Джен Смит Любовь на кафедре

Глава 2

Фиктивный (прил.) фик-тив-ный

1. Кажущийся настоящим, но не настоящий.

В баре было полно народу.

Им повезло занять столик на четверых с высокими табуретами – теперь Лиле приходилось игнорировать недовольные взгляды других посетителей, метивших на одно свободное место.

– Нет, Мэдс! Еще рано уходить! Весь вечер впереди, я закажу еще выпить! – Джасмит помахала телефоном у Мэдди под носом. В этом баре можно было заказывать по приложению: один из плюсов закончившейся пандемии.

– Да, Мэдс, выпей еще, – присоединилась к ней Лила. Они очень давно не ходили никуда втроем, и она наслаждалась общением с лучшими подругами.

– Мне надо в туалет, а потом еще через толпу продираться, такси уже ждет. Простите, девочки, но я хочу домой. – Мэдди повернулась к Лиле и умоляюще на нее посмотрела. От усталости ее карие глаза слегка запали. Лиле стало ее жалко: подруга явно вымоталась и просто хотела скорее лечь спать.

– Ладно, Мэдс, иди в свой туалет и езжай домой, – с ободряющей улыбкой ответила Лила.

– Мне правда не хочется уходить, мы так здорово посидели! Спасибо, что вытащили из дома. – Мэдди ее обняла. – Не позволяй этому ослу Рису тебя доставать. Ты делаешь свою работу, у тебя все отлично получается. А ты, – она повернулась к Джасмит, – держи меня в курсе школьных сплетен.

Когда Мэдди окончила педагогический и стала учителем в начальных классах, Джасмит была ее супервизором. Они по-прежнему работали в одной школе. Однажды Мэдди произвела на Лилу неизгладимое впечатление, явившись на маскарад в честь двадцатисемилетия Джасмит в костюме пятилетней девочки. Она даже принесла рисунок пальчиковыми красками «любимой учительнице».

– Конечно, птичка моя, – ответила Джасмит. – Напиши, когда доберешься до дома, мы хотим знать, что с тобой все в порядке.

– Обязательно напишу. Люблю вас, крыски.

Мэдди отправила воздушные поцелуи и протиснулась в угол к туалету.

– Полегче с ней, Джас, – сказала Лила, наклонившись к подруге.

– Я стараюсь, просто хочу, чтобы в ее жизни было что-то, кроме ребенка. – Джасмит перекинула волосы через плечо и опустила вырез, выставляя напоказ свой роскошный бюст. – О, принесли добавку!

Забегавшийся официант поставил на стол поднос, и они схватили рюмки. Джасмит залпом опрокинула шот, но Лила с подозрением уставилась на свой.

– Что это? – Она понюхала рюмку и отпрянула. Похоже, там был чистый спирт.

– «Камикадзе». Водка, трипл-сек, сок лайма, – рассмеялась Джасмит.

Шот обжег горло – Лила сморщилась. Как можно это пить? Это в первый и последний раз.

Джасмит окинула взглядом переполненный бар и наметила себе добычу.

– Ты только посмотри, – сказала она.

Лила проследила за ее взглядом и увидела прямо-таки сногсшибательного красавчика – никого красивее она в жизни не встречала. Высокий, мускулистый, с острыми скулами, покрытыми легкой щетиной, и коротко подстриженными черными волосами. Какие средства он использует, чтобы волосы были такими мягкими и гладкими? Красавчик направлялся в их сторону. Его блестящие глаза вперились в покрасневшую Джасмит.

– Закрой рот, Джас, – прошептала Лила, когда он подошел совсем близко.

Джасмит захлопнула рот, перестала пялиться на парня и повернулась к Лиле:

– Он все еще идет к нам? Все еще смотрит?

Лила покосилась на него и кивнула.

Джасмит глотнула из рюмки.

– Ясно. Веди себя естественно.

Если кто и вел себя неестественно, так это сама Джасмит, но Лила кивнула и улыбнулась.

– Привет. – Даже голос у него был словно шелковый. Джасмит растаяла под его пристальным влажным взглядом. – Можно мы с другом к вам подсядем? Мы не будем мешать, пристроимся на краешке.

– Конечно можно, – пролепетала Джасмит, а Лила поджала губы, сдерживая улыбку. – Меня зовут Джасмит. – Она протянула руку с видом благородной дамы, одаривающей благосклонностью своего подданного.

– Дэн, – представился красавчик, мягко пожал ее руку и улыбнулся Лиле. Ой, кажется, она его узнала… он же с инженерной кафедры.

– Дэн, я взял выпить. – Подошел его друг. – Ой. Это вы.

Лила похолодела: ну естественно, кто еще это мог быть, как не тот, о ком ей сегодня совсем не хотелось вспоминать? Рис Обри собственной персоной.

Ну почему он решил прийти именно в этот бар? Она пыталась забыть о нем и его проблемах, а он явился не запылился и смотрел на нее с таким удивлением, будто не мог представить ее за пределами исторической кафедры.

Дэн сел рядом с Джасмит.

– Вы знакомы? – спросил он.

– Да. – Лила заставила себя улыбнуться. – Джасмит, это Рис Обри, преподаватель нашей кафедры.

Он фыркнул. Брови Джасмит поднялись так высоко, что Лила удивилась, как они не улетели в космос.

– Дэн, это мисс Картрайт, – чопорно произнес Рис.

– Рис, сколько раз вам повторять? Лила. Ли-ла, – произнесла она по слогам. – И можно на «ты».

– Лила Картрайт. Ах вот оно что. – Дэн и Джасмит многозначительно переглянулись.

Значит, Рис обсуждал свою неприязнь к ней с другом, который тоже работает в университете? Великолепно.

Ее улыбка стала натянутой.

– Ты сядешь или так и будешь стоять там, как часовой?

– Ладно. – Рис нахмурился, сел на соседний табурет и глотнул пива. После работы он переоделся, и теперь на нем были обтягивающие чиносы и темная приталенная рубашка с закатанными рукавами, оголявшими мускулистые предплечья, какие редко встретишь у преподавателя истории.

Джасмит усмехнулась, и по ее лицу Лила догадалась, что подруга каким-то образом успела оценить зад Риса и прийти к выводу, что тот действительно напоминал круглый персик.

Дэн повернулся к Джасмит, наклонился ближе, и та аж покачнулась от счастья. Лила раздраженно закатила глаза. Она знала, что в баре Джасмит непременно кого-нибудь подцепит (все хотели познакомиться с такой красоткой), но не в самом же начале вечера! И не приятеля хмурого как туча Риса. Который наверняка сейчас думал о том же, о чем она.

Если Джасмит и Дэн намерены весь вечер смотреть друг другу в глаза, исполняя только им одним известный брачный ритуал, Лиле придется говорить с Рисом или сидеть как истукан и пялиться в одну точку.

Лила повернулась к нему:

– Итак, Рис. Хорошо проводишь вечер?

Он пожал широкими плечами:

– Да, неплохо. Вот только я совсем не хотел сюда приходить.

– Слушай, была бы моя воля, я бы тоже не стала сидеть с тобой за одним столиком, но ничего не поделаешь, – раздосадованно проговорила она и глотнула вина. Господи, ну и забористый этот «Камикадзе»! Прямо в голову ударило.

– Нет, я не то имел в виду. Дэн меня сюда притащил, сам я предпочитаю места менее… – он огляделся, пытаясь подобрать подходящее слово, – менее людные.

– Прости, не хотела грубить, я выпила «Камикадзе». – Хотя это не оправдывало грубость. – У вас мальчишник?

– Можно и так сказать: мы сто лет никуда не выбирались, а Дэн говорит, тут лучшие коктейли. Хотя сегодня ему, пожалуй, не до них. – Рис кивнул на Дэна и Джасмит, которые придвинулись совсем близко друг к другу и беззастенчиво флиртовали.

– Кажется, ты потерял друга, а я – подругу, – в отчаянии проговорила Лила.

Она глотнула еще вина и почувствовала, как в шумном зале между ними повисло молчание. Лила выпрямилась. Она решила хорошо провести этот вечер во что бы то ни стало, с Рисом или без него. А что, если он только притворяется высокомерным? Это можно было выяснить лишь одним способом.

– Скажи, Рис, что ты любишь делать в свободное время?

– Изучать эпоху Генриха Второго, – выпалил он, даже не раздумывая над ответом.

– Я имела в виду для развлечения. Не по работе.

– Работа и есть мое развлечение, поэтому я ей и занимаюсь. Это весело. – Ей показалось или его шею над воротником обтягивающей темно-синей рубашки залил легкий румянец? Неужели она его смутила? Лила заметила, что штанины его брюк очень соблазнительно облегают его мускулистые бедра. Его обычно аккуратно причесанные волосы красиво растрепались. Нет, нечего таращиться на его восхитительные скулы. – Хотя, пожалуй, не всегда.

Он посмотрел ей в глаза и вскинул брови. Да уж, не всегда работа – это весело. Она улыбнулась.

– Мы с Дэном ходим на кикбоксинг. Это считается? – спросил он, уводя разговор с рабочей темы.

– Конечно считается! Кикбоксинг? Как интересно! – Так вот почему у него такой накачанный зад! Как орешек. Скорее каштанчик, а не персик. – Значит, ты сможешь повалить великана парой умелых ударов?

– Думаю, смогу. – Он улыбнулся. Она его рассмешила.

Зажужжал ее телефон – Лила его схватила.

– В чем дело, Мэдди, неужели ты уже дома? – Она помахала Джасмит, чтобы привлечь ее внимание, и прошептала «Мэдди», указывая на телефон.

– Нет, но со мной все в порядке, я почти приехала. – Она тараторила. – Я только что видела Джейсона с его крысой, они выходили из такси и шли в тот же бар! Вот только что.

Лила сдулась, как шарик. Сегодняшний вечер грозил стать худшим девичником за всю историю девичников.

– Спасибо, Мэдс, я справлюсь. Напиши, когда доберешься домой. – Лила повесила трубку.

– Что с ней? Все нормально? – спросила Джасмит.

– С ней-то все нормально. Но Джейсон и Лианна идут сюда, – ответила Лила, пытаясь слиться с табуретом.

– Матерь божья! – выпалила Джасмит и перекинула через плечо длинные волосы.

Сначала ей пришлось вести светские беседы с Рисом, а теперь в тот же бар явился ее бывший с девчонкой, с которой он ей изменил? Ну что за день! Нельзя, чтобы Джейсон увидел ее такой – уставшей и отчаявшейся. Ей не нужна его жалость.

Он должен был застать ее веселой и заводной, понять, что она совсем о нем забыла, – и она забыла! Совсем! Но рядом с Джейсоном она всегда чувствовала себя никчемной, слабой и жалкой. У него был талант разматывать ее клубки и опутывать ее нитями тревоги, сомнений и жалости к себе так, что она в одночасье превращалась в коврик, о который можно вытирать ноги, в унылую бесцветную мышку. Она уже сейчас чувствовала, как накатывает холодная волна уныния, и из цветной она становится черно-белой. Она этого не хотела. Ей нравилось быть цветной.

Только не сегодня, ну уж нет. Она расправила плечи и вздернула подбородок.

Джейсон наверняка считает, что она сохнет по нему и чахнет в ожидании его возвращения – что ж, она докажет, что это не так! Докажет… но как? Лила закусила щеку. Если Джейсон увидит, что у нее есть парень, его способности перестанут на нее действовать.

Бесцветная мышка Лила грустит и тяготится одиночеством. У цветной Лилы должен быть парень.

Лила украдкой посмотрела на красавчика напротив. Дэн идеально подошел бы на роль фиктивного парня. Но ничего не получится. Если он ее парень, почему сидит рядом с Джасмит, а не рядом с Лилой, своей девушкой? К тому же Джасмит уже практически уселась к нему на колени, и отодрать их друг от друга так просто не получится. Все равно что отдирать моллюсков от скалы. Она медленно повернулась к Рису. Он тоже ничего – широкоплечий, подтянутый, а его хмурый вид кого угодно отпугнет. Даже ее кретина бывшего.

– Послушай, Рис, знаю, что я тебе не нравлюсь, но ты можешь притвориться моим парнем? Пожалуйста, пожалуйста! – Она улыбнулась обезоруживающей и жалостливой улыбкой. Улыбкой, которая буквально кричала: «Умоляю!»

– Что? Нет. – Рис фыркнул и покачал головой.

– Рис, – бархатистым голосом проговорил Дэн. – Девушке нужна помощь, это же очевидно. Поступи как джентльмен, выручи ее.

Джасмит положила руку на его предплечье и восхищенно на него посмотрела. В ее взгляде читалось: «Мой герой! Мой прекрасный мужчина!» Лила еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.

– Только на один вечер, Рис, ради моего бывшего! Он сейчас придет. Умоляю! – Кажется, она его не убедила. – Я все для тебя сделаю.

Рис открыл рот.

– Нет, – сказала она, не дожидаясь, пока он ответит. – Все, кроме отмены курса. Его все равно придется пройти.

Рис прищурился и целых три секунды не сводил с нее глаз.

– Все? – спросил он.

– Все.

Лила Картрайт смотрела на него так, будто от него зависела ее жизнь. Она больше не улыбалась и сидела, поджав розовые губки. Она что-то сделала с волосами – блестящие глянцевые волны падали на плечи. Еще она накрасилась ярче обычного: с тушью на ресницах ее глаза казались глубокими и проникновенными.

Значит, она все для него сделает. Все, кроме отмены дурацкого курса.

Он бросил взгляд на Дэна. Тот выжидающе смотрел на него, изогнув бровь, и всем своим видом показывал: «Если ты не поможешь ее лучшей подруге, у меня с этой девчонкой нет ни единого шанса. Будь добр, помоги ей!»

Рис тяжело вздохнул.

Ему совсем не хотелось притворяться ничьим парнем. Он вообще-то пришел сюда спокойно выпить и пообщаться с Дэном. Так почему у него такое чувство, будто отказаться нельзя? Хотя, наверное, хорошо, если Лила будет у него в долгу. Он не знал, что ему может от нее понадобиться, но решил, что придумает что-нибудь. Рано или поздно. У обещаний нет срока годности – он воспользуется ее обещанием, когда придет время.

– Ладно, – тихо произнес он, придвинул табурет и положил руку на спинку ее стула. Кажется, так полагается сидеть рядом со своей девушкой.

– Рис, ты меня спас. Даже не знаю, как тебя отблагодарить. – Она слегка наклонилась к нему; от нее пахло медом, и она явно очень волновалась.

– А для кого мы притворяемся? И почему? – спросил Рис.

Лила убрала за ухо прядь волос и потупилась. Почему она нервничала? Из-за него, из-за своего бывшего парня или из-за всей этой неловкой ситуации?

– Это все ради Джейсона, моего бывшего. Мы с ним давно расстались, и меня он вообще не интересует, но рядом с ним я всегда чувствую себя… – Она судорожно сглотнула. – Даже не знаю, как объяснить. Жалкой. Именно: он жалеет меня, и меня это бесит.

– Понимаю, – ответил он. – Тогда, может, улыбнешься? Притворись, что тебе нравится сидеть рядом со своим парнем.

Лила рассмеялась, и Рис немного расслабился. Не полностью, конечно, но немного.

Ничего страшного не произойдет, если он притворится парнем Лилы на пару часиков. У него давно не было отношений, но это не значит, что он забыл, как себя вести.

Вдали от ярких ламп дневного света кафедры истории она выглядела совсем иначе и казалась очень привлекательной: большие голубые глаза, пухлые розовые губы. На ней было голубое платье без рукавов; оттенок шел ее персиковой коже, и, хотя она зря надела эту кошмарную большую брошь с камеей, ноги у нее были очень даже стройные и красивые. А ей не холодно с голыми ногами? Ведь уже не лето. Да, Лила определенно была очень хороша собой.

Дэн поймал его взгляд, улыбнулся и повернулся к Джасмит. Вот Джасмит – роскошная женщина, но слишком идеальная, как инстаграмная◊ картинка; с такими хлопот не оберешься, Рис дал себе слово больше с такими не связываться. А вот Дэн, похоже, решил пустить в ход тяжелую артиллерию. Рису уже приходилось видеть, как Дэн одаривал девчонок игривой улыбкой и спрашивал, где они купили это платье: в искусстве флирта ему не было равных.

– Скажи, Рис, – следуя его совету, Лила улыбнулась, откинулась на спинку стула, где лежала его рука, и отпила вина из бокала, – почему именно Генрих Второй?

Что ж, на эту тему он был готов разговаривать часами. Днями и неделями.

– История Анжуйской империи напоминает сюжет средневековой мыльной оперы, – начал он издалека.

– Что за Анжуйская империя? – спросила Лила.

Рис растерянно заморгал. Как можно работать на кафедре истории и не знать об одной из самых влиятельных средневековых королевских династий? Если честно, он бы даже назвал Анжуйскую династию самой влиятельной в истории человечества!

– Анжуйская династия берет начало от Генриха Второго и включает его детей Ричарда Первого и Иоанна, – пояснил Рис.

– Ричарда Львиное Сердце? И злого принца Иоанна?[5] – спросила Лила, пристально глядя на него. Рис ответил ей подозрительным взглядом. Он не привык, что окружающие интересуются его работой, – это было интересно разве что его близким друзьям. Точнее, одному близкому другу. И даже Дэну быстро наскучивали его рассказы.

– А тебе точно интересно? Ведь я могу говорить об этом хоть весь вечер. – Рис виновато поморщился.

– Конечно. Иначе я бы не спрашивала, – прямо ответила она, и на ее губах заиграла легкая улыбка.

– Что ж. – Он слегка поерзал на табурете, случайно дотронулся до ее мягкой руки, и она вздрогнула. – Извини.

– Нет, ничего. Это ты извини.

Она слегка подвинулась, и ее локоть коснулся большого пальца его руки. «Прикосновения – это нормально», – подумал он. Влюбленные все время друг друга трогают, а они изображают влюбленных.

Рис улыбнулся и начал рассказывать.

Лила отпускала уместные комментарии и задавала умные вопросы – тема явно была ей интересна, и Рис был ей за это благодарен. Она даже рассмеялась, когда он рассказал о профессиональном пукальщике Генриха II Роланде де Пердоле, и заставила его произнести его фамилию по буквам. Он как раз дошел до конфликта Томаса Бекета и Генриха II, когда его бесцеремонно прервали:

– Привет, Лила.

Должно быть, это ее бывший. Зачем он так странно произносит ее имя, как будто нараспев? Рису сразу не понравился этот высокий мужик с небрежной белобрысой челкой.

– О, Джейсон. Какими судьбами? – с улыбкой проговорила Лила, повысив голос и притворившись удивленной. – Как дела?

– Все хорошо, спасибо, – сказал Джейсон, неотрывно глядя на Риса, который тоже сверлил его взглядом.

– Это мой парень Рис. Рис, это мой бывший парень Джейсон.

– Очень приятно, – ответил Рис и протянул руку. У Джейсона оказалось вялое и безвольное рукопожатие: Рис будто пожал дохлую рыбу. Если работа в «Даллимор Интернешнл» чему его и научила, так это крепким уверенным рукопожатиям.

– Мне тоже, – хмуро ответил Джейсон. – Джасмит, – поприветствовал он Джасмит.

– Привет, козлина.

Ага, значит, эти двое друг друга недолюбливают.

Рис внимательно смотрел на Джейсона. Тот подошел, но зачем? Ему даже сказать нечего. Он просто переводил взгляд с него на Лилу.

– А где Лианна? – спросила Лила, нарушив неловкое молчание.

– Она там, с нашими друзьями. – Джейсон махнул рукой через плечо. – Ли, можно поговорить с тобой наедине? – Он кивнул на укромный уголок бара.

Ли? Что за дурацкое прозвище?

Рис заметил, что Лила засомневалась, и посмотрел на Джасмит. Та глазами сверлила дырки в Джейсоне.

– Да, – ответила Лила, соскользнув с табурета и одернув платье. Ей очень шел голубой цвет. – Я не задержусь, – сказала она Рису и сжала его руку. Отличный ход: если бы она на самом деле была его девушкой, она бы сделала именно так.

Рис взял свой стакан, а Лила ушла с Джейсоном.

Джасмит хмуро уставилась на него.

– Что? – спросил он.

– Ты что за парень такой? – Она наклонилась к нему, гневно раздувая ноздри.

– Фиктивный, – спокойно ответил Рис.

– Будь ты на самом деле ее парнем, никогда бы не позволил ей уйти с этим кретином! – Рису на миг стало интересно, что же такого натворил этот Джейсон, что Джасмит не может даже называть его по имени. – Иди к ней. Немедленно!

Рис нахмурился:

– Думаю, Лила в состоянии сама за себя постоять. – Еще не хватало вмешиваться в их разборки.

– В университете, с высокомерными преподами – да, – многозначительно ответила Джасмит, подтвердив подозрения Риса, что Лила Картрайт о нем сплетничала. – Но с Джейсоном – нет! Он уничтожает ее уверенность в себе и растаптывает самооценку. Так что поступи как должен поступать нормальный парень и иди к ней! – Джасмит щелкнула пальцами. – Сейчас же! Пожалуйста.

Рис хмуро взглянул на нее, но Джасмит не отвела взгляда. Она напоминала ему Алиенору Аквитанскую, французскую волчицу. Лиле повезло, что у нее была такая защитница.

– Ладно, – проворчал он и встал.

Оглядевшись, он заметил Лилу и Джейсона. Последний стоял, положив руки ей на плечи; его губы быстро шевелились. Рис увидел, как он буквально высасывал из Лилы жизнь.

– Эй. – Он подошел, обнял Лилу за талию и привлек к себе, вырвав ее из лап Джейсона. – Ты в порядке?

Лила кивнула, ее губы сжались в напряженную линию – жалкое подобие улыбки.

– Вы закончили? – спросил Рис Джейсона, вскинув брови и не рассчитывая на ответ.

– Слушай, дружище, я как раз объяснял Лиле, что ей не нужно взваливать на себя слишком много. Сам знаешь, как плохо она справляется с высокими нагрузками, а эта новая работа… – Джейсон бросил на Лилу встревоженный взгляд.

Зачем он это говорил? Ждал, что Рис с ним заодно начнет унижать женщину, которую Джейсон когда-то, возможно, любил? Что не так с этим парнем? Жизнь Лилы его больше не касалась.

– Нет, я не знаю, как плохо она справляется, потому что она прекрасно справляется с новой работой вот уже пару месяцев. – Он посмотрел на Лилу, растерянно хмурясь. – А ты зачем ей все это говоришь?