Дина Карат Ланэт. Книга 1

Глава 2.2. Марк

Ушла бестия. Я выдохнул. Как никогда за пять лет.

Бутерброд одиноко валяется на столе, а я впервые не знаю, что делать. Думать, как всегда? Анализировать? Я устал. Хочу жить не как маг или принц, а как человек. Здесь и сейчас. Как эта шебушная.

Шебушная. Не знаю, откуда взялось это слово, но точно не из Торвила. Оно местное, и ей подходит лучше всего. Наверное, специально для неё придумали.

Иду к двери, которую она замкнула. Наивная девочка, я прохожу сквозь. Замок – для людей. Не для таких, как я.

Помню, как-то раз отец посадил в камеру заключения, когда я ослушался его. Там совсем другие замки, и то я неплохо их взламывал. Наверное, с того момента всё и пошло не так. Может, он искал во мне то, чего не было. А может, не хотел видеть то, что было. Какая теперь разница.

Спускаюсь по ступеням, выхожу на улицу. На всех скалюсь. Это уже привычка.

Я – кот.

М-я-я-а.

Думаю о ней. Теперь я уверен, девчонка ничего не знает о магии. Не знает, кто она. Я чувствую, что она не человек, но и не белый маг. Белая магия так не пахнет. Белая магия не причинит боль другому белому магу. А мне было больно. Она – тёмная.

Отец рассказывал мне о тёмных вкратце. Но суть я понял. Они остались на Земле. Но до этого я их не чувствовал. Она первая. Откуда взялась эта шельма?

Смотрю на фонтан: тот самый, где её увидел. Шерсть встала дыбом от ощущения.

Бр-р-р.

Вспоминаю Сирену. Чёрт её побери. Это было похоже – тот же холод в груди, та же чужая, опасная сила. Но с Мией по-другому. Сирена тянула, высасывала. Мия – просто была рядом, и от этого хотелось быть ближе. Даже когда больно.

Чары «кота-оборотня» тоже сделаны с тёмной магией. Иначе я давно бы их снял. Не совсем-то, но близко. Словно не идентичные двойняшки, а просто двойняшки. Но в Торвиле тёмная магия – искусственно созданная, настоящая осталась только здесь. В мире людей.

Снова вспоминаю слова отца. Он что-то говорил про книги. Волшебные древние книги, которые писали первые белые маги. Здесь, в Ланэте, и не только. Отец говорил, что они разбросаны по миру, как семена. Никто не знал зачем. Теперь, кажется, начинаю понимать. Может, ошибаюсь, но хочу верить в это.

Почему я ни разу не вспомнил об этом? Какой же я идиот-склерозник.

Где?

Библиотека? Нет. Слишком просто. Слишком глупо. Но где?

Пытаюсь просканировать город магией, но не выходит. В шкуре кота – я слаб. Нужно дождаться заката. В библиотеку тоже не пойду в таком виде. Даже если она там. Лучше ночью. Как вор. Но с честью.

Сижу, смотрю на прохожих. И ни одной рыжей не вижу. Блондинки, брюнетки. Всех оттенков. А рыжих нет. И ни одной за пять лет. Только эта, как пожар в пустыне.

Ланэт назвали в честь реки. Быстрая, бурная, глубокая. Горная река — но в ней есть что-то ещё. Может, магия? Что-то из прошлого?

Сейчас туда никто не приходит. Ходили слухи, что с побережья пропадают люди. Берег опустел давно, но раньше я не придавал этому значения. А теперь. Теперь не могу убрать это из головы.

Магия. Она здесь. В этом мрачном городишке. В ней. В бестолковой девчонке. Она даже не представляет, какая в ней мощь.

Я не хочу, но лапы ведут меня к побережью. Не сопротивляюсь. Волочусь. Потом бегу.

Запах влаги и страха. Но не чувствую ничего. Не слышу ничего. Даже птицы молчат. Похоже на мёртвую зону, не хватает только красного креста при входе: «Опасная зона». Воздух здесь не пахнет ничем – ни магией, ни страхом, ни жизнью. Только вода, которая зовёт. И не поймёшь – туда или обратно. В пустоту.

Смотрю на воду. Она не успокаивает. Бурлит, зовёт с собой. Наверное, туда, где тонут все реки. В Эйфор. Местные говорят, что в нём кроется магия. Глупые. Они ничего о ней не знают.

Вспоминаю последний переход. Портал, неоновый цвет. Мир в тумане и ванили. И я, как изгой смотрю на отца. Он выгнал меня, сказал: не приходи. Я не прихожу. Я кот. Они идут туда, где их ждут, либо кормят.

Не знаю, сколько я там пробыл. Наверное, долго. У котов нет наручных часов или телефонов. Только ощущение. Только здесь и сейчас. Я петляю обратно в город. Потом брожу по переулкам и улицам. Иду к фонтану. И домой.

Домой – смешно звучит. У меня нет дома с тех пор, как отец закрыл передо мной дверь. Но теперь есть место, куда я возвращаюсь. Где меня ждёт рыжая, наглая девчонка, которая даже не знает, кого приютила. И которая, кажется, не боится меня. Ни кота, ни мага. Ни того, кто я есть. Это пугает больше, чем любое проклятие.

Вспоминаю её слова. Её «мой». Волшебник первого уровня остался только в воспоминаниях. Сейчас я просто ручной кот.

Да, что я несу, чёрт возьми. Дожился, называется. Но если честно – мне это нравится. Впервые за пять лет нравится быть не тем, кем был. А тем, кто есть. Может, в этом и есть смысл – не вернуть прошлое, а найти себя заново.

С той, что не боится.

С той, что ждёт.

Глава 3.1. Мия

Иду домой и думаю о коте. Точнее, не о коте. А о том черноволосом красавчике. О, Святая богиня. А я ведь сама его домой притащила. Горжусь своей беспечностью и наглостью, как маленькая.

Дядя Миша уже машет мне рукой.

Можешь не стараться. Денег нет.

Я ему тоже машу, но сворачиваю на другую тропу. На всякий случай. Он уже пританцовывает. Видно, кто-то добрый уже дал ему сотку. И на этот раз не я.

Классная у него жизнь. Лайтовая. Я не одобряю, но и не осуждаю. У каждого свой путь. У меня кошак дома волшебный. И ничего. Нормально.

Надеюсь, не сбежал. Обещал дождаться.

Иду, музыку слушаю. Опять попса, но другая. Не менее прилипчивая, чем вчера. Беру телефон, переключаюсь на другой плейлист. Хватит песнопений про любовь. Следующая про секс. Вселенная, ты издеваешься?

Фонтан. Смотрю и не верю. Опять этот сидит. Какого Барсика он здесь делает?

– Эй, – машу рукой.

Молчит. Даже не мяукает.

– Эй, кому говорю.

Шипит, зараза. Ну я тебе устрою. Хватаю в охапку, несу домой и плевать мне на его красоту. Мой кот.

Чувствую, как этот поганец кусает меня за палец. Нежно. Делаю вид, что ничего не чувствую, но шаг ускоряю.

Взлетаю по лестнице. Кидаю его в коридор. Да, именно кидаю. А он шипит на меня, глаза светятся. Жутко стало. Переборщила, наверное. Да пофиг.

– Ты чего злой такой, а?

Молчит. Сидит, словно в трансе каком-то.

– Эй! Кому говорю!

– Дура!

– Чего обзываешься? – складываю руки на груди.

Слышу, как он дышит. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

– Не бери меня на руки.

Неженка какая. Ну ты меня разозлил. Так просто теперь не отделаешься.

– Буду.

– Не будешь.

– Буду.

– Нет.

– Буду.

Его глаза светятся малиновым светом. Снова запах ванили. Снова густой туман.

Так, тормози. Я не готова встретится с твоим вторым «я».

О, мать моя женщина!

Я зажмурилась. Не верю. Не могу верить.

Но сердце стучит где-то в горле, и я открываю глаза.

Твою же мать. Он голый.

Стоит посреди комнаты, смотрит на меня своими фиалковыми глазищами. А я смотрю на него. Ниже не могу – женская честь бунтует. Но и выше – тоже не могу.

Чёрт, куда смотреть-то. В глаза. Смотрю в глаза.

Воздух в комнате стал какой-то… другой. Плотный. И ещё горячий. Жарко стало сильно.

– Так, секс-символ. А ну-ка, одевайся.

Голос сел, пришлось откашляться.

– Нечего… вот это вот.

Он не одевается.

Я всё ещё не могу выдохнуть.

Передо мной снова кот.

А у меня стресс, между прочим. Но на пятую точку больше не сажусь. Копчик всё ещё болит.

– Ита-а-ак…

– Ещё будешь со мной спорить? – мурлычет почти.

– Пф. Думаешь, голого мужика испугалась?

– А что тогда глаза закрыла?

– Ладно. Поняла.

Разворачиваюсь и ухожу. Теперь реально обиделась.

Идиот.

Сижу на кухне. Рука – на холодном радиаторе, взгляд на детской площадке. А мысли в том самом моменте. Чёрная. Наглая. Морда.

Слышу сзади голос.

– Пойдём в библиотеку?

Мои губы улыбаются. Не знаю, как их остановить. Честно, пытаюсь. Но вместо этого вырывается дикий смех. Библиотека. Кот Учёный. Не могу.

– Что смеёшься?

– Решил про манеры почитать?

– Про тебя.

Я замолкаю и больше не смеюсь. Что значит «про тебя»? Кот-маньяк-извращенец? Стою, смотрю на него, как дура.

– Про меня?

– Ты тёмная.

Приехали. Черти, бесы, танцы с бубном. И кот. Голый. А-а-а-а. Уйди, чёрт возьми, из моей головы. Как теперь спать спокойно-то?

– Твои касания… причиняют мне боль.

– Боль?

– Да. Не совсем физическую. Это ментальная боль. Она может быть в одном случае. Тёмная магия. Я раньше никогда не встречал тёмных.

– Кто ты такой?

– Я – Марк. Принц Торвила и волшебник первого уровня. На мне заклятье, наложенное тёмной магией. С заходом солнца я стану обратно человеком.

– А-а-а-а…

Слова закончились. Точнее, их было так много, что я просто заткнулась.

– Днём я могу превращаться не больше, чем на пару-тройку минут.

– Больше так не делай.

Наглая морда ехидно улыбается и трогает свои усы.

– Подумаю.

– Зачем тебе библиотека?

Он говорит что-то про Волшебные книги и Древних волшебников. А я ни черта не понимаю. Но киваю. Не хочу, чтобы кот считал меня тупой.

Соглашаюсь, и мы идём в библиотеку.

Руки держу при себе. Он идёт рядом.

***

Мы стоим перед зданием с табличкой:

«Центральная городская библиотека города Ланэта».

Последний раз я здесь была очень давно. В первом классе, если не ошибаюсь. Осторожно открываю дверь. Она старая, дубовая. Всё та же из детства.

Иду мимо стеллажей, провожу рукой по корешкам книг. Старые, новые – всё вперемешку. Объединяет их только пыль. Она одного возраста почти на всех книгах.

Эпоха бумажных книг почти закончилась. Сейчас читают в телефонах и планшетах. А эти книжки, как раритет в музее. Только пару заучек сидят, читают «Историю Ланэта».

– Где? – спрашиваю.

Молчит, но идёт куда-то. Я за ним. Как тень.

Останавливается и смотрит на меня. Показывает лапой наверх.

– Пустой корешок.

Ищу книгу с пустым корешком.

О, чёрт. Слишком высоко. Оглядываюсь по сторонам – ни одного стула или чего-то подобного. А я всего-то метр с кепкой. Ладно, полтора. Но сейчас вряд ли мне это поможет.

Прыгаю. Раз. Второй. Третий. Четвёртый – бьюсь головой об чью-то руку. В руке эта книга.

Кот мой. Книга тоже.

Оборачиваюсь.

– Ты?

– Я.

– Отдай книгу, – нагло протягиваю руку.

– Нет. Она моя.

Я зла. Про коленки ещё не успела забыть. А теперь дабл кил1. Ну нет, это мы ещё посмотрим.

– Ты меня преследуешь?

– Разве? – пожимает плечами. – Может, ты?

– Я? Да ты обнаглел!

Его лицо слишком спокойно. Сказала бы даже умиротворённо.

– Мы же на «ты» не переходили?!

– Книга!

– Кофе.

– Что?

– Выпьешь со мной кофе?

От слова кофе у меня потекла слюна. На какое-то время я была не с ними, а в той самой кофейне и пила клубничный латте. Мои мечтания прервал кот, впившись когтями в мою ногу.

– А-а-а! Ты что делаешь?!

– М-я-а-а-а.

– Не мякай. Я за тапочек не забыла.

Делает виноватый вид. Адам смотрит на нас, а вопрос о кофе висит между книжных стеллажей.

Я вздыхаю. Не люблю проигрывать.

– Согласна, – протягиваю руку, а Адам её пожимает.

Улыбается. Слишком правильно. Словно в учебнике написали «улыбка для знакомства», и он вызубрил, но не понял зачем.

Его взгляд задерживается на моей ладони на секунду дольше, чем нужно. Словно что-то ищет, проверяет. Моргнул – и взгляд стал обычным. Мне показалось, или он действительно что-то искал?

– Теперь книгу.

Мы обмениваемся номерами. Я даю обещание, которое не собираюсь выполнять. А кот палит на нас. Ощущение, что он мой муж – а я гулящая жена. Неловко даже. Но на всякий случай взглянула на безымянный палец. Мало ли. Я с магами раньше не общалась.

– Сдай кота в питомник. Странный он у тебя, – говорит Адам на прощание.

Марк шипит на него и трётся о мою ногу. Зачем? Отшвыриваю его, но интеллигентно – ножкой.

Мы уходим с книгой. С голой обложкой и пустыми страницами.

И для этого я жертвовала своим номером?

Кажется, мир несправедлив.

Особенно со мной.

Домой идём молча. Я не знаю, что сказать, он тоже молчит. Наверное, не знает, как и я.

Захожу в квартиру, скидываю туфли, плетусь на кухню. Ставлю чайник и достаю две кружки. Его – ту, что сам выбрал, и свою – с облупившейся надписью «Лучшая дочь».

Он запрыгивает на стол, смотрит, как я завариваю чай. Я делаю вид, что не замечаю.

– Странный он, этот Адам, – говорю в спину. – Улыбается слишком правильно. Словно в учебнике вычитал.

Марк молчит. Я оборачиваюсь и вижу, как он смотрит в окно. Но не на город, а на моё отражение.

– Не нравится он мне, – выдаёт, наконец.

Я усмехаюсь.

– Ревнуешь?

Он отворачивается. Шерсть встала дыбом, но молчит.

Я наливаю чай. Ставлю перед ним кружку – пустую, просто чтобы было. Он смотрит на неё, потом на меня.

– Скажешь что-нибудь? – спрашиваю.

– Нет.

– Ну и ладно.

Я сажусь напротив, обхватываю кружку руками. Он лежит, положив голову на лапы, и смотрит на меня. И мне вдруг становится спокойно. Неловко, но спокойно.

Будто ничего больше не нужно.

Ни книг, ни магии.

Просто сидеть вот так и знать, что он рядом.

Глава 3.2. Марк

Книга. Та самая. И просто в библиотеке?

Удивлён, что её не выбросили.

Волшебники наложили чары на книгу. Сейчас она пустая, как чистая тетрадь. Кто-то принёс её туда. Кто-то поставил. Библиотека существует не так долго, как эта книга. Ей порядка тысячи лет, и она жива.

До заката два часа. Скоро я стану магом. Скоро я узнаю, что в ней.

– Эй, аристократ! Есть хочешь?

– Я кот, а не робот.

– Макарошки?

– С сыром пармезан и помидорами.

Знаю, что этого не будет. Но желание побесить от этого не прошло.

– С курицей или свининой? – выходит из кухни с двумя пачками анакома.

Я ожидал похожее. Но смех еле сдержал. Надеваю маску серьёзного кота и отвечаю:

– Курица. Не ем свинину.

Кривит губы и уходит.

Ну и заноза.

Провожу лапой по книге. Обложка сверкает, начинают появляться буквы, но сразу же исчезают. Магии недостаточно. Нужно дождаться заката.

Вспоминаю этого блондина. Шерсть дыбом становится. Он похож на неё. Тоже не могу его прочитать. Ни мыслей, ни ауры, ни энергии. Пустой. Настораживает это.

Я не знаю, кто он. А она? Говорила с ним напряжённо и даже грубо. Со мной тоже так. Грубиянка.

Слышу её голос с кухни.

– Ваше котейшество. Кушать подано.

Сучка. Мало того, хренью меня кормит, так ещё и издевается.

Послушно плетусь на кухню. И когда я успел таким стать? Ручным питомцем этой особы? Спасибо, папочка. Ты бы мной гордился.

Пахнет вполне себе. Что-то между хорошо и хреново. Но выглядит съедобно.

Запрыгиваю на стол. Смотрю на эту отраву, потом на неё. Детка, тебе ещё рано жить самостоятельно. Очень рано. Но молчу. Не хочу убегать от тапочка, как настоящий кот.

Мия протягивает мне вилку и ложку. Улыбается. Красивая. Хоть и дурная. Но в этом весь её шарм. Юность. Молодость. Беспечность. Вспоминаю, что я прожил уже семьдесят пять лет и молча вилкой накручиваю вермишель.

– Ну и что это за книга такая волшебная? Пустая же. А мне пришлось пожертвовать своим номером и согласиться на кофе, между прочим.

Жуёт и ворчит. Какая же она шумная.

– Ты же не пойдёшь?

Она продолжает закручивать вермишель на вилку.

– А почему нет? Может, он моя судьба?

Ха. Судьба. Конечно.

– Какой-то он…

– Ревнуешь?

Раздражает её прямолинейность и самоуверенность. Это что юношеский максимализм? Не помню, чтобы я таким был. Наглая просто и всё.

– Нет. Ты мне не нравишься.

Она надула губы и ела молча. Перегнул, признаю. Но извиняться не буду. Пусть подумает. Ведёт себя отвратительно.

Бросила тарелку в раковину. Та со звоном ударилась, но не разбилась. Ушла в свою комнату, не сказав ни слова. Ожидаемо.

Солнце почти село.

Ваниль. Ненавижу этот запах. Напоминает о доме.

В момент превращения ощущаю дикую боль. Кости выламывает, мышцы горят. Я не принадлежу себе. Магия. Только она имеет власть. Над телом. Над разумом. Надо мной.

Серое худи и джинсы. Как всегда. Не изменяю привычкам.

Сажусь за стол, где лежит книга.

– Ну привет.

Кладу руку на обложку. Светится. Появляются буквы. Сначала просто прыгают в хаотичном порядке, а потом складываются в название. «Волшебная книга белых магов». И ниже: «Ланэт».

Здесь страниц пятьсот, может, больше.

Справлюсь за пару дней.

Может, меньше.

Читаю.

Половина заклинаний не несут никакой ценности. Бытовые. «Как убраться в доме», или «Как быстро взрастить огород». Боже мой. Великая книга. Мне бы про тёмную магию, что-нибудь. Например, как чары снять. Вспомнил, как назвала «котейшество», и прикусил губу. Шельма.

Слышу шаги. Тихие, осторожные. Крадётся тихо. Почему-то улыбаюсь.

– Заходи, я не кусаюсь.

Рыжие волосы показались первыми. Потом её лицо. Заинтересованное.

– Ну как сказать. Сегодня кусал.

– Прости.

– Ладно. Можно я рядом посижу?

Лицо такое милое. Думал, она только бурчать умеет.

– Садись. Это я здесь гость.

– Спасибо.

Садится и смотрит подозрительно.

– Она же пустая?

Смеюсь.

– Для тебя – да. Для меня нет.

– Как нет?! – возмущается и касается страницы.

Между листом и её ладонью вспыхивает красная искра. Она резко убирает руку. Смотрит на неё. Глаза широкие, зелёные. На руке след – будто клеймо. Неровный, пульсирующий.

Напугалась очень.

Я аккуратно беру её руку в свою и смотрю. Ожог сильный. Книга чувствует в ней врага. Она темная, и это факт.

– Тебе лучше не трогать книгу. Ты для неё враг.

Выдыхает тяжело. Губы сложила в тире. Представляю, что она чувствует. Ей страшно, и это нормально. Я бы тоже испугался.

– Расскажи хотя бы, что написано?

На душе тяжело. Вижу, что ей больно. Снова беру её ладонь в свою и накрываю левой рукой. Книга считает её врагом, я – нет. Белая магия – сила созидания. Она была создана, чтобы лечить и создавать. Но за всё есть плата.

Она смотрит на свою ладонь. Ожога больше нет. Улыбается, как ребёнок, благодарит меня. А я судорожно сжимаю кулак. Теперь этот ожог на моей ладони. Как она терпела? Жжёт. Но я не жалею. Это мой выбор.

– Ты в порядке?

– Да, – стараюсь улыбнуться.

– Магия – это круто.

Наивная.

Но я не хочу разочаровать. Соглашаюсь с ней и продолжаю читать. «Заклинание перемещения», «Заклинание подмены», «Заклинание отличника». Молча злюсь. Это я ещё в школе проходил. Складывается впечатление, что кто-то просто вёл личный дневник.

Я надеялся на что-то большее.

На что-то действительно важное.

Кажется, ошибался.

Посмотрим.

Время уже за полночь. Мия ушла спать ещё час назад. Держусь из последних сил. Веки слипаются, голова тяжелеет, а мысли куда-то сбегают.