Евгений Борисов Леон Иден

Если у нас появлялось хоть чуть-чуть свободного времени, то я с большим удовольствием катал Нарину по внутреннему двору таверны на своей тележке. Ей это безумно нравилось. Она закрывала глаза и улыбалась, когда ветер обдувал её лицо. Не знаю как она, но я представлял что она является знатной и богатой госпожой, которая едет в своей карете когда и куда ей вздумается, а я её доблестный и верный рыцарь. И если это были и её мысли точно такими же, то я был искренне рад. Она как никто другой была этого достойна. Во всяком случае я так считал. Именно в подобные моменты я давал себе слово, что всеми силами буду стараться делать так, чтобы это когда-нибудь произошло на самом деле.

За два ездки я наполнил кухонный чан водой и стал думать что бы мне ещё сделать такого полезного. Перебрав в голове все свои повседневные обязанности, я понял, что вроде как на данный момент ничего для меня нет. Двор убран, дрова наколоты, пиво и вино в общем зале есть, госпожа Харна и Нарина заканчивали в огороде собирать овощи для приготовления ужина. А пока у меня не было нового задания, я решил ненадолго присесть где-нибудь в уголочке на кухне.

Сев на низенькую табуретку, я прислонился к стенке и закрыл глаза, дабы немного отдохнуть и набраться сил перед каким-нибудь очередным заданием. Хотя я и без того знал что нужно делать — надо было сходить на конюшню и проверить там лошадей и общий порядок, а затем задать корм домашней скотине. А ближе к вечеру начать приборку общего зала на пару с Нариной. Вроде всё просто и нечего такого сложного, неизвестного и невыполнимого. Шёл уже второй год моего пребывания тут и все эти работы я проделывал уже сотни раз. Так, перескакивая с мысли на мысль, я и не заметил что задремал.

- И как, у нас всё уже сделано? - внезапный голос прервал мои непонятные сны, которые, кстати, были почему-то про рыцарей, битвы и прекрасных дам. Тут не мудрено — это всё из-за частого чтения книги «Жизнь рыцаря» Арни Бертильона. Теперь это всецело засело в моей голове и неизвестно сколько будет там оставаться. - Леон, может ты наконец соизволишь открыть глаза и приступить к работе? Лентяи мне тут не нужны.

Я резко вскочил с табуретки, мотая головой и потирая кулаками глаза, пытаясь согнать остатки рыцарско-героических снов. Что-то мне подсказывало, что хозяйку сейчас лучше не злить. Сегодня я уже успел поучаствовать в конфликте, который, благо, закончился вполне сносно и новый мне был абсолютно ни к чему; а тем более с самой Харной. Быстро извинившись, я поклонился и побежал исполнять уже намеченный мною план — а именно разобраться с животиной.

Благо многие посетители путешествовали со своими слугами, которые ухаживали за лошадьми и экипажами своих хозяев. Моя работа на конюшне была сведена почти к минимуму — это в основном вычистить стойла от навоза и почистить лошадей путников, которые путешествуют в одиночку. Кстати именно такие люди чаще всего одаривали меня лишним медяком за помощь. Посетители со свитой или торговцы практически никогда не дадут лишнего, да и доброго слова никогда не скажут. Я на эту тему даже и не думал — отблагодарить или нет это личное дело каждого. Застелив все стойла свежей соломой, я направился проверять хозяйский скот. Прибравшись и задав корма в свинарнике и курятнике, проверив коров на выпасе и убедившись что всё в порядке, я направился на кухню. Хоть было уже поздно для обеда, но надо было что-то поесть. К счастью на кухне меня уже ждала тарелка супа, немного жареной колбасы с хлебом и кружка холодного пива. Быстро покончив с едой и взяв метлу, я решил отправиться к главному подъездному двору и при возможности прибраться. А если там чисто, то можно вполне помахать для вида метлой, заодно отдохнуть после хорошего и сытного обеда. Я лениво скрёб метлой малочисленные листья, не забыв попутно поглядеть на доску объявлений. Но к сожалению нового там ничего не прибавилось и на данный момент было не понятно что творится в округе. Хотя и это был хороший знак — значит всё спокойно и можно было не бояться новых приказов графа Гурманда и появления его верных охотников на людей, да и просто-напросто обычных разбойников — Мальгора и Гроссера. Хотя они меня давным давно позабыли и считают обычным слугой при таверне, то я-то их не забыл и до сих помню огромную ручищу, что держала меня за горло и с лёгкостью швырнула в канаву, словно я был пугало какое огородное.

И без того чистый двор стал значительно чище. Убрав метлу в конюшню, я направился в общий зал таверны и спросил у стоявшего за стойкой Харна нужна ли ему какая-то помощь. Он недовольно поглядел на меня и стал осматривать всё вокруг.

- Сходи в погреб и принеси несколько бочонков вина и пива, - наконец ответил он. - Да поживее! А то уже темнеет и совсем скоро путников у нас прибавится. Смотри у меня, не мешкай там!

Я направился в погреб, размышляя, когда же этот толстяк примет меня и будет нормально общаться, без всяких грубостей и пристальных суровых взглядов. Но видимо ему измениться не суждено по отношению ко мне. Ладно, его дело. В конце концов не так суров хозяин, как его хозяйка.

Перетащив из погреба к стойке нужное количество напитков, я отправился на кухню — либо отдохнуть, либо получить новое задание, ну в крайнем случае помочь (что я крайне не любил и не умел) по готовке.

- А, вот и ты, - помешивая что-то в котле большой деревянной ложкой Харна обернулась в мою сторону. - Бери нож и порежь овощи — сегодня на ужин рагу с курицей. И принеси из кладовки муку. Нарина сделает тесто для яблочных пирогов. Живо, живо! Люди ждут!

Пока ничего по кухонной работе сложного не было. Главное чтобы меня не заставили жарить, парить и следить за приготовлением блюд. В противном случае госпожа Харна как следует отделает меня своей большой деревянной ложкой, а посетители прибавят ко всему пару-тройку тумаков незадачливому горе-поварёнку.