Авелия Л Моя боль в тебе

Глава 11

Вик

Боль разрывала мое сердце на части. Под ногтями забилась мокрая земля. Я сидела на мокрой могиле больше двух часов. От холода у меня онемел зад и ноги. Каждый день на протяжении двух месяцев. Папа приезжает, забирает меня с могилы и везет домой. Мама делает мне укол, и я засыпаю.

Просыпаюсь, иду в душ, смываю с себя кладбищенскую землю. Иду на кухню, ем кашу и снова сбегаю на кладбище.

Холодная зима, льют дожди.

Рак головного мозга — коварное, смертоносное заболевание. Даже крошечная опухоль может за короткое время привести к инвалидности и смерти.

Ваня умирал год. Два месяца, как его не стало. Я умерла вместе с ним.

Что мы только не пробовали! Лечились в лучших клиниках мира. Весь год Леон жил с моими родителями.

Я до последнего вздоха не отпускала его руку.

Последние три года моей жизни были самыми счастливыми. Он подарил мне рай. Я не смогу вернуться в квартиру в Париже. Там все пропитано нашей любовью, каждый сантиметр, каждый уголок.

Моя квартира в Туле продана, а Ванина теперь принадлежит мне. Там хранятся все наши вещи, вся наша прошлая жизнь.

Все его имущество теперь тоже мое, только оно мне не нужно. Мне нужен только он, а его не вернуть, он лежит в сырой земле.

Лео только два года. Ему тоже ничего не надо, кроме меня.

Я это хорошо осознаю. Иначе уже бы наложила на себя руки.

Мое горе обрушивается на меня, я плачу днем и ночью. У меня нет сил ни кушать, ни одеваться, ни заниматься ребенком. Мой мир перестал существовать.

От боли горит в груди, мне нечем дышать.

В день похорон я несколько раз лишалась чувств. На кладбище дежурила машина скорой помощи.

Спустя месяцы смотрюсь в зеркало и не узнаю свое отражение: впалые глаза, темные круги, все лицо покрылось морщинками, бледные синие губы. Я постоянно дрожу и не могу согреться. Мне не хватает Ваниного тепла, его горячих рук, его нежных объятий, его страстных поцелуев. Все мое тело кричит. Я закрываю глаза, и он стоит передо мной.

Здоровый, молодой, красивый, его глаза горят любовью. Я всегда буду помнить его таким.

Последний год жизни он совсем не унывал, шутил, подбадривал меня, говорил, что всё будет хорошо, чтобы я не опускала руки. Он видел мои страдания, от этого только больше любил меня. Видимо, он понимал, а я не хотела, не хотела осознавать, что он уходит от меня. Я не хотела его отпускать, боролась и ему не давала сдаться. Готовила его любимое блюда, читала ему книги. Мы пересматривали наши любимые фильмы и сериалы, смотрели фотографии, вспоминая каждый момент, проведённый вместе. Я делала очень много новых фотографий, старалась запечатлеть каждый момент с Лео. Когда он вырастет, он сам не сможет вспомнить отца, но благодаря моим воспоминаниям и фотографиям он будет знать, как он его любил.

Сердце гулко билось об грудную клетку, быстро и жёстко. Руки постоянно тряслись. Мой спасательный круг — это Лео. Я стала чаще бывать с ним, засыпала с ним в детской. Когда родители его забирали и увозили в частный детский садик, я, как зомби, бродила по огромному дому родителей. Не было комнаты или угла, где я не плакала. Сейчас хотя бы я оставалась одна. Последние два месяца родители дежурили дома по очереди, не оставляли меня одну. Но я не собиралась накладывать на себя руки, и наконец-то убедила их в этом.

Но если я теряла бдительность, если позволяла своим мыслям блуждать, то понимала, что хочу с ним увидеться. Всё бросала и ехала на кладбище. Я теряла реальность, не следила за временем. Отец находил меня и забирал домой. Снег, дождь, мороз не были преградой для меня. Дома я засыпала на диване в зале, до спальни идти не было сил. Иногда я засыпала на полу в коридоре или в ванной.

Слёзы забирали мои силы.

Я чувствовала себя беспомощной: груз слишком многих жизней лёг на мои плечи. Я была в ответе за Лео, за маму и папу. Я чувствовала, как они страдают из-за меня, но не находила в себе силы подняться из бездны тьмы. Моё сердце разбилось, разбилось вдребезги. Уже ничего не сможет меня спасти.

Из моего горла вырвался скорбный крик.

Я споткнулась и упала на пол кухни. Рыдала пару часов, пока не иссякли силы.

У меня заболело горло. Я сильно замёрзла. Я пыталась встать с пола, но падала снова и снова. Бросила эту затею. Ползла на четвереньках в душ, включила горячую воду и прямо в одежде влезла под струю выходящую прямо из потолка. Брызги летели на пол. Хорошо, что вся комната обложена плиткой. Большая ванна на ножках находилась в паре метров от меня. Если бы были силы принять ванну, но их нет. Я закрыла стеклянную большую дверь в душ.

Я редко задумывалась о существовании загробной жизни, но сегодня мне стало интересно, существует ли она вообще. И если это так, был ли Ваня там, видел ли он меня, слышал ли мои страдания. Я мысленно обратилась к нему: «Прошу, помоги мне! Мне очень плохо без тебя! Сделай что-то, чтобы я могла дышать».

Любовь. Счастье. Облегчение. Это то, что я больше никогда не испытаю.

Я ждала ответа, но его не последовало.

Ничего не изменить, с этим придётся научиться жить!

Глава 12

Вик

Прошло полгода после смерти Ивана. Сегодня первый день, когда я не еду на кладбище. Я получила письмо из прошлого. Прочитав его, я нашла в себе силы жить. Я должна, он этого хотел для меня!

«Любимая моя, если ты это читаешь, значит, меня нет рядом.

Отпусти меня. Посмотри вокруг. На нашего малыша, он нуждается в тебе! Я написал это письмо тебе в тот день, когда мы вернулись из больницы. Уже тогда я понимал, как тебе будет тяжело без меня. Я хочу, чтобы ты была счастлива, любила и была любима! Все мы смертные, кто-то уходит рано. Это не нам решать.

Помни всегда, я безумно люблю тебя! Пусть эта любовь станет твоей силой. Ты подарила мне чудесную любовь. Эти три года были для меня раем. Я рад, что был в твоей жизни, спасибо тебе за счастье. Ты подарила мне целый мир, я до тебя и не жил. А встретив тебя, прожил целую жизнь. Безумно люблю тебя!»

Я читала и читала запоем, поглощала буквы. Целый день я сидела над столом и плакала.

У меня совсем не было сил подняться и что-то изменить.

Изо дня в день мою душу рвало на части. Я была зла на этот мир.

К шести вечера мама с папой вернулись с работы. По пути они забирали Лео из садика. Он сразу же нашёл меня. Я схватила его и крепко обняла. Мы кружились в объятиях по кухне. Лео смеялся, я тоже. Это чудесные минуты! Я так была рада, что нашла в себе силы подняться, сделать шаг к будущему. Я переодела его и накрыла стол на ужин. Мама с папой удивлённо смотрели на меня, но я старалась улыбаться, спрашивала, как прошёл их день, всё ли хорошо у них. Поблагодарила их за поддержку, обняла, поцеловала. У мамы на глазах выступили слёзы. Она, наверно, не верила в то, что когда-то её дочь сможет продолжить жизнь.

На утро я сама отвезла Лео в садик, сев за руль папиного автомобиля, так как своего у меня пока не было. Но я сегодня же решила это исправить.

В Париже мы жили в центре города и чаще всего пользовались общественным транспортом. Наши автомобили были проданы в первые же годы, так что я, наверно, уже и не помню, каково это — быть за рулём. Это поможет мне сконцентрироваться.

Я буду перекладывать своё внимание на сына, на то, чтобы построить хорошую, беззаботную жизнь для него, чтобы он не знал, что такое боль, горе. Чтобы он не испытывал нужды во внимании.

Я буду дарить ему всю свою любовь.

После того как я завершила все свои дела, которые наметила на первую половину дня, я ставлю машину отца и вызываю такси. Еду в салон мерседес. Проведя пару часов в салоне, я наконец-то определяюсь с выбором. Так как нужно время, чтобы оформить покупку, потребуется пара дней, прежде чем я смогу забрать свой автомобиль. Ну ничего, я решаю, что это не проблема, и к вечеру возвращаюсь домой.

На ужин я рассказываю родителям о том, что купила себе новый автомобиль, показываю им фотографии купленного авто, рассказываю, как прошёл мой день, спрашиваю, как прошёл их день. Со стороны кажется, что жизнь налаживается, но в душе сердце живёт отдельной жизнью. Оно всё ещё болит и сильно кровоточит. Такую рану не залечить двумя хорошими мыслями.

Глава 13

Вик

Раздается телефонный звонок. Я отрываюсь от кровати и бегу. Родители только уехали, забрали Лео, по пути завезут в садик. Кто может звонить? Тревога в душе нарастает. Я хватаю телефон с тумбочки и вижу незнакомый номер. Я замираю. Телефон начинаю вертеть в руках, пот выступает на лбу. Я не понимаю, почему такая реакция?

Звонок прекращается. Мои мысли немного успокаиваются. Я понимаю, что это могут звонить из салона мерседес.

Я ложу телефон в карман штанов, иду на кухню делать кофе. Пока кофемашина варит латте, я делаю себе бутерброд с колбасой и сыром. Сижу, кушаю, ожидаю, что телефон опять начнет звонить. Потом думаю, что могу и сама перезвонить, почему нет?

Я выпиваю порошковый кофе и бутерброд. Достаю телефон, набираю номер. Гудки. Мужской голос говорит: «Алло».

— Вик, привет, это Богдан. Помнишь меня?

Сначала я молчу. Смешанные чувства во мне. С одной стороны, я рада, что он мне звонит, а с другой стороны, я не могла понять причины этого звонка.

— Да, конечно. Я тебя помню. Как пожелаешь?

— Да, у меня все хорошо. Я случайно встретил твоего отца. Он сказал, что ты живешь сейчас в Туле, и дал мне твой номер телефона. Я был этому очень рад.

— Да, это действительно так.

— Слушай, давай встретимся, мне очень срочно нужно с тобой поговорить!

— Хорошо, давай. Где тебе будет удобно?

— Давай я заеду за тобой, и мы вместе поедем куда-нибудь, попьем кофе.

— Да, хорошо. Через пару часов тебя устроит? Я буду ждать.

— Конечно, до встречи!

С кухни я иду в комнату, открываю шкаф и выбираю, что надеть. Так как я держу траур, вся моя одежда чёрная, и выбирать особо нечего. Беру чёрные джинсы и чёрную водолазку.

К приезду Богдана я была уже собрана, готова ехать. Мы выбрали уютное кафе в центре города, заказали кофе.

— Надо же, раньше, когда Иван приезжал в Тулу, всегда звонил мне, мы встречались, вот так сидели в кафе, пили кофе и делились новостями.

Я сделала тяжёлый вздох, на глаза навернулись слёзы, руки задрожали.

— Ваня умер.

Богдан замер, он явно не ожидал такого услышать. На похоронах были только родственники, мы не приглашали друзей и знакомых, сильно не афишировали.

— Боже мой, соболезнования. Как давно его не стало?

— Он умер полгода назад, у него был рак головного мозга. Он умер в Париже, но незадолго до смерти попросил похоронить его в родном городе.

Мы молчали, нам обоим нужно было время. Он пил свой кофе, и я пила своё. Мы оба понимали, что нужно выдержать паузу, нужно пережить эту боль и принять её.

— Как ты? Тебе нужна помощь?

— Сейчас я взяла себя в руки и стараюсь жить будущем.

— Я представляю, как тебе тяжело.

Он взял меня за руку и крепко сжал её.

— Ты… ты хотел со мной о чём-то срочно поговорить? Это как-то связано с Ваней?

— Нет, с Ваней это не связано. Есть кое-что, чего ты не знаешь. Если честно, я боюсь тебе это говорить. Когда я ехал сюда к тебе навстречу, я не ожидал узнать такие ужасные новости. Мне нужна была твоя помощь, я хотел к тебе обратиться. Кроме тебя, никто не сможет помочь.

Я закусила губу, сдерживая слёзы. Я плохо понимала, какую помощь он хочет от меня получить, и с чем это связано, тоже не понимала.

Сейчас я впервые подумала об Алексе. Мою душу взбудоражили воспоминания о нём. Я так давно о нём не вспоминала, не следила за его жизнью. Как он?

— Алекс? — коротко спросила я.

Богдан кивнул.

— Четыре месяца назад Алекс попал в аварию. Выехал на красный сигнал светофора, в него врезалась машина. От удара его выкинуло с моста. Он приземлился на крышу другого автомобиля. Мотоцикл в хлам, просто веником подмели остатки мусора, и всё. Когда я с Таней приехала в больницу спустя пару часов после ДТП, он был на операции. Мы не верили в то, что он выживет, врачи тоже в это не верили. Его буквально пришлось собирать по частям. Множественные переломы. Он перенёс четыре операции, ногу удалось спасти, хотя изначально её хотели отрезать.

Я не могла спокойно это слушать, по моим щекам текли слёзы. Скорее всего, об этом ДТП говорил весь город, но я была поглощена своим горем и совсем ничего об этом не знала.

— Он всё ещё лежит в больнице, все эти четыре месяца. Я хочу тебя попросить об одолжении, сделай это, пожалуйста, хотя бы ради меня, хотя бы ради него, я не знаю, хотя бы ради чего-нибудь! Сходи к нему? Хотя бы один раз? Он совсем не хочет жить! Если бы он не курил, то его ничего не заставило бы подняться с кровати. Он ходит, используя костыли. Врач сказал, что он останется калекой на всю жизнь. Мы стараемся его поддерживать, но он не принимает нашу поддержку и видеть нас тоже не хочет.

Я терла салфетками глаза, слёзы не останавливались. Мне казалось, что весь мир против меня. Почему дорогие мне люди сильно страдают? Или это меня Бог наказывает?

Глава 14

Вик

Будильник прозвенел рано. Я собралась и силами встала, хоть и не спала всю ночь, так задремала под утро. Я приняла тёплый душ, и побрела на кухню достала термосумку и стала готовить завтрак. Вишни у меня в морозилке не оказалось. Ну, я решила взять с собою чёрный чай с лимоном, запекла курочку с картофелем. Помыла и порезала свежие овощи. На десерт запекла яблоки с мёдом и ванилью.

— Доброе утро, милая, ты куда-то собираешься?

— Доброе утро, мам. Да, пожалуйста, отвези Леона в садик, сегодня у меня срочное дело. Я потом тебе всё расскажу.

Целую маму в щеку, хватаю уже заполненную сумку, беру ключи от папиной машины и уезжаю.

Всё, что я знаю со слов Богдана, то, что он лежит в городской хирургии и то, что удар пришёлся на левую сторону. Сильно он не стал меня посвящать в подробности, да я и сама не хотела ничего спрашивать.

Как только я приехала, сразу же отправилась к главврачу. Я постучала и вошла. Врач был на месте.

— Доброе утро. Вы врач Демьянова?

— Да. Доброе утро, прекрасная леди.

— Я жена Алексея Демьянова.

— А он сказал, что он не женат.

— Это потому, что мы в гражданском браке.

— Где же вы были четыре месяца?

— Я была заграницей.

— Хорошо, я вас понял.

— Могу я с вами поговорить?

— Конечно.

— Подготовьте, пожалуйста, все необходимые документы для выписки, я перевожу его.

— Отлично, я всё подготовлю. После двух все выписки будут готовы.

— Скажите, я должна что-то знать?

— Да, кое-что есть. Присаживайтесь, будете кофе?

— Да, не откажусь.

Он сделал и подал мне кофе в одноразовом стаканчике.

— Большая часть информации будет содержаться в выписках. На словах я вам скажу так: поступил он очень тяжело, поступил именно ко мне, потому что я много лет уже собираю вот таких вот бедолаг. Ему удалили селезёнку и часть лёгкого, были множественные переломы. Удар пришёлся на левую сторону тела. Сейчас он уже встаёт и потихоньку бегает. Курить, но курить ему нельзя, да и бегать тоже. Коленный сустав у него заменён, кости я собрал, поставил винты. Ногой практически не шевелит, таскает за собой. От этого очень сильно зол. Нужна хорошая реабилитация, полный курс восстановления, массажи и ЛФК. Слушаться он никого не хочет. Когда приходил в себя, просил его не спасать. Сейчас вообще со мной не разговаривает, так что я вам не завидую. Вы, я так понимаю, Виктория?

— Да, это я. Извините, сразу не представилась. Виктория.

— Он звал столько вас! Жить он не хочет, к себе никого не подпускает. Моё дело — вас предупредить, так что будьте осторожны.

— Хорошо, спасибо большое.

Я вышла и направилась в палату. Дверь была закрыта. Я сделала глубокий вдох, постояла пару минут. Сейчас плакать — не самое подходящее время, нужно собрать всю волю в кулак.

Все мои силы ушли на то, чтобы открыть дверь. Я вошла в палату. Резкий запах ударил мне в нос, вонь стояла ужасная. В палате было четыре кровати, занята только одна. Я прошла чуть ближе к кровати, поставила сумку. Алекс спал. Я осмотрелась, подошла к окну, подвинула стул, залезла на него. Стала на подоконик, форточка была закрыта, немного подёргав, она подалась, и я её открыла. Свежий воздух ударил мне в лицо. У кровати стояли костыли и инвалидное кресло. На тумбочке царил хаос.

Грязная посуда, полная кружка использованных чайных пакетиков, засохший сыр и хлеб – я всё это собрала и выкинула. Посуду поставила в раковину. Я старалась сильно на него не смотреть, мне нужно было сконцентрировать своё внимание на действиях. От боли сердца сжималось, руки тряслись, ноги ватные. Я вымыла тарелку и приборы – по всей видимости, казённые, а значит, их нужно вернуть. Я подставила стул возле кровати, села возле него.

Один шрам на виске тянулся к уху. Большая часть синяков уже зажила. На нём была какая-то синяя майка не первой свежести, такие же спортивные штаны. Он давно не стригся и не брился. Но это его совсем не уродовало, даже наоборот, казалось, что он стал красивее, чем был. Я его запомнила совсем другим: юным и нежным, с мягкими чертами лица. Сейчас же я смотрела на взрослого мужчину. Да, если его побрить, будет намного лучше. Черты приобрели брутальный характер, стали более резкие. Моя рука потянулась к красному шраму на виске, слегка касаясь небритой кожи. Мой пальчик дрожал. Он резко открыл глаза.

Я вытаращила глаза, смотря на его точёное лицо. Он не отводил пристальный взгляд. Резким движением он поднял мою руку и сжал её.

– Правда? – спросил он, в его сухом тоне не было ни капли интереса.

– Да. Я не глюк.

Я старалась не заплакать: от его прикосновения жгло кожу руки. Мне показалось, что я не дышу.

Наконец он оторвал взгляд от меня с хмурым выражением на лице и безразлично уставился на дверь. Я отняла руку. Меня так сильно трясло, что я не смогла вымолвить даже слова.

Сейчас он похож на обиженного ребенка. Хоть он и старался не показывать мне своих чувств, я все равно знаю его лучше, чем он думает. Глаза стали более мокрые, ноздри расширились, грудь вздымалась чаще, чем минуту назад.

Все его тело сильно напряжено.

— Уходи, я не хочу, чтобы ты здесь находилась!

Он мне не рад. Чего я ожидала? Бросила его ради другого. Я даже не думала, как ему тяжело было меня забыть. И вот я опять тут, как будто бы и не было этих трех лет разлуки.

Но я не из тех, кто сдается, и его грозно сведенные брови меня не напугают.

Он привстал, облокотившись на правую руку. Его лицо было в сантиметре от моего.

— От чего умер Ваня?

Его вопрос поверг меня в шок.

— Ты знаешь?

— В день аварии я видел тебя на кладбище. После того как ты уехала, я пошел на могилу, у которой ты сидела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.