Дионис Викторович Пронин Blackvers. Глава 4

— Обещаю, — улыбнулась она. — Но только если ты пообещаешь не возвращаться сюда до рассвета.

Они вышли в ночной коридор, оставляя позади мерцание приборов и запах реактивов. Где‑то вдали гудел вентиляционный люк, а за окнами сияли огни города — равнодушного, но такого живого.

Его эксперименты шли днём и ночью — порой Алексей терял счёт времени, забывая, утро сейчас или вечер. Лаборатория стала его вторым домом: здесь пахло спиртом и реактивами, мерцали экраны мониторов, а на столах громоздились пробирки, колбы и стопки распечаток с результатами тестов. Он работал с токсинами — с теми самыми веществами, которые в малых дозах могли стать лекарством, а в чуть больших — убийцей. Его цель была дерзкой: найти ту тончайшую грань, где яд превращается в спасение. Он синтезировал соединения, менял молекулярные структуры, добавлял и убирал функциональные группы, словно собирал и разбирал хрупкий механизм. Каждый новый образец он тестировал на культурах клеток — сначала на бактериальных, потом на человеческих. Сначала — надежда. Вот это соединение почти идеально: оно уничтожает патогены, почти не трогая здоровые клетки. Но следующий тест рушил всё: вещество оказывалось слишком агрессивным, разрушало мембраны, вызывало некроз.

— Почему? — шептал он, глядя на пробирки с мутным раствором. Пальцы сжимались в кулаки, а в груди разрасталась досада. — Почему нельзя найти баланс?

Он перечитывал записи, сравнивал графики, искал закономерность. Иногда ему казалось, что ответ уже рядом — стоит лишь чуть изменить структуру, добавить один атом, переставить связь…

Однажды он решился. Втайне от всех — от профессора Вельнера, от Марьи, даже от дежурного лаборанта — он ввёл себе микродозу нового соединения. Это было безумием, но он не мог иначе. Вещество показало удивительные результаты на мышах: опухоли рассасывались, инфекции отступали. Алексей хотел почувствовать, понять, как оно работает изнутри. Сначала — лёгкое головокружение. Он записал это в блокнот, отметив время. Пульс — чуть учащён, давление в норме. Потом — прилив сил. Мозг работал с небывалой ясностью: формулы складывались в голове, словно сами собой, решения приходили мгновенно. Он улыбался, глядя на строки кода, которые раньше казались запутанными. Всё было… идеально. Но через шесть часов всё изменилось. Температура подскочила. Кожа покрылась зудящей сыпью, которая быстро превратилась в волдыри. Дыхание стало прерывистым, в груди жгло, будто туда налили кислоты. Он едва успел набрать «112» — пальцы скользили по экрану, перед глазами плыло.

В больнице он лежал под капельницами, глядя в белый потолок. Свет резал глаза, но он не мог их закрыть — боялся, что если уснёт, то уже не проснётся. Рядом рыдала Марья. Её пальцы сжимали его ладонь так крепко, что было больно, но он не отстранялся.

— Зачем?! — кричала она, голос дрожал от ярости и страха. — Ты же мог умереть! Ты понимал это?!

Он попытался улыбнуться. Губы потрескались, каждое слово давалось с трудом.

— Но не умер, — прошептал он. — И теперь я знаю: формула почти идеальна. Нужно лишь чуть изменить структуру…

Она всхлипнула, уткнулась лицом в его плечо.

— Ты сумасшедший, — прошептала она, сжимая его руку. — Но я люблю тебя.

Профессор Вельнер прибыл в больницу через час. Его лицо было мрачным, а в глазах пылал гнев, который Алексей редко видел.

— Это безответственно! — грохотал он в своём кабинете, куда вызвал Алексея после выписки. Кабинет профессора был строгим: книжные полки с трудами по биохимии, портреты учёных на стенах, стол, заваленный документами. — Ты мог не просто умереть — ты мог стать инвалидом! Ты думал о родителях? О Марье?

Алексей стоял перед ним, бледный, но с упрямым блеском в глазах.

— Думал, — тихо ответил он. — Но если бы это сработало…

— «Если бы»! — перебил профессор, ударив ладонью по столу. — Наука не терпит авантюризма. Ты должен следовать протоколам, правилам! Ты не один в этом мире!

Алексей сжал кулаки, но голос его оставался твёрдым.

— Правила созданы, чтобы их нарушать, — сказал он. — Иначе не будет прогресса.

Вельнер сел, устало потёр переносицу. В его взгляде мелькнуло что‑то, похожее на воспоминание.

— Ты напоминаешь мне меня в молодости. И это пугает. Потому что я тоже когда‑то верил, что могу всё. А потом потерял друга из‑за своей самонадеянности.

Алексей молчал. Он не знал, что сказать.

— Хорошо, — вздохнул профессор, поднимая глаза. — Я не буду отстранять тебя. Но отныне все эксперименты — только под моим контролем. И никаких самодеятельных испытаний на себе. Понял?

— Понял, — кивнул Алексей. — Спасибо.

Вечером он уже вышел из больницы. Воздух был прохладным, пахло дождём. Где‑то вдали гремел трамвай, а в окнах соседних зданий загорались огни. Марья ждала его у входа. Она стояла, скрестив руки, но в её взгляде не было гнева — только тревога и усталость.

— Ну что? — спросила она, глядя ему в глаза.

— Живой, — улыбнулся он. — И даже не уволенный.

Она шагнула к нему, обняла так крепко, будто боялась, что он исчезнет.

— Обещай, что больше так не будешь.

Он вздохнул, провёл рукой по её волосам.

— Не могу, — честно ответил он. — Потому что знаю: я на верном пути.

Она посмотрела на него долгим взглядом — в нём была и любовь, и отчаяние, и смирение. Потом кивнула.

— Тогда я буду рядом. Чтобы ты не забыл, что ты — не лаборатория. Ты — человек.

Они пошли домой, держась за руки. Улицы уже окутывала мягкая сумеречная дымка, фонари разливали тёплый желтоватый свет, а где‑то вдали мерцали огни витрин и рекламных вывесок. Марья прижималась к Алексею нежно, почти невесомо, словно боялась нарушить хрупкое равновесие этого момента. Её плечо едва касалось его руки, но в этом прикосновении было столько тепла, что Алексею казалось — он чувствует её пульс через ткань одежды. Он обхватывал её ладонь своей, слегка сжимая пальцы, будто хотел убедиться: она рядом, она настоящая. В голове всё ещё крутились формулы, мысли о новых экспериментах, но здесь, в этом тихом вечернем мире, всё это отступало на второй план. Оставались только её дыхание, её взгляд, её присутствие.

— Ты замёрзла? — тихо спросил он, заметив, как она слегка вздрогнула от порыва ветра.

— Нет, — улыбнулась она, не отрывая взгляда от дороги. — Просто ветер… Но мне хорошо. С тобой.

Он кивнул, не находя слов. Иногда молчание было важнее фраз. Они шли не спеша, наслаждаясь редким моментом покоя. Вдруг Марья резко ускорила шаг, затем побежала вперёд, смеясь.

— Эй! — воскликнул Алексей, бросаясь за ней. — Это что ещё за гонка?

— А ты догони! — крикнула она, оборачиваясь. Её волосы развевались на ветру, глаза блестели.

Он рванул следом, чувствуя, как в груди поднимается волна лёгкости, почти детской радости. Они бежали по тротуару, мимо скамеек, кустов, фонарей, смеясь так, что лёгкие горели от воздуха и смеха.

— Я тебя поймаю! — кричал он, пытаясь сократить расстояние.

— Не поймаешь! — отвечала она, ускоряясь.

Но вот уже подъезд её дома — они одновременно добежали до двери, остановились, тяжело дыша, но продолжая улыбаться. Их глаза встретились, и в этом взгляде было столько тепла, столько невысказанных слов, что оба замерли на мгновение. Алексей протянул руку и осторожно поправил прядь её волос, выбившуюся из причёски во время бега. Его пальцы скользнули по её щеке, и она прикрыла глаза, наслаждаясь этим прикосновением.

— Ты красивая, — прошептал он.

Она не ответила — просто потянулась к нему, и их губы встретились в медленном, нежном поцелуе. В нём было всё: тревога за него, радость, что он жив, надежда на будущее и та безмолвная клятва, которую не нужно произносить вслух. Они так и вошли в квартиру — не размыкая объятий, не разрывая поцелуя. Дверь захлопнулась за ними, отрезая шум улицы, оставляя только их двоих в тёплом полумраке прихожей. Оторвавшись друг от друга, они всё ещё стояли близко, смотрели в глаза, словно пытались прочитать мысли. Алексей провёл ладонью по её плечу, а она подняла руку, коснулась его лица — осторожно, будто проверяя, настоящий ли он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.