю свой пост, и удалюсь в поместье. И скорее всего – быстро умру. Потому что мне не будет хватать этого шума, этой толкотни, этой кухонной суеты!

Илар отхлебнул из бокала – вино было терпким, но очень приятным на вкус. Никакого оттенка браги, никакой горечи – свежее, как виноградный сок, немного постоявший в холодном погребе. Отличное вино!

– Хорошее, да? Легкое! Люблю такое! – мастер-повар довольно кивнул, и пододвинул блюдо с маленькими слоеными пирожками, чтобы нанести последний, завершающий удар. Добить, так сказать, собеседника, припечатав его последним аргументом:

– Пробуйте! Лично лепил! Для вас! Вряд ли я смогу превзойти в мастерстве вашего отца – его произведения искусства славятся на всем тракте – но если я хотя бы немного приблизился к его уровню – буду счастлив. Только вы сможете это оценить!

Вот так. Илар чуть не поперхнулся. Все-то он знает, этот мужик! И про отца знает! Разведал, точно. Готовился основательно, как полководец к великой битве! Да что же он такое хочет потребовать?! Что за дела?!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru