Отчаянные

Дмитрий Даль
Отчаянные

ГЛАВА 9

Встреча с кочегарами была назначена на шесть вечера на нейтральной территории. Поскольку по просьбе кочегаров делу не был придан официальный ход, заявляться в торгпредство нголиан нельзя. Это сразу вызовет подозрения. Что могло потребоваться двум оперативником СББ от Великого Торгового Дома? У наших не принято просто так друг к другу в гости ходить.

Местом встречи был выбран ночной клуб «Тарантелла» на Лиговке, принадлежащий Дмитрию Караваеву по прозвищу Глобус. «Тарантелла» – популярное заведение. Днем здесь работает ресторан, по ночам шумит дискотека. Но это только прикрытие для слепцов, которые кутят всю ночь, не зная, что на самом деле здесь происходит. Большую часть помещений Глобус переоборудовал для переговорных. Его услугами пользовались представители всех великих домов. Звуконепроницаемые стены, полная гарантия конфиденциальности. Глобус отвечает за все своей репутацией. Здесь вы можете быть абсолютно уверены в том, что все, что будет произнесено в этих стенах, не будет никогда записано на пленку и не попадет к недоброжелателям. Потому что достаточно только одного эпизода, и все перестанут ходить к Глобусу и владелец по кличке Глобус потеряет свой бизнес. А это солидные деньги.

Число теневых операций, заключенных в этих стенах, не поддавалось подсчету. Все великие дома без исключения вели свои закулисные игры, интриговали, заключали пакты против кого-то, стараясь увести из-под носа у конкурентов выгодные сделки. Так что «Глобус» никогда не знал дефицита в клиентах.

До шести вечера оставалось еще солидно времени, поэтому мы заглянули в кафе перекусить. Ничего пафосного, обычная сетевая забегаловка под неброским названием «Первая столовая». Здесь всегда можно было, быть может, не очень вкусно, но сытно поесть. Взяв себе котлет по-киевски с жаренной картошкой и солеными огурцами и крепкий черный кофе, мы расположились за дальним от входа столиком. Ели молча. Расправившись с поздним обедом, мы направились на выход. Тут нас и подловили.

Они не стали заходить в кафе, слишком людно, могли быть лишние жертвы, а убивать ни к чему не причастных слепцов никому не улыбалось. Лишние жертвы, лишние проблемы.

Я успел заметить двоих подозрительных типов, которые караулили вход в кафе и, когда мы показались на улице, устремились к нам. Они еще ничего не сделали, но я почувствовал, что сейчас будет жарко, и успел передать мыслеобраз Балу. Хорошо, что перед встречей с кочегарами мы не стали снимать стандартную сбрую оперативников, которая была оборудована телепатическим блоком. Между прочим особая технология остроухих. Убийцы выхватили пистолеты и открыли огонь, но на прежнем месте нас уже не было.

Я упал на тротуар, уходя с траектории смерти, и двумя точными выстрелами из табельного «Шмеля» урезонил одного из киллеров. Я прострелил ему правую руку, он выронил оружие, и левую ногу для симметрии, это уложило его на асфальт. Балу поступил точно так же со своей целью.

Нам надо было взять их живыми, чтобы узнать, кто решил с нами расправиться, но когда мы оказались возле нападавших, они были уже мертвы. То ли сами, то ли это была встроенная программа, но после провала миссии запустился процесс самоликвидации. Вскрытие покажет, но я не сомневался, что это был яд мгновенного действия. Что-то из цианидов.

На улице уже стали собираться зеваки, но нам до них не было никакого дела. С полицией мы дело умнем, я успел отправить запрос в отдел мимикрии СББ, и к нам выдвинулась оперативная группа для зачистки местности. Под видом полиции они разберутся с зеваками, заберут трупы, даже официально их оформят через органы МВД, только будут списаны через какую-то полицейскую операцию. Я никогда не вдавался в подробности работы отдела зачистки.

Пока же ребята не подъехали, мы бегло проверили карманы убийц. Оба были землянами, но это стандартная ситуация. Для грязных операций великие торговые дома всегда старались нанимать наших соотечественников. Дерьмо всегда лучше разгребать чужими руками. К тому же никаких шансов засветиться. А уж среди нашего криминалитета всегда есть желающие подзаработать без лишних вопросов.

Но кое-что мы все-таки обнаружили. В кармане одного из преступников оказалась вакуумная граната. Хорошо, что они не решились ее применить, иначе по нам уже можно было бы заказывать панихиду. Если бы они долбанули вакуумкой, то от нас и здания кафе не осталось бы ничего. Нас просто перемололо бы в труху.

– Кажется, сегодня все-таки наш день, – сказал Балу, и вид у него был на редкость счастливый.

Конечно, нам, оперативникам, не привыкать под пули ходить, но чтобы вот так среди бела дня, посреди улицы, давно такого не было. Кто-то изрядно охамел.

Полиция и наши спецы появились одновременно. Убедившись, что дело в надежных руках, мы поспешили скрыться. Итак, уже катастрофически опаздывали на встречу.

ГЛАВА 10

Хозяин «Глобуса» лично встречал нас на пороге клуба. Обычно этим занимался кто-то из его сотрудников, но, видно, ему хорошо заплатили, что он вытащил свой толстый зад из уютного кресла в своем кабинете.

– Нас ждут, – коротко сказал я.

Глобус ничего не ответил. Лишь кивнул, показал нам спину и направился налево по коридору, в сторону от входа в дансинг. Мы последовали за ним.

Он привел нас на третий этаж к кабинету с номером «34», молча указал на дверь, развернулся и направился назад. Таким молчаливым мне еще не доводилось его видеть.

Я не стал терять времени, дернул ручку двери и переступил порог комнаты. Балу следовал за мной.

В кабинете не было ничего лишнего, только стулья и рабочий стол. Четыре стула были заняты кочегарами, три свободны. Физиономии у чернокожих напряженные и свирепые, словно они не на деловую встречу собрались, а, как минимум, на гладиаторский цирк выбрались.

Не дожидаясь приглашения, мы уселись на свободные стулья. Кочегары хранили молчание, мы тоже не торопились начинать разговор. Игра кто кого переглядит – глупое занятие, но ее не избежать. В конце концов, не мы первые подошли, не мы предложили встречу, не у нас проблемы, так зачем нам первым в омут лезть. Прошло несколько минут, прежде чем кочегары заговорили.

– Мы позвали вас сюда, чтобы доверить свою проблему, но случилось непредвиденное, – сказал высокий кочегар с белыми как соль волосами.

– Кто-то пронюхал про ваше предложение, по дороге к вам на нас напали, – перебил я седого. – Кто-то очень не хочет, чтобы вы копали в этом направлении?

– Мы уже слышали об этом. Нам доложили, – сказал седой.

Остальные кочегары в разговор не вступали. Они что тут за статистов работают, или это охрана? Проверять не хотелось. Ребята здоровые, а кочегары всегда славились как искусные бойцы.

– Мы предоставим вам документы. Все, что у нас есть. Это краткое описание технологии, которую мы представляем, и все, что нам удалось узнать о тех, кто ее украл. Этого очень мало.

– А что это за технология? – спросил Балу.

– Если говорить вкратце, то это система биоинженерии, позволяющая изменять живой организм по усмотрению инженера. К примеру, вам нужен суперсолдат с усиленной мускулатурой, с возможностью скоростного анализа информации, с усиленными реакциями. Эта технология позволит вам создать такого солдата. Или вам потребуется человек, способный без дополнительных приборов нырнуть на дно Марианской впадины, – мы можем его создать, – ответил на вопрос главный переговорщик.

Другой кочегар, сидящий по правую руку от нашего безымянного знакомого, внезапно заговорил:

– Наш бизнес-план включал в себя возможность продажи не всей технологии в целом, а определенных матриц производства. То есть мы не дадим исходных данных, как это работает, а продадим так называемые «Колыбели». Это инкубаторы для выращивания особых существ. Каждая «Колыбель» будет заточена под какую-то одну функцию или под несколько, в зависимости от желания заказчика и суммы контракта. Но теперь у нас возникла проблема. Мы не можем запустить технологию на биржу, поскольку она украдена. Эта бизнес-модель не может быть реализована.

– Ну, да, вы, мол, предлагаете эти ваши «Колыбели». Может, и продадите парочку, а тут появится Мистер Очень Умная Задница и сольет технологию по дешевке. Знаем, проходили, – проворчал Балу.

– Что вы хотите от нас? – спросил я.

– Мы хотим, чтобы вы нашли воров и забрали у них нашу технологию, – сказал белобрысый.

– Мы не работаем как частные лица, мы сотрудники СББ, вы же не хотите официального расследования. Ваши доводы нам известны. Мы подумаем, как соблюсти компромисс интересов. А для начала ознакомимся с тем, что известно вам, – сказал я.

Другой кочегар поднялся с места, подошел к нам, извлек из внутреннего кармана костюма карточку с данными и протянул ее мне.

– Меня зовут Ратодуи, я буду контактировать с вами по этому вопросу. Все только через меня.

Я забрал карточку с данными, убрал ее в карман пиджака и встал.

Больше нам здесь было нечего делать.

Не прощаясь, мы направились на выход. Глобуса за дверями не было, но нам он и не нужен, где двери на улицу в «Тарантелле», мы и так знали.

– И как ты собираешься это провернуть, не засветив тему в СББ? – спросил Балу, когда мы оказались на улице.

– А мы не будем расследовать дело кочегаров, мы займемся поисками заказчиков Фомича. Уверен, что это одни и те же лица, и узнав, кто это был, мы сможем найти пропавшую технологию да прижать к ногтю воров, – сказал я.

– Умно. Хитрая ты сволочь, Сема, – оценил мою задумку Балу.

ГЛАВА 11

Я отправил Балу в офис, пусть проследит, чтобы все шло путем. Расследование расследованием, но и о текучке забывать не стоит. Сам же я направился на встречу, есть у меня свой жучок-древоточец на бирже, который по сходной цене сгоняет мне полезную инфу. Не плохо было бы встретиться с ним и узнать, что да как творится в датском королевстве.

Хельгу я дозвонился с третьего раза. Голос у него был измученный, словно он полночи вагоны разгружал на Сортировочной. Узнал он меня не сразу, пришлось несколько раз повторить, кто это его беспокоит, что хочу и зачем ему это надо. Наконец Хельг, в миру Олег Давыдов, соизволил меня признать и согласился на встречу. Договорились на прежнем месте через час. Хельг ныл, что не успеет, что на улице пробки, что ему еще собраться надо, а вечером на работу, но я был непреклонен, и наконец он сдался.

 

Я приехал первым, припарковал машину в двух кварталах от места встречи и легким прогулочным шагом направился к бельгийской брассерии «Пуаро», что на углу Песочной улицы и Симферопольского проспекта. Место встречи мы облюбовали в свое время неспроста. В трех кварталах отсюда находились одни из врат, ведущие к бирже. Так что Хельгу и до работы близко. К тому же место уютное, кухня хорошая, да и пиво высшего уровня. Чего еще можно ожидать от бельгийского пивного заведения.

Я занял столик, заказал мясо по-льежски, мясную закуску и кружку темного аббатского эля и стал ждать Хельга. Есть один неоспоримый плюс работы на СББ. Я могу пить сколько хочу, когда хочу и где хочу, не обращая внимания на то, что я на колесах. Потому что у меня есть волшебные таблетки. Пара штук, и все последствия опьянения как рукой сняло. Вновь трезвый и довольный, готов к любым подвигам.

Хельг появился с опозданием, волосы взъерошены, глаза злые, одежда мятая. Весь в своем репертуаре. Он не сел за стол, а впрыгнул, словно на лошадь. Тут же обвел недовольным взглядом полупустой зал, увидел официанта, махнул призывно рукой и, не заглядывая в меню, сделал заказ.

– Чего ты хотел? – недружелюбно спросил Хельг, покосившись на мое пиво.

Я нисколько не удивился его колючести. Сколько его знаю, Хельг всегда отличался несносным характером.

– А у тебя опять скверное настроение? Проблемы с деньгами? Или бабы достали?

Я знал больные места Хельга. У него была жена и две любовницы. Ни одну из своих женщин он не мог бросить, поэтому ему вечно не хватало денег, чтобы исполнить все их капризы. Вполне возможно, что именно из-за такого дерганого ритма жизни у него испортился характер.

– Знаешь ты, Семен, как мозоли оттоптать, – сокрушенно вздохнул Хельг. – Катька, жена, хочет на Мальдивы махануть, а я ну явно не потяну. У Ольки одно, у Светки другое. Вот и кручусь как белка в колесе. А так хочется рвануть с удочкой на Волгу. Места там есть, закачаешься.

Сколько помню, Хельг все время мечтает на Волгу с удочкой махнуть, но за последние три года ни разу не выбрался дальше Красного Села.

– А может, тебе с бабами своими все-таки разобраться. Навести так сказать порядок. Зачем тебе три? Ты что предводитель гарема? А если они узнают о твоих амурных похождениях, тут одними Мальдивами не отделаешься. Екатерина – женщина суровая, отделает тебя так, что будешь на лекарства работать.

– Не могу я так. Понимаешь, дело у меня такое. Может, это призвание моей жизни. Счастье дарить дамам. Всех я, конечно, не потяну, но хотя бы для троих попробую. Ты лучше мне зубы не заговаривай, скажи, зачем звал?

– Да вот хочу узнать, что у вас интересное на бирже делается? Чего нового? Кто кого и зачем? – спросил я.

– Так это. Тишина пока. Ну, Голиаф бочку катит. Мол, у них контракт из-под носа увели. Но это, я думаю, проблема мелкая, скоро решат они все между собой. Нас это не касается.

– Ты мне официальные сводки не пересказывай. Сам понимаешь, я их каждое утро у себя на столе вижу, – прервал я его излияния. – Ты мне лучше поведай, что сейчас кочегары собой представляют?

– Так что представляют, что представляют, вроде как и на бирже и даже торгуют, только больше закупки сейчас делают, нежели продают. Говорят, они готовят что-то очень грандиозное у себя на родине. Работают над каким-то грандиозным проектом, но что это и как, никто толком не знают, – сказал Хельг.

Перед ним на столе появилась тарелка с ароматным мясом и кружка темного пива. Хельг с жадностью опустошил кружку до половины и сытно рыгнул.

– Это уже интересно. А кто может знать о проекте кочегаров побольше? – спросил я.

– Разве что сами кочегары, – сказал Хельг.

– У тебя есть кто из них на крючке?

– Кочегары держатся вместе. Они друг за дружку горой. Так что даже не знаю. Надо подумать.

Хельг сделался загадочным, сразу стало понятно, что цену себе набивает.

– Я поспрашиваю народ, может, и удастся что. Ничего не обещаю, но если получится, то обязательно тебе свистну.

– Только погромче свисти, чтобы я услышал.

Пиво у меня кончилось, и я заказал еще.

– И это все, чем ты можешь меня порадовать? – спросил я.

Информация скудная, не разгуляешься. Оставалось надеяться, что Хельг самое вкусное приберег напоследок.

– Если подумать, – сделал важный вид Хельг, макнул губы в пиво, причмокнул и продолжил: – Была тут одна заварушка у кочегаров. Двое парней сильно нахамили руководству и смылись в неизвестном направлении. Хорошие были, кстати, торговцы, хваткие. Что уж там между ними произошло, хрен его знает. Однако кочегары объявили вознаграждение за любую информацию о местонахождении беглецов.

Что-то такое я слышал. В сводках новостей с биржи проскальзывала эта информация несколько дней назад, но тогда я не придал ей значения.

– А ты знаешь, где я могу найти этих беглых? – поинтересовался я.

– Семен Семеныч, совсем меня обижаешь. Если бы я что и знал, то тут же постарался бы доложить кочегарам. Лишняя монета мне никогда не помешает.

– Плохо, Хельг, очень плохо. Совсем ты меня разочаровываешь. Я к тебе пришел, думал, что ты что-то умное мне скажешь, а тут как обычно море мусора, а толку пшик, – разочарованно протянул я.

– Ардов, не хами. В этой тонне мусора есть очень ценные жемчужины, которые стоят солидных денег. А я с тебя практически и не беру ничего. Аж жадность душит. Вот думаю, надо поднять цену со следующей встречи. Как считаешь? – глаза Хельга озорно блестели.

– Дорогой, ты меня за дурака не держи. Я за те деньги, что плачу тебе, найму себе парочку брокеров помоложе. Они мне с радостью будут сливать всю информацию. А из тебя надо по клочкам все вытаскивать. Так что тебе надо еще постараться мне доказать, что я тебе не переплачиваю.

Эта наша классическая перепалка. Каждый раз наше общение заканчивается торгом. Все остается, как и прежде, но удовольствие получаем.

– Ладно, Семен, пора мне. Сегодня остроухие собираются заявить пару интересных тем.

Хельг отставил в сторону тарелку, сытно облизался и встал из-за стола. Он протянул мне руку и, когда я ее пожал, сказал самое важное:

– Не знаю, может – это тебе поможет. Попробуй найти гнома Сигурда. Он может, что и знает о местонахождении беглецов. Только я тебе об этом не рассказывал.

– Где я могу его найти? – спросил я.

– Попробуй в корчме «Подгорный мастер», там коротышки любят собираться.

Хельг направился к выходу, а я решил задержаться немного. Еще оставалось мясо в тарелке да пиво в кружке, и подумать было о чем.

ГЛАВА 12

Я вышел из «Пуаро», набрал Балу и выслушал его короткий рапорт. В офисе полный порядок, люди работают, все под контролем, никакого аврала не намечается. А раз машина работает слаженно, то может сегодня и без меня обойтись. До конца рабочего дня оставалось несколько часов, а у меня неизрасходованный выходной между прочим, да и Сигурда надо было бы выловить. Чувствовал я, эта ниточка могла оказаться очень удачной. Кочегары – кастовая раса, живут кланами, подчиняются вышестоящим безоговорочно, а тут беглецы. Очень это на них не похоже.

Я закинулся протрезвином и направился к тому месту, где оставил машину. Через минуту и следа от выпитого пива во мне не осталось. Очень удобная штука.

Моя тачка уже показалась в поле зрения, когда я почувствовал, что за мной следят. Этого следовало ожидать. Я засветился уже во многих злачных местах, нас с Балу пытались убить, так что появление хвоста было предсказуемо. Я резко обернулся и осмотрелся по сторонам. Ничего и никого. На улице полно прохожих, но все они спешат по своим делам, все заняты сами собой. Слепцы не ведают, кто вершит судьбы этого мира, что творится у них под носом. Когда-то и я был таким. И кто более счастлив: они в своем неведении или я со своим знанием? Вот это хороший вопрос.

Хвоста я так и не заметил. Я сел в машину, завел двигатель, чувство, что за мной следят, никуда не делось. Ладно, мне не жалко. Пусть и дальше следят, к тому же сейчас я поеду домой. А где я живу, известно самому последнему гному на бирже.

По дороге домой я заехал в супермаркет, купил продуктов, чтобы на скорую руку приготовить себе чего-нибудь, да бутылочку односолодового виски на вечер.

Я еще не решил, стану ли сегодня искать Сигурда. Гномы – ребята специфические, бодаться с ними сегодня я не в настроении. В любом случае дома жрать нечего, так что заполнить холодильник – дело полезное.

Моя берлога находилась на углу Варшавской улицы и Новоизмайловского проспекта, в одной из башен Близнецов. Если смотреть на памятник дедушке Ленину, окруженный фонтанами, где заканчивается Ленинский проспект, то мой дом по правую руку.

Лифт мгновенно вознес меня на последний этаж. Оставив сумки возле двери, я потянулся за ключом, когда сзади меня окликнули.

Эта встреча навсегда изменила мою жизнь…

ГЛАВА 13

Я очнулся с дикой головной болью. Кто-то сильно тряс меня за плечи, словно пытался вытряхнуть все мозги. Я с трудом разлепил глаза. Электрический свет больно резанул по нервам. Такое чувство, что у меня в голове взорвался еж и иголками истыкал всю внутреннюю сторону черепа.

В моей квартире было полно народу. Они что-то осматривали, ходили из стороны в сторону, переговаривались, что-то записывали, измеряли какими-то приборами, фотографировали. Вспышки фотоаппаратов мелькали то тут, то там. В дальнем углу стоял оператор с видеокамерой и проводил съемку. Похоже на привычную работу нашей службы. Только вот, что делать оперативникам родной конторы у меня в квартире. Я же нигде не накосячил, ни в чем замечен не был. Душа чиста как у младенца.

– Шеф, он очнулся, – резанул по слуху знакомый голос.

Только сейчас я разобрал, что надо мной склонился Барт и усиленно пытался привести меня в чувство.

– Слава Всем Светлым, – прорычал суровый голос начальства, и из тумана, который не спешил рассеиваться, появился Виктор Степанович Петухов, директор Службы безопасности биржи, мой непосредственный начальник.

Высокий, широкоплечий мужчина, больше напоминающий скалу. Массивный череп, покрытый короткими черными волосами с проседью, жесткие густые усы, полностью скрывающие верхнюю губу, острый взгляд зеленых холодных глаз, точеный орлиный нос и лишь одно ухо, правое, от левого остался жалкий огрызок. Потерял на оперативной работе. Таким сразу запоминался Виктор Степанович каждому, кому выпадал шанс с ним общаться.

– Что за мясорубку ты здесь устроил?! – нависнув надо мной, спросил Виктор Степанович.

Разговаривать в позе снизу вверх было очень неудобно, и я постарался встать. Я сразу обнаружил две вещи. Первое, я лежу на своей кровати в подушках, и это удобно. Второе, мир почему-то качается, словно моя квартира находится на борту пиратского корабля, попавшего в легкий шторм. Но я все же нашел в себе силы и занял вертикальное положение на кровати.

– Какую мясорубку? – с трудом укрощая хаотичные мысли, спросил я.

Осмотр комнаты из нового положения показал, что мне есть чему удивляться. Такое ощущение, что по моей квартире прошлись с огромным миксером. Все перевернуто вверх дном, расколошмачено, переломано. Здесь что, два демона в смертном бою сошлись. Кое-где на стенах и на полу я заметил брызги крови, их было немного, и я не придал этому значения.

– Так. Кажется, пациент тяжеловат, – задумался Виктор Степанович. – Семен, ты вообще что-нибудь помнишь?

– Я помню, что я Семен Ардов. Это точно, – я покопался в своих воспоминаниях и извлек кое-что. – Я у себя дома. Вчера завалился домой. Много продуктов. Кажется, виски было. Я встретил кого-то. Кто-то ко мне пришел. Не помню кто.

– Уже лучше, – кивнул Виктор Степанович. – А что-нибудь еще есть?

– Это что? Я так нажрался, что ли? На меня совсем не похоже. Кажется, пора в себе разочаровываться. Самое время, – сокрушенно вздохнул я.

– Если и нажрался, то виски к этому не имеет никакого отношения. Бутылка целая, неоткрытая на кухне стоит.

– Плохо. Виски нормальное, с него я бы себя так хреново не чувствовал. Виктор Степаныч, а чего вы все ко мне таким гуртом завалились, еще и аппаратуры натащили. Неужели меня от похмелья лечить или из запоя вытаскивать? Последнее точно еще рано. Нельзя вытаскивать оттуда, куда я еще не провалился.

– Ну, если пытаешься шутить, хотя и хреново получается, то, Слава Всем Светлым, не все еще потеряно. Ты лучше, Ардов, вспомнить попытайся, кто к тебе пришел? Важно это. Очень важно.

 

Выражение лица у шефа было донельзя серьезное. С таким лицом на охоту ходят да шпионов допрашивают. Кажется, что-то серьезно хреновое случилось, и, видно, я в этом виноват. Правда, хоть убейте, ничего не помню.

Прежде чем ответить, а для того чтобы ответить, надо знать ответ, я окинул взглядом разгуливающих по моему жилью людей. Столько знакомых лиц, но кое-кого мне все же не хватало.

– А где Балу? – спросил я.

– Хрен его знает. Два дня как пропал, на связь не выходит, в офисе не появляется, – рассеянно ответил Виктор Степанович.

Чувствовалось, что судьба Балу его мало волнует.

– То есть как два дня. Фигня какая-то. Я с ним вчера разговаривал, даже встречался. Он потом в офис поехал, – ковыряясь в памяти, заметил я.

– Серьезно тебя, Ардов, по голове шарахнули. Ты два дня как пропал. В отключке провалялся. Мы тебя только сегодня нашли. Думали сперва, загулял. Не придали этому значения. Вроде аврала нет. А тут я Барта к тебе отправил. Не порядок это, два дня филонить. Барт воспользовался своими навыками, в хату проник, а тут это. Жуть. Так что тебя на два дня раскатало, аккурат столько и Балу нет.

– Хрень какая-то, – оценил я услышанное и тут же поделился жалобой. – Остро хочется выпить, так что сейчас стошнит.

– Не уверен, что это тебе сейчас поможет, – скептически осмотрел меня Виктор Степанович, затем перевел взгляд куда-то за спину. – Барт, сходи на кухню, сделай ему ромашкового чая. Пусть желудок согреет.

Барт поспешил исполнить просьбу шефа.

– Так ты хоть что-нибудь помнишь? – спросил настойчиво Виктор Степанович. – Кто к тебе приходил? Это был один человек, существо? Сколько их было? Это очень важно. Постарайся хоть что-нибудь вспомнить.

Я напрягся, пытаясь вспомнить, кто ко мне приходил. Вот я снова стою перед своими дверями, поставил пакет с покупками на пол, потянулся за ключами, меня окликнули, оборачиваюсь. Белое пятно. Я ничего не вижу. Только белое пятно вместо лица, да и фигура какая-то смазанная.

– Нет. Я ничем не могу помочь. Да что тут стряслось? – не выдержал я и зарычал.

– Спокойнее. Ты так не нервничай. Хотя какой там не нервничай. Есть от чего, надо сказать. У тебя там в соседней комнате тело лежит, мертвее не бывает. Горло перерезано, многочисленные раны по всему телу. Кто-то изрядно порезвился.

– Балу? – в ужасе выдохнул я.

– Да ну тебя, к дьяволу, какой в задницу Балу. Где бы ни шлялась эта сволочь, уверен, что он жив-живехонек. Нет. Мертвый… в общем он галиафинянин, мелкая сошка, но мы навели справки, он – древнего рода… Так что однозначно будут проблемы и серьезные… Мы должны как можно быстрее…

– Это Веселин Ракх? – озвучил я страшную догадку.

– Ты что-то вспомнил? – насторожился Виктор Степанович.

– Ничего ровным счетом. Но я уже слышал про сына очень влиятельных родителей, который пропал из родного гнезда. Голиаф неофициально начал розыски. Но я не ожидал, что эта пропажа найдется у меня на хате.

Появился Барт с кружкой горячего ромашкового чая. С похмелья эта штука не помогает, плавали, знаем. Но теперь я сомневался, что у меня похмелье. Три дня в отключке рядом с трупом, это сколько же надо выпить.

– Вы уже доложили Голиафу о случившемся? – спросил я.

– Пока нет. Постараемся раньше времени не светить. Пара дней у нас есть, разобраться в этом вопросе. К Голиафу надо идти с ответами. Потому что выглядит это, сам понимаешь, прескверно. Из сложившейся картины можно сделать только один правдоподобный вывод. Встретились вы с этим Веселином. Ты его искал по просьбе Голиафа, а тут он сам тебя нашел. Посидели крепко. Между голиафянами и землянами такое иногда случается. Выжрали неизвестную дрянь, что-то не поделили. Может, ты его уговаривал вернуться под крыло папочки, а Веселин ерепенился. Тут уже точно не скажешь. Ты вспылил, ну и покромсал парня на антрекоты. Видно, решил, что так его проще будет транспортировать. Вот такая неутешительная картина складывается.

Виктор Степанович умолк. Картина и правда складывалась отвратительная. Мне ли не знать. И что самое ужасное, теперь Голиаф может выдвинуть официальную претензию и попытаться надавить на управляющий совет биржи, чтобы пересмотреть долевое участие землян в управлении предприятием. Получится у них или нет, дело третье. Но скандал будет в любом случае знатный.

– Ты веришь в это? Ну что это я его… покрошил?

– Семен, честно, я сейчас не знаю, во что верить, – признался Виктор Степанович. – Могу сказать одно, ты явно влез в какое-то ужасное дерьмо. И нам теперь всем это дерьмо расхлебывать. А тут еще Балу пропал. Это все звенья одной цепи. И я ничего хорошего не вижу и не жду.

Я отхлебнул ромашку. Знатная гадость в нынешнем состоянии. Остается поверить, что это магическое зелье, которое вернет меня в боевое состояние.

– Что делать намерен? – спросил я.

– Мы заберем тело. Комнату опечатаем. Ты временно отстранен от должностных обязанностей. Я помещаю тебя под домашний арест. От греха подальше. А то еще ломанешься собственное расследование проводить. С тебя станется. До окончания следствия ты эту квартиру не покидаешь. Продуктами и всем необходимым тебя будут снабжать. Два наших сотрудника будут постоянно находиться рядом с тобой. Пока так. Да и молись постоянно, чтобы мы побыстрее нашли сволочь, которая у тебя в квартире похозяйничала да тебя подставила. Надеюсь, что нам удастся тебя отмыть.

Вот так судьба-засранка. Еще три дня назад я был на коне, возглавлял могущественную контору, а теперь под домашним арестом без права голоса и под подозрением в убийстве. Да уж, прошляпил на ровном месте. Сам виноват. Надо было не по магазинам шляться, а к гному этому ехать, тогда бы точно избежал беды.

– А это точно Веселин? – спросил я.

– Сомнений быть не может. Мы сверились с его личным делом и образцами генетической карты, которую сдают все участники биржи. Это он.

– Дрянь, – оценил я.

– Согласен с тобой. Ладно. Ты отдыхай, набирайся сил. Постарайся хоть что-то вспомнить. Я пришлю к тебе через несколько часов мозгоправа. Много не пей. До его прихода лучше вообще воздержись. Попробуем восстановить отсутствующие фрагменты пазла.

Виктор Степанович с сомнением оглядел меня, сокрушенно крякнул и, не прощаясь, направился на выход.

– Ну, ты, Семен, дал жару, – сказал Барт. – Мы тут несколько дней как на иголках. Шеф с переговоров на переговоры. Голиаф словно что-то знает. Вовсю давить начал. Даже официальный запрос сделали на поиски этого Веселина. Ладно. Я тебе пару ребят из команды Генерала выделю. Они ребята молчаливые. Тебя отвлекать не будут. Отдыхай.

Барт направился вслед за шефом.

Вляпался я, конечно, знатно, все понятно, вопросов нет. Но меня смущало другое. Куда пропал Балу? Не мог он просто так взять и сквозь землю провалиться. Балу – мужик серьезный. Если бы я не стал отвечать на звонки, на работу не вышел, он тут же отправился бы на мои поиски. Чуяло мое сердце, что Балу в еще большей заднице, чем я. Он скорее всего побывал у меня, увидел всю картину, и если не разбудил меня от тяжелой спячки, значит, ему самому пришлось худо.

Виктора Степановича я, конечно, уважаю. Но сидеть под замком мне нельзя. Надо самому во всем разобраться. Если не я, то больше некому.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru