Аюми Анко Пустые цифры

Глава 3

Голые деревья проносились мимо и оставались позади, пока Элис рассеянно смотрела в окно поезда. Она то и дело посматривала на телефон, ожидая звонка от Аллена, но его не поступало. А затем они и вовсе въехали в систему тоннелей, где связь пропала. До дома оставалось чуть больше часа, и следовательница надеялась, что напарник не натворит дел по собственной глупости.

К их приезду на улице уже давно стемнело, и папа Элис приехал на машине её забрать. Сев на переднее сидение, девушка ещё раз проверила телефон и увидела приходящие с опозданием уведомления о пропущенных звонках. Только в последнем обнаружилось голосовое сообщение от Аллена — оно было отправлено около сорока минут назад, и Элис незамедлительно нажала на него.

— Привет, это Аллен. До тебя было не дозвониться, видимо все ещё в дороге. Семье Питера действительно вернули кое-какие вещи с работы, но там не оказалось ничего полезного. Однако потом вдова вспомнила о дневнике, который Питер вёл по работе и всегда держал дома. Довольно странно, не находишь? Брэд упоминался там лишь пару раз, но в одном месте рядом с ним были указаны какие-то координаты. Я сейчас как раз еду туда. Как только буду на месте, пришлю их тебе, до связи.

Элис тут же набрала ему в ответ, но с той стороны никто не взял трубку. Она ещё раз проверила все сообщения и мессенджеры в надежде найти координаты. Голосовое сообщение, которое Элис успела получить сегодня от напарника, было последним. В нарастающей панике она не придумала ничего лучше, чем позвонить его невесте.

— Алло, Кейти? Можешь попробовать связаться с Алленом? У меня не получается до него дозвониться.

Какое-то время из трубки доносились лишь фоновые звуки чьих-то голосов. Элис ещё раз посмотрела на экран телефона — это была Кейти, но почему-то никто не отзывался. Девушка забеспокоилась, что смартфон оказался у другого человека, но через пару секунд Кейти отрывисто прошептала:

— Он в больнице… отделение интенсивной терапии.

— Что?... Как он туда попал, что с ним?

Кейти тяжело сглотнула и не смогла ничего ответить. Она бросила горестное «приезжай» и положила трубку.

Папа Элис как раз стоял на красном светофоре и вполуха слушал разговор дочери, пытаясь понять, что произошло. Элис почти скомандовала ему срочно ехать в больницу, не в силах толком ничего объяснить.

Он вылез из машины вслед за дочерью и побежал вместе с ней в больницу. Они нашли Кейти на первом этаже рядом с приёмной. Девушка сидела молча, уткнувшись в сжатые кулаки, и не с первого раза услышала, как её кто-то звал. Элис присела рядом и приобняла её за плечи. Лишь тогда Кейти, наконец, обратила на них внимание.

— Как он? — только и смогла спросить девушка.

— Врачи его сейчас обследуют, кажется… у него были судороги.

— Судороги? Как он вообще попал в больницу?

— Мне никто ничего не говорит, — Кейтлин вновь согнулась к коленям и заплакала. Элис дала понять папе, что ему лучше поехать домой, пока она побудет со своей подругой. Примерно через пятнадцать минут к ним вышел врач и сообщил неутешительные новости.

— Кто из вас Кейтлин Полсон?

Кейти постаралась утереть слезы и приготовилась слушать.

— Это я… Я его невеста.

— Мы обнаружили у пациента опухоль в области ствола мозга. Удалить её хирургическим путем будет… довольно трудно. Мы постараемся сделать всё, что в наших силах. А пока я задам вам несколько вопросов о пациенте, хорошо?

Элис могла поклясться, что за годы обучения в медицинском у Кейтлин выработался защитный механизм, который позволял ей эмоционально отстраняться от сопереживания к кому-либо. Даже близкая привязанность не помешала этому, и уже в следующий миг она была готова ответить на все вопросы врача.

— Жаловался ли он в последние три месяца на головную боль или головокружения?

— Нет.

— Случались ли приступы рвоты или эпилептические припадки?

— Это был первый случай.

— Вы замечали за ним нарушения зрения, слуха, памяти или координации движений?

— Ничего такого.

— Понятно. Кто-то из родственников пациента страдал похожими заболеваниями?

— Его папе лечили рак щитовидной железы, но опухоль была доброкачественной.

— А черепно-мозговые травмы случались?

Кейтлин замотала головой, посмотрев параллельно на Элис, как бы спрашивая: «А на работе?» Но и Элис дала отрицательный ответ.

— Ну и напоследок, контактировал ли пациент с токсинами или, может, подвергался воздействию ионизирующего излучения?

Кейтлин вновь вопросительно посмотрела на подругу, но Элис не припоминала ничего подобного.

— После операции пациенту может потребоваться лучевая терапия. Мы приступим как только все подготовят. Поскольку опухоль находится в труднодоступном месте, удаление займет много времени, вам лучше до тех пор вернуться домой. В регистратуре обязательно сообщат, как мы закончим.

— Спасибо, доктор.

Элис и представить не могла, скольких усилий ей стоил этот разговор, но когда они закончили, Кейтлин осталась стоять с совершенно опустошенным видом. Следовательница подошла к ней вплотную и приободряюще обняла за плечи.

— Пойдем домой, а? Я могу остаться на ночь, если хочешь.

— Не хочу засыпать. Мы можем пропустить звонок из больницы.

— Хорошо, значит не будем спать. Возьму нам кофе в автомате, а после поедем домой и будем ждать у телефона, идёт? — беготня в больнице вокруг новых неотложных пациентов могла ещё хуже отразиться на и без того переживающей Кейти, поэтому Элис не хотела тут оставаться.

Получив одобрительный кивок от подруги, девушка пошла по коридорам в другой конец больницы за кофе. Ей нечасто приходилось тут бывать, в основном по делам, в которых нужно было опросить пострадавших. В этот раз расследование привело её к собственному напарнику, а он даже не смог бы объяснить, что произошло всего час назад.

В автомате на выбор было всего пару кофейных напитков, и только поднеся руку к экрану, Элис поняла, что не знает предпочтений Кейти. Раньше она знала о подруге почти всё, какие продукты та не ест, и чем наоборот её лучше угостить. Но многое успело измениться со школьного времени, и они тоже.

Вернуться к Кейти и спросить не заняло бы много времени, поэтому Элис пошла обратно с пустыми руками. Лишь перед последним поворотом до неё дошло, что можно было ей просто позвонить. Впрочем, Элис заметила, как та уже говорит с кем-то по телефону, поэтому вернуться лично было не самой плохой идеей. Следовательница показала рукой на фотографию автомата и, жестикулируя ртом, спросила, что та хочет. Кейти подняла палец вверх, попросив дать ей минуту, и Элис встала у стенки неподалеку. Девушку одолевало любопытство, но она ни за что не стала бы подслушивать разговор подруги. В конце концов, ведь можно было просто поинтересоваться и спросить об этом напрямую, что Элис и сделала:

— Кто это был?

Кейти выглядела явно сбитой с толку, и следовательница уже начинала беспокоиться.

— Звонили с компании Farm group, они… пересмотрели моё резюме и зовут на работу со следующей недели.

«Да быть не может…» — если бы у Элис сейчас в руках находились стаканчики с кофе, она бы их точно выронила. Девушка прикрыла ладонью рот и отвернулась от подруги, пытаясь собрать воедино всё, что она узнала за последние недели. Закрытая фармацевтическая компания брала на работу тех, чьи родственники оказывались втянуты в их преступления. При этом многие из них впоследствии обнаруживали у себя опухоль и умирали. У Аллена не было ни единого признака на рак до этого дня. Если он добрался до места, указанного в дневнике Питера, а после Кейти предложили работу в Farm group, значит…

— Элис! Элис, что с тобой?

Подруга уже трясла её какое-то время за плечо, но девушка этого совершенно не замечала. Наконец, она повернулась к Кейти и сказала:

— Не иди к ним. Не соглашайся на эту работу.

— Что? О чём ты?

— Просто… послушай меня, хорошо? Эта компания может оказаться не тем, чем кажется.

— Ты что-то знаешь об этом?

— Я…, — Элис краем глаза уловила проходящих мимо людей и, взяв Кейти под локоть, отвела её в сторону.

— Нам лучше поговорить об этом в другом месте, тут слишком людно.

Девушку никогда прежде не преследовали параноидальные мысли, но теперь ей следовало в самом деле быть осторожнее с тем, где и о чем она говорит. По её просьбе подруга забрала все вещи Аллена и вместе они поехали домой.

Элис впервые оказалась у них в квартире. Она почему-то ожидала увидеть кучу совместных фотографий в рамочках, но оказалось, Кейти просто держала их в телефоне.

— Будешь латте? — подруга вытащила из кухонного шкафа кофемашину и поставила молоко на плиту.

— Да, пожалуй. Кстати, можно я пока осмотрю вещи Аллена? А потом мы продолжим наш разговор.

— Ну… хорошо, — было видно, как Кейти стало не по себе от этой просьбы, но сейчас Элис приходилось быть следователем, а не просто подругой.

В карманах Аллена не нашлось ничего полезного — лишь мелочевка да проездные билетики. Элис ожидала найти дневник Питера в сумке, но там была лишь его собственная записная книжка. Следовательница высыпала на диван всё содержимое и принялась хаотично перебирать вещи.

— Что конкретно ты ищешь? — Кейти уже какое-то время наблюдала за подругой и заметила, как та обеспокоенно пыталась что-то найти.

— Дневник. У него должен был быть с собой чужой дневник.

— А-а, этот? — Кейти принесла из прихожей рюкзак и вытащила из него блокнот. — Он был в руках у Аллена, когда его привезли. Так мне сказали.

В приглушенном свете Элис не могла разглядеть очертания символов на обложке, так что она подошла к столешнице и приблизила блокнот к свету лампы. Кейти встала рядом с ней и прочитала вслух:

— П.С., чьи это инициалы?

— Питера Сандерса, отца Мии.

— Кого?

— О, Кейти, — Элис удрученно покачала головой, предчувствуя, каким тяжелым будет разговор, — Мы с Алленом проводим расследование по делу девочки, убитой шестнадцать лет назад. Папа сказал, что это сделал водитель одной крупной компании в городе. После инцидента с дочерью… Питера устроили работать в Farm group. Дело замяли, а отчетов не осталось.

— И… вы что, вы… решили возобновить его?

— Я ничего не предлагала Аллену. Клянусь, я пыталась его отговорить. Но сегодня он пошёл к семье Питера и получил от них этот дневник.

— Зачем он вам?

— У нас было недостаточно сведений. Сбивший Мию водитель скончался от рака, как и Питер Сандерс, поэтому Аллен предложил осмотреть вещи в его доме.

— Значит, это было сегодня? А где потом был Аллен?

Элис, наконец, открыла дневник и бегло перелистнула все страницы.

— Ответ должен быть тут. Питер вписал какие-то координаты, связанные с водителем, и Аллен отправился туда. Мы могли бы точно это выяснить, если бы спросили, где его забрали на скорой.

— Не получится. Кто-то привёз Аллена в больницу и не оставил контактов.

— Понятно… значит ищем в дневнике.

— Подожди, я заварю нам кофе.

Предстоящая ночь мало чем отличалась от ночных смен Элис. Весь мир будто сужался до одного маленького помещения, где им предстояло расследовать очередное дело. Когда-то её папа долго уговаривал не идти в отдел уголовных расследований именно из-за такого графика: «Ты не представляешь, что значит ночь без сна». Но было кое-что важнее человеческих потребностей — спасение жизней, и это Элис ставила превыше всего.

Когда Кейти принесла кружки с кофе, она с разочарованием посмотрела на кухонные часы.

— Всего пятнадцать минут двенадцатого, а по ощущениям будто прошли целые сутки.

— Так всегда, когда происходит слишком много событий.

— Да уж, легким этот день не назовёшь.

Девушки сели рядом друг с другом и приступили к чтению. Спустя примерно полчаса совместных усилий они обнаружили несколько вырванных страниц.

— Может, это сам Питер сделал?

— Не знаю, давай смотреть дальше.

Ближе к концу дневника почерк владельца будто стал увядать вместе с ним. Слова было всё труднее разобрать, поэтому они сосредоточились только на цифрах, которые могли бы указать на какие-то координаты.

— Ничего.

— Мы, должно быть, что-то упустили, — Элис вернулась к началу и приложила палец к первой странице, водя им по каждой строчке.

— Нет, думаю координаты находились на вырванных листках.

Следовательница, наконец, оторвалась от дневника и облокотилась на спинку дивана. Тогда Кейти предположила следующее:

— Аллена нашли не случайно. Куда бы он ни приехал, за ним там следили, а как только случился приступ, то привезли в больницу.

— Думаешь, он там чем-то надышался?

— Это точно не радиация, его кожа была совершенно в порядке.

— Что ещё могло так быстро ухудшить его состояние?

— Понятия не имею, — Кейти впервые за свою врачебную практику столкнулась с нечто подобным.

— Теперь понимаешь, почему тебе не следует идти в Farm group?

— Есть ещё кое-что, о чём я не сказала… Они предложили опробовать на Аллене новейшую разработку по лечению рака.

Элис никогда прежде не чувствовала себя настолько беспомощной. Будто прямо перед ней развернулась партия, в которой она раз за разом пропускала свой ход.

— Ты же отказалась?

Кейти ничего не отвечала.

— Скажи, что ты отказалась.

— Их компания специализируется на лечении многих тяжелых болезней, в особенности в поисках лекарства от рака. Если им удастся вылечить Аллена…

— О Боже… Кейти, ведь они, вероятно, и причастны к тому, что с ним случилось!

— Каким образом? Невозможно за час довести здорового человека до коматозного состояния из-за опухоли. А Питер и… тот водитель, разве мало людей умирают от подобного? Не говори, будто ты думаешь, что они намеренно как-то воздействуют на человека, а потом его лечат?

— Да! Возможно…? Я не уверена, но Аллен…

— Аллен оказался в это втянут из-за тебя.

— Что…

— Многие болезни проходят бессимптомно. Он мог в самом деле попасть в больницу в любой момент. Но чего я не понимаю, так это всей твоей конспирологической теории вокруг Farm group.

— Но как же те листы, вырванные из дневника?

— Я дала тебе себя одурить. Ты подменяешь факты и ждёшь, что всё сойдётся.

— Послушай, дай мне время разобраться в других записях Питера. Я смогу найти тому подтверждение.

— Тебе лучше уйти…

— Кейти…

— Я приму их предложение и сама во всём разберусь. Не хочу и дальше это слушать, уходи.

Элис никогда бы не подумала, что они могут дойти до такого. Возможно, она это даже заслужила. Девушка забрала дневник Питера и уехала домой. Элис казалось, что из-за разыгравшегося воображения ей не уснуть до самого утра, но стоило лишь немного проплакать в подушку, как всё эмоциональное напряжение схлынуло и она отрубилась.

Глава 4

Проснувшись утром, Элис первым делом спросила у подруги о состоянии Аллена. Кейти ответила почти сразу: «Он пока стабилен, но без должного лечения прогноз неутешителен». И следом за этим добавила: «Я приму предложение Farm group».

Элис понимала, что никакими уговорами не убедит Кейти передумать. Да и не имела права. Но Аллен поверил ей, и он бы точно не хотел втягивать свою невесту в такое мутное дело. Следовательнице не оставалось ничего другого, кроме как выйти на новых свидетелей и докопаться до истины.

Эллис пришла на работу чуть раньше обычного. Она не хотела обсуждать ситуацию с Алленом с кем-либо, кроме шефа. Поэтому когда тот пришел на рабочее место и застал в кабинете подчинённую, он заметно удивился.

— Элис, не терпится получить новое дело?

— Нет, сэр. Это насчёт Аллена.

— Так ты тоже в курсе. Ну конечно, вы же напарники.

— А? откуда вы…

— Откуда я что? Узнал про Аллена? Сегодня утром его невеста позвонила в участок и попросила открыть ему больничный. Ох и досталось же ему по жизни. Ну ты не волнуйся, к нам тут новенького как раз устроили, поставлю его к тебе пока в помощники.

— В помощники…

— Да, придёт вечером. А пока можешь заняться… у тебя же есть работа?

— Ага, — соврала Элис.

— Вот и газуй, — их шеф частенько использовал новомодные словечки, хотя самому недавно исполнился полтинник.

Элис вернулась за рабочий стол и задумалась над вчерашним. Последним, кто вёл дело Мии, был Нил. Элис хорошо знала этого человека — он имел не самую хорошую репутацию среди сотрудников, коллеги его тоже недолюбливали. Девушка понимала, что на совесть надавить не получится, поэтому решила пойти на хитрость.

Элис подошла к Нилу и как бы между прочим завела разговор:

— Слышала, ты отличился на последнем расследовании.

Мужчина вопросительно уставился на неё и, обдумав что-то в голове, откинулся на спинку стула.

— Да, было дело. А что?

— Да так, от шефа услышала.

При упоминании начальника Нил сразу подсобрался и заинтересовано защебетал:

— Он похвалил меня? Что ещё говорил?

Элис сделала вид, будто собирается рассказать ему новость, которую пока нельзя афишировать.

— Национальная служба уголовного расследования прислала ему факс, в котором просила предоставит им данные по нашему отделу. Говорят, им нужны люди в штаб.

Нил с приоткрытым ртом мечтательно посмотрел в потолок, будто получил приглашение на перевод прямо в Крипос1[1].

— Среди прочего они просили статистику по раскрытым и нераскрытым делам.

— По каждому?

— Ага.

— Пф, за мою практику здесь не было ни одного неуспешного дела.

— Разве?

Нил вопросительно воззрился на Элис, будто она сказала какую-то глупость.

— А что, есть сомнения?

— Ну-у… Помню, когда папа ещё работал в полиции, одну девочку сбил пьяный водитель, а тело потом сбросили в колодец. Имя ещё такое было…

— Ты про дочь Сандерса?

— Да, вы знали его?

— А как же не знать, все в одном здании тогда работали.

— Так вот, Питер умер недавно, и когда папа узнал об этом, то отчего-то вспомнил ту историю и то, как никого тогда не посадили. Неужели вы не нашли виновника?

— Пф, большое дело найти убийцу в маленьком городке? Это тебе не городишко как тот, из которого ты вернулась. Парня мы нашли, оформили, а потом пришёл Питер Сандерс со своим новым начальником и приказал свернуть дело.

Элис потрясённо воззрилась на него, перестав что либо понимать в поведении Питера.

— О чём это вы?

— Папка, говорю, её пришёл и закрыл дело. Сказал передать ему все отчёты и забыть о расследовании. Так что, считай, репутация моя чиста.

Конечно же он не имел в виду свою статистику по нераскрытым делам, но Элис так сильно сдерживалась от плевка ему в лицо, что её выдержке позавидовал бы каждый.

Она вернулась к себе за стол и неосмотрительно вытащила дневник из сумки, желая понять, что за чертовщина творилась в голове у Питера. Она ещё ночью заметила отсутствие каких-либо дат в записях, что лишь усложняло его анализ. Ей отчего-то казалось, что Питер завёл этот дневник уже работая в Farm group. Но прочитав внимательно первые пару страниц, поняла, как ошибалась. Питер Сандерс наводил справки на Farm group ещё до инцидента с дочерью, однако за её пределами было трудно что-то раскопать. «Как и мне сейчас» — с досадой подумала Элис. Она ещё раз пропустила фармкомпанию по всем базам, но ничего не обнаружила. Тогда Элис предприняла последнюю попытку и написала письмо в отдел контроля лекарств. Результат был тем же — никаких нарушений в отношении Farm group выявлено не было. «Но что же навело Питера на них?» — сколько бы Элис не раздумывала над этим, ответ был где-то за пределами этого здания, поэтому после работы она сама решила заехать к оставшимся членам семьи Сандерсов.

В этот раз, стучась в дверь чужого дома по делу Мии, девушка больше не чувствовала нервного напряжения. Она отчего-то была уверена, что им можно всё рассказать без прикрас, и ей помогут. Хоть где-то.

Хозяйка дома сразу открыла дверь, будто им больше ничего не угрожало в этом мире и можно уже не бояться посторонних.

— Добрый вечер. Простите за столь поздний визит, но я пришла по важному делу. Мой напарник Аллен заходил к вам вчера за этим, меня зовут Элис, — девушка указала на дневник в руках и взгляд женщины будто сразу погрустнел.

— С ним что-то произошло?

— … можно и так сказать. Но сегодня я пришла обсудить кое-какие события из дневника.

— Я понятия не имею, о чём он там писал.

— Нет-нет, речь о другом. Вам известно о делах, которые Питер вёл в участке?

— Он не сильно распространялся об этом…

— Да, конечно… Но может было что-то, связанное с Farm group? До того, как он к ним перевёлся.

— Так вы об этом… лучше зайдите внутрь, тут начинает сквозить.

Элис прошла за хозяйкой вглубь дома и присела в предложенное кресло.

— Ах да, забыла представиться. Меня зовут Нора.

— Будем знакомы.

— Вы никуда не торопитесь?

— Нет.

— Тогда я заварю нам чаю, будете?

— Не откажусь.

Сидя в удобном кресле рядом с обогревателем, Элис с интересом начала рассматривать комнату. В зале было всего несколько похожих картин, будто их нарисовал один человек, а над комодом виднелось несколько фотографий в рамках. Элис подошла посмотреть на них поближе, и увидела там всё семейство Сандерсов. До этого момента девушка не знала, как выглядела Мия. Она вытащила телефон и сделала снимок одной из фотографий. У каждой в уголке можно было найти дату, в те времена все плёнки проявлялись таким образом. Последняя из них датировалась 2009 годом, будто жизнь в этом доме остановилась со смертью Мии. Возможно, так оно и было.

Элис услышала шаги из кухни и поспешила вернуться на место. Нора принесла на подносе несколько пиал с мёдом и вареньем, листовой чай с ароматом хвои и две чашки. Она села напротив Элис и, пристально вглядевшись в дневник, спросила:

— Зачем вы взялись за дело моего мужа?

— О, нет, дело не в Питере. То есть, теперь то конечно, но всё началось с Мии.

Нора в ответ на это нахмурила брови и с прискорбием уточнила:

— Да, — Элис вмиг почувствовала себя неуютно, будто разбередила чужие, давно зажитые, раны. Она дала Норе некоторое время на размышления, прежде чем та продолжила.

— Вы правы, Питер подозревал Farm group в незаконных исследованиях ещё до той аварии, но у него не было доказательств. А когда подвернулся случай к ним попасть, он им тут же воспользовался, — Нора говорила о покойном муже с нескрываемым презрением, и Элис не могла её в этом винить.

— Почему Питер взялся за это дело?

— Сложно сказать, с чего всё началось. Вроде как… было что-то странное с результатами вскрытия. У бывших пациентов Farm group обнаруживался излишне высокий уровень эндогенных канцерогенов, который прогрессировал нетипично в естественных условиях.

— И как часто это встречалось?

— Не очень. Вы ведь знаете, люди обращаются к технологиям и лекарственным препаратам Farm group. В их лабораториях создаются самые передовые аппараты, которые продлевают жизнь многим безнадёжным пациентам. Но Питер не унимался даже после того, как всё пришло в норму.

— Простите, о чём именно идёт речь?

— Со временем этот феномен прекратился, и отчёты по вскрытию больше не показывали подобных отклонений.

Пока Элис молча обдумывала услышанное, Нора встала со своего места и подошла к комоду, где хранились фотографии Мии. Она взяла одну из них и задумчиво произнесла, словно и вовсе разговаривала сама с собой.