Ева Вагнер Древние Свитки

Битва на Красном плато

Силы Родондрона и защитников Терры встретились на закате пятнадцатого дня третьего летнего месяца алари в 1421 году третьей эпохи на Красном плато у Кандорранских гор. Позади простирались земли дваргов, а за ними вся Медея. В случае неблагоприятного исхода можно было отступить в горы, спрятавшись в глубоких подземельях. Впереди лежала Красная пустыня, которую с севера обрамляли едва заметные вдалеке горы в сизой дымке. С запада небо было затянуто тучами, пришедшими вместе с войском Родондрона.

Ночь быстро опускалась на Терру. Последние лучи заходящего солнца подсвечивали защитников багровым светом, что наполняло и без того напряженную атмосферу еще большей тревогой.

По флангам на склонах горы Дахао расположились опытные мастера пяти школ, которые могли направлять силу стихий на большие расстояния. Внизу же поле боя занимали боевые големы. Их за три недели успели создать мастера из дваргов. Два метра высотой, вылепленные из камней и глины, они стояли, не шелохнувшись, в ожидании команды своих хозяев-заклинателей. За големами протянулись бойцы ближнего боя из серринов со светящимися белым звездными клинками и ниберийцев с пиками, издававшими голубоватое свечение. С флангов их прикрывали дорлинги на элингах, заковынных в латы, а сверху небо было затянуто покровом из воздушных кораблей эрлингов.

Впереди в авангарде армии противника ярко полыхали огненные чудовища - церберы высотой под три метра с всадниками-орфийцами. Из каждой пасти трех голов этих чудищ выходили клубы черного дыма.

- Значит, орфийцы в союзе с Родондроном. Нам предстоит тяжелый бой, - вздохнул старейшина Эсху.

Вместе с остальными старейшинами он расположился на вершине горы Дахао, поскольку оттуда открывался хороший обзор на поле предстоящей битвы. За авангардом противника, насколько можно было разглядеть в огненном свете, от края до края тянулись полчища орфийцев и рондорейцев, которые выделялись фиолетовым свечением, исходящим от их оружия.

Вдруг от войска Родондрона отделился драконид с облаченным в доспехи всадником и полетел к защитникам. Он остановился и завис в воздухе на расстоянии нескольких метров от вершины, где располагались старейшины, и надменно проговорил:

- Владыка Родондрон милостиво предлагает вам покориться ему. Так вы сможете сохранить ваши жизни, - гордо прозвучали слова посланника на дракониде.

- Мы никогда не склонимся перед Родондроном! - решительно ответил ему старейшина Эсху, выступив вперед.

- Вы сами избрали свою судьбу, - холодно бросил посланник и повернул назад.

- Готовься! - крикнул Эсху.

Через минуту огненные церберы издали громкий рык и понеслись на объединенное войско пяти рас, оставляя позади себя клубы огня, дыма и пыли. Мастера Школы Лотоса мигом направили на церберов потоки вод, которые возникли в пространстве, словно ручьи, потекшие через поле боя, но приближаясь к чудовищам, они тут же испарялись, оставляя за собой лишь клубы пара. За церберами к защитникам направилась толпа воинов рондорейцев и орфийцев. Вдруг от них отсоединилась фиолетовая туча из тысяч заговоренных кинжалов, которые рондорейские заклинатели направили на защитников Терры. Серрины быстро выставили впереди множество щитов Асхи, сложившихся в один огромный полупрозрачный белый щит, накрывший воинов, и смогли защитить центральную часть авангарда.

Ван Хорн, находившийся вместе с остальными серринами на поле боя, направил несколько сияющих звездных клинков на вырвавшегося вперед цербера, те вонзились ему прямо в три головы, и, испустив из огромных пастей истошный рёв, он повалился на бок вместе с наездником.

- Аррахша модеразис!

Со стороны рондорейцев в бой ринулись воины с заговоренными драксисами - костяными монстрами с шестью руками. Те разнесли щиты Асхи в клочья и стремительно приближались к обороняющимся.

Разразилась кровавая сеча. В воздухе громыхали молнии, которые эрлинги направляли с воздушных кораблей на противника. Над полем битвы носились ветра, сбивающие рондорейских всадников на драконидах. Церберы могучими огненными лапами сотрясали землю и отбрасывали горящих воинов Терры в разные стороны, хватая в свои пасти любого уцелевшего. Драксисы и големы заносили удары друг на другом. От их ударов воздух сотрясал грохот, подобный взрывам. Во все стороны летела пыль, клочья земли, куски камней и костей. В противника летели звездные клинки серринов, дварги неслись в бой, сокрушая огромными молотами орфийцев и воинов-рондорейцев.

- Дорнис Нахшу! - в самом центе бушуеющей битвы Одоран сбивал противников с ног и добивал своим мечом.

Эрлинги направляли вихри из камней и песка в полчища драконидов, в воздухе сверкали грозовые разряды, и поверженные дракониды летели вниз. Мастера из дорлингов воздвигали из глубин земли стену из могучих ветвей и корней, отгораживая дружественных заклинателей от атак с земли, а ниберийцы ледяными щитами прикрывали их с воздуха. Противника немного удалось оттеснить назад. Защитники воспряли духом и ринулись в атаку, отодвигая войско Родондрона глубже в пустыню.

Осталось немного, и мы доберемся до Родондрона и уничтожим его! - выкрикнул старейшина дваргов, направляя силу стихии из своих рук в стороны поверженных големов, которые тут же собирались обратно и снова неслись в бой.

- На Рондоран! - крикнул старейшина дорлингов Дормунд, связав древесными путами очередного цербера, чтобы Мидх смог выпустить в три его головы серию звездных клинков.

Войско, воодушевленное успехами, ринулось на атакующих, которые нехотя отступали назад. В воздухе запахло победой, а сердца защитников Терры наполнились радостью предвкушения торжества.

Внезапно небо и земля сотряслась от низкого утробного рыка. Все замерли. Даже големы и драксисы остановились с занесенными кулаками вслед за оторопевшими заклинателями. Над полем боя воцарилась тишина.

- Ррррагррх! - повторился рык с небес.

Вдруг среди туч, на расстоянии не менее ста метров от земли на фоне выплывшей из-за туч неестественно большой лиловой луны показались контуры огромной головы исполинского чудовища с вздернутыми в небеса рогами. Это был гигантский черный дракон, демон из другого мира, медленно продвигавшийся по земле на огромных лапах с метровыми когтями. На нем гордо возвышался всадник в черных доспехах, покрытых изогнутыми шипами. На голове его был шлем, а поверх него надета корона с семью пиками, из которых ввысь подымались огненные лучи. В руках у него был меч, полыхающий красным огнем.

- Родондрон, - будто глухой гром, пронесся возглас по полю битвы.

Черный всадник поднял меч и направил его на защитников Терры, после чего внезапно земля стала покрываться множеством бледно-зеленых огней.

- Что это? - не веря своим глазам, прошептал Мидх.

- Мертвые, - помолчав, обреченно ответил Эсху.

Десятки, сотни, тысячи призраков один за другим стали появляться из-под земли и стремительно направляться на объединенное войско пяти воинств.

- Как нам противостоять мертвым? - с ужасом задала вопрос Нимраэль, на который не было ответа.

Ледяные прикосновения мертвых тут же парализовывали попавших под них могильным холодом. Дорлинги, серрины, ниберийцы один за другим падали на землю, не в силах сопротивляться параличу. Одоран бросился защищать соратников, кидая поочередно в мертвых рондорейское заклинание изгнания и отражая ударами рондорианского меча парализующие атаки от своих соратников, что давало им время отойти назад и не быть сметенными необычным противником.

С воздуха в мертвых летели молнии, ветер и град. Дракон поднял голову, шумно втянул ноздрями воздух и изверг из своей огромной дымящейся пасти на эрлингов потоки жидкого огня. Небо озарилось ярким заревом и запылало. Воздушные корабли мелкими горящими кусками стали осыпаться на землю, словно осенняя листва, и превращаться в пепел. Огонь пролился с небес, словно огненный дождь. Он снес преграду дорлингов, а за ней и Дормунда, который ее поддерживал. Старейшина дорлингов пал, сгорев в огне, из последних сил защищая преграду, отгораживающую мастеров пяти кланов от атак с земли.

Потоки лавы текли по Красному плато, уничтожая всё живое, после чего подступали орфийцы и добивали уцелевших. Големы тонули и плавились в раскаленной магме, элинги дорлингов разбегались в стороны. Ниберийцы изо всех сил направляли потоки воды на то, чтобы потушить разразившийся на земле пожар, но дракон неумолимо продвигался вперед. Одоран понимал, что дракона из другого мира им не одолеть.

- Отходим в горы! - кричал он, как вдруг услышал за своей спиной знакомый голос:

- Ашшхара модрис! Предатель!

Внезапно перед Одораном возник драконид с всадником-рандорейцем. Верхняя половина головы и лица его были полностью черными. Он спрыгнул с драконида и достал длинный сиреневый меч. Это был Дарразан.

- Сегодня ты увидишь, как мир, ради которого ты предал свой народ, сгорит в огне, - прошипел он и направил на Одорана меч, из которого вырвались стоны мертвых и лиловые языки пламени.

Одоран едва увернулся. Пламя достигло земли и взорвалось.

- Тебе не уйти! - кричал Дараззан, яростно бросая в Доранда сиреневые вспышки, взрывающиеся тот тут, то там.

Одоран пытался отбиваться мечом и заклинанием Адроксис, вызывающим зеленоватый щит прямо перед ним, но пламя Дарразана охватывало и тут же уничтожало щит, а меч при соприкосновении с ним переставал слушаться хозяина. Одоран замешкался, он никогда не видел подобной магии, и, пропустив удар, очередная сиреневая вспышка попала прямо в него. Нестерпимый жар разорвал его грудь в полыхающие фиолетовые клочья, и последний хранитель Свитков бездыханный упал на землю.

Тем временем дракон продвигался вперед, под могучими когтистыми лапами сминая войско защитников. Попытки объединенной армии Медеи хоть как-то ему навредить не приносили никаких успехов. Шкура его была непробиваема. Добравшись до склона горы Дахао, дракон расправил крылья. Их размах достигал около трехсот метров и, словно черная непроницаемая туча, закрыл собою всё небо. Он поднял голову и изверг потоки лавы на гору, где располагался штаб защитников. Гора заполыхала. Черный всадник направил меч на заклинателей пяти школ. Вспыхнула яркая красная вспышка, и на том месте, где были заклинатели, раздался взрыв, потом еще, и еще. Весь склон горы поочередно стал взрываться то тут, то там.

- Отступаем! - крикнул Эсху.

Как только он это произнес, рядом вспыхнуло красное пламя, громыхнул взрыв, и Эсху, старейшина эрлингов, пал, сраженный магией Родондрона.

Уцелевшее войско спешно покидало плато и бежало в ущелья и пещеры. Их преследовали орфийцы и войско мертвых. По горе и плато текли реки лавы, лежали горящие трупы серринов и дорлингов, ниберийцев и дваргов, а посреди всего этого ужаса стоял исполинский дракон, на котором горделиво возвышался черный всадник. Дракон приближался к горе, как внезапно раздался крик:

- Даррен!!

На уцелевшем склоне горы Дахао с обнаженным клинком стоял Ван Хорн. Его лицо, покрытое сажей и пылью, было полно скорбной решимости. Обгоревшие одежды развевались на ветру, словно серый изодранный флаг. Чудище остановилось, возвышаясь над Ван Хорном, словно гора, готовая в любой момент раздавить. Черный всадник с минуту молча смотрел на серрина.

Пусть бегут, им не уйти, - пронесся над плато холодный голос Родондрона.

Атакующие отступили. Битва закончилась. Победитель горящими красным пламенем глазами молча наблюдал за бегством остатков пяти воинств. История Терры навсегда изменила свой ход.

Исход

Одна за другой земли Терры покрылись тенью от исполинских крыльев демона-дракона, а вслед за тенью земля наполнилась полчищем орфийцев и рондорейцев. Приближение дракона было видно издалека. От взмаха его крыльев небеса приходили в движение, и тучи свивались в темные воронки завихрений из черных туч, образуя на небе зловещий узор. При приближении дракон затмевал собой треть неба, оставляя за собой след черного дыма, исходящего из его пасти и ноздрей.

Первыми пали земли дваргов. Родондрон верхом на драконе приземлился на соседнюю от Даррадана гору Данбар и сообщил подземным жителям, что зальет их город лавой сверху до низу, если они не отдадут ему алеандр и не уничтожат Источник их власти над стихией земли - кристалл Дварандор. Старейшина Доранд лично был вынужден преподнести Родондрону священный гелиодор, до этого украшавший его трон, и своими руками разбил древнюю святыню дваргов. Слезы текли по лицам дваргов, когда Доранд занес свой молот над Дварандором и разбил его вдребезги. До этого дварги даже не знали точно, могут ли они плакать, но теперь настали такие времена, которые позволили им раскрыть эту загадку своего тела. Лучше бы это так и оставалась тайной. Лучше бы они никогда этого не знали. Горечь пронзила сердца всех обитателей некогда Великого города Дваэрдана, словно молот старейшины разбил вместе с кристаллом и их сердца. Сила стихии покинула их. Больше они не могли создавать големов, а кристаллы, тысячелетия украшавшие просторные пещеры дваргов, дающие тепло и свет, потухли и рассыпались в пыль.

Родондрон забрал все драгоценные металлы и камни дваргов, оставив тем лишь голые каменные стены. Теперь здесь хозяйничали орфийцы, которым Родондрон отдал в управление эти земли с условием ежегодной дани. И хотя формально Доранд сохранил власть над Дваэрданом, фактически она стала принадлежать совету из орфийцев при старейшине.

Школа Недр земли была упразднена. Больше никто не обучался геомантии. Оставшиеся в Дваэрдане дварги из хозяев стали слугами и рабами завоевателей. Их глаза, вследа за кристаллами, потухли, и многие из них от тоски просто ложились на землю, засыпали и больше никогда не просыпались, превращаясь в безжизненную груду камней.

Следующим пал Эсхатаэль, город эрлингов. Еще издалека эрлинги почувствовали, как сотрясаются стены Небесного города от взмахов крыльев демона-дракона. Когда он приземлился на стены, Родондрон предложил жителям сдаться и добровольно отдать камень стихий, но гордые эрлинги не могли пойти на такое. Глаза Даррена сверкнули красным пламенем и он обрушил на город потоки лавы, которые потекли сквозь небеса даже до земли.

Страшным было это зрелище для обитателей Терры. Огненный водопад низвергся из облаков до самой земли у подножия горы Аэрдан. Никогда ничего подобного они не видели, не читали о таком в книгах, не снилось им такое в самых страшных кошмарах, и не могли они представить себе такое даже в самые худшие дни. “Небеса разверзлись и исторгли на землю яростный огонь”, - как и предсказывали Древние Свитки.

Подножие горы Аэрдан оплавилось, и рядом образовалось огненное озеро, столб дыма от которого восходил до Небесного города и выше еще много дней. На удивление, город не сгорел мгновенно от соприкосновения с огнем, а плавился и дымился, изменив свой цвет с небесно-голубого на пепельно-черный. Только когда стало ясно, что город грозит превратиться в груду пепла, эрлинги наконец сдались, стремясь сохранить хотя бы то, что осталось от их жилищ и от их народа.

Родондрон забрал камень стихий, который до украшал грозовое копье старейшины, а Вихрь Эрлингстон, источник власти над стихией ветра и молнии, тысячелетиями возвышавшийся в центре Эсхатаэля, был уничтожен. Дым от города эрлингов многие дни возносился в небеса, покрывая небо над Террой тяжелыми черными тучами.

Эрлинги, как и дварги, теперь находились под властью Родондрона. Формальным старейшиной стал правая рука Эсху мастер Асхараэль, стремящийся сохранить народ и наследие эрлингов от полного уничтожения, но на деле здесь командовал ставленник Родондрона Дарразан, который стремился всеми правдами и неправдами подчинить стихию ветра и молнии своей власти. Однако получалось у него не очень хорошо, и время от времени небо внезапно озарялось беспорядочными вспышками молний и покрывалось странными завихрениями туч.

Следующей пришла очередь дорлингов и ниберийцев. Те отказались покориться Родондрону и предпочли бежать из своих земель. Демитар, который теперь заменял павшего в бою старейшину Дормунда, отрезал ветку у Священного Древа, чтобы, если погибнет само Древо, попытаться восстановить его в другом месте. Родондрон не пощадил Древа, и некогда самое высокое дерево в Терре, на семьдесят метров покрывающее своим зеленым шатром земли вокруг и радующее всех цветущими лианами, несколько дней горело, словно гигантский факел, покрывая черным дымом всё вокруг. Этот пожар был заметен за многие километры, и сердце каждого дорлинга, видящего падение своей великой святыни, разрывалось болью, а глаза слезами.

Дорлинги и ниберийцы отдали камни стихий, чтобы сохранить жизнь своим народам, ибо Родондрон пообещал не уничтожать их, однако отдать свои земли и Источники стихий врагу они отказались, за что земля та и была испепелена безжалостным огнем. Хотя Родондрон завладел камнями стихий, он не мог оставить народам Источники их магии, чтобы те, используя силу стихий, со временем не взбунтовались против него.

Лишившись Древа, леса дорлингов, оставшиеся вокруг пожарища, поблекли, потемнели, а листва их опала. Некогда исполинские деревья скрючились и поникли к земле. Земли дорлингов теперь словно покрывал ковер из гигантского колючего терновника, черными голыми ветвями устрашающий желающих вступить в обугленные владения некогда лесного народа. Пожар спалил и опушку мастера Доринга, но, по слухам, еще до битвы на Красном Плато он уже оставил мир живых.

Ниберийцев ждала та же участь. Их великолепные лотосы, поражавшие всякого, кто их видел, своей величественной красотой, завяли после того, как Родондрон разрушил и залил расплавленным камнем Источник Нибиру. Там, где ранее возвышался гигантский лотос с Источником, теперь тлел холм из остывшей лавы. Все постройки ниберийцев из глади были разрушены, Великие озера высохли, а водопады иссякли. Теперь здесь был лишь тлеющий котлован с опаленными склонами. Лишившись влаги, земля вокруг иссохла и потрескалась на многие километры вокруг, а уцелевшие животные разбежались кто куда.

Последними пали серрины. Когда Родондрон приблизился к ним, они уже знали, какая участь постигла другие народы, и отдали Камень Звездного Света, а также своими руками разрушили Свет Серинэ. Как и в землях дваргов и эрлингов, Родондрон оставил здесь наместника, жестокого рондорейца по имени Дахзар, который, используя рабский труд оставшихся серринов, наладил поставку остатков звездного металла в Рондоран, но главная его задача была держать серринов в подчинении, что он и выполнял с успехом.