Ари Скай Почему не уходишь?

Плейлист

Kai – Rover

МУККА – Крыльями

Citizen Soldier – Resilient

baur karbon – этим октябрем

Wildways – Капли

MOT – Мурашками

BTS – Like Animals

Mary Gu – Не влюбляйся

гнилаялирика – цунами

Adam Lambert – Runnin

Пара Нормальных – Happy End

History Of Life – Фонари

МУККА – Иду к тебе

МУККА – Теряю контроль

МУККА – Вороны

гнилаялирика – любить тебя легко

МУККА – Боль

punkdepo – Сны

FIZICA – А знаешь, там за горизонтом

4 Апреля – Пустыми глазами

TRITIA – Бежать по крышам

Любовь – это светлое чувство, оно должно приносить радость,

дарить умиротворение и покой.

Любовь не заслуживает того, чтобы из-за нее страдали.

Глава 1

Кайли

Все начинается с симпатии. Мимолетный проблеск, призрак улыбки, а затем чувства обрушиваются на тебя, снося с ног. И нет никакого способа избежать разрушающих последствий.

Хотела бы я сказать, что эта история не про меня. Ведь если бы на моем месте был другой человек, все могло бы закончиться по-другому.

Не случилось бы ни разбитых сердец, ни потерянных надежд, ни горьких разочарований. Всего можно было бы избежать.

***

– Эй, земля вызывает Кайли! – в поле моего зрения появляется ладонь моей подруги Меган, которой та машет у меня перед лицом. Я моргаю, сбрасывая оцепенение.

– Прости, ты что-то говорила? – спрашиваю я. Бумажная салфетка, которую я без остановки теребила в пальцах последние несколько минут, уже превратилась в труху. Не без сожаления я откладываю ее на край стола и поднимаю взгляд на подругу, с которой мы не только дружим, но и вместе работаем уже почти год.

– Что с тобой сегодня? – Меган озадаченно наблюдает за мной и еще сильнее хмурится, кидая выразительный взгляд на мои руки. – Ты какая-то дерганная. Нервничаешь перед завтрашней выставкой? Или… – Ее бровь изгибается.

О нет, снова она о своем!

– Нет, дело не в мужчине, – перебиваю я ее. В глазах Меган уже сверкают озорные огоньки: она давно помешана на том, чтобы найти мне парня.

Лихорадочно придумывая правдоподобное объяснение, пока подруга не надумала лишнего, я не нахожу ничего лучше, чем сказать правду.

– Просто… – глубоко вздыхаю. – Сестра написала, что родители устраивают семейный ужин на следующей неделе. А я не очень хочу на него идти.

Хотя, вернее будет сказать: «Очень не хочу!»

– Так не ходи.

От ее прямоты я теряю дар речи и судорожно ищу, чем занять руки. И хватаю новую салфетку.

– Не могу. Ужин будет в честь дня рождения племянника. Ради сестры я обязана пойти.

– Кайли, зная Эрику, я уверена, что она поймет, когда ты все ей объяснишь. Она же тебя обожает.

И это чистая правда. В отличие от отца с матерью, наши отношения с сестрой, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте, складывались отлично. С ранних лет Эрика являлась для меня кумиром и самым близким человеком. Я гордилась ею и в детские годы постоянно бегала за ней пятам. Стоит отдать должное – сестра терпеливо мирилась с моей назойливостью, и никогда не жаловалась, позволяя всегда быть рядом.

Героиня, иначе не скажешь.

А когда я подросла и пошла в школу, именно Эрика была той, кто помогал с уроками и заступался за меня перед родителями. Отец, а, в особенности, консервативная мать, никогда не были довольны мной и отчитывали за любую провинность. И только благодаря Эрике я не чувствовала себя одинокой в нашем огромном доме. По крайней мере, до того, как сестра не уехала в колледж.

Поэтому стоило ли сейчас упоминать, насколько тягостным для меня становилось любое взаимодействие с родителями? Я бы скорее вызвалась целый день разгружать вагоны с тяжелыми мешками, чем провести несколько часов в их компании!

Но не хотелось расстраивать сестру.

– Это праздник Итана, – качаю я головой в ответ на сочувствующий взгляд Меган, немного жалея о том, что вообще завела эту тему. – К тому же несколько часов осуждения со стороны родных я выдержу.

Мне не привыкать.

К счастью, от продолжения неудобного разговора меня спасает подошедший к нашему столику официант. Поставив перед нами заказанные блюда, от которых еще поднимается пар, распространяя вокруг восхитительный аромат горячей еды, заставивший мой желудок призывно заурчать, молодой человек неловко кашляет в кулак, обводя взглядом нетронутую чашку Меган, и поворачивается к ней.

– Вам не понравился кофе, мисс? Хотите попрошу бармена переделать?

Пряча веселье, я искоса смотрю по подругу. Первые секунды Меган в замешательстве хлопает ресницами, переводя взгляд со стола на смущенное лицо парня и обратно, а потом ее губы растягиваются в улыбке.

– Ах, не нужно, спасибо! Кофе отменный, я просто жду десерт.

– Что ж, тогда… отлично, – кивает, зардевшись, парень. – Ваше пирожное будет подано в течении пятнадцати минут.

– Спасибо, Энди! – благодарит его Меган, и, пользуясь мужским вниманием, кокетливо поправляет волосы. Щеки молодого парня, которому на вид едва исполнилось двадцать, еще больше покрываются розовыми пятнами.

Неловко шаркнув ногой, он перехватывает поднос другой рукой.

– Приятного аппетита, дамы, – кивает он, удостоив и меня робкой улыбкой. – Если буду нужен – обязательно зовите.

– Конечно!

Когда он отходит от нашего столика, я беззвучно смеюсь.

– Энди? Когда ты успела узнать его имя?

Меган элегантно пожимает плечом.

– У него на бейджике написано.

– Да брось, не было у него никакого бейджика! – шепчу я, подавшись вперед. – Признавайся, откуда ты знаешь его имя.

– Он мне его сказал, когда мы с ним впервые оказались в кладовке после закрытия ресторана.

Погодите. Что?

– Хочешь сказать, ты уже с ним переспала?! – шиплю я, понижая голос до максимума. – Подруга… когда ты успела?

Хихикнув в ладошку, Меган заговорщически шепчет:

– На прошлой неделе.

– Невероятно, – я откидываюсь на спинку сиденья, ошарашенно наблюдая за ней. – Меган, это невероятно! Ты мутишь с парнем, который моложе тебя на несколько лет!

Наколов на зубчики вилки спагетти, отправляю их в рот и едва не мычу от удовольствия.

Первая еда за день. Потрясающе!

– У него отличная задница, – отвечает Меган, смотря вслед лавирующему по залу официанту, пока тот не скрывается за дверями кухни. – К тому же он не сильно младше меня. Ему двадцать один.

– А тебе двадцать семь, – замечаю я.

– Ну… – хитро сощурив глаза, пожимает плечами Меган. – Энди не особо против, как ты видишь. И, между прочим, он действительно очень хорош, – мечтательно вздохнув, Меган в ту же секунду становится серьезной и переводит взгляд на меня. – Тебе тоже надо кого-то найти.

Я стону.

– Меган, прошу, не начинай.

– А что? – она деловито поправляет браслет на запястье и впивается в меня взглядом. – Собираешься всю жизнь прожить в одиночестве? – Меган наставляет на меня наманикюренный палец. – Тебе двадцать три, Кайли, ты красотка, но каждый раз, когда я пытаюсь познакомить тебя с парнем – сразу отказываешься.

– Мне не нужны кратковременные интрижки.

– А почему нет? Из этих «кратковременных интрижек», как ты выразилась, может вырасти нечто большее. Не обязательно же заниматься сексом на первом свидании, можно просто встретиться за чашечкой кофе.

– Меган, обед остывает.

Надеюсь, она поймет намек.

– Вот видишь, опять ускользаешь от темы, – расстроенно цокает языком Меган и возвращается к еде. – Что ж, как знаешь. Я просто пытаюсь сделать как лучше.

Я тихонько вздыхаю. Несмотря на излишнюю навязчивость, я знаю, что Меган действительно желает мне добра.

– Спасибо. Я ценю твою заботу, но у меня уже есть человек, который мне нравится. Я не скажу кто, – вставляю я. – И другие парни меня не интересуют.

Меган странно хмыкает, ковыряя вилкой в тарелке, а затем смотрит на меня:

– Но если этот загадочный человек тебе так нравится, почему вы с ним еще не вместе? Он что, женат?

– Конечно нет! Просто… Это сложно. Он даже не подозревает о моих чувствах.

– Так признайся ему.

И почему у нее все так просто?!

– Не могу, – качаю головой, чувствуя, как начинают гореть щеки. – Не уверена, что мы сможем быть парой.

– А ты не решай за него. Вот черт! – фыркает Меган и с недовольным видом дует на кусочек стейка, наколотый на вилку. – Горячо! – поясняет она на мой вопросительный взгляд. – И мой тебе совет, Кайли: не упусти шанс заполучить мужчину мечты из-за банальной неуверенности.

– Угу, – мычу я, делая вид, что соглашаюсь.

То, что за всю свою жизнь я только один раз встречалась с парнем – было моим сознательным выбором. Первые отношения не продлились долго, а занятие любовью не принесло радости. Чувств, страсти, от которой бы бешено заходилось сердце, не случилось, поэтому, повстречавшись месяц, мы сочли за лучшее разбежаться.

Я знаю, что сделала правильный выбор. Я не хотела размениваться: секс без эмоциональной привязанности или единичные связи никогда не привлекали меня. Я мечтала о настоящей любви, как в книгах, когда дыхание замирает, низ живота сводит от желания, а сердце стучит так, словно грозит выскочить из грудной клетки.

Именно этого я хотела. Именно этого ждала.

Тоскливо окидываю взглядом остывающую еду перед собой. Аппетит, недавно появившийся, теперь и вовсе пропал. Сама того не осознавая, Меган попала своими словами прямо в цель.

Отодвинув от себя тарелку, встаю из-за стола. Стул скрипит, и Меган тут же вскидывает на меня взгляд. По глазам вижу, что она хочет что-то сказать, но я останавливаю ее, уверяя, что все в порядке.

Я всегда ценила ее мнение, и никогда не была против любви, как, наверняка, считала подруга. Просто желала, чтобы любовь была настоящей.

– Куда ты? – с виноватым лицом произносит Меган, позабыв про свой стейк.

Я расправляю складки на нежно-лиловой юбке.

– Мне нужно заскочить в аптеку. Встретимся на работе, ладно?

– Но ты же совсем не поела!

– Я не голодна, перекушу позже, – с натянутой улыбкой уверяю я ее.

Сунув руку в карман сумки, оставляю на столе несколько купюр и, накинув на плечи тренч, быстро ретируюсь из ресторана.

Оказавшись на улице, с наслаждением вдыхаю полной грудью осенний воздух. Легкие опаляет прохладой, в голове проясняется.

Конец октября в Нью-Йорке выдался довольно холодным и дождливым. Зябко ежась, я увеличиваю шаг, огибая лужи, и, перебежав дорогу, захожу в аптеку. Купив все, что нужно, гляжу на часы – до окончания обеденного перерыва еще остается время, и, решив, что вполне успею забежать в ближайшую кофейню за любимым латте с ореховым сиропом, толкаю входную дверь аптеки и выбегаю на промозглую улицу.

И врезаюсь прямо в проходившего мимо человека. Из-за удара правую сторону лица пронзает боль, а на языке чувствуется металлический привкус крови. Кажется, прокусила щеку. От неожиданного столкновения я оступаюсь, тело по инерции ведет назад, и я уже готова позорно упасть в лужу, но, в последний момент, поймавший меня за локоть мужчина, в которого я и влетела, дергает меня на себя, второй рукой обхватывая за талию. Он прижимает меня к себе так крепко, что, решившись, наконец, открыть глаза, первое, что вижу – блеск капель дождя на черной кожаной куртке. Застежка молнии слегка опущена, и над воротом торчавшей из-под верхней одежды рубашки выглядывает загорелый участок кожи.

Поднимаю голову и ахаю. Глаза цвета безоблачного голубого неба, которые встают перед моим мысленным взором каждое утро и вечер на протяжение целого года, стоит мне лечь спать, сейчас смотрят на меня наяву. Небольшая складка пролегает между бровей, а кожу вокруг глаз испещряет тонкая сеть морщинок. Уголки губ мужчины подрагивают и ползут вверх, пока на губах не застывает удивленная улыбка.

Его лицо находится так близко от меня, что я ощущаю жар дыхания на своей коже.

– Ты можешь вдохнуть. – Его губы двигаются, но до меня не сразу доходит смысл. – Я держу тебя.

Повинуясь команде, делаю глубокий вдох. Легкие жжет, и я внезапно осознаю, что не дышала все время, пока находилась в его объятиях.

Объятиях? Черт возьми!

Вспыхнув, упираюсь ему в плечи. Стальные мышцы перекатываются под моими ладонями, и мужчина отстраняется, с явной неохотой отпуская меня.

Дав себе ровно одну секунду на то, чтобы прийти в себя, я снова встречаюсь взглядом со своим боссом – Ровером Лейком, директором художественной галереи, в которой я работаю весь последний год на должности арт-менеджера.

– Мисс Сэндлер? – окутывает меня глубокий голос. – Какая неожиданная встреча. И чем же я заслужил честь быть сбитой вами?

Я сглатываю и потираю вспотевшие ладони. На улице не настолько холодно, но я просто не знаю куда деть руки. Внизу живота завязывается предательский узел. Хочется отмотать время назад или, на крайний случай, провалиться сквозь землю, но ни одно, ни другое невозможно.

Пока я пытаюсь совладать с нервами, мистер Лейк обводит меня оценивающим взглядом с головы до ног. Темные брови сходятся на переносице, а взгляд из удивленного сменяется на снисходительный. Босс следит за моими лихорадочными движениями, а затем молча берет мои ладони в свои, сухие и теплые.

– Мистер Лейк, простите, я не смотрела куда иду, – заплетающимся от волнения языком говорю я. – Вы не ушиблись?

– Я? – Мистер Лейк моргает, на лице отражается искреннее замешательство. Первые мгновение он недоуменно смотрит на меня, а затем его рот приоткрывается, голова запрокидывается, и по улице разносится раскатистый смех.

Растерявшись, я молча переминаюсь с ноги на ногу.

И что такого смешного я сказала?

Должно быть неловкость отчетливо отражается на моем лице, потому что мистер Лейк тут же перестает смеяться. Его ладони, все еще греющие мои руки, приподнимаются, и мужчина мягко касается губами моих костяшек.

– Замерзли, мисс Сэндлер?

Вот теперь я точно забываю, как дышать.

Я качаю головой.

Дождь усиливается, и я невольно засматриваюсь на то, как струйки воды стекают с его волос на шею, исчезая под одеждой, и не сразу замечаю, как мозолистые пальцы обхватывают мой подбородок, поднимая лицо выше.

Подушечкой большого пальца мистер Лейк очерчивает линию челюсти, посылая по моему телу дрожь.

– Вы действительно беспокоитесь, что могли навредить мне, мисс Сэндлер? – мягким, соответствующим его прикосновениям, голосом спрашивает босс. – Сомневаюсь, что такая хрупкая девушка, как вы, может кому-либо причинить вред.

– Когда-то я занималась спортом, – произношу я, облизывая пересохшие от волнения губы.

Ну да, конечно, как будто несколько занятий боксом, куда меня затащила сестра пару лет назад, потому что ей было скучно идти одной, можно назвать полноценным спортом!

– Не стоит меня недооценивать.

– О, даже не думал.

С этими словами мистер Лейк отпускает меня и проводит по своему лбу ладонью, откидывая назад мокрые волосы. Приоткрыв рот, я завороженно наблюдаю за ним.

Господи, как же глупо!

Я тотчас одергиваю себя.

– Нет, я не ушибся, Кайли, – обведя пристальным взглядом улицу, мистер Лейк слегка придвигается, чтобы пропустить прохожего. – Но не думаю, что нам стоит и дальше стоять здесь под дождем.

Снова осмотрев меня, уделяя пристальное внимание одежде, он едва заметно поджимает губы, прежде чем снова встретиться со мной взглядом.

Я не сразу понимаю, что же его так не устраивает.

– Где твой зонт? – спрашивает он.

– Оставила в галерее. Не планировала гулять под дождем.

– И все же ты сейчас стоишь передо мной вся мокрая.

Твою ж…

Я поспешно опускаю голову. Щеки вспыхивают, и я радуюсь, что покрасневшую от этой фразы кожу можно объяснить реакцией на промозглую погоду.

Кайли, он совершенно не то имел в виду!

Но унять тяжесть внизу живота не получается.

– Я вышла ненадолго и как раз собиралась возвращаться в галерею, – бормочу я. – Мой перерыв уже заканчивается.

– Отлично, – кивает он, и тянется к молнии на своей куртке. – Я тоже направляюсь туда. Пойдем вместе.

Округлившимися глазами наблюдаю, как мужчина стягивает с себя кожаную куртку и набрасывает мне на плечи, оставаясь в одном пиджаке.

– Держи. Застегнуть сможешь?

– Но вы… – я так ошарашена его поступком, что даже не шевелюсь.

– Понятно, – усмехается он. – Все-таки совсем замерзла.

Не обращая внимание на мой потерянный вид, мистер Лейк приседает на корточки и ловко вдевает край молнии в замок. Ведя ползунок вверх, он медленно выпрямляется, оказываясь еще ближе, чем был. В ноздри тут же ударяет запах терпкого одеколона, и голова кружится от такой близости.

– Но как же вы? – мямлю я, стараясь не опускать взгляд на его приоткрытые губы. – Вы же простудитесь.

– От небольшого дождя точно не заболею, – с самоуверенной ухмылкой заявляет он, поправляя на моих плечах куртку. Свободная, впитавшая в себя тепло мужчины, она надежно облегает мое тело, согревая. Мистер Лейк задирает голову к небу. – Тем более дождь уже почти закончился.

Отогнув манжету пиджака и повернув запястье к себе, мистер Лейк переводит взгляд на циферблат наручных часов. Словно загипнотизированная, я слежу за каждым движением его пальцев. И, видимо, пропадаю в моменте, потому что мистеру Лейку приходится кашлянуть, чтобы привлечь мое внимание.

В его глазах мелькает веселье.

– Ну так что, идем?

Глава 2

Ровер

Она выскакивает внезапно. Я едва успеваю ее подхватить, чтобы девушка не шлепнулась в огромную лужу, покрывающую большую поверхность тротуара. Черт бы побрал этот дождь!

Кайли Сэндлер – девушка, которую я взял на работу в прошлом году, сейчас стоит передо мной, а я прижимаю ее хрупкое дрожащее тело к своему. И, что самое странное, мне совершенно не хочется ее отпускать, хотя я с ней даже никогда не общался по-настоящему, лишь пересекался в залах галереи и на рабочих собраниях.

А ведь она очень красива. Шелковистые светлые волосы волнами рассыпаются по плечам, достигая поясницы, а глаза, обрамленные длинными ресницами, кажутся такими большими, что я не смог бы отвести от нее взгляд, даже если бы захотел.

Увидев, что девушка вышла на улицу без зонта, в слабом подобии пальто, и уже успела вымокнуть под дождем и замерзнуть, я готов ее отругать.

О чем она вообще думает? Хочет заболеть?

Стянув с себя куртку, застегиваю ее на ней, сдерживаясь, чтобы снова не привлечь девушку к себе и не вторгнуться в ее губы поцелуем. От Кайли так притягательно пахнет клубникой – не химозно, как пахнут многие из отдушек, а приятно, словно передо мной настоящая ягода, которую хочется съесть.

Даже естественная красота Кайли, не перекрытая броским макияжем, для меня в новинку: практически все женщины, с которыми я обычно провожу время, красятся, как на подиум. Я думал, что мне это нравится, но сейчас, касаясь бархатистой бледной кожи, влажной от дождевых капель, без тонны тонального крема, я не могу оторваться от нее. Глядя в доверчивые серо-голубые глаза, вспоминаю все долгие взгляды, которые бросала на меня эта девушка при каждом удобном случае, думая, что я не вижу. А ведь я все замечал, но предусмотрительно держался подальше, зная, что разобью ей сердце.

За свои тридцать два года я успел понять, что подобный типаж девушек не для меня – слишком простодушные, слишком наивные. Слишком скромные. Мечтают о красивой и вечной любви, на которую я точно не способен.

Поэтому сейчас, игнорируя низменные инстинкты, которые пробуждают во мне аромат ее волос и взгляд, проникающий в самую душу, я провожаю Кайли до дверей галереи, готовый, в случае чего, снова подхватить ее на скольком асфальте, после чего ухожу, скрываясь до конца дня в своем кабинете.

Сконцентрировавшись на работе, настолько увлекаюсь согласованием деталей следующей выставки, что не замечаю, как наступает вечер. Галерея пустеет и, приоткрыв дверь в коридор, удостоверяюсь, что все сотрудники уже разошлись по домам. Я остался на этаже один.

Да уж, пора идти и мне. Неделя выдалась не из легких, и, хоть я обожаю свое дело, все же не горю желанием задерживаться в пятницу вечером на работе. В крайнем случае, неотложные задачи могу доделать из дома.

Размяв после долгого сидения шею, выключаю в кабинете свет и подбрасываю в руке связку ключей. После чего запираю кабинет и бодро шагаю на выход, желая только о двух вещах – о горячем душе и теплой постели.

Уже в дверях меня окликает охранник и что-то сует в руки. Я с недоумением смотрю на собственную куртку, которую днем отдал Кайли.

– Что…

– Мистер Лейк, вашу куртку передала девушка, работающая здесь. Попросила вернуть вам, когда будете уходить. Ее зовут…

– Знаю, – обрываю его, до скрипа сжимая ткань в кулаке.

Поблагодарив охранника, выхожу на улицу, прямо под проливной дождь и двигаюсь к припаркованной неподалеку машине.

Закинув гребанную куртку на заднее сиденье, завожу мотор, стараясь не думать о девушке, которая направилась домой в промокшей насквозь верхней одежде. Вряд ли ее слабое подобие пальто успело полностью высохнуть за какие-то пару часов.

Разве я просил возвращать мне куртку? Хотя… какого черта меня вообще это волнует?

Додумать мысль я не успеваю. Телефон в переднем кармане пиджака вибрирует и, вытащив его, собираюсь проигнорировать вызов, но усталость пережитого дня и необходимость выплеснуть на ком-то злость вынуждает меня ответить.

Что ж, ты сама напросилась, детка.

– Что тебе, нужно, Вики? – грубее, чем того требует ситуация, рявкаю я. – Я же сказал тебе не звонить по пустякам.

Как же надоело, что девушка, с которой я периодически провожу ночи, имеет наглость названивать мне, когда ей вздумается! Давно уже следует серьезно поговорить с ней.

Другая бы обиделась и уже послала бы меня куда подальше, но Вики не из тех, от кого можно легко отвязаться. Одна из немногих причин, почему я держу ее возле себя – это превосходный минет, который она делает в начале каждой нашей встречи.

Ртом она действительно работает превосходно, и я даже не хочу знать, откуда у нее такие навыки.

– Это не пустяк, – обиженно хнычет в трубку девушка. – Ты нужен мне, Ровер. Прямо сейчас.

– Зачем?

– Мне скучно.

Я сжимаю зубы.

– Так найди себе кого-нибудь, помимо меня. Я сегодня не в настроении развлекаться, – огрызаюсь я. Переведя звонок на громкую связь, кидаю телефон на приборную панель и, ударив по педали газа, начинаю выруливать со стоянки.

– Но я соскучилась! – не унимается Вики, отчего я стискиваю руль крепче. – Мы не виделись уже две недели!

Господи, как же достало!

– Вики, не будь навязчивой.

– Когда ты меня снова позовешь?

– Я уже говорил тебе. Я занят.

– Но ты постоянно работаешь и…

– Твою мать!

Машина появляется словно из ниоткуда. Я резко ударяю по тормозам и виляю влево, едва не съехав с трассы из-за урода в тонированной тачке, который влезает прямо передо мной, и подрезает на пустой дороге.

Процедив себе под нос всевозможные ругательства, я бросаю гневный взгляд на экран телефона. Девушка ни в чем не виновата, но теперь во мне клокочет еще больше злости.

– Повторяю тебе в последний раз, Вики, и советую запомнить хорошенько: не дергай меня по пустякам. Не звони и не закидывай сообщениями. Или же нам придется прекратить наши встречи.