Энн Соул Куклы

Я хотел немного подразнить её, смекнув ещё утром, что её смутил вид полуобнажённого парня. А в итоге что? Она переплюнула меня, провернув этот трюк в ответ на очередное «Бэмби». Соблазнительный жест и дерзкая выходка — и я почувствовал, как через моё тело пропустили разряд тока.

Да… Эта девчонка совсем не была невинным оленёнком, каким я её считал в начале. Нет, в ней скрывался огонь, маленький чёртик, который наконец-то вырвался наружу. И мне это безумно нравилось.

— Я тебя умоляю, — простонала Хэйли и смущённо взглянула на меня, — дай мне немного пространства. Пожалуйста.

Я молча поднял ладони кверху в капитуляционном жесте и сделал пару шагов назад.

Блондиночка поджала губы и отвернулась обратно к полкам.

Явно нервничая, она пробежала тоненькими пальчиками по коробкам с тампонами, остановилась, вытащила одну упаковку и с расстояния полуметра забросила в корзину.

Подумаешь, тампоны. Да что в этом такого, что она так смущалась? Вполне обычные вещи, понятные каждому взрослому человеку. Да отправь она меня одного, я бы не застремался и купил бы эти штуковины.

Я выждал несколько секунд, чтобы увеличить расстояние между нами, и терпеливо двинулся вслед за ней.

Хэйли крутила головой, разглядывая стеллажи в поисках нужных вещей, а я просто старался держаться подальше.

Надо было признать: я замечал, что ей некомфортно находиться со мной наедине. Когда приходил Дэнни, она становилась совсем другой: улыбчивой, жизнерадостной, разговорчивой. Я сам вынуждал её сторониться меня. Так что неудивительно, что ей не хотелось делить со мной моменты, касающиеся только её.

Собрав все необходимые средства личной гигиены, Хэйли свернула в сторону отдела с продуктами, но вдруг остановилась, увидев что-то в противоположной стороне.

Я свернул за ней, когда она пошла вдоль стеллажей с домашней одеждой, но она снова повернулась ко мне.

— Ты можешь постоять всего две минуты здесь? — она указала пальцем на пол. — Вот прям здесь. Я остаюсь в зоне видимости и никуда не денусь. Но, ради всего святого, можно я выберу хотя бы нижнее бельё без твоего участия? Потому что моё терпение находится уже где-то вот здесь, — она постучала ребром ладони по подбородку.

Я кивнул, сделавшись максимально равнодушным.

— Спасибо, — Хэйли кивнула и подошла к вешалкам с наборами нижнего белья. Я заметил, как её лицо скривилось, будто то, что предлагал ассортимент супермаркета, было самым отборным дерьмом в мире.

Я тихонько рассмеялся, прикрыв рот кулаком, и наблюдал, с каким презрением она раздвигала вешалки. Хэйли метнула на меня возмущённый взгляд.

Подойдя к тележке, она закопала упаковку между бутыльками с шампунем и гелем для душа.

— Даже не думай смотреть на них. Надеюсь, что ни одна живая душа не узнает, что я когда-то надевала на себя что-то подобное, — она рассмеялась и, запихав руки в карманы, засеменила впереди меня.

— Беглецы ограничены в праве выбора, — я поравнялся с ней, и она взглянула на меня с улыбкой, которая, кажется, впервые была искренней в мой адрес.

— Я каждую минуту буду утешать себя этой мыслью.

Она снова зашагала немного впереди, а я поймал себя на том, что до сих пор улыбаюсь.

Пересекая продуктовый отдел, она тщательно прочёсывала полки, выбирая продукты, которые я раньше обходил стороной. Наша корзина постепенно пополнялась овощами, крупами, мясными полуфабрикатами, молочными продуктами и прочим, чем обычно женщины забивают холодильник.

Меня порадовала мысль, что она посчитала нужным закупить всего по чуть-чуть, и я уже находился в приятном ожидании от того, что же она приготовит в следующий раз. Потому что сегодняшний ужин был просто бесподобен. Казалось, я уже целую вечность не ел ничего настолько вкусного. И я, говнюк, не оценил его по достоинству. Да ещё и ей не дал нормально поесть, когда с ней приключилась эта неловкость, её тарелка была практически полной.

Подойдя к кассе за десять минут до закрытия, я встретился с разочарованным и усталым взглядом кассира. Женщина лет сорока пяти выглядела измотанной и явно молилась, чтобы мы поскорее свалили отсюда к чёрту, а она наконец смогла отправиться домой.

Хэйли, видимо, тоже обратила на это внимание, потому что принялась со скоростью света выкладывать все товары на ленту.

После непрерывного попискивания считывателя женщина огласила сумму, и Хэйли протянула ей карточку.

— Я заплачу, — я взял её за запястье, не позволяя дотянуться до пин-пада.

— Я сама в состоянии заплатить, — возразила блондиночка и выдернула руку из моего захвата.

Я подошёл к ней вплотную и, обхватив одной ладонью лицо, развернул к себе. Склонившись, я нарочито громко, но как можно нежнее произнёс:

— Я восхищаюсь, насколько ты у меня независимая. Но могу я иногда сам оплачивать покупки своей девушки?

Хэйли замерла, шокированно выпучив глаза.

Я воспользовался моментом, приобнял её, прижимая поближе к себе, и приложил карту для оплаты.

Наши взгляды встретились, и Хэйли шумно выдохнула. Её огромные голубые глаза бегали по моему лицу, натыкаясь на губы, а затем снова возвращаясь к глазам.

Чёрт! Как можно выглядеть настолько невинно?

Внутри что-то снова прострелило, когда я, наверное просто инстинктивно, погладил большим пальцем её пухлую румяную щёчку. Девчонка сглотнула и вздрогнула, когда кассирша громко кашлянула.

Я убрал руку, обогнул Хэйли, снял рюкзак с плеча и принялся утрамбовывать все покупки. Не влез только небольшой пакет.

— Ты идёшь? — я окликнул Хэйли, которая до сих пор стояла, как вкопанная, возле кассы и явно нервировала кассиршу, скрестившую руки на груди.

Малышка развернулась и, не глядя на меня, схватила пакет и зашагала к выходу. На ходу натягивая лямки рюкзака, я пытался, что удивительно, догнать её.

— Подожди! — крикнул, проходя через раздвижные двери, но она не остановилась. — Да стой же ты! — я поравнялся с ней и схватил за плечо, чтобы остановить.

— Что это было? — сурово выпалила девушка, испепеляя меня взглядом. — Что за спектакль ты там устроил?

Она злилась? Или была расстроена? Я не мог разобрать. Её ноздри раздувались, а губы были сжаты так сильно, что в уголках начали белеть.

— Ты серьёзно собиралась рассчитаться своей картой? — я склонил голову, проигнорировав её вопросы.

— Разумеется, собиралась! — фыркнула блондиночка и вздёрнула подбородок.

— И ты не подумала, что эту операцию непременно отследят?

Взгляд Хэйли стал растерянным. Она озадаченно раскрыла рот и быстро отвела взгляд.

— Твой телефон и твои карточки — первое, что будут проверять, когда возьмутся за поиски.

— Но ты расплатился картой. Тебя тоже выследят, — возразила она и прищурилась.

— Не выследят, — я ухмыльнулся. — В отличие от тебя, я был готов к этим обстоятельствам. Это карта Дэнни. — Я развернулся и зашагал в сторону дома.

— Отлично! То есть мы транжирим даже не твои деньги? — она продолжала возмущаться, стараясь поспевать за мной.

— Деньги как раз-таки мои. Просто карта его. Держи, — я протянул ей плитку тёмного шоколада, которую прихватил незаметно для неё. — Тебе нужно перекусить. Ты не поужинала, и, бьюсь об заклад, твои силы уже на исходе.

Хэйли застыла на месте, перевела взгляд на мою ладонь и поджала губы.

Проклятье! Кажется, она вот-вот разревётся.

Девушка отвела взгляд, и я заметил, как в уголке глаза что-то блеснуло.

— Послушай, я мудак, ладно? Тебе сейчас нелегко, и я не должен был себя так вести. Давай забудем до конца пути о том, что ты на меня злишься. Ты почти ничего не съела, твой организм испытывает стресс и нехватку серотонина и дофамина. Это, — я помахал плиткой, — лучший вариант. Так что давай, позволь себе принять мой благородный жест и порадуй себя. А когда придём домой, ты нормально поешь. — Я раскрыл обёртку и стянул её по бокам, чтобы Хэйли могла держаться за неё и откусывать, не снимая перчатки.

Её усталый взгляд переместился на шоколад. Мягкие розовые губы поджались, и я услышал тихое шмыганье.

В следующее мгновение она закрыла глаза и медленно подняла голову вверх, подставляя лицо невесомым снежинкам, плавно опускающимся с неба. Её руки прижимали пакет с покупками к груди так, будто она опасалась, что кто-то вырвет его.

Я не решался подойти ближе, не уверенный, нужно ли ей сейчас моё внимание. Её глаза распахнулись, губы приоткрылись, и изо рта вырвалось тёплое облачко пара, стремительно рассеявшееся холодным ветром. По виску скатилась маленькая слезинка и впиталась в шерстяные нити шапки. Она снова выдохнула, сложив губы трубочкой. Звук, с которым воздух покидал её лёгкие, был похож на горькое облегчение — осторожный, тихий, густой. Так бывает, когда истерика стихает и эмоции словно теряют краски, когда ты уже выжат настолько, что не способен переживать.

Я не знал, что мне со всем этим делать. Не понимал: гормоны ли это, или ей было настолько тяжело, что она больше не могла сдерживаться? Что я должен был предпринять?

Внезапно она выпрямилась, посмотрела на шоколад в моих руках, потом подошла, забрала его, сжала в руках, поднесла ко рту и откусила прямо от плитки.

Жалобный стон отчаянного наслаждения — вот что я услышал, когда она нахмурила брови и отвела взгляд на противоположную сторону улицы.

— Спасибо, — тихий шёпот вырвался из её губ.

— Не за что.

Я не торопил её.

Она отошла от дороги и прислонилась спиной к кирпичной стене здания, всё так же крепко прижимая пакет к себе одной рукой и продолжая разглядывать улицу.

— Давай мне, — я протянул руку, чтобы забрать пакет, но она покачала головой.

— Ладно, — я поднял ладони вверх. — Просто скажи мне, если устанешь.

Хэйли ухмыльнулась, пережёвывая очередной откушенный кусочек.

— Я не понимаю тебя, — она задумчиво смотрела вперёд. — Зачем ты это делаешь? Все эти заботливые жесты. Я же не выдумываю, ты действительно ведёшь себя иначе в такие моменты. Но когда открываешь рот, я чувствую себя ничтожеством. И, кажется, это была самая длинная речь за всё это время, не считая той, когда ты рассказывал про отца и обследование, — произнесла девушка так, будто говорила это по большей части себе, а не мне.

Мне нечего было ответить. Я просто не знал, как мне с ней общаться. Меня всего ломало и подкашивало каждый раз, когда мы начинали взаимодействовать. Всё моё тело странно вибрировало, когда она оказывалась рядом.

Это было лишним.

— Нужно идти, — я кивнул в ту сторону, где находился дом. — Холодает. А нам идти ещё минут двадцать.

Малышка безмолвно оторвалась от стены, обогнула меня и пошла в сторону дома.

Большую часть пути мы прошли молча, я лишь периодически напоминал ей, что идти впереди без знания местности небезопасно. Но она лишь стреляла в меня убийственным взглядом.

Если бы я знал, чем закончится эта грёбаная прогулка за тампонами, ни за что бы не выпустил её из дома.

Перед тем как свернуть в очередной переулок, я не выдержал и схватил её за руку.

— Перестань капризничать, Бэмби! Нам нельзя влипать в неприятности.

Девчонка, казалось, вот-вот сожжёт меня живьём. В её глазах полыхала ярость. Хэйли выронила остатки шоколада на асфальт и, схватив меня за грудки, принялась дёргать куртку туда-обратно, вбивая в меня крохотный кулачок:

— Я... — удар. — Тебе... — удар. — Не Бэмби!!! — зарычала малышка и толкнула меня в грудь. — Выбей это грёбаное слово из своей головы!

— Тогда перестань вести себя, как ребёнок! Слушай, что тебе говорят, и не высовывайся! — я схватил её за руку и потянул за собой по переулку.

— С какой стати я должна слушать тебя? — Хэйли семенила за мной, крепче вцепившись в ладонь.

— С такой, что я в этих обстоятельствах подольше твоего. А значит, что-то да понимаю. Пока что от тебя одни только проблемы.

Какого хрена я это сказал?

Я не успел даже осмыслить степень своей оплошности, как Хэйли буквально вросла в асфальт и расслабила ладонь. Я всё ещё продолжал держать её за руку.

— С меня хватит, — выдохнула девушка. — Всё. Достаточно. — Она потянула руку на себя, но я не отпустил. — Оставь меня. Я ухожу. Это была глупая идея.

Я не успел ничего сказать. За спиной послышалось копошение и грозный рык. Мы уставились друг на друга, и в глазах Хэйли промелькнуло беспокойство. Я сжал её руку крепче и медленно повернул голову в сторону звука.

Святое дерьмо!

В нескольких метрах от нас столпилась свора бродячих псов. Пара из них оскалила зубы, и я инстинктивно подтолкнул девушку так, чтобы она спряталась за моей спиной, и полностью развернулся лицом к ним.

Что там говорят? Нужно смотреть прямо в глаза опасности?

Хэйли крепче сжала мою ладонь, и я опустил голову ниже. Не знаю, мог ли я вселить ужас этим одичавшим тварям, но я точно не собирался показывать, что мне страшно.

— Маркус, — прошептала Хэйли, — сзади ещё трое.

— Не паникуй, — уверенно произнёс я, но только сильнее прижал её к себе.

Я удерживал взгляд на рыжем тощем псе, который сделал шаг вперёд и зарычал громче, оскалив зубы.

За спиной что-то зашуршало, и пара других псов повернули морды в сторону звука.

— Что ты там делаешь? — прошипел я, почти не размыкая губ. — Хватит шуршать.

Тут уже рыжая морда заинтересовалась происходящим за моей спиной и сделала ещё один шаг.

Они окружали нас.

Я прижал Хэйли ближе к себе, но внезапно раздался оглушающий свист, и девушка выскользнула из-под моей руки. В следующий миг мимо меня пролетело что-то крупное и тяжёлое.

Семь пар собачьих глаз переключили своё внимание на предмет и его траекторию полёта и ринулись к нему, обгоняя друг друга.

— Сюда! — резко крикнула Хэйли, и я обернулся.

Она уже стояла на мусорном контейнере, прижимая к себе пакет, и тянулась к пожарной лестнице, которая находилась прямо у неё над головой.

— Чего ты стоишь? — малышка развернулась, ухватившись за нижнюю перекладину, и в недоумении уставилась на меня.

Я очнулся и, схватившись за крышку контейнера, с лёгкостью запрыгнул, поражаясь, как эта кнопка умудрилась так быстро вскарабкаться на него. Наверное, адреналин.

За спиной раздался визг и грозное рычание. Собаки принялись драться за добычу, а я продолжал гадать, что она им бросила?

Хэйли уже взбиралась вверх по лестнице, держась за перекладины только одной рукой.

Вот сумасшедшая! Почему она его не бросит?

Я стремительно догонял её. Когда наконец оказался на крыше трёхэтажного здания, Хэйли уже стояла, опершись ладонями о колени, и громко дышала.

— Ты в порядке? — я выпрямился и окинул её взглядом.

Смех вырвался из её груди. Сперва фыркающий, а затем такой заливистый, по-детски беззаботный, что я просто впал в ступор. Она хохотала, как безумная.

— Обалдеть, — выдавила из себя девчонка, когда смех уже начал превращаться во что-то всхлипывающее. — Как я это сделала?! — она воскликнула, почти взвизгнув, и посмотрела на меня.

Её улыбка была впечатляющей. Сейчас, смеясь так искренне, она выглядела невероятно живой. Впервые за эти два дня она по-настоящему смеялась — и причиной этому был не Дэнни.

Невольно я сам широко улыбнулся.

— Это ты свистела?

— Ага, — розовые губы растянулись в широченной улыбке, а глаза потемнели: от выброса адреналина зрачки словно вытолкнули всю синеву, и Хэйли казалась дикой.

— Где ты научилась свистеть? — я чувствовал, как грудная клетка вздымается от прерывистого дыхания.

— Понятия не имею, — Хэйли вскинула руки и захохотала ещё громче. — Мне просто нужно было переключить их внимание с тебя, и это произошло само собой.

Она сияла, словно крошечная светодиодная лампочка. Её глаза искрились, улыбка озаряла маленькое личико. Хэйли выглядела ослепительно счастливой. И эта картина завораживала.

Я был не в силах оторвать от неё взгляд, пытаясь запомнить каждый миг этого момента. Её звонкий смех, яркую улыбку и озорных чёртиков, пляшущих в зрачках.

Хэйли заметила моё пристальное внимание, и улыбка медленно сползла с лица, сменившись смущённо закушенной нижней губой.

Нет, она не была беззащитным оленёнком. Да, она была маленькой, выглядела ужасно хрупкой, но на деле оказалась невероятно храброй и расторопной. Она не растерялась в опасной ситуации, не струсила — наоборот, начала действовать ещё раньше меня. Хэйли была поразительно смышлёной и отважной.

Если проанализировать все эти дни с момента нашей встречи, не было ни одного, где она расклеилась, сдалась или показала слабину. Да, она грустила порой, но потом вытирала слёзы и поднималась. Она изо всех сил старалась показать, что может быть стойкой, несломимой.

Она не была Бэмби.

— Что ж, — смущённо улыбнулась девушка, — похоже, нам не светит рождественский ужин с зажаристой индейкой. — Она стянула с плеч лямки рюкзака и, поставив его на крышу здания, расстегнула и принялась укладывать уцелевшие покупки.

— Ничего, — успокоил я. — До Рождества ещё два дня. Попросим Дэнни купить ещё одну. — Я не сдержал улыбку, и Хэйли опустила голову ниже, позволив светлым растрёпанным прядям упасть на лицо.

Девушка снова закинула рюкзак за спину и просунула руки в лямки.

— Что ж, — она оглянулась по сторонам, — надеюсь, тут есть вторая пожарная лестница. В обратную сторону я ни ногой.

— Да уж, — я отряхнул ладони друг о друга, сбивая подтаявший снег с перчаток, который уже начал превращаться в крохотные льдинки. — Думаю, на другой стороне здания должен быть выход или что-то вроде того.

Хэйли кивнула, и мы отправились на поиски обходного пути.

Преодолев вентиляционные трубы, я заметил торчащий из-за парапета край металлических перил.

— Кажется, здесь, — я указал рукой, привлекая внимание Хэйли.

Мы подошли к краю, и я, прижавшись к кирпичному парапету, осторожно выглянул. Внизу был переулок, где, к счастью, не виднелось никого, кто мог бы нас застать врасплох.

— Я полезу первым, а ты следом за мной, договорились?

Хэйли кивнула, и я развернулся спиной, чтобы ухватиться за перила. Лестница казалась устойчивой, и я уверенно начал спускаться. Несколько перекладин спустя над головой показались ботинки Хэйли.

— Не торопись, — предостерёг я. — Здесь всё обледенело.

Малышка замедлилась и позволила мне спуститься немного ниже. Когда перекладины закончились, я посмотрел вниз, чтобы оценить расстояние до земли. Всего метра два с половиной. С моим ростом — совсем ничего. Я спустился на руках ещё ниже, а затем просто отпустил и приземлился на асфальт. Выпрямившись, оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что переулок пуст, и снова посмотрел наверх.

Хэйли проворно преодолевала перекладину за перекладиной и выглядела чертовски соблазнительно с такого ракурса. Попка девчонки смотрелась невероятно сексуально в этих чёрных обтягивающих штанах, и я позволил себе наслаждаться этим зрелищем, пока она не видела.

Внезапно раздался резкий металлический скрежет, и перекладина под ногой Хэйли оторвалась от основания. Девушка взвизгнула и, не удержавшись, полетела вниз.

— Хэйли!

Я тотчас подлетел ближе, чтобы поймать её, и в этот момент по узкому переулку разнёсся крик, переполненный болью.

Девушка приземлилась прямо ко мне в руки, и я аккуратно опустился на колени.

Глаза малышки были распахнуты, а нежное личико исказилось болезненной гримасой. Она хватала ртом воздух, а я не мог понять, что произошло.

— Эй, посмотри на меня, — я уселся на асфальт и обхватил её лицо одной рукой, продолжая второй удерживать девушку у себя на коленях. — Ты ушиблась?

Глаза Хэйли наполнились слезами, и из груди вырвался отчаянный стон.

— Рука, — еле слышно прошептала она. — Рука. Что с ней?

Только сейчас я заметил, что левая рука Хэйли неестественно выгнулась.

Чёрт возьми. Это не сулило ничего хорошего.

— Так, посмотри на меня. Насколько сильную боль ты ощущаешь по шкале от одного до десяти? — я принялся расстёгивать её куртку.

— Не знаю, — выдавила Хэйли. — Восемь? Острая боль в плече и… кажется, ладонь пульсирует. — Она перевела взгляд на свои пальцы.

Пока я пытался добраться до её плеча, чтобы ощупать место повреждения, проследил за её взглядом. Перчатка пропиталась кровью.

— Это нехорошо, — прошептала девушка, задыхаясь. — Чертовски нехорошо.

— Слушай меня, — я снова привлёк её внимание, нащупав место повреждения. — Кажется, у тебя вывих. Сейчас мы кое-что сделаем.

Я размотал её шарф и сложил в несколько слоёв.

— Будет неприятно, но тебе придётся потерпеть. Я знаю, ты ненавидишь выглядеть слабой, так ведь? — Хэйли горько рассмеялась, продолжая задыхаться. — Вот именно. Так что постарайся не кричать.

Аккуратно согнув руку в локте на девяносто градусов, я просунул самодельную подушку под её плечо. Ресницы малышки задрожали, а губы напряглись в болезненной улыбке, сдерживающей хриплый стон.

— Молодец. Вот так, — я застегнул её куртку. — А теперь просто придержи здоровой рукой, хорошо? — Хэйли судорожно закивала.

Я переключил внимание на её ладонь. Перчатка была разодрана, и тёмная шерсть уже насквозь пропиталась кровью. Осторожно стянув кусок материи, я осмотрел место повреждения. Ребро ладони было рассечено длинной рваной раной от мизинца до самого запястья.

Расстёгивая свою куртку, я бросил взгляд наверх. Оборвавшаяся перекладина. Должно быть, она пыталась ухватиться хоть за что-нибудь и зацепилась за неё.

Я схватился за край футболки и резко дёрнул, разорвав её по шву, а затем поперёк полотна. Куском материи крепко перевязал рану, чтобы остановить кровотечение.

— Вот так, — произнёс я и вытер окровавленные руки об остатки футболки на груди. — Нам нужно как можно скорее добраться до дома и сделать всё по уму.

Я подхватил Хэйли и поставил её на ноги.

— Идти можешь? Как ты себя чувствуешь?

— Да, всё нормально, — выдохнула девушка. — Я в состоянии идти сама.

— Хорошо. — Я опустил руку в карман и нащупал одноразовый телефон. Набрав единственный знакомый мне номер, я поднёс трубку к уху и уже после первого гудка услышал издевательский смешок:

— Не можешь заснуть без моего голоса?

— Не время шутить, Дэнни. Код синий. — Я приобнял Хэйли за талию и жестом велел ей следовать за мной.

— Какого хрена у вас произошло?— воскликнул парень, моментально сделавшись серьёзным.

— Вывих плеча и рваная рана. Нужна твоя помощь.

— Проклятье! Буду через пятнадцать минут.