Дмитрий Сова Чёрная нить

«Сошёл я с ума или всё это было взаправду?» — единственные вопросы, которые крутились у меня в голове и заставляли моё сердце биться быстрее обычного. Я сжал кулаки, насколько позволяли ремни, и зажмурился, пытаясь отделить реальность от бреда. Но грань между ними стиралась, как мокрый чернильный след.

Внезапно дверь снова распахнулась. Та самая девушка-студентка бесшумно скользнула внутрь и прикрыла за собой дверь. Она двигалась легко, почти бесшумно, но в её взгляде читалась не обычная медицинская озабоченность — решимость.

Она подлетела к моей кровати, наклонилась так близко, что я почувствовал запах её духов — резкий, с нотками мяты и чего-то горького, и прошептала в самое ухо:

— Я тебя вытащу. Привет от Геннадия Александровича.

Я замер. Сердце пропустило удар. Геннадий Александрович — глава «Очага». Значит, они существуют. Всё это было по-настоящему. Я не сошёл с ума.

Она быстро оглянулась на дверь, затем вытащила из кармана халата маленькое лезвие скальпеля и ловко начала резать ремни, приковывающие меня к кровати. Движения её были отработанными, быстрыми — явно не первый раз.

— Через тридцать минут смена сотрудников, — шепнула она, не прекращая работать. — У тебя будет минута, чтобы добраться до выхода, ключи от дверей я оставлю в ящике на посту медсестры. За дверью с надписью «Гардероб» висит розовая кофта, в ней ключи от машины. Она стоит у чёрного входа. В бардачке — телефон с одним номером. Набери его, когда будешь в безопасном месте. Он скажет, что делать дальше.

— Кто ты? — прохрипел я. Голос был чужим, севшим от долгого молчания.

— Друг, — коротко ответила она, дорезав последний ремень. — Друг тех, кто знает правду. Теперь слушай внимательно. Ты ранен, но встать сможешь. Не пытайся бежать, не пытайся драться. Просто выйди. Машина ждёт. И не оглядывайся.

Она сунула мне в руки одежду — простые джинсы, футболку, кроссовки и помогла подняться. Комната поплыла перед глазами, но я устоял, опершись о спинку кровати.

— Честер? — успел спросить я, прежде чем она направилась к двери. — Моя собака… Андрей же..

Она обернулась. На мгновение её лицо стало мягче.

— Он жив. Ждёт тебя.

Я кивнул, не в силах сказать больше. Девушка скользнула за дверь, и я остался один.

Тридцать минут. Я натянул одежду, чувствуя, как каждый мускул ноет от усталости и боли. Швы на спине тянули, но я заставил себя двигаться.

Я сел на край кровати. В голове пульсировала одна мысль: «Они существуют. Я не сумасшедший».

Я посмотрел на дверь, за которой скрылась девушка, и перевёл взгляд на окно — жалюзи были опущены, но сквозь них пробивался утренний свет.

Я сделал глубокий вдох. Страх всё ещё сжимал грудь, но теперь рядом с ним жило что-то новое — надежда. Она была хрупкой, почти невесомой, но она была.

Я закрыл глаза и улыбнулся. Впервые за долгие дни — осознанно, спокойно, почти счастливо.

Где-то за стеной слышались шаги и голоса, но они больше не казались мне угрожающими. Я ждал. Ждал той минуты, когда смогу сделать шаг в неизвестность. И я знал: я готов.