Даша Art Любить впустую

Глава 3

POV Сеня

Я поднимаю голову, чтобы увидеть лицо, которое никогда бы не хотела видеть. Сергей Коршунов, по прозвищу Коршун и по совместительству новоиспечённый друг Ромы.

Я пошатнулась, встретившись взглядом с этим индюком, решившим сорваться на меня, затем, потеряла равновесие. У меня был выбор. Либо упасть на мягкую пятую точку, либо наклониться вперед и опереться на колени. Я выбрала второй вариант, вызвав ещё больший смех.

- О, Фирз, смотри! - слышу голос ещё одного идиота. - Твоя собачонка уже даже на коленях вымаливает твое внимание! Сжалься на бедной девочкой, дай ей то, чего она хочет! - предлагает придурок, заржав над своей шуткой, которая вообще никакого отношения к юмору не имела.

Стискиваю зубы, стараясь не реагировать на двух болванов, остановившихся возле Коршунова.

В рекордное время собираю канцелярию, затем вскакиваю на ноги, не замечая маленького черного блокнота, покрытого разноцветными наклейками, отскочившего в сторону при падении. Вижу Рому, остановившегося позади своих приятелей, лениво скрестившего руки на груди.

Он наконец утеплился. А то я думала, так и будет всю зиму ходить в кожанке. На дворе как-никак ноябрь. Сегодня на нём черное пальто с капюшоном, темные джинсы и ботинки. По сравнению со вчерашней причёской, эта выглядела вполне прилично. Правда, под глазами залегли тени, явно говорившие, что он мало спал. А его бледное лицо заставило меня занервничать и ненароком шагнуть вперед.

Всю мою злость как рукой сняло, да и обида прошла. Глупо, но я не могу обижаться на этого парня. Слишком сильно люблю, наверное.

Рома подозрительно сощурился, уловив мой заботливый порыв, дернул подбородком предупреждая. Я двинулась назад.

- Опачки! - Коршунов нагнулся. - Что это у нас тут такое?

Я опускаю глаза, прихожу в неописуемый ужас, увидев в его руках свой блокнот, служивший мне и записной книжкой и дневником!

- Отдай! - реагирую я слишком бурно, чем вызываю дополнительный интерес друзей Ромы. - Отдай, кому сказала?

Коршунов увернулся от моих рук, поднял блокнот над моей головой. Я подпрыгнула, стараясь достать, но он намного выше меня: и как бы я ни старалась, дотянуться да его вытянутой руки мне в жизни не удастся.

Через секунду два дружка, чьи имена я не помню, оттеснили меня к стене, загородив собой придурка Коршунова.

Мои глаза вытаращились, когда я увидела, как он открыл блокнот, быстро пролистал его, наткнулся на совместную фотографию меня и Ромы.

- О, смотрите, что я нашел! - воскликнул Коршунов, довольно усмехнувшись. - Фирз, неужели это ты? Тебя и не узнать!

Я готова была сквозь землю провалиться, не зная, что это еще не самое страшное. Рома взглянул через его плечо на фото, затем раздраженно поджал губы. Он окатил меня ледяным взглядом, явно свидетельствующим о его недовольстве.

Да, я храню эту фотографию как зеницу око уже десять лет, поэтому она такая потертая. На ней вовсе не тот Рома, каким он является сейчас. Тогда в нём не было и намека на ту показную крутость, которая есть сейчас. Ничего в том улыбчивом парне в солнцезащитных очках не напоминало этого угрюмого типа, что я вижу перед собой.

На этом снимке Рома обнимает меня за плечи, одаривая своей детской уверенностью. Помню, как он принялся щекотать меня, когда я отказывалась улыбаться вместе с ним в камеру фотоаппарата Дины, не желая подчиняться его сестре.

Сложное было время. Только Дине и Роме удалось сблизиться со мной, когда я думала, что осталась в этом мире совсем одна. Я ни с кем не разговаривала, пряталась по углам, пока эти двое не поставили себе цель вывести меня из замкнутого пространства, которым я окружила себя сразу после смерти родителей.

Это фото памятно для меня, как и браслет, который все время согревал мою руку, когда реальный Рома оплескивал меня холодной водой.

- А, погоди-ка, не могу поверить, что нам так подфартило!

- Что там? - вскинулся один из тех двух, которых я не знала. - Это дневник, что ли? Охренеть!

Моё сердце рухнуло вниз на скоростном лифте. Я с трудом проглотила слюну, ставшую вдруг вязкой и горькой. Рома нахмурился, но ничего не сделал, чтобы остановить своих идиотских дружков.

- Я могу это выдержать, ведь надежда жива. Но мне все сложнее с этим справиться, - прочитал вслух Коршунов, имитируя голос из мыльной оперы. Я еле сдержалась, чтобы не поддаться порыву, закрыть уши руками. Зато зажмуриться все же пришлось. - Может, стоит сделать так, как хочет он? Смогу ли я сдержать себя? Я должна попытаться. Ради него. Ради себя. - Придурок загоготал, словно гусь, вызывая у меня желание тюкнуть его по тупой голове и отправить в суп. - Он так изменился, и пора это принять...

- Хватит! - оборвала его я, помня, что последует дальше. - Перестань! Верни мне блокнот!

Я кинулась на парней, надеясь прорваться сквозь стену из их сотрясающихся в отвратительном смехе тел. Я хотела взглянуть на Рому, увидеть его реакцию, но не хватило мужества.

- Это ещё не все! - Коршунов повелительно поднял руку, переворачивая страницу. - Что может быть более отрезвляющим, чем его попытка сдернуть браслет, который он сам и надел, приказав никогда не снимать? - Он посмотрел на мои руки. - Не об этом ли браслете речь? - Я зарычала, спрятав руки за спину. - Просто украшение, но я уже одно целое с ним...

Коршунов остановился, удивленный тем, что блокнот исчез из его рук. Он посмотрел назад, на Рому, который и вырвал книжку из его рук.

- Не хочу и дальше слушать эту сопливую и бессмысленную фигню, - бесстрастно произнес он. - Я хочу курить. Мы идем или как?

Рома смирил меня взглядом, от которого по телу прошла дрожь. Он перекинул блокнот через головы своих друзей. Я подпрыгнула, немного сместившись в сторону, чтобы поймать свое сокровище.

- Сожги его, - приказал Рома, - чтобы я его больше не видел. Или я сам сожгу.

Я опустила голову вниз. Волосы тут же упали на лицо, скрывая слёзы, высвободившиеся из плена. Нижняя губа предательски задрожала. Я отвернулась, сдерживаться уже не получалось. Слезы заструились по щекам. Я хотела всхлипнуть, но не могла этого сделать, пока они рядом.

- Да ладно тебе, Фирз, - в который раз рассмеялся Коршунов. - У девчонки такие чувства к тебе! Кто ж знал, что майские мухи такие романтичные создания? Так сложно приласкать девчонку? Понятно же, что у неё зудит на тебя! Ну, хочешь, я ей займусь, раз у тебя не стоит на таких заучек?

Два дебила заржали. Я замерла, не поверив ушам. Как можно быть таким жестоким?

- На выход, - буркнул Рома. Его ничуть не покоробило предложение Коршунова. Казалось, он не обратил внимания на его слова. - А то я кого-нибудь прибью, если срочно не закурю.

- Что он сделал? - Дина вскочила на ноги, с шумом отодвигая пластиковый стул, который неприятно заскрежетал по кафельному полу столовой.

- Это не он, - выдохнула я, хватая подругу за руку, чтобы остановить её прыть.

- Да какая разница! Это его одноклеточные дружки!

- Сядь, - взмолилась я, увидев, что на нас начали оборачиваться. Всеобщее внимание доводит меня до белого каления. Сразу хочется стать черепахой, чтобы спрятаться в панцирь. - Пожалуйста.

- Чёрт знает, что такое! - с пылом произнесла Дина, но все же села, затем с таким же скрежетом пододвинула стул обратно к столу. - Я все равно это так не оставлю! Я заставлю его заплатить за это.

- Как? - насторожилась я.

- Ещё не придумала, - она поджала губы. - Но я точно что-нибудь придумаю, и тогда он будет страдать! Ох, как он будет страдать!

Её рука сжалась в кулак. Я зажмурилась, ожидая, что она сейчас ударит им по столу, но ни звука, ни вибрации не последовало. Открываю глаза, вижу нахмурившуюся Дину, которая усердно вглядывается куда-то позади меня.

- Что там? - тихо произношу я, затем осторожно оборачиваюсь через плечо.

В столовую как раз входит Рома и его честная компания. Дина заскрежетала зубами при виде брата, а я затаила дыхание, вновь замечая нехарактерную бледность на его лице.

- Тебе не кажется, что ему нехорошо? - спрашиваю я подругу, но продолжаю при этом исподлобья наблюдать за Ромой.

- С чего это?

- Он слишком бледный.

- Пфф! - фыркает подруга, активно пользуясь мимикой лица. - Можно подумать меня это волнует?

- Дина, - укоризненно качаю головой, поворачиваясь к подруге. - Он все-таки твой брат.

- И что? - Она взмахивает руками. - Родственников, к сожалению, не выбирают! А ты - моя подруга, и он постоянно тебя обижает! К тому же я никакого недомогания не вижу.

Дина вытягивает губы, затем указывает ими куда-то поверх моего плеча. Я быстро оборачиваюсь. От увиденной картины мне самой становится дурно.

Рома развалисто уселся на стул, широко расставив ноги и немного запрокинув голову назад. На его правую ногу вспорхнула его одногруппница, закинув ногу на ногу, оголяя бедра, обтянутые в тонкие черные капроновые колготы.

Я закусила губу, опустив глаза на свои ноги, худощавые, с острыми коленками, которые, казалось, могут проткнуть, спрятанные в черные брюки кэжуал. Мда, куда уж мне?

Блондинка, сидящая на Роме, не знаю, как её зовут, противно захихикала. Знаю, знаю. Я слишком предвзята. Рома обвил её талию своей рукой, словно случайно задев её пышную грудь. Мне противно наблюдать эту сцену. А, может, я завидую?

Устало выдыхаю, отворачиваюсь, чтобы уставиться в тарелку, заботливо наполненную пюре.

- Думаю, у него все отлично! - с сарказмом выдала Дина, воткнув пластиковую вилку в котлету, расположившуюся на её тарелке. - Забудь!

Я сделала глубокий вдох, чтобы сообщить подруге о разговоре с деканом.

- А, - спохватилась она, не замечая, что я уже и рот открыла, - кстати, почему тебя вызывал декан?

Я улыбаюсь, в тысячный раз убеждаюсь, что нет никого лучше Дины Фирзовой.

- Он предложил мне поехать за границу в качестве студентки по обмену.

Подруга замирает на пару минут, затем вытаращивается, делая губами «о».

- Ты шутишь, да? - тихо выдыхает она, заставляя меня переживать, что ей плохо. Моя подруга никогда не разговаривает вполголоса: это не её стиль. Дина Фирзова - эмоциональная бомба, которая может рвануть в любую секунду.

- Нет, - твердо отвечаю я, не давая ей усомниться. - Валентин Христофорович утверждает, что я лучшая кандидатура.

- Ты согласилась? - Она затаила дыхание, ожидая ответ.

- Ещё не решила. - Пожимаю плечами. - Он дал мне время все обдумать и взвесить.

- Да, - Дина быстро закивала, напоминая игрушечную собачку, качающую головой, - нужно все хорошенько взвесить.

Как раз в этот момент столовая взорвалась истеричным смехом.

- Майская! - громко заголосил Коршунов за моей спиной. - Одолжи нам свой дневничок! А то как-то скучно стало! А там столько всего интересного!

Желудок сжался в тугой узел. Я закусила губу, явно намеревавшись попробовать свою кровь на вкус.

- Пошёл к чёрту, тупоголовый индюк! И закрой свой клюв, пока я тебя не общипала! - взорвалась Дина, моментально скинув оцепенение. Она подскочила, схватила меня за руку и потащила вон из столовой. - Как думаешь, - обратилась она ко мне сердитым шёпотом, - за границей тоже есть такие же идиоты?

- Где ж их нет?

Глава 4

POV Сеня

Я вздрогнула, когда кто-то, возможно, случайно задел меня, проходя мимо. Здесь нельзя знать наверняка. От шума уже звенело в ушах, а сердце скакало под ритм бита.

В сотый раз повторяю себе, как сильно я не люблю ночные клубы. Здесь слишком душно, слишком шумно и слишком людно.

Дина уже танцевала с каким-то парнем, тогда как я все ещё неловко торчала у барной стойке. Боже, я ведь даже не пью. Что уж говорить о моем внешнем виде. Будь я одна, и не будь у Дины подвязок в этом клубе, меня бы ни за что не пустили сюда. Фейсконтроль слил бы меня, едва взглянув.

На мне джинсы, темная майка, оголяющая плечи, но не грудь. Главным образом, потому что груди и вовсе не было. Моя скромная единица не заслуживает внимания.

- Что-нибудь выпьешь, кроме сладкой газированной водички? – приветливо улыбается бармен, перекрикивая громыхание музыки. Хотя этот шум сложно назвать музыкой. Дина бы поспорила со мной. Она твёрдо убеждена, что под мой плейлист подходит только депрессия.

Сложно с ней не согласиться, но мне нравится. Я ведь постоянно нахожусь в подавленном состоянии. А в последнее время накатывает такая хандра, что выть хочется.

- Нет, спасибо, - качаю головой, чтобы он не только услышал, но и увидел.

Я поворачиваюсь в другую сторону танцпола, где обычно обитают стайки избалованных детишек, другими словами, VIP. Но Ромы там нет. Это пока что. Я точно знаю, что он появится. Всегда появляется.

Я отталкиваюсь от барной стойке, чтобы немного прогуляться, но выходит только неловкое протискивание между изрядно выпивших и постоянно двигающихся тел, словно у них конвульсии.

В какой-то момент чувствую на своей талии мужскую руку, слегка дергаюсь, быстро оборачиваюсь. Очень близко, почти касаясь меня, стоит невысокий парнишка. Он улыбается, оголяя свои белоснежные зубы, ну, по крайней мере, в ультрафиолетой подсветке они такими кажутся. Я хмурюсь.

- Прости. – Парень одёргивает руку, затем поднимает ладони вверх, извиняясь.

Закусываю губу, но не отвечаю. Просто поворачиваюсь, чтобы продолжить путь.

- Эй, - слышу его голос, следующий за мной, - подожди, красавица.

Это он мне? Шокированная, резко останавливаюсь. Он налетает на меня, не ожидавший стопа. Я вновь оборачиваюсь, прищурившись, чтобы лучше его разглядеть.

Весьма симпатичный. Густые волосы, но не такие тёмные, как у Ромы. Цвет глаз сложно различить, но они не так ярко сверкают, как у Ромы. А нос слишком крупный по сравнению с…

Я сделала глубокий вдох, затем шумно выдохнула. Чёртов идиот. Из-за него я не могу даже просто посмотреть на парня. Я всегда всех сравниваю с ним. И, может, я слепая, но все они блекнут в сравнении с грубым красавчиком, который отталкивает меня при каждой возможности.

Я старательно выдавливаю улыбку. Парень расслабляется.

- Я – Олег, - он протягивает мне руку. Я не пожимаю её, но произношу:

- Сеня.

- Классное имя.

- Спасибо.

И всё. Больше не знаю, что еще могу ему сказать.

Пропасть.

Она всегда возникает, когда кто-то пытается со мной познакомиться. Это случается очень редко, но всегда заканчивается одинаково.

- Ты здесь с друзьями? – громко спрашивает Олег.

- Да, - вторю ему, - с подругой.

Я указываю на Дину, парень удивляется. Да, кто бы мог подумать, что такая эффектная особа, как Дина, будет дружить с такой серой мышкой?

- Она умеет веселиться, - комментирует Олег, наблюдая за её вызывающими телодвижениями. Дина уже изрядно подшофе.

А я скорее служу её якорем, который всегда пришвартует её бренное тело, не давая ей пуститься по волнам в дальнее плавание.

Краем глаза замечаю движение в VIP зоне. Всё мое внимание теперь сосредоточено на появившейся группке людей. С первого взгляда узнаю того, кого весь вечер жду.

- Знакомых ищешь? – спрашивает Олег, замечая мой пристальный взгляд.

Почему же ищу? Уже нашла. Но говорить ему об этом не собиралась. Лишь продолжаю самым странным образом пялиться на парня, который в привычной манере расположился в кресле. Хотя нет. В груди что-то шевельнулось, когда я начинаю замечать непривычные вещи.

Слишком вялый. Не просто сидит, а почти лежит в кресле. Девчонку, которая пыталась присесть ему на колени, быстро отпихнул в сторону. Вокруг него не витают клубы дыма, исходящие от сигарет, которые обычно одна за другой появляются в его руках.

Что с ним?

Я слегка подаюсь вперед, не противясь естественному порыву. Парень, стоящий рядом, давно забыт. В моем мире нет места для кого-то кроме того самодовольного типа, что сейчас возвышается над всеми в VIP ложе.

Стоп! Останавливаю сама себя, раздраженно трясу головой, чтобы избавиться от жжения в груди. «Ему не нужна моя помощь», - напоминаю я себе. Хотелось бы, чтобы и моё глупое сердце приняло этот факт, но оно протяжно завывает. Я заставляю себя отвернуться, медленно двинуться под ритм музыки, хотя почти не слышу её из-за отчаянного стука сердца.

Уймись, бестолковое!

Упрямо стискиваю кулаки. Вновь вздрагиваю скорее от неожиданности, ощутив на своей талии чужие руки. Немного поворачиваю голову, чтобы убедиться, что это Олег. Он прижимается ко мне, наклоняя голову, чтобы оросить мою шею своим дыханием. Всё мое тело протестует против такого вмешательства в мое личное пространство. Его руки не должны меня касаться, а губы не должны быть так близко от самого чувствительного местечка. Не его тяжесть и тепло я жажду почувствовать.

Расслабиться никак не получается, хотя я не оставляю попытки. Вновь и вновь делаю глубокие вдохи и выдохи, чтобы проглотить горечь безысходности и унять ноющую боль внизу живота.

Минуты тянутся как часы. Я двигаюсь, подчиняясь телу позади себя. Но в какой-то момент что-то заставляет меня обернуться, словно ультразвуковые волны. Я просто понимаю, что должна это сделать.

Вижу Рому, быстро вскакивающего с кресла. Пошатнувшись, он хватается за перила, чтобы не упасть. Я тут же грубо отталкиваю Олега.

- Эй, ты куда? – возмущается парень, но я уже забыла о нём, проталкиваясь сквозь толпу к VIP пьедесталу.

Останавливаюсь и меняю курс, видя, как Рома спускается и направляется в туалет. Я врываюсь следом, не обращая внимания на таблички и охи женской половины клуба, толпящейся около соседней двери.

К счастью, мужской туалет пуст, за исключением, Ромы, нависшим над раковиной.

- Тебе плохо? – спрашиваю я, оказываясь возле него.

Рома поднимает голову. Вблизи он выглядит ещё хуже. При виде меня его лицо меняет окрас с белого на красный. Он тут же клацает зубами.

- Опять ты!

Его тело сотрясается, он издает что-то близкое к стону, но так тихо, что я не уверена, правильно ли распознала.

Я осмелилась подойти к нему ближе, кладу руку ему на лоб, смахивая при этом влажные пряди его волос. Почувствовав жар, быстро скольжу ладошкой по его щеке.

- Ты весь горишь, у тебя температура, - обеспокоенно говорю я скорее самой себе, чем ему. – И, наверное, очень высокая.

Рома отбрасывает мою руку, морщится.

- Проваливай! Оставь меня в покое хотя бы сегодня!

- Как раз сегодня и не оставлю! – Я вздергиваю подбородок, намереваясь помочь ему, во что бы то ни стало. – Почему ты в таком состоянии шастаешь по клубам? Неужели нельзя сделать перерыв?

- Если думаешь, что у меня не хватит сил от тебя избавиться, то ты ошибаешься! – огрызается больной.

- Хорошо, - примирительно произношу, понимая, что, напирая, ничего не добьюсь. – Я буду молчать. Только давай я тебе помогу добраться до дома?

С этими словами я беру его за руку, тяну к выходу. К моему удивлению, Рома не протестует. Видимо, ему действительно очень хреново. Рукой чувствую, как его знобит. Сердце сжимается.

Прокладываю путь таким образом, чтобы оказаться возле Дины.

- Что происходит? – Подруга вскидывает брови, замечая нас. Её глаза сперва цепляются за наши скрещенные руки, затем проходятся по лицу брата. – Что это с ним? Грозная птичка «пЕрепил»?

- У него температура.

- Не думала, что такое возможно, - ерошится она. – Чтобы заболеть, нужно быть, по крайней мере, человеком.

- Дина! – укоряю я.

- Что?

- Давай отвезём его домой.

- Тебе надо, ты и вези, - отмахивается подруга, поворачиваясь к нам спиной.

Я смотрю на Рому, пытаясь разглядеть его реакцию на слова сестры. Но, казалось, он вовсе не в этой вселенной.

Я впихиваю его в такси, так удачно остановившееся возле клуба и высадившее клиентов. Называю адрес Ромы, но замечаю, как его голова касается сиденья. Он в отключке. Нет, так дело не пойдет. Меняю направление. Сегодня Рома переночует у нас, хочет он того или нет.

Мне приходится чуть ли не тащить его на себе. Рома, конечно, идет сам, но ему явно нужна поддержка. Я пыхчу как паровоз, пытаясь одновременно и открыть дверь и удержать парня. Нелегко, но я справляюсь, слегка прислонив Рому к стене.

Мы не разуваемся: такой подвиг мне не осилить. Я ввожу его в свою комнату, подтаскиваю к кровати. Рома бухается, словно подкошенный, потянув меня за собой. Он приземляется поверх меня, буквально выбивая из меня весь воздух. Я хриплю, пытаясь вдохнуть. Ну и тяжёлый он.

- Рома, - тормошу его, чтобы сбросить с себя. Губы парня прижимаются к моей шее, заставляя меня в шоке замереть. Заставляю себя игнорировать тот факт, что в животе вспорхнули бабочки от такого интимного прикосновения. Не думаю, что он сам понимает, что делает. Слышу его болезненный стон. – Сейчас принесу тебе жаропонижающее.

Кряхтя, выползаю из-под него. Снимаю с него ботинки, иду в прихожую, чтобы поставить их и заодно скинуть свои. Возвращаюсь в комнату с мокрой тряпкой, чтобы быстро протереть натоптанные следы.

У нас в аптечке, хвала небесам, много всяких лекарств. Я редко их принимаю, но Дина твердо убеждена, что в доме должен быть основательный запас медикаментов. Быстро нахожу противовоспалительное-жаропонижающее средство, или, как его называет Дина, «чудо-порошок». Высыпаю, перемешиваю и уже несу больному.

Каких трудов мне стоило заставить его выпить эту жидкость! С ума сойти! Разве можно быть настолько противным? Но, к счастью, удача была на моей стороне. И я буквально залила раствор в его горло, после чего воткнула градусник ему в подмышку. Сорок градусов.

Ого! Понятно, почему ему так плохо.

- Голова раскалывается, - шепотом пожаловался Рома.

Я коснулась губами его лба, сама не знаю зачем. Наверное, хотела успокоить. Снимаю с него пальто, затем укрываю его одеялом.