Полная версия:
Даша Art Любить впустую
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
- Чего? - Его глаза широко распахиваются и округляются. - Рехнулась?
Он вдруг оказывается возле меня. Его взгляд прожигает моё лицо.
- Ты под кайфом, что ли?
Я хлопаю ресницами так быстро, что боюсь взлететь. И тем не менее, я не опустила глаза и не зажмурилась, хотя мне страшно хотелось скрыться от этого тёмного засасывающего омута.
- Я серьезно.
Моё дыхание участилось. Я стиснула диванчик похолодевшими от страха пальцами.
- Разве в твою головку не пришла мысль, что я ни за что этого не сделаю?
- Нет, - вру я. Только об этом я и думала. - Я думаю, ты согласишься, ведь перспективы для тебя радостны.
- Неужели?
- Да, - деловито заявляю я, словно действительно заключаю обычную сделку. - Ты не будешь меня видеть и слышать. Я перестану докучать тебе своими наставлениями. Я вообще исчезну из твоей жизни.
- Надолго?
- Навсегда.
Рома кривит губы. Он не верит мне.
- С завтрашнего дня, - добавляю я. - От тебя просто требуется один маленький поцелуй, о котором ты забудешь, стоит мне перешагнуть порог этого места. И обо мне забудешь.
- И ты не придёшь, даже если я позову?
- Не приду, - качаю головой, опустив глаза на свои колени.
- Договорились, - с лёгкостью произносит Рома, всаживая огромную иголку в моё зашкаливающее сердце, останавливая его. Он тушит сигарету в пепельнице.
Парень вновь удобно располагается на диване, а я стараюсь определить, если ли в его согласии какой-нибудь подвох.
- Действуй.
- Что? - теперь настала моя очень удивиться.
- Ты ведь хочешь меня поцеловать, так целуй. Только давай быстрее.
- Здесь?
Я с опаской оглядываюсь на вход, который сейчас немного прикрыт. В любую секунду его друзья могут вернуться.
- А где ещё? Ты ведь сказала, что нужен один маленький поцелуй, а не секс, так что не думаю, что стоит тянуть с этим. Целуй или уходи.
Не знаю, где я нашла в себе силы, в каком месте я их откопала. Наверное, сыграло то, что это именно то, о чём я мечтала десять лет. Я всегда хотела узнать, какие они, его губы, на вкус. И вот в эту минуту, пусть и путем шантажа, я добьюсь желаемого.
Я придвинулась к нему, устроившись с левого бока. Робко посмотрела на его губы, стараясь не замечать насмешливого взгляда.
- Закрой, пожалуйста, глаза, - прошептала я, опустив свои холодные пальцы на его грудь. Не думаю, что он почувствует их, ведь на нем плотная водолазка. Я стараюсь действовать как можно тише, словно вор. Может, я - он и есть, ведь этот парень никогда не хотел меня целовать.
Рома усмехается, но все же закрывает глаза.
- Так даже лучше, - отзывается он, и я вдыхаю запах его сигарет вперемешку с алкоголем. Он пил? По нему не заметно. - Так я не пойму, чьи это губы.
Я резко выдыхаю, словно он только что меня ударил. По телу проходит волна дрожи. Да, ему все равно, кого целовать. Все губы едины, когда глаза закрыты.
Я чувствую, как по моей щеке скатывается одинокая слеза. Она так похожа на меня. Но я смахиваю её, задерживаю дыхание и неловко прижимаю свои губы к его.
Сердце оживает. Оно ударяет в грудную клетку так сильно, что корочка льда, которым оно успело покрыться, вдребезги разбивается, разлетаясь во все стороны. И я уже готова простить ему все, забыть горькие обиды и никуда не уезжать, лишь бы этот миг не заканчивался.
На ощупь его губы ещё мягче, чем я себе представляла. Я слегка приоткрываю губы, чтобы попробовать их, вновь накрываю его рот, но уже немного смелее, поскольку не почувствовала сопротивления.
Рома не оттолкнул меня, но и не ответил на поцелуй. Он просто замер. Я словно поцеловала статую, правда, теплую, но все же каменную.
Моя рука на его груди дрогнула. Я оттолкнулась, чтобы разъединить наши губы. Разве это то, чего я ожидала? Его глаза открываются. Не могу ничего рассмотреть в них, так как мои зрачки отказываются фокусироваться.
Рома делает резкий вдох. Он тоже задерживал дыхание? Моя грудь быстро поднимается и опускается. Я обещаю, что позволю себе ещё секунду, одно лишь мгновение, чтобы в последний раз взглянуть в его обсидиановые глаза - именно такими они мне кажутся при этой полутьме. Мне нужно мгновение, чтобы почувствовать ещё один стук его сердца под моими пальцами и вдохнуть аромат его тела, такой знакомый, но так и не ставший родным.
И это мгновение заканчивается так же быстро, как и начинается.
Я отдёргиваю руку, словно обжигаюсь. Мои ноги готовы соскочить с места в любой момент. Я моргаю, чтобы разрушить напряжение, внезапно возникшее между нами. Отстраняюсь от него, говоря себе, что все кончено. Пора уходить. Рома выполнил свою часть сделки.
Но стоит мне шевельнуться, Рома выбирается из ступора. Одно движение рукой, и его пальцы впиваются в мою шею сзади. Он притягивает мою голову к себе. Его лицо теперь снова рядом.
- И это все? - Рома обдает мои губы своим дыханием. Неосознанно приоткрываю рот, чтобы ответить, но не успеваю. Его губы впиваются в мой рот так быстро и резко, что я даже задохнулась.
О Боже мой! По телу разливается жаркая волна. Она накатывает на меня снова и снова, грозясь утопить. Я поддаюсь вперед, чтобы коснуться его.
Поцелуй Ромы отличается от моего так же, как день отличается от ночи. Его губы не стоят на месте, они двигаются, лаская меня. Он проводит языком по моим губам, исследуя каждую трещинку, затем наклоняет мою голову в сторону, чтобы углубить слияние.
Его язык по-хозяйски погружается в мой рот, словно делает это каждый день. Я отвечаю ему с тем же пылом, стараясь выразить все, что я чувствовала к нему все эти годы.
Кончиком языка несмело касаюсь его языка, после чего слышу стон и не могу понять, чей он. Мой? Или Ромы?
Меня словно ударяет током. Он заструился по венам, подчиняясь ритму движения наших губ. Это был именно тот поцелуй, о котором я всегда мечтала. И даже больше...
Рома слегка отстранился, что-то прохрипел, затем прикусил мою нижнюю губу. Его руки обхватили мою тонкую талию, приподняли вверх и притянули к его торсу, фактически усаживая меня к себе на колени. Я охнула, оседлав его - не совсем то, что я ожидала от сегодняшнего вечера. Но пока его губы целуют мои губы, а язык изучает мой рот, я готова на все, чтобы это продолжалось.
Любимые руки с нажимом скользят по моему телу. Я дрожу от сладостного чувства, дающего мне надежду, которой никогда не было.
- Ну и дела! - присвистывает кто-то позади меня. - Фирз, а ты времени не терял!
Я шарахаюсь назад, словно ошпаренная. Ноги подкашиваются, но я все равно встаю на свои двои, лишь чудом удержавшись и не упав на столик. Глаза часто моргают, я прикрываю рот рукой в шоке от того, что только что произошло. Оборачиваюсь, чтобы увидеть криво улыбающегося Коршунова, позади которого столпились те, кто вышел из этой кабинки пару минут назад.
Смотрю на Рому, но на его лице нет абсолютно никаких эмоций. А глаза бесстрастно следят за своими друзьями. Похоже, он не собирается удостоить меня своим взглядом. Кровь отливает от моего лица, чтобы вернуться с удвоенной силой, заставляя щеки пылать.
Так даже лучше. Так я не пойму, чьи это губы.
Как назло мое сознание играет со мной злую шутку, будто мне мало того, что Рома продолжает молча сидеть, будто ничего не произошло. Словно это не от только что целовал меня с таким остервенением, словно я - это все, что ему нужно в этой жизни.
Может, он всех целует с той же страстью, откуда тебе знать?
Я смотрю на девушку, которая не так давно была в его объятиях.
Может, через пару минут он вот так же поцелует и её?
Его дружки вылупились на меня, словно на зверушку в цирке. Я стискиваю зубы, понимая, что слезы близко. В последний раз поворачиваюсь к Роме. Из-за подступивших слез вижу только размытый силуэт.
- Я сдержу обещание, - всхлипываю. - Исчезну...
Глава 6
10 лет назад
POV Сеня
- Ты уверена, что потеряла его здесь? – Дина присела возле меня на корточки.
- Да! – Я шмыгаю носом, продолжая шарить руками по траве. – Именно здесь я играла с Рыжиком.
Рыжик – любимый питомец Дины, маленький кучерявый пудель.
Не задумываясь, что трава может испачкать её белоснежные брючки, Дина бухнулась на колени, принимаясь помогать мне, елозя по лужайке на заднем дворе дома её родителей.
- Прости, - всхлипнула она, увидев мои слёзы, готовая сама вот-вот разрыдаться.
- Ты не виновата, - говорю я, вытирая слезы со своих щек грязными руками. – Я ведь сама бегала за Рыжиком. Было весело.
- Да, весело, - согласилась подруга. – Но ведь это последний подарок твоих родителей. О, Боже! – Она закрыла рот ладонью, увидев, как я втянула в себя нижнюю губу целиком, чтобы не превратиться в ручей. – Прости!
Дина быстро схватила меня за плечи, развернула к себе. Она обняла меня так крепко, что я сперва охнула, но затем ответила на объятие.
- Что за сырость вы здесь развели? – рассмеялся мальчишка, вышедший из дома. – Решили полить мамины клумбы?
Мы одновременно подняли головы, чтобы увидеть Ромку, брата Дины. Он на два года старше сестры, но ведёт себя так, словно на все десять.
Роман Фирзов – активный, доброжелательный парень, но иногда не прочь поиздеваться над своей сестрой и её лучшей подругой, то есть надо мной.
Вот и сейчас он решил воспользоваться ситуацией и вбросить свои пять копеек в наш совместный с Диной слезный фонтан.
- Ты гадкий! – выкрикнула Дина таким голосом, словно запыхалась. – У нас тут горе, а ты издеваешься!
- Какое ещё горе? – фыркнул мальчишка, довольно усмехнувшись и потянувшись. – Что? Испачкали землей платья?
- Нет! – Подружка вскочила на ноги, топнула ногой. – К твоему сведению, - грозно произнесла она фразу, которую недавно услышала от своего отца, - Сеня потеряла браслет, когда играла с Рыжиком! А его, между прочим, подарили её родители!
Рома становится серьезным, внимательно приглядываясь ко мне. Я поднимаю на него глаза, пару раз взмахиваю ресницами, затем начинаю реветь даже сильнее прежнего.
- О, Сеня, - пропищала Дина, - пожалуйста, не плачь!
- Вы ничего не найдете! – безапелляционно заявил её брат. – Искать что-то в этой траве все равно, что пытаться отыскать иголку в стоге сена.
- А мы все равно будем! – отрезала подруга, принимаясь копошиться.
Рома нахмурился, сдвинув свои густые брови, затем развернулся и скрылся в доме.
Мы весь оставшийся день ползали по траве, а когда стемнело, и уже невозможно было рассмотреть даже наши руки, все-таки сдались и вернулись в дом.
Мама Дины и Ромы, Мария Сергеевна, приготовила нам горячее какао, предварительно позвонив моей бабушке и предупредив, что я останусь ночевать у них.
Дина всячески пыталась меня развеселить. К ней то и дело присоединялся Рыжик, чувствовавший неладное. Я не обращала внимания на его скулёж, против воли виня этот пушистый комочек в том, что я так глупо лишилась родной драгоценности.
- Давай сыграем? – предложила подруга, никак не желая сдаваться, подняв руки вверх, повернув ладонями ко мне. – В Хлопки!
Я улыбнулась против воли, понимая, что Дина делает это только ради меня. Я любила эту игру, напоминающую ладушки, только использовалась другая считалка, но подруга отказывалась играть, говоря, что это детский сад, а мы уже взрослые. Как же! Нам всего одиннадцать лет!
Дина обхватила мои руки, принялась трясти.
- Воскресенье! Воскресение!
Затем резко отпустила, чтобы мы начали шлепать ладоши друг друга.
- Двадцать пятого числа.
Немцы прыгали с балкона,
Со второго этажа!
Первый прыгнул неудачно,
Второй голову сломал,
Третий прыгнул на девчонку
И ее поцеловал!
А девчонка не стерпела,
И половником огрела!
Он летел, летел, летел.
И в помойку улетел!
А в помойке жил Борис!
Замечательный крыс!
И его жена Лариса!
Замечательная крыса!
А сынок их – Иван!
Замечательный болван!
После произнесения последних слов, нужно было успеть постучать по голове своего противника. В этот раз успела я, хотя думаю, Дина просто поддалась, чтобы развеселить меня. И у неё получается, но ненадолго.
Я снова замыкаюсь в себе, погружаясь в боль, терзающую детское сердечко. Как раз в этот момент и появляется всклокоченный Ромка. Несмотря на свой взъерошенный вид, рожа его вот-вот треснет от широченной улыбки.
К моему удивлению, он садится на корточки возле меня, протягивает мне розовый бархатный мешочек.
- Вот, - смутился Ромка, - это тебе.
Я часто заморгала, не сдвинувшись с места, словно замороженная.
- Да, блин! – нетерпеливо пробормотал мальчишка, отобрав мешочек, чтобы развязать узелок и достать из него маленький серебряный браслет. Он протянул его мне. – Надень.
Плетение очень красивое, напоминабщее множество бусинок, соединенных тоненькой серебряной ниточкой, и украшение сверкает словно маленькие лучки солнца, но…
- Это не мой браслет, - отрицательно качаю головой.
- Теперь твой.
Рома схватил меня за запястье, пододвинул к себе, затем ловко зацепил застежку, надевая браслет на мою руку. Он ободряюще стиснул мою ладонь, заглянув мне в глаза.
- Просто думай, что это тот же браслет. Представь, что нашла его.
Я закусила губу, не зная, что ответить. Посмотрела в его темные, словно безлунная ночь, глаза, увидела маленькие искорки, напоминающие звезды на небе. Я почувствовала, как в груди вспыхнул маленький огонёк, а в животе трепыхнулись бабочки.
Тогда я ещё не понимала, но позже пришло осознание, что именно в тот кратковременный миг я и влюбилась в него.
Конечно, я не смогла убедить себя, что это именно родительский браслет, но в этом и не было необходимости, ведь это подарок Ромы. Первый и последний. Но которого хватило на десять лет безответной любви.
Глава 7
POV Рома
Я не верил, что она решится на это. Не думал, что ей хватит смелости. Было ошибкой недооценивать эту девушку.
Обещает исчезнуть? Знаем, проходили. Хочет поцелуя? Хм, ну пусть попробует.
Её лицо впервые так близко: я могу рассмотреть каждую черточку, но предпочитаю этого не делать. Вместо этого я врезаюсь спокойным взглядом в её золотистые глаза, которые блестят, словно из них вот-вот хлынут слёзы. Только этого не хватало. Ненавижу женскую тягу к сырости.
Я опускаю взгляд на её губы, в низу живота что-то дергается. Не помню, чтобы она раньше вызывала во мне подобный отклик. Я всегда старался воспринимать её как маленькую раздражающую подругу младшей сестренки. Её постоянное вмешательство в мою жизнь выводило из себя, а влюбленные глазки застревали поперёк горла. И если мне нужно потерпеть пару секунд, чтобы избавиться от этого удушающего присутствия, я готов сделать это.
Усмехаюсь, видя её замешательство. Она готова дать дёру.
Но в следующую секунду, моя веселость и внутреннее непоколебимое спокойствие разлетается в щепки, когда нос защекотал аромат её дыхания. Клубника и морозная свежесть. Меня словно ударяют в солнечное сплетение.
Готов поклясться, что именно так пахнет мой личный рай. Я говорю какую-то чепуху про то, что с закрытыми глазами я не пойму, кто меня целует. Полнейший бред. Это запах окутывает меня, обволакивает мои внутренности, подчиняя себе.
Закрываю глаза, задерживаю дыхание, надеясь, что так я ничего не почувствую. Но я, черт возьми, чувствую. Её губы холодные и сухие. Они робко накрывают мои губы, парализуя меня. Я застываю, позволяя ей дотронуться до моей груди. Не знаю, почувствовала ли она, как я вздрогнул.
Что со мной такое?
Девушка отстраняется: я должен быть доволен, но вместо этого распахиваю глаза, сдерживая порыв прижать её к себе. По моему лицу проходится теплый чувственный взгляд. Она словно вбирает в себя этот момент. Я тоже, но мне мало просто смотреть.
Не могу сдержать порыв, резко хватаю её за шею, привлекая к себе. Её губы рядом, шепчу, обдавая их своим жарким дыханием, ведь внутри разгорается пожар:
- И это все?
Сеня хлопает ресницами, явно не ожидая подобного вопроса. Она не успевает ничего ответить: я не даю ей сделать это. Её рот приоткрывается, и я пользуюсь этим моментом, чтобы жадно впиться в её рот.
Да!
Мой мир треснул по швам. Её вкус напоминает фруктовый лёд. Сладкий и освежающий. Он как мороженное в жаркий день, накрывает меня с головой. Я захлёбываюсь, но отпускать её не намерен. Вместо этого я хватаю девушку за талию, на секунду пугаюсь, что мои руки могут раздавить эту хрупкость. Тяну её на себя, максимально углубляя поцелуй.
Она отвечает с таким пылом, что кружится голова, а мозг перестает функционировать. Я растворяюсь в её прикосновениях, забывая о том, кто мы, где мы и почему этого не стоит делать. Сейчас мне плевать на все, ничего не имеет значения. Только её учащённое дыхание, мягкие губы и сладкий язык.
Её тело мне не знакомо. Мои руки жадно скользят по её телу, старательно исследуют каждый изгиб. Движения становятся резче и жёстче, но она не жалуется. Наоборот, сильнее прижимается к моему торсу. Из горла вырывается стон. Я хочу забраться под мешающую вязаную тряпку, чтобы ощутить гладкость её кожи, но не успеваю.
С трудом понимаю, что происходит. Сеня слетает с меня, я не успеваю задержать её. Вот она уже стоит на ногах, а я смотрю на своих друзей, застывших на входе. Они удивлены, я сам в шоке.
Осознание медленно пробирается сквозь туман возбуждения. Я стискиваю зубы, чтобы не смотреть на неё. Мои руки впиваются в обивку дивана, задерживая, не давая сорваться с места. Понимаю, что стоит посмотреть на неё, и я пропал. Не могу этого допустить.
- Я сдержу обещание, - говорит она, и в её голосе слышится такая боль, что зубы сводит. – Исчезну…
Я молниеносно кидаю на неё взгляд, но Сеня уже развернулась и бросилась вон из кабинки. Я подрываюсь, кидаюсь за ней. Меня останавливает твердая рука.
- Что происходит? – спрашивает Коршун.
- Отвали! – рычу я, смахивая его руку.
Я выбегаю на улицу, оглядываюсь. Никого. Я хватаюсь за голову, дергаю волосы вверх.
Что, черт возьми, это было?
И что мне теперь с этим делать?
Губы горят. Сердце стучит, словно обезумевшее. Я закрываю глаза, когда ледяной ветер врезается в мое распаренное тело, моментально охлаждая его. Из груди вырывается хрип. Я запрокидываю голову. Морозная ночь – то, что надо, чтобы утихомирить свое нахохлившееся возбуждение.
- С днем рождения, братец! – Дина взмахнула рюмкой, которую только что подняла со столика, за которым я сидел. Выглядела она не лучшим образом. Даже в темноте клуба я видел, что её глаза опухли, а губы искусаны в кровь. Что случилось? – Давай выпьем за то, чтобы ты всегда добивался того, чего тебе хочется! Ура!
В её голосе нет и тени радости. Вместо него я отчетливо слышу едва сдерживаемую ярость, словно сестра зла на меня, но с трудом сдерживается. Она опрокинула стопку в рот, поморщилась. Парни заулюлюкали, бросая похотливые взгляды на её оголенные ноги. Я мрачно зыркнул на неё.
- Гадость какая! – выдохнула Дина, оглядывая рюмку. - Нужно взять ещё!
С этими слова сестра развернулась и направилась к барной стойке. А у меня в голове прозвучал вопрос, который я не осмелился произнести вслух. Она здесь одна?
Голова гудела, словно в ней поселился пчелиный рой. Ну, хоть какая-то польза от этой черепушки. Скоро можно будут качать мёд.
Телефон вновь пиликнул. С раннего утра посыпались поздравления, словно я нуждался в этом. То ли фыркнув, то ли хрюкнув, бросаю телефон на столик, наклоняюсь, чтобы налить себе ещё выпить.
Мало того, что я не сомкнул глаз прошлой ночи, так ещё и сейчас сам не свой. Стоило мне закрыть глаза, как передо мной тут же возникало худенькое личико, с глазами полными непролитых слёз. Губы покалывало. Я вновь окунался в этот водоворот эмоций, заставляющий моё сердце учащённо биться.
Сейчас мои глаза снова и снова скользят между гостей, но даже самому себе я не могу признаться, кого они ищут.
Её нет. Почему её нигде нет? Она должна быть здесь. Всегда была.
Не помню, чтобы эта влюбленная дурёха хотя бы раз не поздравила меня. Нет, несмотря на мои запреты, она каждый раз появлялась, выставляя себя на посмешище.
- Исчезну…
Я прикрываю веки, делая глубокий вдох и шумный выдох, уверенный, что её обещание полная чушь, Сеня прибежит сюда ещё до полуночи. И мне удастся выяснить, что за страсть вспыхнула вчера между нами.
Но проходит час, другой, третий, часы уже показывают без пяти минут двенадцать, а я так её и не заметил. Я быстро поднялся на свои двои, немного пошатнулся: сказывается бутылка виски.
Может, она решила затаиться, словно мышка? Сидит себе в углу и тихонько наблюдает?
- Исчезну…
Я обхожу зал, заглядывая во все укромные уголки. Её нет. Сердце сжимается в незнакомом мне спазме. Я прислоняюсь спиной к стене, закидываю голову назад. Где, черт возьми, её носит?
Отталкиваюсь от холодной стены, расталкиваю народ, чтобы добраться до сестры. Только она может сказать, куда пропала её подруга. Дины тоже нигде нет. Видимо, уже ушла.
На плечо ложится женская рука. На какую-то миллисекунду мне кажется, что это Сеня, но хватает одного взгляда на пальцы, увешанные блестящими побрякушками, чтобы понять: это не она.
На длинных тонких пальчиках Сени, так идеально подходящих для игры на музыкальных инструментах, нет ни одного колечка. Боже, откуда я это знаю?
Здесь душно. Я не могу вдохнуть. Мне надо расслабиться, ещё выпить, покурить, чтобы прийти в себя. Но вместо этого я кружу по залу, словно умалишённый, рассматривая и знакомые, и незнакомые лица.
Забираюсь пальцами в волосы. Голова уже кружится. Я дышу через открытый рот. На языке чувствуется горечь. Я разочарован.
Она должна была явиться сюда после того, что произошло вчера! Подарила мне это грёбаный поцелуй, пробралась под кожу, чтобы потому сбежать? Что за игру она затеяла?
- Исчезну…
Я рычу, вновь услышав её голос, словно лёгкое дуновенье ветра. Меня сотрясает дрожь.
Не может быть! Я в это не верю!
Я выхожу на улицу, подальше от духоты, множества голосов и музыки, бьющей по перепонкам. Прислоняюсь лбом к стене. Что со мной происходит? Неужели один поцелуй неумелой девчонки смог так на меня повлиять?
Бью кулаком кирпич, чувствую, как пальцы сводит боль. Злюсь.
Пусть исчезает! Пусть никогда не возвращается! Какое мне дело? Эта девочка никогда мне не нравилась! Сначала я считал её слишком маленькой, чтобы воспринимать всерьез. Затем она со своей любовью стала занозой в моей грёбаной заднице, а сейчас…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
