Аркадий Петрович Лаптев Рудник Проклятых

Фома посмотрел на флакон. Мутная жидкость внутри слабо светилась, переливаясь багровыми и зелёными искрами.

— Вы предлагаете мне выбор? — спросил он.

— Выбора нет, — отрезал Милон. — Ты или выпьешь зелье и научишься контролировать метку, или сойдёшь с ума через пару недель. Единственное, что я могу тебе дать — это знание. Я научу тебя пользоваться тем, что ты получишь. Интерфейсом, инвентарём, навыками. Ты будешь моим учеником — по крайней мере, пока не освоишься. Взамен ты будешь выполнять мои поручения. Барон не лезет в мою башню, но и я не лезу в его политику. Мне нужны глаза и руки снаружи. Ты станешь ими.

Фома молчал. Уголёк в голове пульсировал в такт мерцанию флакона. Он вспомнил Первое кольцо — женщину с младенцем, старика с червями в ранах. Вспомнил Второе кольцо — мальчишку с отрубленным пальцем. Вспомнил Третье кольцо — замок Барона, где коллекционируют пальцы врагов.

Он не хотел становиться частью этого. Но и сходить с ума он не хотел.

— Что я должен делать? — спросил он.

— Выпить. И не умереть, — просто ответил Милон. — Некоторые не переживают активацию. Тело не выдерживает. Но ты сильный. Ты четыре года копал туннель ложкой. Думаю, ты справишься.

Фома протянул руку, взял флакон. Стекло было холодным, но жидкость внутри обжигала пальцы даже через стенки. Он выдернул пробку. Запах — резкий, металлический, с нотками горелых трав — ударил в нос.

— За моё здоровье, — произнёс он без тени улыбки и одним глотком осушил флакон.

Мир взорвался.

Боль была такой, что Фома рухнул с табурета на каменный пол. Он не кричал — крик застрял где-то в горле, превратившись в булькающий хрип. Тело выгнулось дугой, мышцы свело судорогой. Уголёк в сознании вспыхнул, превратившись в пылающий костёр.

А потом — тишина.

Фома лежал на холодном полу, глядя в потолок, и видел, как в воздухе перед глазами проступают огненные строки. Они шипели, словно масло на раскалённых углях, и складывались в слова.

[Интерфейс Руны активирован.]

[Синхронизация с носителем: успешно.]

[Добро пожаловать в систему, Фома.]

Он моргнул, и строки исчезли. Но он знал, что они вернутся, стоит только захотеть. Новое чувство внутри него — больше не уголёк, а спокойное, ровное пламя — подсказывало, как их вызвать.

Милон стоял над ним, скрестив руки на груди.

— Поздравляю, — сухо произнёс он. — Ты выжил. А теперь вставай. У нас много работы.

Глава 3.

Система

Сознание возвращалось рывками, словно выныриваешь из чёрной воды.

Фома лежал на холодном каменном полу, глядя в закопчённый потолок башни. Боль ушла, оставив после себя странную, звенящую пустоту. Но пустота не была немой. Она говорила. Вернее, была готова заговорить — стоило только мысленно потянуться к тому новому, что поселилось в голове.

— Вставай, — раздался сухой голос Милона. — Активация прошла успешно. Поздравляю. Ты не умер. Это хорошее начало.

Фома сел, потирая виски. Перед глазами всё ещё плавали багровые пятна. Маг стоял у стола, перебирая какие-то свитки, и, казалось, потерял к нему интерес. Но это было обманчиво — Фома чувствовал его внимание, острое, как лезвие.

— Ты хочешь знать, что с тобой произошло, — продолжил Милон, не оборачиваясь. — И я расскажу. Но сначала — проверь себя. Вызови статус.

— Как?

— Просто захоти. Это как новая мышца. Ты не знаешь, как ей управлять, но она уже часть тебя. Попробуй.

Фома сосредоточился. Вспомнил то чувство — огненные строки, проступившие перед глазами в момент активации. Мысленно потянулся к нему.

Воздух перед ним дрогнул. С тихим шипением, похожим на звук масла, пролитого на угли, проявились строки:

СТАТУС: УЧЕНИК МАГА (Уровень угрозы: НИЗКИЙ)

Имя: Фома

Здоровье: 40/40

Мана: 20/20

Очки Значимости: 0

Характеристики:

СИЛ: 11

ЛВК: 9

ИНТ: 10

ВЫН: 12

— Видишь? — Милон наконец повернулся. — Это твой лист. Интерфейс Руны. Он показывает тебя таким, каким видит магия Пелены. Цифры, характеристики, навыки — это искусственный язык, созданный магистрами для взаимодействия с куполом. Он груб, но удобен.

Фома смотрел на строки, и в груди росло странное чувство. Его словно раздели. Разложили на составляющие и выставили напоказ.

— Объясните, — хрипло попросил он. — Что всё это значит?

— Слушай внимательно. — Милон опёрся о стол. — Второго раза не будет.

Он указал на первую строку.

— Сила. Твоя физическая мощь. Она определяет, насколько сильно ты бьёшь в ближнем бою — мечом, топором, дубиной. Она же позволяет носить тяжёлые доспехи и таскать грузы. И, что важнее всего, Сила напрямую влияет на твоё здоровье. Каждое очко Силы увеличивает запас прочности. Хочешь быть живучим бойцом — качай Силу.

Палец мага скользнул ниже.

— Ловкость. Точность, скорость и скрытность. Она нужна для дальнего боя — луки, арбалеты. Она же отвечает за воровские навыки: взлом замков, карманные кражи, подкрадывание. Ловкость помогает двигаться бесшумно и уворачиваться от ударов. Если хочешь стать вором или стрелком — это твой путь.

— Интеллект. Разум, память, магическая сила. Он управляет твоей манной и мощью заклинаний. Без интеллекта ты не прочитаешь ни одного свитка и не создашь ни одного зелья. Магия в Котле — удел умных.

— Выносливость. Твой запас сил. Бег, долгий бой, уклонения — всё это жрёт выносливость. Кончится выносливость — и ты не сможешь даже поднять меч, каким бы сильным ни был.

Фома снова посмотрел на свои цифры. Одиннадцать силы, двенадцать выносливости. Неплохо для человека, который четыре года копал туннель и жрал баланду.

— А магия? — спросил он. — Вы сказали, что здесь есть магия.

Милон усмехнулся краем рта.

— Магия в Котле — это не колдовство из сказок. Здесь нет фаерболов и молний, которые швыряют направо и налево. Забудь. Вся магия здесь завязана на руны. Шесть кругов. Первый — простейшие заклинания, вроде магической стрелы или лечения мелких ран. Шестой — то, что не снилось и архимагам. Но до шестого круга тебе — как до столицы пешком.

Он взял со стола небольшой свиток, перевязанный выцветшей лентой.

— Кроме рунной магии, есть свитки. Одноразовые заклинания, которые не требуют маны. Прочитал — активировал. Но чтению свитков тоже нужно учиться. Неграмотный дурак может прочитать боевой свиток и подорвать себя к демонам. Поэтому свитки продают только тем, кто доказал, что умеет с ними обращаться.

Он бросил свиток обратно на стол.

— Теперь — навыки. Всё, что ты умеешь и чему научишься. У каждого навыка есть учитель. В Котле никто не раздаёт знания бесплатно. За обучение платят рудой. Кровавиком. Это единственная валюта, которая здесь имеет значение.

Фома напрягся.

— Где взять руду?

— Добудешь. Об этом позже. Сначала запомни, кто и чему учит.

Милон начал загибать пальцы.

— Силовые навыки. Владение мечом, топором, щитом. Прокачка силы. Этому учит Сайрус, главный стражник Барона. Он живёт в Третьем Кольце, у замка. Жёсткий, грубый, но своё дело знает. Если хочешь стать бойцом — иди к нему. Но готовь много руды. Сайрус дёшево не берёт.

Второй палец.

— Воровские навыки. Карманная кража, взлом замков, скрытное перемещение. Этому учит Гримбо. Живёт во Втором Кольце, держит лавку старьёвщика. Мерзкий тип, но лучшего вора в Котле нет. Если хочешь открывать сундуки и ходить в заброшенные шахты — без него не обойтись. Замки там такие, что без навыка даже не суйся.

Третий палец.

— Дальний бой и акробатика. Лук, арбалет. Скрытное перемещение, кувырки, прыжки. Всё, что связано с ловкостью. Этому учит Крест. Ты его уже знаешь. Он живёт во Втором Кольце, в казарме стражи. Крест — бывший егерь, знает толк в стрельбе. И цены у него пониже, чем у Сайруса.

Четвёртый палец.

— Магия. Руны, круги, свитки. Всё, что касается интеллекта и маны. Этому учу я. До четвёртого круга включительно. Пятый и шестой ты не найдёшь нигде в Котле — разве что в древних манускриптах, погребённых под заброшенными шахтами. Но туда без подготовки лучше не соваться. Я также учу варить зелья — лечение, усиление, яды. Алхимия здесь не роскошь, а способ выжить.

Он опустил руку и посмотрел на Фому в упор.

— Запомни главное: в Котле ничто не даётся даром. Хочешь учиться — плати. Хочешь жрать — плати. Хочешь спать под крышей, а не в грязи Первого Кольца — плати. Твоя руда — твоя жизнь.

Фома кивнул. Он понимал. В Мертвеце было то же самое — только валютой служили услуги и информация.

— Теперь инвентарь, — сказал Милон. — Вызови его.

Фома снова сосредоточился. На этот раз по-другому — не на статус, а на ощущение тяжести на плечах и поясе. Перед глазами проступило новое окно:

ИНВЕНТАРЬ (Вес: 2/35 кг)

Одежда: Мешковина каторжника. Защита: 0. Прочность: 4/10.

Пояс: Пусто.

Спина: Пусто.

Кошелёк: 0 кусков кровавика.

— Убого, — прокомментировал Милон. — Но пока сойдёт. Сейчас у тебя есть только то, что на тебе. В будущем инвентарь будет расти. Сумки, рюкзаки, поясные кошели — всё это увеличивает переносимый вес. Но помни: чем тяжелее ноша, тем быстрее ты устаёшь.

Он подошёл к одному из стеллажей и достал грубый холщовый балахон.

— Держи. Это ученический балахон. Защита — ноль, но хотя бы не мешковина.

Фома поймал брошенную одежду. Ткань была грубой, колючей, но чистой.

— И ещё, — Милон бросил ему маленький пузырёк с мутной жидкостью. — Слабое целебное зелье. Моя работа. Восстановит здоровье, если попадёшь в переплёт. Подарок — в счёт будущих услуг.

Фома спрятал пузырёк за пазуху, и в тот же миг строка инвентаря обновилась:

[Получено: Ученический балахон. Слабое целебное зелье (1 шт.).]

— Интерфейс будет сообщать тебе о получении предметов, — пояснил Милон. — Привыкай.

Он отошёл к столу и взял с него небольшой, но увесистый мешочек. Бросил его Фоме. Тот поймал — внутри что-то звякнуло.

— Там пять кусков руды, — сказал маг. — Аванс. Тебе понадобится заплатить за обучение. Крест научит тебя основам стрельбы за два куска. Гримбо покажет пару воровских приёмов за три. Выбирай, с чего начать. Но сначала — вернёшь долг.

Фома сжал мешочек в кулаке. Пять кусков. Крохи. Но это было больше, чем он имел час назад.

— Что я должен сделать?

— Первое задание. — Глаза Милона блеснули в свете бледного пламени. — В заброшенной шахте, в восточной части Котла, я оставил кое-что перед катастрофой. Небольшой ларец с алхимическими ингредиентами. Он мне нужен. Шахта кишит тварями — шныгами и мракоходами, — но на нижние уровни лезть не придётся. Ларец в старом штреке, на глубине примерно пятидесяти шагов от входа.

Фома запомнил. Шныги. Мракоходы. Судя по названиям, ничего приятного.

— Это не единственный способ добыть руду, — продолжил Милон. — Ты можешь пойти в шахту Борона. Это главная шахта Котла, её контролирует Барон. Там относительно безопасно — стража следит, чтобы твари не лезли из глубины. Но за безопасность нужно платить: половину добытой руды ты отдашь надзирателям. И норму — не менее пяти кусков за смену. Не выполнил норму — получил плетей. Выполнил — живи до завтра.

— А заброшенные шахты?

— Свободная добыча. Никаких надзирателей, никаких норм. Но и никакой защиты. Твари, обвалы, старые ловушки магистров. И другие искатели, которые скорее перережут тебе глотку, чем поделятся добычей. Высокий риск, высокая награда.

Фома взвесил варианты. Шахта Борона — гарантированная руда, но половину отдашь. Заброшенные шахты — можно найти много, но можно и не вернуться.

— Я схожу в заброшенную, — сказал он. — Мне нужен ларец, а заодно добуду руды.

— Разумно. — Милон кивнул. — Но сначала — к Кресту. Он покажет тебе, где ты будешь жить.

Крест ждал его у моста.

— Живой, — констатировал он с ноткой одобрения. — Милон тебя не сожрал. Уже неплохо. Идём, покажу твои хоромы.

Они снова миновали Третье Кольцо — каменные стены, угрюмую стражу, шпиль замка Барона, — и спустились во Второе. Здесь, в лабиринте бараков и мастерских, Крест свернул к небольшой хижине, притулившейся к внутренней стене.

— Твоя, — сказал он, толкая дверь.

Хижина была крошечной — три шага в длину, два в ширину. Голые каменные стены, земляной пол, застеленный соломой. Из мебели — грубо сколоченный топчан с соломенным тюфяком, маленький деревянный стол и табурет. На столе стояла глиняная плошка с маслом и фитилём — лампа. В углу — пустое ведро. На стене — ржавый крюк для одежды.

Пахло сухой соломой и плесенью. Но здесь было сухо. И здесь не было решёток.

— Не дворец, — признал Крест, — но лучше, чем канава в Первом Кольце. Плата за жильё — два куска руды в неделю. Пока ты ученик Милона, Барон не трогает тебя. Но долги лучше не копить.

Фома сел на топчан. Солома зашуршала под ним. Четыре года он спал на гнилой подстилке в камере три на четыре шага. Эта хижина казалась ему почти роскошной.

— Спасибо, — сказал он.

— Не благодари. — Крест прислонился к косяку. — Милон сказал, что ты идёшь в заброшенную шахту. Это опасно. У тебя есть оружие?

Фома покачал головой.

— Тогда идём. У меня есть старый лук, который я могу тебе одолжить. И десяток стрел. Это не подарок — вернёшь после первого же похода. Заодно покажу, как с ним обращаться.

Они вышли из хижины. Солнце — настоящего солнца в Котле не было, но сквозь Пелену пробивался мутный зеленоватый свет — клонилось к закату. Фома шёл за Крестом, размышляя обо всём, что узнал.

Сила, Ловкость, Интеллект. Учителя. Руда. Шесть кругов магии.

Он ещё не понимал до конца, как всё это работает. Но уголёк в сознании теперь горел ровным пламенем, и каждый раз, когда он вызывал интерфейс, пламя отзывалось теплом.

Впервые за четыре года у него была цель.

Найти ларец. Добыть руду. Заплатить за обучение. Стать сильнее.

А потом — найти способ выбраться из Котла и добраться до Борбо.

Злость, копившаяся годами, никуда не делась. Теперь у неё появился инструмент.

Глава 4.

Уроки боли

Утро встретило Фому запахом сырой соломы и тусклым зеленоватым светом, сочащимся сквозь щели в стене. Он сел на топчане, размял плечи. Тело ещё помнило вчерашнюю активацию — мышцы ныли, в висках пульсировало эхо пережитой боли. Но голова была ясной. Даже слишком ясной.

Он вызвал статус — строки послушно проступили в воздухе, шипя и потрескивая.

СТАТУС: УЧЕНИК МАГА (Уровень угрозы: НИЗКИЙ)

Имя: Фома

Здоровье: 40/40

Мана: 20/20

Очки Значимости: 0

Характеристики:

СИЛ: 11

ЛВК: 9

ИНТ: 10

ВЫН: 12

Он всё ещё был никем. Но теперь у него имелся план.

Фома натянул ученический балахон, проверил мешочек с рудой — пять кусков, аванс от Милона, — и вышел из хижины. Второе Кольцо уже проснулось. Шахтёры тянулись к воротам, зевая и почёсываясь. Воры сновали между бараками, высматривая зазевавшихся. Где-то хлопала плеть, и женский голос вскрикивал от боли.

Он нашёл Креста у казармы стражи. Ветеран сидел на перевёрнутом бочонке и точил короткий меч. Увидев Фому, он отложил оселок.

— Готов учиться? — спросил он без предисловий.

— Готов.

— Тогда пошли. Покажу, с какой стороны браться за лук.

Они вышли на тренировочный двор — пятачок утоптанной земли между бараками. Крест принёс старый, видавший виды лук и колчан с десятком стрел. Оперение на стрелах было потрёпанным, но наконечники — острыми.

— Это не подарок, — напомнил Крест. — Вернёшь, когда добудешь своё. Или заплатишь. А теперь смотри.

Он встал в стойку — ноги на ширине плеч, корпус развёрнут к цели, левая рука прямая, правая на тетиве.

— Лук — не дубина. Здесь не сила решает, а точность. Дыши ровно. Целься не в мишень, а сквозь неё. Тетиву отпускай плавно, не дёргай. И не задерживай дыхание — выдохни на выстреле.

Фома взял лук. Дерево было тёплым, отполированным чужими ладонями. Он наложил стрелу, натянул тетиву. Лук заскрипел, мышцы на левой руке напряглись.

— Локоть выше, — поправил Крест. — Если опустишь, стрела уйдёт в землю.

Фома выдохнул. Тетива со звоном ушла вперёд. Стрела ударила в край мишени — не центр, но хотя бы не мимо.

— Сносно для первого раза. — Крест хмыкнул. — Ещё два десятка выстрелов, и мышцы запомнят. Потом перейдём к стойке на колене.

Они занимались час. Крест гонял Фому без жалости: стойка, выстрел, смена позиции, снова выстрел. Руки ныли, пальцы на правой руке онемели, но к концу тренировки три стрелы из десяти ложились в центр мишени.

Перед глазами вспыхнула строка:

[Навык получен: Лук (Уровень 1). Точность повышена. Урон от стрел: базовый + 2%.]

— Годится, — сказал Крест, забирая лук. — Два куска руды. Как договаривались.

Фома отсчитал руду. Два куска — треть его состояния. Но он не жалел.

— У меня есть ещё совет, — добавил Крест, пряча руду в кошель. — Не доверяй никому в Котле. Особенно тем, кто слишком дружелюбен. Запомни это.

Фома запомнил. Но ещё не знал, как скоро ему придётся вспомнить этот совет.

До лавки Гримбо он не дошёл.

На полпути через Второе Кольцо его окликнули.

— Эй! Новичок!

Фома обернулся. К нему спешил человек — невысокий, щуплый, с крысиным лицом и бегающими глазками. Одет был получше Отбросов, но похуже стражников: кожаный жилет поверх холщовой рубахи, стоптанные сапоги. На поясе — короткий нож в потёртых ножнах.

— Ты Фома, верно? — Человек растянул губы в улыбке, обнажив щербатые зубы. — Я Бесо. Слышал про тебя. Говорят, Милон взял тебя в ученики. Это круто, очень круто!

Он говорил быстро, заискивающе, заглядывая в глаза.

— Чего тебе? — спросил Фома без теплоты.

— Дело есть. Выгодное. — Бесо понизил голос, оглядываясь. — Ты ведь идёшь в заброшенную шахту? За ларцом для Милона? Я знаю короткий путь. И кое-что ещё.

Он выдержал паузу, явно ожидая вопроса. Фома промолчал.

— Кольцо Силы, — выдохнул Бесо. — Старая магистерская штука. Лежит в руинах к востоку от Лагеря. Там раньше был форт стражи, его разнесли во время бунта. Я точно знаю, где оно. Один бы я не рискнул, там твари бродят. Но вдвоём... — Он снова оскалился. — Двадцать кусков руды стоит, не меньше. А то и больше. Поделим пополам. Идёт?

Фома колебался. Предложение звучало слишком хорошо. Но руды у него было мало, а Кольцо Силы звучало как то, что может дать преимущество.

«Не доверяй никому в Котле. Особенно тем, кто слишком дружелюбен».

— Почему я? — спросил он.

— Потому что ты ученик Милона! — Бесо всплеснул руками. — Магическая искра, всё такое. Если там ловушки, ты почувствуешь. А я знаю дорогу. Идеальное партнёрство!

Фома смотрел на него и чувствовал смутную тревогу. Но жадность и самоуверенность оказались сильнее.

— Ладно, — сказал он. — Веди.

Руины форта находились в часе ходьбы от Лагеря. Лес здесь был гуще, деревья — выше, а их искривлённые ветви сплетались над головой, заслоняя мертвенный свет Пелены. Под ногами хрустели сухие листья и мелкие кости.

— Уже близко! — Бесо бодро шагал впереди, то и дело оглядываясь. — За тем поворотом. Ты не пожалеешь!

Фома не отвечал. Он сканировал лес взглядом, пытаясь уловить движение. Но странное чувство — то самое, что поселилось в нём после активации, — молчало. И это молчание ему не нравилось.

Поворот. Небольшая поляна, окружённая замшелыми валунами. Посередине — остатки каменного фундамента.

И трое.

Они вышли из-за валунов неспешно, как люди, уверенные в своём превосходстве. Грязные каторжники с дубинами. У одного — ржавый тесак за поясом. У другого — цепь, обмотанная вокруг кулака.

Фома резко обернулся. Бесо стоял в трёх шагах позади, и его улыбка из заискивающей стала торжествующей.

— Извини, новичок, — сказал он. — Никакого кольца нет. Зато есть хороший урок. Дорогой урок.

Фома рванулся к нему, но не успел.

Дубина ударила сзади — по рёбрам, выбивая воздух. Он рухнул на колени. Вторая дубина обрушилась на плечо. Боль была тупой, оглушающей. Перед глазами вспыхнули строки:

[Получен урон: 15 ед. Здоровье: 25/40.]

[Эффект: Перелом ребра (подозрение). Дыхание затруднено.]

— Держите его! — взвизгнул Бесо. — У него должно быть зелье! И руда!

Фома попытался встать. Третий удар — по затылку. Искры из глаз. Вкус крови во рту.

[Получен урон: 12 ед. Здоровье: 13/40.]

[Эффект: Сотрясение. Ориентация нарушена.]

Он упал лицом в грязь. Чьи-то руки шарили по его поясу, рвали балахон. Мешочек с рудой исчез. Пузырёк с целебным зельем — тоже.

— Три куска! — разочарованно протянул кто-то. — И зелье. Маловато.

— Ничего, — ответил Бесо. — Зато весело.

Он наклонился над Фомой, пнул его в бок — так, для удовольствия.

— Запомни, новичок. В Котле не бывает друзей. Бывают только те, кто тебя использует, и те, кого используешь ты. Ты — второй сорт. Всегда им был и всегда будешь.

Они ушли. Шаги стихли в чаще. Фома остался лежать в грязи, глотая кровь и листву.

Строки интерфейса пульсировали перед глазами:

[Здоровье: 7/40. Критическое состояние.]

[Эффекты: Сотрясение, Перелом ребра (подозрение), Кровопотеря.]

[Инвентарь: Пусто.]

[Руда: 0.]

Он попытался ползти. Пальцы скребли землю. Темнота накатывала волнами.

Последнее, что он увидел перед тем, как провалиться в беспамятство, — женский силуэт, склонившийся над ним.

Очнулся он на соломенном тюфяке.

Потолок был низким, закопчённым. Пахло дымом, сушёными травами и чем-то кислым. Где-то рядом потрескивал огонь. Фома попытался пошевелиться — тело отозвалось болью, но уже не такой острой. Рёбра были перевязаны полосками ткани.

— Лежи, — произнёс женский голос. — У тебя было сломано ребро. Я вправила. Зелья у меня нет, так что заживать будет долго.

Он повернул голову. Женщина сидела у очага, сложенного из камней прямо на земляном полу. Худая, измождённая, с седыми прядями в тёмных волосах. Лицо в морщинах, но глаза — живые, цепкие. Одето в лохмотья, но чистые.

— Где я? — прохрипел Фома.

— В Первом Кольце. В моей хижине. Я нашла тебя у ручья, куда ты выполз, прежде чем отключиться. Или, может, сама судьба тебя принесла. Кто знает.

— Спасибо.

— Не за что. — Женщина пожала плечами. — Меня зовут Марта. А ты, стало быть, тот самый новичок, которого Милон взял в ученики. Слухи быстро расходятся.

Фома попытался сесть. Боль пронзила бок, но он стиснул зубы и справился.

— Что с тобой случилось? — спросила Марта.

Он рассказал. Про Бесо, про ловушку, про дубины и украденную руду. Марта слушала молча, помешивая что-то в котелке над огнём.

— Бесо — крыса, — сказала она, когда он закончил. — Стукач и подхалим. Он уже троих новичков так развёл. Мечтает выслужиться перед Бароном, получить место в Третьем Кольце. Но таких, как он, не пускают дальше Второго — Барон не любит предателей, даже полезных.

— Надо было слушать Креста.

— Надо было. — Марта усмехнулась. — Но ты жив, а это главное. Остальное — опыт. Больной, горький, но опыт. — Она замолчала, глядя в огонь. — Я тоже когда-то дорого заплатила за свой урок.

— Что с вами случилось?

Марта долго молчала. Потом заговорила — глухо, не поднимая глаз.

— Я служила кухаркой в богатом доме. В столице. У меня было двое детей — мальчик и девочка. Муж умер от лихорадки, так что я тянула их одна. Хозяева были… не добрые, но платили. Однажды зимой дети заболели. Им нужно было мясо, чтобы поправиться. Навара из костей не хватало. Я украла кусок говядины с хозяйского стола. Маленький кусок. Меня поймали.

Она подбросила щепку в огонь.

— Судья спросил, зачем я это сделала. Я рассказала про детей. Он сказал: «Воровство есть воровство» — и приговорил к ссылке в Котёл. Пожизненно. Детей я больше не видела.

Фома молчал. Его собственная история — подстава от Борво — вдруг показалась почти такой же. Почти.

— Как вы выжили? — спросил он.

— Научилась тому, что умеют все, кто здесь живёт дольше года. — Марта посмотрела на него, и в её глазах мелькнула лукавая искра. — Я стала воровкой.

Она встала, подошла к дальней стене хижины и отодвинула груду тряпья. Под ними обнаружился небольшой сундучок. Марта открыла его — без ключа, одним движением тонкой проволочки.

— Смотри.

Внутри лежали инструменты: отмычки, крючки, какие-то странные штуковины. И небольшой, аккуратно сложенный кожаный кошель.

— Здесь моё богатство, — сказала Марта. — Не в руде. В навыках. Я умею открывать замки, которые не берут даже Гримбо. Умею срезать кошельки так, что жертва не замечает. Умею прятаться в тенях.

Она повернулась к Фоме.

— Ты потерял всё. Руду, зелье, оружие. Но у тебя есть то, чего нет у других. Метка Руны. Искра. Я вижу её в тебе. Ты не просто каторжник, Фома. Ты — шанс. Для себя, а может, и для других.