О колдунах, женщинах и злобной мебели

Евгений Щепетнов
О колдунах, женщинах и злобной мебели

Кулак явно угрожал колдунам, будто предупреждая о неправомерности их колдовских выкрутасов, потом разжался и вдруг опустился на загривок котомонстра, счастливо выгнувшего спину от нежданной ласки. Секунда, два…рука сжалась, и котенок был вознесен в небеса, чтобы вместе с рукой исчезнуть в радужной яркой небесной дали.

Тучи яростно рванулись вперед, закрывая прореху в своих рядах, и на этом сеанс колдовства закончился – к вящему облегчению всех, кто в нем участвовал.

– Я чуть не обделался – пробурчал кто-то позади Илара, но он не стал оборачиваться, и смотреть – кто именно. Честно сказать, у него самого в животе бурчало так, что если сейчас не добежит в укромное место, где можно хотя бы на время спрятаться от любопытных глаз, с ним случиться нечто подобное. То ли это было действие колдовства (бывает такое, побочный эффект от заклинания), то ли слишком переволновался, но только сейчас его и тошнило, и живот бурчал, и…в общем – Илар теперь полная развалина, и эта развалина категорически не желала видеть никого в ближайшие два часа. Даже учителя и названного брата, как раз сейчас появившегося из ворот Башни с выражением жгучего любопытства и возмущения на хитром, симпатичном личике. Личике, способном ввести в заблуждение любого, кто не знаком достаточно близко с этим воплощением бунтарской души.

– Илар! Илар! – Даран рванулся к брату, но тот пронесся мимо, чувствуя, что если задержится хотя бы на секунду – может опоздать.

Пробежал через двор, под недоуменными взглядами высыпавшей на улицу обслуги и учащихся, ранее сидевших в учебных комнатах, перепрыгнул через собачонку, вечно вертевшуюся у кухни – собачка завизжала и спряталась за стоящие у стены метлы. По гулкому каменному коридору, больше напоминавшему тоннель, вырубленный в скале, прямиком к своей комнате, а через нее (предварительно заперев дверь на засов) – в вожделенное заведение, где журчит вода, и никто не может потревожить, где так хорошо думается…если только некто не ломится в голову, пробивая ментальный барьер!

– Братец, что за шум? – однорог бесцеремонно расшвырял воздвигнутую Иларом ментальную стену, разбив ее вдребезги – пОходя, особо не утруждаясь.

И снова Илар с досадой отметил, что способности однорогов к передаче мыслей превосходят человеческие способности в десятки, а то и в сотни раз. Сколько бы он не пытался закрыть мозг от магического создания, так ему ни разу это и не удалось.

– Да ерунда все! – Илар подошел к медному крану, торчащему из стены, открыл воду, вымыл руки, используя удивительно вонючее, пахнущее дегтем мыло, поплескал в лицо. Но однорог не отставал:

– Ты снова чего-то наколдовал? Я чувствую, как ты не хочешь говорить на эту тему, но может я смогу тебе в чем-то помочь? У тебя проблемы?

– Все в порядке! – решительно ответил Илар, совершенно в этом не уверенный – ты-то как? Как твоя охота? Что нового?

– Отлично! – Илар почувствовал, как однорог просто-таки сочится довольствием и радостью – Я встретил соплеменников. Одна самочка…мы понравились друг другу. Ты не будешь против, если я немного задержусь на охоте? Если нужно – я тут же к тебе прибегу! Всю ночь буду бежать, а прибегу!

– Хоть у кого-то все в порядке! – Илар расплылся в улыбке, и тут же посерьезнел – Нет, братец, пока не нужно. Отдыхай, развлекайся. Честно сказать, хорошо, что тебя сейчас тут нет. Ты знаешь людей…им только дай за что-нибудь зацепиться! Тут же такую свару устроят… Пусть все утрясется.

– Пусть! – однорог послал Илару волну веселья, и молодой маг невольно хихикнул. Они знали, о чем говорили. На второй день после того, как Илар и его спутники прибыли в Башню Шелхома, возник такой скандал, что для его утряски понадобилось влияние самого Мейстера, с проклятиями выразившего свое неудовольствие поведением Илара, его брата, и «прирученного зверя», не умеющего себя вести в человеческом обществе.

Вообще-то, если разобраться, вести себя не умел совсем не Илар, и не его названные братья – однорог Быстрик и мальчик Даран, некогда подобранный Иларом по пути в столицу в одной из дорожных таверн. Вести себя не умел здешний дворянин, урожденный Мегерн Стаффар, который почему-то считал, что по праву рождения он один может охотиться в здешних лесах, а еще, что ему никто не может перечить, если он чем-то недоволен. Это было совсем не так, и он скоро в том убедился.

Илар, Быстрик и Даран решили устроить пикник на холме в трех километров от города, на вершине высокого холма, который называли здесь Старший брат, или просто «Старший». Само собой, раз был старший, значит, имелся и младший – их было три, этих холмов, общим названием «Братья». Старший, Средний и Младший – заросшие высоченными деревьями, высокие, как горы, они царили над всей округой и с них открывался великолепный вид и на Башню, и на городок, притулившийся к ее боку, и на реку, огибавшую Башню дугой и теряющуюся в дали извилистой чередой петель и загибов.

Разложили снедь, купленную в лавке кондитера, и принялись ее поглощать, обсуждая все, что придет в голову, начиная с обучения Дарана в младшей группе учеников-магов, и заканчивая проклятием Илара, которое так и висело над его буйной головой. Нет, не проклятие извращения магии. Гораздо «интереснее».

Дело в том, что во время путешествия Илара и Дарана к Башне Шелхома, они попали в некоторые неприятности, и чтобы выбраться из них, Илару пришлось применить заклинание, наложившее на него способность влюблять в себя всех женщин – начиная с самых мелких, невидных от земли пигалиц, до почтенных старушек, укрывающих седые локоны под платками и чепцами. Стоило Илару издать хоть один звук, находясь рядом с какой-нибудь особой женского пола – сказать что-то, кашлянуть, даже вздохнуть – как тут же сердце девицы или почтенной дамы разбивалось на части, чтобы собраться уже в портрет Илара, запечатленный в ее сознании навсегда. Или – не навсегда, но на какое-то время. Это уж как получится.

И доставляло это Илару немалые проблемы. Очередь из девиц, желающих попасть на прием к «тому симпатичному молодому магу!», кареты, украшенные старинными гербами и женщины под густой вуалью – «к тому молодому человеку».

С одной стороны вроде бы и неплохо, каждый из магов обязан приносить доход в кассу Башни, да и себе заработать совсем не возбраняется, а с другой… у Илара ведь молодая жена! Прекрасная, прекрасней всех на свете!

Но к тому же еще и способная читать мысли…попробуй-ка, измени. Нет, она его, конечно, простит… хмм… наверное – простит. Не пробовал. Но…ей точно будет больно. А разве можно причинять любимым боль?

А они лезут, лезут, лезут…а ты в дороге, в отрыве от дома, от жены – многие дни, недели, месяцы! Тебе уже снится женское тело! Упругие бедра, высокая грудь…оооо….завоешь тут!

Илар никогда не был очень уж сексуально озабоченным, но секс он само собой любил – как и все нормальные мужчины. А если ты еще и пожил в законном браке, когда каждый день имеешь доступ к прекрасному телу жены – сколько угодно и как угодно – трудно потом отвыкать! Вернее – совершенно невозможно.

И уже лезут в голову предательские мысли: «А вот та девица – была вполне ничего…миленькая! А эта дама – вот красавица, на самом деле – великолепна! Эххх… а как она хотела!»

Девицы и дамы покупали амулеты от беременности, амулеты от дурных болезней, от тараканов и клопов и всякую такую чепуху, совершенно необходимую в домашнем хозяйстве. Эти амулеты делал не Илар, но продавать их у него получалось просто на-ура. Влет! И за ценой не стояли.

Ощущение неприятное – будто сидишь в лавке и торгуешь пирожными, не для мага это дело. Но с другой стороны – должен же он приносить обществу пользу?

Кстати – и прибыль очень неплохая… Вообще-то все торгуют только своими амулетами, своими магическими снадобьями, но тут случай особый. По понятной причине Илар сейчас пока не может использовать свои заклинания – непроверенные в действии, сомнительные в работе. Представить только – сделал, он, к примеру, амулет от беременности. Ушла дама обнадеженная, и… «залетела»! Да сразу тройней, в которой один беленький ребенок, другой черноволосый, третий вообще чернокожий! И вспомнит народ, что раб у этой дамы чернокожий, что секретарь ее черноволосый, и только муж – светлый, и похоже, что один ребенок именно от него! И скандал! Репутация Башни испорчена!

Нет уж, пусть делает кто-то другой, а раз идут к Илару, раз он пользуется такой популярностью у противоположного пола – так почему это не поэксплуатировать? Всего два раза в неделю, по четыре часа. Зато – в остальное время делай все, что хочешь – учись, проводи эксперименты, отдыхай. Ох, дамы, дамы…одна просто бросилась на шею, скинув с плеч плащ! Оказалось – под ним женщина совершенно обнажена! Еле сбежал…мда. Коллеги – одни возмущенно фырчат, другие смеются, третьи откровенно завидуют (особенно молодые). Но разве он, Илар, виноват, что так получилось?!

– Не буду я тебе описывать эту даму! И не проси! – Илар с удовольствием откусил кусок пирога, и продолжил с набитым ртом, что хотя и дурноманерно, зато актуально – ты еффе мафенький! Куда ты лефешь?!

Прожевал, скосил глаза на Дарана:

– Вот подрастешь, тогда и…

– Я все про ЭТО знаю! – фыркнул Даран, и ловко метнул шишку в пробежавшую ящерку. Ящерка опрокинулась на спину, мгновенно вскочила и спряталась в норку – И вообще…я тоже уже взрослый! Мне уже сны снятся с женщинами!

– Это потому, что ты спер из библиотеки книжку с любовными историями, иллюстрированными художником Мерангом, и листаешь ее, когда думаешь, что никто этого не видит! Думаешь, я не знаю, что ты ее спрятал в отдушине? Ну зачем тебе описание той дамы?! Ну на кой демон?! Отстань!

– Вот видишь, я уже интересуюсь женщинами! И ты, мой старший брат, должен направлять меня на правильную дорогу, учить, рассказывать мне то, что я должен знать! – Даран был серьезен и рассудителен, но глаза его были прищурены, он явно еле сдерживался, чтобы не расхохотаться. Смутить этого мальчишку было очень сложно.

 

А что касается секса…увы, он и на самом деле знал о нем слишком много для маленького мальчика. Его мать была в рабстве у трактирщика, и тот не удосуживался выпроводить Дарана из комнаты, когда занимался сексом с его матерью. Он просто не обращал на мальчишку никакого внимания, как не обращают внимание на щенка, или котенка, или другое безмозглое животное.

Илар упорно старался делать вид, что Даран нормальный, обычный мальчик, а не бывший раб, выкупленный им у злого человека.

– Тебе двенадцать лет, и думать ты должен только об учебе, а не о шалостях и… хмм… женщинах! – важно изрек Илар, чувствуя себя старым-престарым дедом. А ведь он был всего на шесть лет старше мальчишки. И помнил, чем он интересовался в его возрасте…

Лай множества собак привлек их внимание, и через несколько секунд после того, как лес взорвался лаем, визгом и завываниями охотничьей стаи, неслышно, как тень возник Быстрик – спокойный, «улыбающийся» своим зверским оскалом, открывающим великолепные клыки, способные перекусить едва ли не стальной прут.

Однорог был похож на помесь тигра и собаки, вот только от них его сразу отличал приличного размера витой рог, устроившийся прямо посреди лба.

Однороги – всеядные животные вроде медведей, но все-таки предпочитают есть свежее теплое мясо.

А еще – однороги одни из самых страшных бойцов этого мира, и горе тому, кто попытается их убить!

Кроме того, однороги, будучи магическими существами, не поддаются никакой магии. Их кровь, кусочки шкуры, мясо, другие части тела использовались магами для производства самых дорогих и сильнодействующих средств, например – для того же любовного зелья, способного приворожить человека на долгие годы, а то и на всю жизнь. Ценность однорогов в конце концов привела к тому, что их почти повсеместно выбили, загнав остатки их племени в самые глухие уголки леса – какой бы ты ни был сильный боец, от выстрела из засады сила и ловкость тебя не уберегут. Как и от ловчей ямы, в одну из которых некогда и попал Быстрик, будучи еще совсем юным щенком.

Илар выкупил его из бойцовых ям, где на Быстрика натравливали оголодавших волков и собак, так он и прижился, став членом странной семьи Илара. Быстрик и Илар разговаривали в основном ментально, хотя Быстрик уже научился выговаривать человеческие слова своей нечеловеческой глоткой. Просто – ментально говорить было гораздо быстрее и удобнее. А научился Илар говорить ментально после того, как выпил несколько капель крови Быстрика. После чего едва не отправился на тот свет. Кровь однорога довольно-таки ядовита для человека.

– Быстрик, в чем дело? – Илар говорил вслух, ведь рядом был Даран.

– Я…охотился…они…меня догонять! – с трудом пролаял-прохрипел однорог – Я…убежал…они…гонятся. Человек…стрелял в меня!

Илар не успел спросить, что за человек – из леса вылетели три всадника – впереди полноватый молодой человек в зеленом охотничьем камзоле, украшенной дорогой вышивкой, позади – двое мужчина постарше, лет тридцати пяти-сорока, по виду типичные вояки – кольчуги, мечи, кинжалы на поясе, за плечами луки и колчаны со стрелами. Похоже, что телохранители. У их хозяина в руках разряженный арбалет – видимо этот пухлый тип в Быстрика и стрелял.

– Вот он! Стреляйте в него! Эй вы, пошли вон отсюда!

Первое, само собой, относилось к телохранителям, второе – к Илару и Дарану, вскочившим на ноги и спинами заслонившим однорога.

Вообще-то это должно было выглядеть довольно-таки смешно – однорог, который изрядно подрос за то время, что жил у Илара, весил как три Илара вместе взятые, и был размером с небольшого телка, превосходя по силе рогатую скотину в несколько раз. Он бы мог спокойно перебить всю охотничью стаю собак, заливавшихся лаем в двух шагах от братьев, но Илар строго-настрого запретил убивать кого-либо без особого на то распоряжения. Кроме кроликов и зайцев, ну и другой законной добычи удачливого охотника.

– Остановитесь! – Илар протянул руку, голос его был звучным, повелительным (откуда только что и взялось-то?!) – Что вам нужно? Как вы смеете нарушать наш покой?!

– Это еще что за хрен с горы? – хохотнул один из телохранителей – А я щас тебя плетью?!

– Тихо, болван, это же колдун! – громко шепнул другой, первый телохранитель заметно побледнел и сдал назад, прикрывшись туловищем хозяина. Так, на всякий случай.

– Уберите собак! – повелительно сказал Илар, как бы невзначай поправляя куртку, на отвороте которой красовался серебряный знак Ордена магов – Иначе я прикажу моему однорогу их разорвать!

– Так это твоя тварь?! – возопил толстяк, ничуть не смущенный видом значка. Возможно, он просто не знал, что это такое, а слов телохранителя не расслышал – Да я сейчас ей кишки выпущу! Как ты смеешь выпускать его в моем лесу?! Он сожрал моего кролика, и не одного! Я Мегерн Стаффар, потомственный дворянин, хозяин этого леса, и ни один подлец не смеет выпускать тут своих животных! Никто не смеет охотиться в моем лесу! Болван!

– А мы и не охотились – пожал плечами Илар, не имеющий представления где чей лес, и честно сказать – и не желающий этого знать – Но если мне захочется поохотиться, я сделаю это, и тебя не спрошу, толстый болван! Ты что, не понимаешь? Я колдун, а это мой магический зверь! И если я прикажу, он сейчас разорвет и твоих собак, и твоих людей, и тебя самого! А еще я могу наслать на тебя дурное заклятие, и ты будешь делать в штаны до скончания твоего века! Так что отваливай отсюда…Мегерн Стаффар, и не зли меня! Понял, дурак?

– Да я тебя щас…фигляр! Проклятый фокусник! Тупой болван! Плетей ему! Ну?! Быстро!

Телохранители не двинулись с места, они рассеянно смотрели в сторону, будто не слышали команды хозяина. И тогда толстяк двинулся вперед сам, подстегнув лошадь, подняв над головой длинную кожаную плеть!

Быстрик среагировал мгновенно – он выскочил вперед, мускулистый, мощный, передвигающийся мягко на кривых когтистых лапах, и передней лапой, в прыжке, нанес мощнейший, оглушающий удар по лошадиной морде, так, что лошадь захрипела, попятилась, и села на задние ноги. Само собой – толстяк тут же вывалился из седла, грохнувшись на спину и задрав вверх обтянутые узкими штанами толстенькие ляжки.

А потом Илар выпустил заклинание. Он всегда загружал его в память – так, на всякий случай. Уж больно зрелищное это заклинание – «Большой Пэ».

Даже сейчас, когда Илар уже знал, что последует, по коже его прошел некий холодок – а вдруг в очередной раз заклинание сработает не так, как надо, и ЭТО не ограничится звуком и запахом? Но каждый раз все заканчивалось нормально, так, как и положено. Над головой нависла огромная, почти во все небо голая задница, и послышался звук – протяжный, громовой, сотрясающий землю, проникающий в душу до самого ее донышка!

И запах. Оооо…такого запаха нет даже в столичных трущобах и общественных сортирах на базарной площади. Выворачивающий наизнанку, тошнотворный, проникающий до самых печенок – он был невыносим. Хотелось вывернуть содержимое желудка и бежать, бежать – куда глаза глядят!

Полезное заклинание, если ты не хочешь никого убивать, а как-то воздействовать на супостатов совершенно необходимо. И воздействует!

Дворянчик обмочился от страха, а может быть и больше (кто его будет обнюхивать?!). По штанам в паху толстяка разлилось здоровенное мокрое пятно, он сидел, и тихо завывал, закрыв лицо руками, всхлипывая, как ребенок.

– Заберите его! – крикнул Илар телохранителям, благоразумно отъехавшим шагов на пятьдесят (если хозяина начнут проклинать дурным колдовством – лучше быть где-то подальше.)

Нанимались охранять от людей, а не от разъяренных колдунов, владеющих страшными заклинаниями! Так что…пусть сам выкручивается – как может. Но надо отдать телохранителям должное – не сбежали, не бросили хозяина!

Подвывающего толстяка взгромоздили в седло – перед этим с трудом поймав лошадь, отказывавшуюся подходить ближе чем на сорок шагов – и через десять минут троица исчезла туда, откуда и появилась. Собаки разбежались еще раньше, во время нападения Быстрика на лошадь супостата – с визгом, поджав хвосты, особенно после того, как он нанес три оплеухи трем собакам, покатившимся в кусты, как камни с горы во время камнепада. Не до смерти, нет. Собаки не виноваты в том, что их хозяин идиот.

На том инцидент и закончился. Илар и Даран собрали недоеденный обед и отправились в Башню – все равно пикник был безнадежно испорчен – по крайней мере, с точки зрения Илара. Даран же придерживался другого мнения – он считал, что вылазка в лес удалась, и предвкушал, как будет рассказывать своим новым приятелям о посрамлении наглого аристократа.

Но история на том не завершилась. Уже на следующий день в полдень Илара вместе с наставником вызвали к Великому Мейстеру.

– Что вы творите?! – Мейстер был зол, так зол, что не мог усидеть на месте и вышагивал из угла в угол кабинета, сжав пальцы в кулаки – Как вы посмели применить колдовство против одного из самых родовитых аристократов, родственника императрицы, одного из самых крупных землевладельцев, одного из тех, на ком зиждется благосостояние нашей Империи?! И что за страшное боевое колдовство вы применили, едва не доведя несчастного до гибели?! Вы понимаете, в какой скандал нас втравили?! Иссильмарон, ты наставник, тебе отвечать за то, что творит твой олух! Вы понимаете, что может последовать за нападением на члена императорской семьи? Этот аристократ требует голову Илара! Крови жаждет! И что мне теперь делать?

– А что случилось-то? – Иссильмарон недоуменно воззрился на Мейстера, потом на Илара, потупившего взгляд – Илар, мальчик мой, ты чего там натворил?

– Ничего не натворил! – Илар вдруг разозлился, голос его стал жестким, и как всегда в моменты опасности, голова сделалась ясной и звонкой – Следует заметить, уважаемый Мейстер, что вообще-то мастер Иссильмарон неформально мой наставник! Я не поступал к нему в ученики, не подписывал договор ученичества, не плачу ему за учебу и выполняю никаких работ в счет оплаты обучения! А значит, я не являюсь его учеником, и он не может отвечать за мои действия! Это первое. Второе: я придворный маг, персональный маг Императора. Это совершенно официально. И так же официально – я член гильдии магов, имперский колдун, со всеми возможными правами и обязанностями. Потому и обращаться ко мне следует, как ко всем моим коллегам, не больше, и не меньше! И уж олуха я точно не заслуживаю! (Илара несло, и он чувствовал, как ярость просто-таки заливает мозг, отключая все мысли о том, что стоит придержать язык) И я ничей! Только своей жены, и своего ребенка! И друзей! И ничья собственность! А в-третьих, вообще интересно: я обладаю полномочиями инспектора, вы не забыли?! Я вообще-то прибыл, чтобы расследовать убийства, которые происходят в вашем не богоугодном заведении! И которые вы не можете остановить! И полномочия мои таковы, что я могу допросить даже вас! Мало того – допросить под снадобьем правды! А если вы откажетесь – послать депешу Императору, где будет указано, что вы отказались повиноваться законным требованиям императорского посланника! Я не знаю, что после этого последует, но то, что вам результат не понравится – уверен! Потому, прежде чем нападать на меня на основании жалобы какого-то болвана, не принадлежащего к нашему кругу, стоило бы вначале выслушать меня! А также – моего брата, который там присутствовал!

Илар замолчал, и в кабинете Мейстера зазвенела тишина. Илар старался не смотреть на выпученные от возмущения и ярости глаза главы Башни, на его покрасневшие щеки, и с запоздавшим раскаянием подумал о том, что умнее было бы переждать грозу, дождаться, что все как-то утрясется. И что на него нашло? Усталость? А может…он просто взрослеет? Это ребенок будет воспринимать несправедливость потупив голову, лишь бы все скорее прошло и можно было бы бежать дальше играть в мяч, взрослый же человек не позволяет себя унижать. И вообще – какого демона? Он, Илар, сильнее многих здешних магов! В колдовстве, разумеется, а не в поднятии тяжестей.

– Браво! – Иссильмарон трижды хлопнул в ладоши, и широко улыбнулся – В самом деле, коллега, ты чего так напустился на парня? Какой-то там дворянчик решил показать свой гонор! И что?! Мы что, не маги? У тебя что, нет способов воздействовать на идиота? А Илар все правильно сказал. Кстати, ты когда выдашь ему знак заместителя мейстера по особым поручениям? Без этого он не может вести полноценное расследование. А время-то идет! С тебя спросят! Кстати – и с него спросят. И да – не пора ли выслушать эту сторону? Уверен, парень ничего плохого не сделал. Я его хорошо знаю, не то, что ты!

Мейстер слушал Илара не перебивая, тяжело опустившись на свое украшенное магическими знаками кресло. Лицо его сделалось мрачным, и как-то сразу постарело, так что Илар даже пожалел о том, что так резко высказал ему все, что думает по поводу необоснованных высказываний.

 

В самом деле – вряд ли Мейстер отдал бы его на растерзание аристократишке, человек он неплохой, хотя и чиновник до мозга костей – должность обязывает, когда долго исполняешь чиновничьи обязанности, волей-неволей становишься похожим на всех чиновников в мире. Держишься за свое место, боишься сделать лишний, неверный шаг, не можешь говорить то, что думаешь – если это идет вразрез с мнением высшего руководства. Обычная чиновничья жизнь.

Когда Илар закончил свой рассказ, Мейстер сидел минуты три молча, не поднимая глаз. Потом внимательно посмотрел на Илара, помотал головой, и с грустью в голосе сказал:

– Началось все с проблем, и похоже, что проблемы с вами так и будут продолжаться. Ты просто-таки притягиваешь к себе проблемы, как куча дерьма стаю мух!

Илар решил не обижаться на «кучу дерьма», тем более, что это было абсолютной правдой. Нет, не насчет дерьма. Насчет проблем.

– Что хоть за такое заклинание ты применил? Что оно из себя представляет? Оно на самом деле так опасно, как описывает это Стаффар? С его слов – случилось нечто ужасное, и он едва избежал гибели.

– Он обмочился. И похоже – обделался! – поморщился Илар, а Иссильмарон у него на спиной радостно захихикал – Заклинание же…я называю его «Большой Пэ». Ну…это сокращенно от «Большой Пук». Когда я его заспускаю, на небе появляется огромная задница, и…ну…понятно! Звук – как гром. И запах – отвратительный запах. Но не более того! Ничего опасного! Появилась, испортила воздух – исчезла! Все! Никакой опасности не было!

– Мдаа… – неопределенно протянул Мейстер, и вдруг захохотал – в голос, утирая глаза, повизгивая от удовольствия. Ему вторил Иссильмарон, а потом и сам Илар, зараженный общим настроем веселья.

Отсмеявшись, Мейстер достал кружевной платочек, вытер глаза, высморкался, секунды две внимательно рассматривал содержимое носа, прилипшее к платку, будто было в том что-то необычайное, достойное внимания ученого мужа, и снова хихикнул:

– Ох, не могу! Хотел бы я посмотреть, как там все было! «Большой Пэ», понимаешь ли! Вот что…коллега. На днях мы соберем исследовательскую группу, посвященную твоему феномену, и ты им продемонстрируешь – что такое «Большой Пэ». И кстати – они убедятся, что в этом не было ничего опасного, дадут свое заключение. Честно сказать – ну такой шум поднялся с этим проклятым Стаффаром! Молодой Стаффар – настоящий дундук, ну полный осел! Такой шум поднял…жди теперь запроса от императора. Стаффар какой-то там кузен, по линии императрицы. А охота в том месте и правда – только по его разрешению. Это древнее право Стаффаров – охотиться на Братьях и вокруг них. И он ревниво за этим правом следит.

– А мы и не охотились! То, что Быстрик пару кроликов съел, так он и не человек! Какого демона этот придурок Стаффар устраивает охоту на магического зверя, принадлежащего колдуну? На самом деле Быстрик, конечно, никому не принадлежит – он член моей семьи, но официально – этой мой однорог! И ничего было на него охотиться!

– А откуда Саффару было знать, что это твой однорог? – Мейстер пожал плечами – Ну сам представь, он выехал поохотиться на кроликов и перепелов, и что видит? Какой-то зверь оставил ему только откусанные ножки! Само собой, Саффар бросается в погоню, как это сделали бы все болваны, не знающие, что такое однорог. Кстати – большинство людей так и считают, что однорог это легенда. Что на самом деле их не существует. Ну и вот….он бросается в погоню, а тут – вы! Посиживаете себе, и видать ждете, когда однорог принесет вам добычу! По крайней мере – так следовало из его слов. Он вас призвал к ответу, а ты взял, и попытался убить его страшным колдовством. Результат – с утра уже у меня его стряпчий с жалобой, и требованием выдать тебя на расправу.

Мейстер замолчал, молчал и Илар. В кабинете Мейстера было тихо, так тихо, как если бы они все были в склепе, наполовину ушедшем в землю. Старая постройка, толстые стены, могильный холод. Илар никогда не стал бы устраивать кабинет в таком промозглом месте! Хотя…если жарким летом, то прохлада вполне даже по вкусу. А зимой можно перейти в другое помещение! Перезимовал – и опять в прохладу! Умное решение!

Цепочку логических выкладок прервал Мейстер:

– Вот что…коллега (он произносил «коллега» так, как если бы заменял им слово «болван») – Тебе нужно будет поехать в поместье Саффара и уладить недоразумение.

– Да ты спятил! – Иссильмарон раздраженно рубанул воздух ладонью – Его там схватят, выпорют, как раба, а то еще и башку снимут! Нет, нет и нет! Я против!

– А я-то уж точно не горю желанием туда поехать – пожал плечами Илар.

– Послушайте меня… – терпеливо продолжил Мейстер – Отец нынешнего лорда Саффара предоставил Башне множество льгот. Мало того, он регулярно делал взносы в кассу Башни на медицинские исследования – его первая, и по слухам – самая любимая жена умерла от неизвестной болезни, вылечить которую не смогли наши лекари. С тех пор он делает взносы, ежегодно предоставляя нам кругленькую сумму – для него совсем не большую, а для нас – вполне весомую. За это мы пользуем его многочисленную родню. В разумных пределах, конечно. Хмм…вернее – ДЕЛАЛ взносы. Пока не умер – два месяца назад. Нынешний лорд, его сын, считает нас фокусниками, жуликами и вымогателями. Взносы делать не хочет, мало того, болтает в Дворянском собрании о том, что мы бесполезные существа, ни на что не годные, и лучше обратиться к обычному лекарю, чем к нашему магу. Его, конечно, мало кто слушает, но…вода камень точит! Слухи пойдут, глупая болтовня. Зачем нам это надо? Итак, насколько я знаю, у этого самого Саффара есть молодая жена – он женился всего месяц назад. И она никак не может забеременеть. Под этим предлогом Илар отправится к жене Саффара с предложением помочь в таком щекотливом деле…

– Это как – помочь?! – не выдержал Илар – Вы чего такое говорите?! Я вам что, бык-производитель?! К тому же меня этот самый лорд просто повесит, стоит мне прикоснуться к его жене!

– Не говори ерунды – бесстрастно бросил Мейстер – Просто обаяешь ее, как ты умеешь это делать со всеми женщинами, подаришь ей амулет для зачатия – а мы подготовим такой, могучий – она только увидит мужчину в голом виде, издалека, не касаясь – и уже залетит! Ну… ты и воспользуешься случаем, попросишь, чтобы дама воздействовала на своего мужа! Убедила его, чтобы он от тебя отстал, а еще – чтобы помогал Башне, испытывающей трудности с финансированием обучения таких нужных Империи магов. Понял?

– Понял! – сдерживая раздражение кивнул Илар – То есть вы предлагаете мне отправиться к моему врагу, соблазнить его жену, но так, чтобы об этом никто не узнал, а потом убедить через нее – ее супруга отдавать башне кругленькую сумму денег! Я ничего не пропустил, Мейстер?

– Нет, все в порядке. Примерно так все и есть. И вот что – я сегодня закажу знак заместителя, через два дня он будет готов. Поедете вдвоем – ты, и…Иссильмарон. Загрузитесь заклинаниями – они побоятся вас тронуть.

– А если не побоятся? – вкрадчиво спросил Иссильмарон.

– Тебя учить, что ли? Тогда разнесете к демонам эту лавочку, и все! – фыркнул Мейстер – Вы будете представлять Башню – официально, со всеми регалиями, с грамотой, так что нападение на посланника Башни будет приравнено к нападению на весь Орден. И кстати – на императорского посланника. В общем – если не захочет закончить дело по-хорошему, закончит его по-плохому. Честно сказать – он мне уже надоел. Я сам уже подумывал, чтобы пустить на него какое-нибудь мерзкое заклинание – чтобы не болтал языком о том, что мы фокусники, и больше ничего!

– А если мы фокусники, тогда почему он так боялся моего заклинания? – задумчиво спросил Илар – Ведь нелогично, не находите?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru