Дарья Грейврук Когда она вернется

Рэйна почти не помнила последние дни своей человеческой жизни. Только фрагменты, как за ней охотился Ламар, желая убить и стать могущественным богом как раньше. Бегство от него из Бетеля в какой-то другой город. План Далии и его успешное воплощение.

Иногда Рэйна навещала дядю Родни. Он все еще находился в психиатрической больнице. Иногда она видела, как он плачет, разглядывая ее фотографии, где она смеялась или забавно позировала, еще учась в школе.

Ее визиты для дяди всегда оставались незамеченными. Рэйна научилась быть невидимкой. Боги могут себе это позволить.

Каждый раз, приходя к дяде в лечебницу, Рэйна ловила себя на мысли, что она не испытывает сострадания или жалости. Словно рубильник, отвечающий за чувства, закоротило, и теперь его нельзя было перевести в положение «включить».

Но Рэйна об этом не жалела. Она всегда мыслила ясно и рационально оценивала происходящее. Она жила отшельником и почти не покидала свою обитель. Только в тех случаях, когда слышала мольбы. Не только в ночь перевернутого месяца, но и когда люди желали, чтобы ребенок родился здоровым. Или когда умирающий просил о скорой смерти, лишь бы избавиться от мучений, вызванных неизлечимой болезнью, вроде рака. Или когда монстры обращали людей в себе подобных. А еще Рэйна знала, когда люди желали кому-то смерти.

Вот и сейчас Рэйна почувствовала, что человека отметили. Поставили на нем метку смерти. И она должна забрать его жизнь, когда придет время.

Но только сделал это не человек.

Монстр.

***

Рэйна вновь оказалась на Мосту Душ. Ей нужно было поговорить с Дэсмоном. Он должен знать про это больше. Хоть она и освоилась в роли богини, но пробыла ею всего полгода, в то время как Дэсмон занимался этим не одно тысячелетие.

– Дэсмон, – позвала она громко, и голоса мертвых затихли, испуганные ее появлением.

Раздался щелчок пальцев и перед Рэйной предстал бледнокожий мужчина с черными глазами смерти. Дэсмон порой даже для нее все еще выглядел пугающе.

Не тратя время на приветствие, Рэйна сразу перешла к делу и рассказала ему о том, что ей удалось почувствовать.

– Ты уверена, что это метка смерти? – спросил Дэсмон, вскидывая брови, но лицо его оставалось безучастным.

– Это четвертая метка на моей памяти, и ее я ни с чем не спутаю, – ответила она. – Только оставил ее не человек. А призрак.

Она выжидающе посмотрела на Дэсмона. А затем добавила:

– Призрак монстра. Перевертыша, если быть точнее.

Став богиней, Рэйна могла отличить смерть человека от смерти монстра. Монстры всегда умирали с яростной ненавистью. Особенно к охотникам, что убили их. Но никогда они не становились мстительными призраками.

– Сейчас разберусь, – сухо произнес Дэсмон и щелкнул пальцами, растворяясь в темноте.

Рэйна ждала. Время для нее перестало течь так стремительно, как это было в человеческой жизни. Она ведь проживет тысячи, миллионы лет, наблюдая за всем со стороны.

Снова раздался щелчок пальцев. Дэсмон выглядел так же, как и обычно. Непроницаемая маска застыла на лице.

– Сегодня охотник убил одного перевертыша, – сообщил он. – Он отправился на Мост Душ. Сейчас он в Чистилище.

Большая часть монстров отправлялась только туда. Люди же после смерти попадали в то место, в которое верили при жизни. Рай. Ад. Чистилище. Или еще что. Монстрам это благо не было предоставлено.

В Чистилище они должны очиститься от грехов, чтобы снова обрести людские души. Но пока ни один монстр с этой задачей не справился.

– Ты поговорил с ним? – спросила Рэйна, сложив руки на груди.

– Его обратила женщина, и внушила ему вернуть ее кольцо, что было дорого ей при жизни. Он почти справился с этой задачей, когда его убил охотник. Но тело перевертыша не было сожжено, что привело к его задержке между жизнью и смертью.

– Почему я этого не почувствовала?

– Это могу только я. Забыла? Призраки – мой промысел.

Рэйна закатила глаза. Она не контролировала призраков, поэтому они ее мало интересовали.

– Теперь его тело сожгли? – спросила она.

Дэсмон кивнул.

Они замолчали. И в тишине Рэйна услышала возобновленный шепот мертвых голосов. Их стенания, боль и скорбь.

– Что будешь делать? – поинтересовался Дэсмон, засовывая руки в карманы черных брюк.

Дэсмон предпочитал только черную одежду. Рэйна же остановила цветовую гамму своего гардероба на привычных оттенках: черный, темно-фиолетовый, серый, темно-синий.

– Эта метка несправедлива, – произнесла она и потеребила цепочку с черепом. – Перевертыш обозлился и воспользовался задержкой, пока его тело не было предано огню. Охотника могли отвлечь и другие человеческие проблемы.

– Судя по тому, что перевертыша убили днем, сжигать его тело до темноты было не лучшей идеей, – согласился Дэсмон. – Только метку призрака будет не так просто снять.

– Знаю, – кивнула Рэйна.

Тело перевертыша уничтожено, и метка тоже могла исчезнуть. Но ее оставил монстр. За охотником мог прийти любой из его сородичей.

– Я отправлюсь к нему, – произнесла Рэйна, и прежде, чем Дэсмон успел еще что-то сказать, щелкнула пальцами.

***

Она настроилась на вибрации, исходившие от метки смерти, и следовала за ними, как за сигналом GPS на навигаторе. Почувствовав под ногами твердую поверхность, Рэйна обернулась и увидела, что находится в чьей-то холостяцкой квартире. Никаких статуэток, фоторамок и прочего барахла, что говорило бы о личной жизни. Дело охотников – призвание для одиночек.

Рэйна огляделась. Она стояла посреди гостиной в стиле «лофт», из которой виднелся коридор и двери в спальные комнаты. В центре комнаты стоял просторный черный диван, у стены – пара книжных полок и телевизор.

На полках с книгами она увидела «Мастера и Маргариту» Михаила Булгакова и «Дракулу» Брэма Стокера. Там же среди классиков, Рэйна обнаружила книги по оккультизму и колдовству, а еще энциклопедию разнообразных сверхъестественных существ, начиная от вампиров, оборотней, призраков и заканчивая колдунами и демонами.

Между диваном и включенным телевизором стоял тяжелый, местами поцарапанный ящик со стертыми углами, служивший вместо журнального столика. Из телевизора Лана Дель Рей пела о богах и монстрах.

Обстановка и атмосфера квартиры показалась Рэйне знакомой. Но она не предала этому особого значения. Ей нужно увидеть охотника.

– Кто ты? И как сюда попала? – раздался мужской голос за спиной Рэйны.

Она обернулась и увидела перед собой мужчину в черных брюках и черной футболке. Темно-коричневые волосы растрепаны, в светлокарих глазах застыла злоба, сменившаяся узнаванием. Пистолет, что охотник нацелил на нее, опустился дулом в пол.

– Рэйна?! – опешил он.

Она приподняла брови в изумлении. Он не был похож на того, кого она знала при жизни. Но что-то в груди дрогнуло. Его голос казался знакомым, но в голове не всплыло ни одного воспоминания, как при амнезии.

– Ты ведь умерла… – прошептал он, не сводя с нее взгляда.

Он знает ее? Но откуда? Ведь о том, что она стала богиней – никто из нынеживущих не знает.

Рэйна так и стояла посреди гостиной, изучая охотника. Будь он обычным человеком, не увидел бы ее. Как дядя Родни. Но этот мужчина – охотник. Казалось, что у них особое зрение, что улавливает сверхъестественное проявление. Как у кошек, что способны видеть в темноте.

Охотник медленно прошел к дивану и так же медленно сел, положив пистолет рядом с собой. Он зарылся пальцами обеих рук в волосы и взлохматил их еще больше. Затем снова посмотрел на нее и покачал головой, будто не веря своим глазам.

Рэйне был знаком этот взгляд. Но она не могла вспомнить. Или не желала.

– Значит, Винсент был прав… – тихо сказал охотник.

Рэйне и это имя показалось знакомым. Она тряхнула головой, стараясь не зацикливаться. И снова взглянула на охотника. Вокруг него витала темная аура. Метка смерти никуда не делась.

– Тебя отметили знаком смерти, – заговорила она. – Я пришла, чтобы помочь избавиться от него. Как тебя зовут?

Внезапно охотник рассмеялся.

– Ты не помнишь, – и его слова прозвучали утверждением, а не вопросом. – Дэмиан Моретти. Охотник на нечисть, хотя ты и так это знаешь. Вот только почему не помнишь?

– Что я должна помнить? – Рэйна скрестила руки на груди.

Ей не нравилось играть в дурацкие игры. Если этот Дэмиан Моретти произнесет еще хоть одно раздражающее слово, она не станет помогать ему. Пусть умирает. Ей то что?

Но он произнес то, что заставило ее замереть.

– Мы с Винсентом хотели защитить тебя от Ламара. Но ты умерла.

Рэйна снова изучающе посмотрела на Дэмиана. Он говорил правду. В этом она не сомневалась. Но почему тогда не помнила? Дэсмон говорил, что она забудет о том, что была человеком. Но она помнила. Каждый день, что была жива. Каждый, кроме того промежутка, когда за ней охотился Ламар.

– Я и вправду умерла, – произнесла Рэйна и села на диван рядом с Дэмианом.

Отчего-то ей захотелось быть с ним честной. Пусть она и не помнила, но раз она хочет его спасти, то он заслуживает знать правду о том, что с ней случилось. Но она не спешила раскрывать все карты. Некоторые истины были слишком тяжелыми.

– Что же с тобой стало? Ты призрак? – его голос звучал тихо.

Он медленно протянул руку и дотронулся до тыльной стороны ее ладони. Словно проверяя, что она здесь, рядом с ним, что это не сон и не пьяная галлюцинация. Рэйна почувствовала его теплое прикосновение на холодной коже.

– Как такое возможно? Мы же видели твое тело, – сомнения все еще звучали в его голосе.

– Я не призрак, – ответила она. – И не один из монстров, на которых ты охотишься. Я – богиня жизни и смерти.

Дэмиан, не убирая руки, посмотрел на нее. И в его взгляде Рэйна увидела облегчение. Живое, почти болезненное. Радость, которую испытывает человек, когда находит то, с чем уже попрощался.

Пальцы Дэмиана крепче сжали ее ладонь, но она не почувствовала боли.

– Плевать, кем ты стала, – прошептал он. – Ты вернулась.

Рэйна замерла. В груди, где билось бесчувственное сердце богини, разлилось теплое, забытое чувство. Полгода она жила вне боли, вне любви, вне привязанностей. Но его слова пробили эту защиту. Тонкую, как пленка. И на короткий, опасный миг Рэйна позволила ощутить себя человеком, а не бессмертной богиней.

Глава 7. ?

Винсент

Винсент по третьему разу читал главу про Дэсмона из книги «Mors4[4]» в библиотеке Зейда. Но никак не мог понять суть ритуала призыва Дэсмона.

– Хватит мучить текст, – Сейдж отобрала у него книгу и захлопнула ее. – Мы не будем никого убивать, чтобы пообщаться с ним.

Винсент спрятал лицо в ладонях, затем провел ими по волосам. Он и сам это прекрасно знал. Только легче от этого не становилось.

– Какие еще у нас есть варианты? – обреченно спросил он.

Сейдж встала из-за стола, размещенного в углу библиотеки, и подошла к стеллажу с книгами. Она принялась рассматривать корешки. Несколько минут она изучали их, а после вытащила тонкую книжку. Подойдя к столу, Сейдж бросила книгу перед Винсентом.

Название говорило само за себя. «Ритуалы призыва».

Винсент подвинул книгу к себе и принялся ее листать. Он нашел запись о культе Санта Муэрте, что поклонялись Дэсмону. В Санта Муэрте было принято подносить богу смерти дары. Почти такие же самые, как и Папе Легбе. Текила, ром, вино, водка, яблоки, шоколад, сигары. В Санта Муэрте верили, что Сантиссима (она же – смерть) безвозмездно помогает тем, кто ей молится.

Сантиссима никогда никому не являлась, и единственный способ ее призвать, точнее, встретиться с ней – лишить себя жизни. Жертвоприношения нужны были лишь для того, чтобы задобрить ее.

Винсент захлопнул книгу.

– Пустая трата времени, – сказал он, словно выносил вердикт тяжелобольному пациенту.

В библиотеку въехал Зейд на инвалидном кресле. Он поглядел на Винсента и заговорил:

– Может, стоит оставить попытки?

Винсент смерил его взглядом, полным решимости и непреодолимого желания дойти до конца. Он покачал головой.

– Я обязан разобраться в том, что случилось с Рэйной, – произнес он. – Это моя работа. И, если единственный вариант призвать Дэсмона – лишиться жизни, то я пойду на это.

Он не намеревался отступать. Один раз он уже подвел Рэйну. И если есть шанс, что ее душу можно спасти, что ее можно вернуть назад, он испробует все доступные средства.

– Винни, – Сейдж схватила его за руку. – Оно того не стоит.

Винсент выдернул руку.

– Я уже все решил, – твердо сказал он.

Сейдж с мольбой посмотрела на Зейда. Тот лишь слегка покачал головой. В полумраке библиотеке казалось, что он улыбается.

– Его не остановить, – прошептал Зейд.

Сейдж шумно вздохнула.

– Тогда мы поможем тебе, – тихо сказала она и в ее голосе прозвучала горечь.

***

План был прост. Убить Винсента, а затем воскресить его. Но чтобы его воплотить, Сейдж пришлось съездить в больницу и с помощью внушения не только украсть необходимые для этой процедуры препараты, но и получить полную инструкцию от врача.

Они расположились в гостиной. Винсент снял толстовку и остался в одних брюках. Он лег на диван и приготовился. Ему не было страшно, но нервная дрожь маленькими толчками сотрясала тело.

Сейдж разложила на полу три укола. Розовый с хлористым калием, молочно-белый с атропином, полученным из белладонны, и полупрозрачный белый с адреналином.

Она взяла шприц с розовой жидкостью и быстрым движением ввела содержимое в сердечную мышцу.

– Ловко, – ухмыльнулся Зейд, держа телефон с включенным секундомером. Через две минуты они должны ввести атропин и адреналин, чтобы снова запустить сердце Винсента.

Сейдж улыбнулась краем губ.

– Да, можешь медсестрой подрабатывать, – едва ворочая языком, произнес Винсент.

Он почувствовал холод. Сознание начала заволакивать тьма, пробираясь длинными щупальцами во все закоулки сознания. Винсент закрыл глаза, утопая в глубоких водах темноты, словно его утаскивали на дно морское сирены, изголодавшиеся по человеческой плоти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Символ лоа. – Здесь и далее примеч. автора.

2

Священник в религии вуду.

3

Лоа – высшие божества религии вуду.

4

Смерть (лат.).