Дмитрий Сергеевич Маньков Домовой

Я молчал. Я не знал, слышит ли нас тот, кто сидит внутри. Я не хотел рисковать. Когда Мишке оставалось до входа в сарай всего пара шагов, дверь снова распахнулась. Я взял мальчика за руку и шагнул в проем вместе с ним. И мы оказались внутри.

Дверь за нашими спинами хлопком закрылась. Но я все же попал внутрь. И теперь этому духу придется пройти через меня, чтобы добраться до Мишки. Вокруг была темень. Шепот умолк. Мальчик тоже стоял, слегка пошатываясь. Я улыбался, глядя прямо на кучу хлама, сваленную посредине. Я его чувствовал. Теперь – чувствовал.

- Ты кто? – Рычащий сухой голос разрезал тишину рваным кинжалом.

- Я – домовой. – Спокойно и миролюбиво ответил я.

- Что тебе надо? – он наблюдал за нами прямо изнутри, подобно хищнику, готовящемуся к атаке. Он был для меня таким же материальным, как я сам.

- Я охраняю мальчика.

- Он нарушил мой покой. – Прорычал дух. – Он нарушил ритуал. Из-за него наш дом едва не поглотило Лихо.

Это уже интересно. Этот дух понимает, что тут происходит лучше нас с котом.

- Он еще ребенок. – Я был само терпение. Я чувствовал небывалый подъем. Этот неизвестный был разумен. Он мог говорить со мной. Он не удивился, когда я назвал себя домовым.

- Дети опаснее. – Еще больше злобы прорезалось в его голосе. – Дети не понимают, что могут натворить. Они играют с огнем, они плюют на правила. Им главное веселье! Им важны только приключения!

- А ты не особо любишь детей, так?

- Я их терпеть не могу! – дух рыкнул так, словно громом шарахнуло прямо по сараю. Стены задрожали. Сверху посыпалась пыльная крошка. – От них одни беды!

Я понял, что разговаривая с ним, я того быстрее взбешу. И решил, что пора менять тактику. Я встал перед Мишкой и скрестил руки на груди.

- Извини, но тут без вариантов. Парня я тебе не отдам. Что бы ты ни собирался с ним сделать…

На этих словах дух издал злобный рык, похожий на рычание волка и выпрыгнул из кучи хлама. Это был громадный черный пес, но с чертами кота или тигра. Вот бы Серый удивился! В холке пес был мне практически по грудь. Передняя часть массивная – крупнее, чем у любой собаки. Скорее, как у медведя. И глаза у него горели красным пламенем. Я почувствовал, что ноги начинают подкашиваться. Как мне сражаться с таким гигантом? Ведь все именно к этому идет.

Мишка взвизгнул. Он пришел в себя. Этого мне еще не хватало. Я схватил парня за руку и прошептал.

- Я тебя ему не отдам!

А сам подумал: «Кто бы меня еще от этого монстра защитил?». Думай, домовой! Думай! Он же не опасен? Или я чего-то не понимаю? Сейчас я опасность ощущал, и ощущал ее, как никогда. Кото-пес медленно шел на нас, размахивая длинным кошачьим хвостом из стороны в сторону. Из его пасти доносилось тяжелое рычание. А в глазах горело пламя чистой ненависти. Блин! Вот тебе и безобидный дух. Как же мне не хватает знаний и памяти простого домового.

- Почему ты не атакуешь? – Прорычал, все приближаясь, зверь. – Чего ты ждешь?

Он что, догадывается, что я собой не владею в полной мере? Беда. Но ведь он знает про вчерашнюю стычку с Тьмой. Как он ее назвал? Лихо? А тогда он должен был почувствовать того, кто был во мне, по словам кота. Может сыграть на этом?

Я собрал в себе все остатки уверенности, какие только смог найти и, уперев руки в бока, спросил.

- А ты уверен, что хочешь встретиться с тем, кто вчера прогнал Тьму?

Он остановился, наклонив голову чуть на бок, подобно обычному дворовому псу. Хвост нервно стеганул его по бочине. Потом принюхался, сильно втягивая воздух. Замер, фыркнул и расхохотался. Нет, серьезно! Прям по-человечески.

- Того, кто был вчера в тебе больше нет. Он не сидит внутри. Он просто временно воспользовался твоим телом. Я чувствую его след. Но это был не ты.

Вот так. Кого я тут решил взять на понт? Да меня размазали в моей же игре.

- Отдай мальчишку, и я тебя не трону. – Оскалился кото-пес. - Или не жалуйся потом.

Вот так. Я – самонадеянный осел. Сейчас меня тут разорвут, а Мишку все равно спасти не удастся. Но выбора у меня и нет. Смысл моего существования – защита семьи. Судя по всему, до тех пор, пока я дышу. Так что рано себя хоронить. Может Мишка сможет убежать, пока тот будет рвать меня на части?

Я отрицательно покачал головой и шагнул духу навстречу. И он прыгнул. Без слов. Даже без лишних звуков.

- Мишка беги! – Только и успел крикнуть я, перед тем, как громадная туша сбила меня с ног. А Мишка беспомощно уткнулся в запертую дверь.

Вас когда-нибудь рвали на части? Нет, не растягивали за руки и за ноги, а именно – рвали? Это, когда у тебя на шее смыкается огромная челюсть, клыки прокалывают кожу и сантиметр за сантиметром погружаются в плоть, а лапы раздирают тело подобно громадным жерновам. Твое беспомощное тело поднимают в воздух и машут тобой, словно тряпичной куклой. Кости ломаются, мышцы в местах укусов рвутся. Тобой шмякают об пол и, перехватывая зубами по удобнее, снова начинают размахивать туда-сюда. Это не просто больно. Это адски-больно!

Если бы целью злобного духа не было всего лишь убрать меня с дороги, то он наверняка на этом не остановился. Но, почувствовав, что я перестал сопротивляться, тот просто отшвырнул меня в сторону и пошел на Мишку.

- Мелкий, дрянной мальчишка! – Рычал дух.

А мальчик стоял, не шевелясь, словно оцепенел. Весь белый, в глазах – дикий ужас. Он был совсем легкой жертвой.

Я лежал и смотрел на все это без сил. Что-то меня в этом сильно смущало. Ладно – я. Я сам дух. Чудо – тоже. Мы все духи. И кото-пес тоже. Но Мишка-то нет! А если духи не могут воздействовать на людей напрямую, то чего он добивается? Мысль была бредовая, но я должен был попробовать.

- Мишка! Мишка, ты меня слышишь?

Никакой реакции. Он ведь слышал меня на поле! Я должен до парня докричаться. Должен!

- Мишка!!! Посмотри на меня!

Он моргнул и бросил взгляд в мою сторону. Короткий, но внятный. Лишь немного растерянный. Слышит! Слышит, но очень сильно напуган. Никак не может пробиться через ужас. Или слышит, но не видит! Пса видит, а меня нет? Пусть так.

- Мишка, он не может тебя тронуть! Только пугать!

Еще один быстрый взгляд. Теперь в нем мелькнула мысль. Как подсказать? Что посоветовать? Пес зыркнул на меня с ненавистью и зарычал. И стал бить лапами по земле. Запугивает? То есть, я прав? Он издал громкий рычание, и Мишка завизжал в ужасе. Как? Как ему подсказать?

- Мишка! Вы вчера спорили с сестрой за комнату. Что ты делал, когда она начала на тебя кричать?

Я молился, чтобы парень вспомнил. Хоть бы понял, о чем я.

- Ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля! – затараторил пацан, заткнув уши и зажмурив глаза. Молодец! Нет, ну какой же он молодец!

Что делают дети, когда хотят показать, что не желают слушать тебя? Они закрывают уши, отворачиваются и повторяют что угодно, не давая себя заговорить. Кото-пес скакал вокруг парня, рычал, рвал под собой землю. Фыркал. Наскакивал и нависал. Но парень так и стоял, заткнув уши, зажмурившись и повторяя: «Ляляляляляляляляля». Я расхохотался через боль.

- Ну, что? Съел?

Зверь повернулся в мою сторону и хищно оскалился.

- А что ты хотел ему сделать? Испугать?

Злобный дух фыркнул и пошел снова ко мне. Ну, хоть от мальца отстал.

- Ты никогда не слышал, как дети умирают со страху? – Он злился, но уже не так. Он предвкушал. Зверь знал, на ком сейчас отыграется. И он жаждал моей крови. А все-таки бестолковый из меня хранитель семьи. И трех дней не пробыл на посту. Все тело болело. Кровь из ран то сочилась, то хлестала во все стороны. Я не мог даже пошевелиться. Какое там отбиваться? – Я тебя загрызу сейчас. – Продолжал наступать дух. – А когда твой пацан услышит предсмертные вопли, он так испугается, что не сможет сопротивляться. И я его напугаю до смерти! Он больше никого не потревожит! Он больше не сможет нарушить ни один ритуал!

Ему оставалось сделать всего один шаг, когда между нами и откуда-то сверху свалился небольшой комок шерсти. От неожиданности кото-пес отскочил немного назад.

«Стой»! – Прозвенело в моей голове. Или, не только в моей?

Серый спешит на помощь.

- Кот, ты как тут? – откашлявшись, спросил я.

«Через крышу влез». – Не поворачиваясь бросил он. Кот выгнулся дугой, вздыбил шерсть и повернулся боком к хищнику. Тот какое-то время смотрел на него с осторожностью, а потом расхохотался.

- Ты чего, мелкий? Я ж тебя зашибу!

- Возможно, - прошипел в ответ Серый. - И меня, и его. Только пацана тебе больше не видать.

Мы с псом дружно повернули голову к выходу. Дверь была раскрыта нараспашку. Мишки и след простыл. Он, до этого безрезультатно толкавший запертую дверь, как-то ушел на второй план. Айда, котяра! Айда, молодец! Интересно, как ему это удалось?

- Как? – взревел пес.

«Тебе напомнить, что коты не только стража, но и проводники из мира в мир? – Серый все еще стоял ощетинившись. Но голос его стал звучать увереннее. – Когда я проник внутрь, это место уже не было изолировано. И Мишка смог открыть дверь».

- Мерзкие коты! – взревел дух.

«Ты себя в зеркале видел-то»? – Усмехнулся Серый.

А я лежал и думал о том, что здорового пса, выглядящего как громадный котяра, за фразу «мерзкие коты» выстёбывает кот пот имени Серый. Это какой-то парадокс в парадоксе.

- Я вас разорву на части!

Это должно было стать последним, что мы с Серым услышим в наших никчемных жизнях. Хотя, у кота этих жизней еще восемь в запасе. Глядишь, да и выживет каким-то чудом.

Чудо!

С бешеным криком наш младший боевик влетел в сарай и как начал охаживать пса своей метелкой. От того, разве что шерсть во все стороны не полетела.

«А он – молодец»! - Услышал я в голове голос Серого. Тот едва заметно подрагивал.

- Что, мохнатый? Жим-жим? – Не упустил я возможности поддеть наглого котяру.

«Я бы на твоем месте не шутил. – Бросил Серый. – Перерыв будет не долгим. Мы этого психа и втроем не сдюжим. Как там голубоглазый? Не желает заглянуть на огонек»?

Я едва заметно покачал головой и поморщился. Каждое движение отзывалось сильнейше болью.

«Жаль». – Только и мяукнул кот в ответ.

В следующее мгновение в меня влетел на всем ходу Чудо. Он был еще более помятый, чем раньше. Одна рука была разодрана. Нога вывернута в неестественное положение. барабашка скулил и ругался на своем тарабарском.

«Ну, вот и все». – Вздохнул кот. И зверь рванул к нам.

В этот момент в помещении раздался голос Мишки.

- Овинник, хозяин, пусти!

Я свой, я не лихо принес! Дозволь войти!

В руках у Мишки был планшет, он читал прямо с него. Серьезно? Вернулся?

- Прими, не гневайся.

А как уйду – не поминай лихом!

И парень низко поклонился псу.

У меня челюсть бы упала до пола, если бы я и без того не лежал на нем. Кот просто шмякнулся задом на землю. Только Чудо тихонечко поскуливал, прижавшись ко мне, как младенец. Я машинально обнял его и поглаживал комок ниток и шнурков, словно по шерсти маленького испуганного котенка. Мы все замерли в нерешительности. Пес смотрел на пацана и тяжело дышал. Эта пауза длила несколько бесконечных секунд, пока тело пса не подернулось черной дымкой, превратившись в сгорбленного старика, перемазанного в саже.

- И чего? Сразу нельзя так было?

Он сгорбился и поплелся куда-то вглубь помещения.

- Ну, чего замерли? Топайте за мной! Будем вас править.