Падал снег все утро – белым-белым,
Накрывая ветви и дома,
Я смотрел в окно и между делом
Рисовал на инее тебя.
Здесь стекло промерзло возле рамы,
Видимо гуляли сквозняки,
Блоковский портрет Прекрасной Дамы
Графикой ложился на стихи.
Утро прорывалось сквозь полоски,
В комнату просачивая свет,
И от шпилек до твоей прически
Тонким получался силуэт.
Матовая призрачность основы,
Словно белый грунт на полотне,
И хотя мы даже не знакомы –
Я тебя рисую на окне.
Так изящны контуры движенья,
Будто в танце взмыли два крыла,
И волос твоих густых скольженье
Поймано касанием тепла.
Пойманы запястья мимолетно,
Взяты в плен ресницы этих глаз…
Как же звонко ты и беззаботно
Рассмеялась со стекла сейчас!
Я любуюсь, ничего не правлю,
И мечтаю, что тобой любим,
Я тебя одну здесь не оставлю –
Растоплю дыханием своим…
(Сказоч-Ник)
– Мама, снег!
Настя завизжала от восторга, бросаясь к окну, где прямо на глазах капли непрекращающегося уже несколько дней дождя замерзали в воздухе, превращаясь в крошечные снежинки.
Дочка даже забыла про печенье, которое они лепили вдвоем. Ладошками, перепачканными мукой, толкнулась в стекло, рассматривая нежданное чудо.
А ведь похолодания не было в прогнозе. Арина не сомневалась, что все предстоящие праздники мир останется таким же промозгло-серым, вымокшим насквозь, как накануне, потому и обрадовалась не меньше Насти. Внезапно захотелось распахнуть окно настежь и подставить лицо этим пушинкам, которые рассыпались с неба волшебными крошками счастья.
Как мало его нужно, оказывается! Всего лишь снег, а она уже готова почти плакать от радости, просто потому что самый главный зимний день вдруг стал настоящим.
– Пойдем лепить снеговика? Мам?
Пытаться построить что-то из рассыпчатого пуха – бесполезное занятие, но дочке не обязательно об этом знать. Ей хватит удовольствия от одной только возни в снегу. А недоделанные печенья… Так куда спешить? Впереди целый вечер, когда можно будет закончить все, что они не успели.
Да и разве правильно сравнивать какое-то там тесто с долгожданным хрустящим покрывалом, в котором удивительным образом переплелись холод для ладошек и жар для сердца?
Во двор высыпала почти вся детвора, несмотря на приготовления к Новому году: снег являлся таким редким явлением, что пропустить подобное событие было попросту невозможно.
Домой вернулись, когда совсем стемнело и тусклого света фонарей стало недостаточно для прогулки. Варежки дочки, разумеется, промокли насквозь, а молочно-белый комбинезон приобрел совершенно немыслимый оттенок: все-таки тонкий слой снега не сумел скрыть многодневную слякоть. Ледяные от мороза щеки горели очаровательным румянцем, а в глазах еще не успел растаять восторг, но, увидев себя в зеркале, Настя расстроено захныкала:
– Мамочка, это отстирается?
Арина рассмеялась, целуя сморщившийся от волнения носик.
– Конечно, Настен. У нас же с тобой самая лучшая машинка. Давай-ка снимай все мокрое и беги мыть руки. Поужинаем и будет доделывать печенье.
Предстоящее одиночество в новогоднюю ночь не вызывало в душе прежней горечи. Жалеть себя – неблагодарное занятие. Легче не становится, а чем дольше поддаешься унынию, тем труднее потом выбираться из этого состояния. И неспособная как-то повлиять на обстоятельства своей жизни, женщина очень старалась изменить свое к ним отношение. Хороший и мудрый постулат, хотя и далеко не всегда удавалось следовать ему.
А что еще оставалось? Искать другую работу только ради того, чтобы с кем-то там познакомиться, не хотелось. Арина с радостью взялась бы за дело, в котором могла бы больше реализоваться, но маленькая дочка требовала внимания, а родители и ближайшие родственники находились за тысячи километров. Одна-две встречи в год – максимум, на что можно было рассчитывать с ее бюджетом. Выбранный вид деятельности позволял жить довольно прилично, без излишнего шика, но имея все необходимое, и для таких вот, как сейчас, развлечений оставалось время. А она сама… В большую и светлую любовь уже не верила, а меньшего не хотелось. Проходили. Повторов не нужно, усвоила, как больно падать, срываясь с воздвигнутых собственной фантазией высот. Лучше одна, чем так, как было…
Женщина сейчас улыбнулась собственному отражению в зеркале. Не подходящий момент для хандры: по квартире уже разносились ароматы выпечки, а Настя кружила вокруг елки, зачарованно поглядывая на укрытые под ней разноцветные пакеты.
Наряженная в специально купленное для праздника платье, она напоминала сказочную принцессу, и, с нежностью рассматривая малышку, Арина подумала о том, как все-таки ей повезло в жизни. Развалившийся брак мог оставить лишь одно опустошение в душе, а она живет, наслаждаясь таким драгоценным подарком судьбы, немного наивной и бесхитростной любовью ребенка, не зависящей от ее оплошностей. Не была ведь идеальной матерью: почти в каждом дне случалось то, о чем потом приходилось сожалеть, но доверчивые детские глаза компенсировали промахи. Ради улыбки дочки многим можно было пожертвовать, в том числе вниманием тех, кто не готов был принять малышку в свою жизнь.
Ее единственный роман после развода так и остался ненаписанным. Уверенный в себе, уравновешенный мужчина, с которым она познакомилась во время очередного заказа, оказался весьма настойчив в своих ухаживаниях. Арина почти влюбилась. Не в него: в то, что могла обрести благодаря этим отношениям. И хотя это чувство не имело ничего общего с тем волнением, о котором она мечтала одинокими ночами, была готова пойти навстречу. Она не питала иллюзий по поводу своей внешности, зная, что каждый год оставляет на лице все больше следов, а формы далеки от совершенства. Николай никогда не смотрел на нее так, как описывают в сказках, весьма недвусмысленно давая понять, что конфетно-букетные отношения и глупые признания уместны лишь в юности, а для них вполне подойдет здравый расчет, которым и предлагал руководствоваться. Ему была нужна жена, а Арина для этой роли подходила очень неплохо, так что он даже был готов закрыть глаза на наличие ребенка. Но когда, явившись на очередное «свидание», забыл Настино имя, не выдержала. Она могла смириться с отсутствием цветов (в самом деле, к чему такие траты, когда на эти же деньги можно купить несколько килограммов картошки), но игнорирование собственной дочери перенести не могла. Крошечное солнышко не заслуживало того, чтобы расти рядом с человеком, которому нет до нее дела.
Подруги откровенно не понимали, как можно было упустить ТАКОГО мужика: с машиной и постоянной работой, с собственной квартирой, практически не пьющего и вполне симпатичного внешне. Ну и что с того, что в волосах слишком заметно пробивались проплешины, которых он даже не стеснялся? Как и расслабленных мышц на животе…
– Глупая ты, Арина… – расставаясь, смотрел с явным недоумением. Ей ли выбирать? Одинокая, уже далеко не юная и совсем не красавица, еще и с довеском. Радовалась бы, что он обратил на нее внимание. Так нет же: кривится. Да не сильно и хотелось!
После его ухода она проплакала целую ночь. Это не были слезы сожаления: Арина слишком хорошо понимала, что никогда не раскается в том, что за мужчиной закрылись двери, но дышать накатившей пустотой оказалось тяжело. А Николай во многом был прав, говоря, что шансов у нее практически нет. Откуда им взяться, если она с людьми встречается только в детском саду, да в магазинах, куда забегает вместе с дочкой. Статьи заказчикам в большинстве случаев отправляет по электронной почте, не видя никого вживую. Не в Интернете же знакомиться, в самом-то деле. Хотя и этот шаг был пройденным. Нет, заглянуть на сайты знакомств Арина не осмелилась: слишком сильны были устоявшиеся в голове предрассудки. А вот на местном форуме пыталась общаться с теми, чьи высказывания показались интересными. Даже переписывалась несколько месяцев с одним человеком. Он нашел в ее лице податливого собеседника, но то, что женщине виделось хотя бы возможной дружбой, на деле оказалось банальной попыткой развлечься уставшего от семейного жизни типа. Этакий виртуальный роман с мужчиной, не желающим в реальности навредить собственной семье. Узнав правду, Арина несколько дней не могла избавиться от ощущения гадливости, заполнившей все существо. Казалось, она отравилась несвежей пищей. Ее мутило, и никакие лекарства не помогали, даже работать было тяжело: не могла себя заставить подойти к ноутбуку.
Но доброе время залечило раны и утишило боль, а сиянье дочкиных глаз не затмевали никакие обиды. Все вернулось на круги своя, только рисковать их миром на двоих, допуская в него кого-то чужого, больше не хотелось. Тосковать она почти не успевала, разве что ночами, когда запаздывал сон, или в такие вот праздники, когда понимала, как сильно отличается от других женщин – тех, кому дарят красочные свертки, и кому не приходится покупать мандарины на Новый год самостоятельно.
Довольный визг Насти отвлек от невеселых мыслей. Девочка развернула очередной пакет, обнаружив там долгожданную куклу. В детстве Арины таких не было и в помине, а из множества современных игрушечных новшеств ее дочка выбрала самое безобидное, смущающее разве что ценой.
Присела на пол рядом с малышком.
– Прямо сейчас будешь пробовать все, что она умеет?
Настя радостно закивала, и Арина рассмеялась, обнимая ее: вот и нашлось занятие до глубокой ночи. Так и вышло. Стрелки часов почти подошли к одиннадцати, когда, отвлекшись на звонок родителей, женщина не заметила, как дочь заснула: практически в одно мгновенье свернулась в клубочек на диване, прижимая к себе новую подружку. Уставшая, все еще с нежным румянцем после прогулки, с подсохшей в уголке рта капелькой шоколада от торта, она выглядела такой довольной, что вновь не удалось удержать улыбки. Перенося ее в постель, уткнулась лицом в забавные кудряшки. Может ли что-то на свете сравниться с этим неповторимым ощущением?
Вместе с дочкиным сном в квартиру пришла тишина и опустилась на плечи пушистым, ласковым пледом. Незваной гостьей следом пробралось одиночество: стоило лишь взглянуть в окна соседних домов, где мелькали тени и весело светились огоньки, рассказывая о тех, чей праздник в самом разгаре. Ее – уже закончился, в тот самый момент, когда дрогнули ресницы убаюканной усталостью малышки. Оставалось лишь навести порядок на кухне, а потом присоединиться к Насте.
О купленном накануне платье Арина вспомнила случайно. Наряжаться теперь, когда вечер почти завершился, чтобы убрать остатки посуды, было не слишком умно, но не большую ли глупость она допустила, сделав покупку? Еще вчера убедила себя, что забудет свою нелепую выходку. И про заказанное поздравление забудет… Ну что интересного может ей пожелать незнакомый человек? Счастья и здоровья в Новом году? Рот свело оскоминой от подобной банальности. Не нужно ей никакое волшебство, она ведь не Настя, которая только сегодня впервые уснула без сказки и то лишь потому, что утомилась. И почту проверит просто на всякий случай, вдруг там какой-то новый заказ…
Разумеется, в такое время никаких заказов не было и в помине. Откуда им взяться в новогоднюю ночь, когда все нормальные люди отдыхают? Арина несколько минут гипнотизировала взглядом папку входящих писем, словно что-то могло измениться. Если никто из клиентов не написал до сих пор, ожидать, будто это произойдет почти в полночь… Смешно.
Но экран вдруг мигнул, перезагружая страницу, и в списке уже знакомых сообщений вдруг появилось новое. Письмо от незнакомого отправителя. Вместо имени – только «А». Легкий голубой тон, почти прозрачные буквы, словно снежинки в морозном воздухе.
Впилась глазами в написанное, боясь вздохнуть. То были даже не слова – тонкое кружево, сплетенное в причудливый узор. Тронь – и исчезнет, растает на ладони. Купленное за деньги чудо, придуманное неизвестным сказочником. Ее единственный в эту ночь подарок, появившийся одновременно с первыми залпами салюта, возвестившими о наступлении нового года.
«Мечты сбываются, птичка… Закрой глаза. Постель не будет холодной. Ее прохлада лишь освежит уставшее тело и подарит светлые сны, невесомые и нежные, ласковые и чуткие. Не снившиеся никогда раньше, но именно те, что грезились тебе всю жизнь. И эти сны исполнятся. Для тебя.
Ты не устанешь ждать, а поиски не будут долгими. Млечный путь осветит дорогу, и ты не заблудишься. Придешь именно к той двери, которую не откроет никто другой.
Он есть. Только твой. Просто пока вы не встретились. Не плачь об этом. Прибереги твои слезы до того мгновенья, когда они смогут пролиться от счастья.
Сотканное для тебя Вселенной это счастье ждет, и руки, без которых ты скучаешь, сомкнутся на плечах, чтобы не покидать никогда.
Так обязательно случится, птичка… В эту ночь не бывает ошибок».
Она боялась высоты и не смотрела вниз,
Её неяркие лучи не разрывали тьму.
Она мечтала о любви. Какой смешной каприз:
Став незаметной для других, светить лишь одному…
А на Земле была зима, звенел хрустальный лес…
С улыбкой грустной у окна, усталый чародей
Курил и сказки сочинял про маленьких принцесс,
И эти сказки (иногда) сбывались у людей.
Он был не то, что одинок… Он ничего не ждал,
И в сердце отзывалась боль едва заживших ран.
Их не хотелось бередить. Уж он-то точно знал,
Что в глупых сказках правды нет. И что любовь – обман.
Заметив первую звезду, он ей шепнул: «Привет,
Ты светишь только для меня, небесный светлячок?»
И был ужасно удивлён, услышав «Да» в ответ.–
«Тебе свечу», – шептал с небес дрожащий голосок.
Она боялась высоты… Он не хотел любить…
У каждого – своя судьба и свой дурацкий страх.
И, вроде, не о чем мечтать, и нечего делить –
Лишь отражение лучей в задумчивых глазах.
Её закрыли облака, а он улёгся спать,
Одновременно свет погас и в небе, и в окне.
Ему приснилось в эту ночь, что он умел летать…
Она училась падать вниз в своём нестрашном сне…
А утром всё пошло не так: он стал о ней грустить.
И, как назло, погожий день разлился синевой,
Но он смотрел в слепящий мир, пытаясь различить:
Плывёт ли чудо-огонёк сейчас над головой?..
Ты видишь свет её любви, печальный Менестрель?
Ты понял, что всю жизнь писал лишь для неё одной.
Как долго длилась здесь зима, и вот пришел апрель,
Когда ты сердце уколол о лучик золотой.
Теперь ей страшно без тебя. Ты этого не знал?
Она зажглась лишь потому, что есть на свете ты.
Она всегда была твоей, кого б ты ни терял,
Не замечая этот взгляд с небесной высоты.
Но жизнь по-своему мудра, в ней неизменна суть:
Любовь как сказку для двоих ничем не отменить.
Не запрещайте сердцу ждать, чтобы когда-нибудь,
Найти того, кому звездой захочется светить.
(Сказоч-Ник)
Неделю спустя
В этом районе Арина почти никогда не бывала. Слишком далеко от дома, и абсолютно никаких достопримечательностей для ребенка, а ей приходилось путешествовать по городу в основном с Настей. Но сейчас малышка находилась в садике, а она сама застыла перед дверью с небольшой вывеской в цокольном этаже новостройки.
Агентство «Инкогнито»
Может быть, зря приехала? Надо было послушаться подругу, которая все эти дни с самого Нового года пыталась ее разубедить?
Полученное послание повергло в шок, и только боязнь предстать наутро перед дочкой с распухшими глазами удержала от рыданий. Вместо дежурных фраз Арина получила сотканный из нежности шедевр, и хотя отправитель не имел ни малейшего представления о той, для кого слагал строки, а всего лишь выполнял оплаченную работу, это не повлияло на неожиданное для самой себя решение: найти его.
– А дальше? – Юля была настроена более чем скептически. – Хорошо, допустим, ты приедешь в эту контору и выяснишь, кто тебе писал. Что потом? Признаешься, что потрясена его умением излагать мысли? Что спишь и видишь, как он все повторит вслух? Аришка, извини, но это чересчур даже для тебя.
– Я просто хочу посмотреть на него, – упрямо повторяла женщина. Никаких весомых аргументов не было, кроме сильнейшего желания, возрастающего с каждым часом. Просто увидеть. Взглянуть в глаза мужчине, умеющему парить над действительностью. В том, что это так, она не сомневалась: иначе у него не нашлось бы подобных слов.
– Он может оказаться женатым. Стариком. И даже женщиной! – подруга притопнула ногой от возмущения. – Ты об этом не думала? С чего вообще взяла, что писал именно мужчина?
Думала, только такие мысли нисколько не уменьшили пыла. Вдруг слишком явно напомнило о себе свойственное в юности безрассудство, то самое, что побудило ее купить ненужное платье, заставило позвонить в компанию, заказать поздравление и теперь толкало дальше: встретиться лицом к лицу с таинственным автором. А потом…
А что потом, она не знала, но даже это не остановило, и, промаявшись неделю, Арина отправилась по адресу, указанному на сайте.
Офис оказался небольшим, но при этом был оформлен почти идеально. Во всяком случае, самой Арине, проводящей за компьютером большую часть времени, никогда бы не удалось так гармонично и удобно оформить рабочее место. А здесь очень удачно переплелись строгость и простота, и женщина невольно позавидовала тем, кому повезло работать в такой обстановке.
Стоило ей войти, как навстречу из-за стола поднялась молодая миловидная девушка.
– Здравствуйте. Вы по объявлению?
Арина успела только кивнуть, и глаза незнакомки засияли, наполняясь радостью.
– Это замечательно! Я боялась, что никого не будет. За целую неделю не позвонил ни один человек, а Вы решили сразу прийти. Так даже лучше!
Она определенно приняла ее за кого-то другого, но Арина не спешила разубеждать. Просто стояла, слушая восторженное воркование, мягкой, уютной волной проникающее вглубь души.
– Как вас зовут? Может быть, перейдем на «ты»? Мы же почти ровесницы. Я – Алиса.
Та самая Алиса, девушка со сказочным именем, принявшая у нее заявку. И безусловно знающая, кто писал ответ.
– Арина.
– Оу! – она едва не подпрыгнула от радости. – У тебя имя тоже с буквы «А»! Значит, все правильно!
Странный возглас Алисы и необъяснимый восторг, вызванный всего лишь именем, смутили, но ничего возразить Арина не успела: новая знакомая пригласила ее к столу, поднимая экран ноутбука.
– Все очень просто. Есть специальная программа. Когда поступает заявка, ее принимает первый, кто оказывается у компьютера, и берет в работу. Или не берет, тогда она остается в системе и ждет следующего. На звонки чаще всего отвечаю я, но телефон агентства многоканальный, так что мы всегда на связи.
Алиса подробно рассказывала особенности работы, что могло означать только одно: им требовался новый сотрудник, и по какой-то непонятной причине именно ее приняли за кандидатуру на эту роль. Стоило разубедить девушку и придумать логичное объяснение для своего появления, но… Арина этого не сделала. Лишь кивнула, всматриваясь в незнакомую программу, и уточнила.
– А сколько человек всего здесь работает?
– Пять, включая меня. У нас еще есть команда, которая занимается организацией праздников и различных мероприятий, но у них офис в другом месте. А тут директор, я и еще трое мужчин. В общем, все те, кто непосредственно занимается написанием поздравлений.
– То есть… – Арина поперхнулась собственной озадаченностью, – писать может любой из… пятерых?
Наивная! Она полагала, что найти автора послания не составит труда, а все оказалось совсем иначе. Не спрашивать же напрямую, кто именно отвечал на ее заявку!
– Да, так и есть, – Алиса улыбнулась. – Написать может каждый, но последнее время заказов стало так много, что мы попросту не справляемся. Потому и дали объявление о наборе новых сотрудников.
Ее пояснения прервал стук входной двери, и приготовленные в ответ слова застряли в горле.
Весь прошлый опыт общения с мужчинами внезапно сошел на нет: Арина видела перед собой не просто привлекательную внешность – внутреннюю силу, которая сквозила в каждом движении. Он был уверен в себе, но не выглядел самодовольным, знал, какое впечатление производит на окружающих, но не кичился этим. А в серых внимательных глазах простерся целый мир, в который женщине мучительно захотелось заглянуть.
Если писал он, если в его сердце нашлись те слова, что взбудоражили все ее существо, с таким мужчиной стоит попытаться оказаться рядом. Хотя бы для того, чтобы увидеть то, чего не знала прежде: чуткость и нежность, пусть даже и не к ней.
Взгляд скользнул вниз, на кисть правой руки, и сердце забилось быстрее: кольца не было. Арина понимала, что это ничего не значит, рассчитывать, что его сердце окажется свободным, еще и раскроется для нее… Немыслимо. Невозможно. Кто она, чтобы вызвать любовь мужчины, от одного только присутствия которого сбивается дыхание?
Он улыбнулся, и лицо из строгого и сосредоточенного стало почти мальчишеским. Потянулся к ее ладони, но вместо ожидаемого рукопожатия Арина внезапно ощутила, как кожи коснулись теплые, мягкие губы.
– Привет. Я – Андрей.
Ее окатил жар, в одно мгновенье пробравшись от пылающих щек до кончиков пальцев на ногах, будто сотни маленьких раскаленных иголочек впились в тело. Лишь прикусив щеку изнутри, удалось скрыть слезы, почти сорвавшиеся с ресниц.
Ей никогда в жизни не целовали рук. Даже в шутку. А этот мужчина не шутил, и, похоже, такое приветствие было для него вполне привычным. Более того, естественным. Словно он невзначай тронул за плечо, ободряя одним прикосновением. И Арина впервые за долгое время почувствовала себя красивой женщиной. Именно женщиной. Не вещью, согревающей чью-то постель, не удобным человеком рядом, не машиной, выполняющей привычную работу. Женщиной. Той, чью руку можно поцеловать, невзирая на отсутствие маникюра. И хотя прекрасно понимала, что новый знакомый, скорее всего, не вкладывал в свой невинный жест никакого запредельного смысла, все равно не могла не наслаждаться теми ощущениями, которые подарило касание мужчины.
В разгоряченное сознание ворвалось восторженное щебетание Алисы.
– Андрюша, ты представляешь, Арина пришла по объявлению! Она хочет работать у нас!
Еще несколько минут назад можно было поспорить с таким заявлением, но теперь женщина неожиданно осознала, что хочет этого на самом деле. Остаться. Здесь, в мире, с которым она никогда прежде не встречалась. Где ТАКИЕ мужчины улыбаются незнакомкам совсем не с целью их соблазнить или получить какую-то иную выгоду для себя. Просто так. Как сейчас Андрей…
А на его лице действительно заиграла улыбка, такая открытая, что Арина не удержалась – улыбнулась в ответ.
– Арина? Правда? И как после этого не поверишь в новогоднее чудо, да, Лисенок?
Он подмигнул растерявшейся женщине, видя, что его слова вызвали недоумение, и пояснил:
– У нашего директора есть фишка: в агентстве работают только те, чьи имена начинаются на букву «А». Сейчас впервые решили отойти от этого правила, потому что очень нужен еще хотя бы один человек. А появилась ты: А-Р-И-Н-А. Очень красивое имя, кстати. Как и его обладательница. И я уже сказал, как мне приятно познакомиться?
Лицо вновь полыхнуло смущением. Арина взглянула на Андрея сквозь полуопущенные ресницы, выискивая насмешку. Но ее не было. Только радость, настолько искренняя, что в глазах защипало.
– Мне тоже… приятно.
– Вот и чудесно, – мужчина опять подмигнул. – Алиска, такое событие просто необходимо отпраздновать. Где все?
Девушка рассмеялась.
– Ты сегодня первый. После нас, конечно. Но идея мне нравится. Я закажу столик?
Столик в ресторане? Она не ослышалась? Ее ведь пока никто никуда не взял, даже директора пока в глаза не видела. А что если такая кандидатура просто не устроит его? Как тогда справиться с разочарованием, которое неизбежно последует? Ей не хочется уходить…
Дверь в офис вновь распахнулось, и с потоком ледяного свежего воздуха в комнату ворвался еще один мужчина. Арина беззвучно ахнула, понимая, что ответ на ее опасения не замедлил. Не прозвучало ни одного слова, а она осознала, что перед ней – именно директор. Цепкий взгляд мгновенно просканировал помещение, замечая каждую деталь. Брови чуть заметно приподнялись при виде разложенных на столе бумаг. Короткое касание ладоней – приветствие с Андреем – жест, выдающий отношения друзей: в нем не было небрежности или равнодушия, и даже мимолетность вобрала в себя отпечаток их близости. Следующим движением пальцы на мгновенье вплелись в распущенные волосы Алисы.
– Здравствуй, Лисенок. Ты прелестна, как всегда, – и мужчина развернулся к Арине.
– У нас гостья, и это не может не радовать, – улыбнулся, хотя и довольно сдержанно. – Аркадий.
Еще одно «А» и не менее потрясающий мужчина. Интересно, директор тоже, как и другие сотрудники пишет письма? Алиса сказала, что это делают все. Значит, и он относится к их числу? И мог быть автором ее послания? ОН???
В такого было бы страшно влюбиться, уж ей, Арине, так точно, потому что рядом с ним она всегда бы ощущала собственное несовершенство. Комплексы имелись в изобилии даже рядом с бывшим мужем: грузным и не всегда опрятным мужчиной, которого никакими усилиями не удалось научить содержать в порядке вещи и вовремя приводить себя в порядок. У нее до сих пор, спустя более четырех лет после развода, сохранилось стойкое, граничащее с отвращением неприятие его запаха: смеси пота и дешевого мыла. Ни дезодоранты, ни парфюм он не признавал категорически, не только считая траты на подобные вещи неразумными, но и полагая, что в человеке все должно быть естественно. Включая запах.
Аркадий же… благоухал. Она не смогла подобрать другого определения свежести, что, проникнув в комнату вместе с его появлением, окутала мужчину шлейфом терпковатого морозца, куда вплелись какие-то немыслимые оттенки, напоминающие о бушующей стихии. Той самой, что плескалась в почти черных глазах.
Он напоминал скалу в разыгравшемся море, сильную и непоколебимую. Раньше Арина лишь слышала про таких людей, никогда не видя воочию: если ты не боишься его самого, то иного в жизни страшиться нет смысла: рядом с ним решится любая проблема. У таких не бывает безвыходных ситуаций, а любая дверь раскрывается прежде, чем он поворачивается в ее сторону. Но при всем этом – ни грамма надменности, лишь четкое понимание происходящего.
Женщина заставила себя улыбнуться.
– Меня зовут Арина. Я слышала, что вам нужны сотрудники. И вот…
– И вот Вы здесь, – он закончил вместо нее, и губы дрогнули в улыбке. – Арина, я хоть и похож на серого волка, но сегодня вполне сыт, так что опасаться Вам нечего. Добро пожаловать.
И все? Она растерянно заморгала, не понимая, отчего не звучат расспросы о ее навыках, об умении красиво излагать мысли и прочее, кажущееся необходимым в подобных условиях. Это было настолько странно, что не прояснить ситуацию не смогла:
– Я копирайтер. Признаюсь: опыта написания пожеланий у меня нет, но я готова учиться…
Аркадий жестом прервал ее, внезапно переходя на «ты».
– Девочка, тебя бы здесь не было, не имей ты потенциала для нашей работы. А опыт – дело наживное, так что ничего не бойся. А то, что ты еще и Арина… – он рассмеялся. – Прямо знак свыше… Алиса уже рассказала о нашем правиле?
– Андрей рассказал… – у нее получилось немного расслабиться, хотя присутствие мужчины по-прежнему вызывало какие-то странные ощущения и в сердце, и во всем теле. Волнение, граничащее с почти детским восторгом. Примерно так Настя взирала на дорогущие игрушки в магазине, которые не просила купить, понимая даже в свои пять лет, что такая цена им с мамой недоступна. Но это не мешало просто любоваться, изредка мечтая о лучших временах, когда что-то подобное придет и в ее жизнь. Только если дочка могла себе позволить легкомысленные размышления о волшебном будущем, то Арина прекрасно знала, насколько оно нереально.
– Андрей предложил отметить появление нового члена коллектива походом в ресторан, – сообщила Алиса директору.
Тот одобрительно кивнул.
– Отличная идея. Только я буду занят допоздна, так что маякни, куда мне подъехать, встретимся на месте. Да, кстати, сама-то Арина не против? – повернулся к ней.
– М-м? Извини, нам привычно, а ты в шоке, наверное. Без меня меня женили… Как у тебя вечер, свободен?
Сделанное утром предложение подруги побыть с Настей оказалось очень уместным. Малышка любила бывать в гостях, а Юлин сын, хоть и был старше на целых шесть лет, всегда с удовольствием с ней играл. Так что проблем не будет, да и засиживаться в ресторане допоздна она не собиралась. Познакомиться с сотрудниками агентства поближе не помешает, тем более что пока не удалось ни на шаг приблизиться к разгадке.
Скрывая неловкость, улыбнулась Аркадию в ответ:
– С удовольствием, только у меня маленькая дочка, поэтому времени будет немного. И спасибо за доверие, постараюсь Вас не разочаровать.
Мужчина приподнял бровь, усмехнувшись.
– Уверен, что не разочаруешь. Только ко мне на «ты», пожалуйста. Я не в том возрасте и положении, чтобы воздвигать дистанции, которые в нашей работе совсем ни к чему. Андрей, ты мне нужен на пару минут.
Перед входом в свой кабинет, добавил:
– Алиса расскажет тебе обо всем, что нужно, и познакомит со спецификой работы. Будут вопросы, сразу обращайся к любому из нас.
Когда мужчина скрылся за дверью, Алиса весело рассмеялась.
– Видишь, а ты переживала! У нас мировой директор. И все остальные тоже.
Ну да, еще же есть и остальные. Если встреча с половиной сотрудников вызвала столько эмоций, что же будет дальше? Обдумать это Арина не успела, вновь услышав, как открывается входная дверь. И застыла, понимая, что такого количества потрясений не переживала уже давно.
Права была Юлька, отговаривая ее от этой затеи. Ну и что произойдет, когда она узнает, кто являлся автором послания? Сам директор, Андрей или вот этот незнакомец? Или четвертый, если он такой же, в чем Арина почему-то не сомневалась. Похоже, Алиса забыла предупредить, что кроме фишки с буквой «А» в имени обязательным требованием для персонала является модельная внешность. А для новой сотрудницы просто решили сделать исключение, в силу острой нехватки кадров. Да такие мужчины НИКОГДА, ни при каких обстоятельствах не захотят иметь с ней ничего общего! Разве что написать еще одно письмо, по блату, со скидкой или вообще бесплатно. Но не больше…
Он был слишком красив, чтобы заинтересоваться такой, как она. И наверняка не одинок. Если и не женат (хотя отсутствие кольца еще совсем не показатель!), то наверняка рядом есть та, которой отдано его сердце. Иначе быть просто не может. Подобные ему (и Андрею, и Аркадию) не доживают до такого возраста в одиночестве.
– Алекс, познакомься: это Арина, наша новая сотрудница.
В его глазах мелькнуло изумление, тут же сменившись каким-то удовлетворенным спокойствием.