Анна Шибитова Ты моё завтра

Глава 5

Дрэго

Прощальная месса в местной церкви Хинтона собрала множество людей, знавших покойного. Среди них были те, кто искренне соболезновал нам, но и те, кто втайне радовался кончине Лаззаро.

Я шёл по центральному проходу рядом с матерью, она крепко держала меня за локоть. Её глаза покраснели от слёз, и каждое её движение выдавало отчаянную борьбу с собой. Она потеряла мужа, но в этот же день могла лишиться и сыновей.

Всё моё внимание было сосредоточено на центральном подиуме. Там, среди мрачных цветов, стоял тёмно-красный дубовый закрытый гроб, его глянцевая поверхность мерцала в отблеске свечей.

Любой из присутствующих мог быть причастен к гибели Лаззаро, и всем было ясно, что его смерть не была случайностью. В зале, пропитанном запахом ладана и страха, ощущалось, витающее в воздухе напряжение.

Я сканировал взглядом каждого встречного, надеясь увидеть в чьих-то глазах признание: «Да, это я убил твоего отца». Найди я такого – и он бы получил пулю прямо в церкви, без всяких сомнений.

Мы добрались до первого ряда, и я осторожно помог маме присесть на скамейку. Возле неё опустилась миссис Грейс Морелли. Она потянулась к ней, обнимая и утешая.

– Non credo a queste persone3, – едва слышно прошептала мама. – Сome facciamo a individuare l`assassino? 3

Я опустился перед ней на корточки, бережно заключив её холодные ладони в свои. В её глазах горела смесь немой мольбы и глубоко запрятанного ужаса.

– Я тебе обещаю: лично найду убийцу и уничтожу его.

Мама тяжело вздохнула, её губы дрогнули.

– Они пытались убить и вас. Они не остановятся, мой caro. Защити своих брата и сестру.

Её слова, пропитанные отчаянием и невыносимой болью, заставили меня стиснуть зубы до скрежета. Я прекрасно осознавал, что моя цель переменилась – не просто найти убийцу. Отныне это была война, в которой я не остановлюсь, пока не отомщу за своего отца.

– Обещаю тебе, – повторил я.

В церковном проходе заметил приближающегося ко мне Габриэле Морелли. Одно его имя уже внушало страх и уважение. Высокий, широкоплечий, он был облачён в чёрное пальто, что придавало ему ещё более угрожающий вид.

Именно Габриэле первым вылетел на вертолёте к академии, когда на нас напали. Его обученные и безжалостные бойцы оперативно ликвидировали оставшихся бандитов. К сожалению, охрана учреждения была уничтожена. Произошедшее указывало не на случайное нападение, а на тщательно спланированное покушение.

В первую очередь – на моего отца. Его автомобиль, всегда охраняемый и надёжный, был заминирован. Взрыв прогремел внезапно, Лаззаро и его водитель погибли мгновенно. Инцидент случился возле тщательно контролируемой территории компании. Я понимал: предатель скрывался среди тех, кто имел доступ к холдингу.

За Габриэле следовал Лео, а под руку его держала Астрид. Она была поразительно похожа на свою мать: светлые волосы, пронзительные голубые глаза. На её лице ещё не высохли следы недавних слёз. Её появление, словно долгожданный глоток свежего воздуха, принесло мне облегчение. Когда наши взгляды встретились, все мои тревоги и боль отступили. В её глазах я увидел удивительное сочетание хрупкости и внутренней силы. На миг мне показалось, что она хочет подойти ближе. Я сделал шаг навстречу, но Габриэле вырос передо мной.

– Как ты, сынок? – встревожился он.

– В порядке, – ответил я, бросая взгляд на Астрид. Она обошла меня, и в этот момент её пальцы невесомо коснулись моей ладони. Мимолётно, почти незаметно, но я инстинктивно обхватил свою ладонь другой, будто пытаясь удержать ускользающее тепло её прикосновения. Астрид присела рядом с нашими матерями.

– Расследование уже началось, – добавил мистер Морелли. – Виновные понесут наказание.

Я кивнул.

В зале появились священнослужители. Началась прощальная месса.

После отпевания я направился к тонированному минивэну. Внутри уже ждали мама и сестра, Кьяра. Альба, обнимая дочь, пыталась её утешить.

– Где Натан? – Я заглянул внутрь салона.

– Здесь.

Натан шёл рядом с Райаном. Оба были в строгих костюмах и чёрных пальто.

– Не отходи от мамы и сестры, – предупредил брата. Он послушно кивнул и забрался в машину. Я повернулся к Райану.

– Поеду на кладбище с тобой.

Мы сели в его внушительный внедорожник. Следом за катафалком, в котором покоился гроб отца, тронулась мрачная колонна из сотни машин. У кладбища погода резко испортилась: небо затянуло серыми тучами, и холодный ветер швырял в нас мокрый снег.

Я застыл у свежевырытой могилы. Рядом, плечом к плечу, стояли мои родные, их взгляды прикованы к происходящему. Люди в форме ритуальной компании, словно бездушные механизмы, опустили гроб в чёрную пасть земли. Их лопаты, с безжалостной точностью бросали комья влажной глины. Каждый удар, каждый падающий комок – это новый удар по моему сердцу, раздираемому болью и немым криком ярости.

***

В гостиной нашей виллы витал дурманящий запах дорогих духов и алкоголя. Официанты двигались почти неслышно, лавируя между гостями с подносами закусок. Мой взгляд был прикован к окну, но слух ловил каждое слово присутствующих.

Собравшиеся здесь – не просто друзья, родственники и партнёры. Каждый из них имел прямые интересы в бизнесе моего отца. Их беседы неизменно сводились к одному: кто займёт пост руководителя компании и продолжит дело усопшего. Это был не просто вопрос преемственности, а ожесточённая борьба за власть и финансовые активы.

Совсем скоро Ларри Гарсия, адвокат семьи, раскроет содержание завещания. Это ключевой момент, способный кардинально изменить судьбы многих.

Чья-то рука легла мне на плечо. Я обернулся. Передо мной стоял мой дядя, Лоренцо Виторио, младший брат отца.

– Мы отомстим за Лаззаро, – произнёс он, и я уловил резкий запах алкоголя.

– Все, кто причастен к его убийству, будут найдены и уничтожены мною лично.

Лоренцо прищурился, словно оценивая мою решимость. Он склонил голову и сделал глоток из своего бокала.

– Ты и твой брат продолжите обучение в академии?

Я молча кивнул, не желая вдаваться в подробности.

– Тогда я присмотрю за твоей мамой и сестрой, – добавил он.

– Спасибо, – сухо ответил я и отошёл к маме.

Альба сидела на диване возле Грейс и Кьяры. Я опустился перед ней на корточки, заметив дрожь её ладоней. Мама подняла на меня заплаканные глаза.

– Мой caro, – прошептала она. – Ларри уже здесь?

– Он в кабинете, ждёт нас.

– Мне бы хотелось, чтобы этот затянувшийся день подошёл к концу. – Она выпрямилась и расправила плечи, пытаясь стряхнуть невидимую тяжесть, которая давила на неё. – Мы должны услышать последнюю волю Лаззаро.

Антонио Росси, как и остальные охранники, находился поблизости. Для меня он был больше, чем просто телохранитель – человек, которому можно доверить самое сокровенное. Именно Антонио будет оберегать маму и Кьяру, пока мы с Натаном будем в академии.

– Антонио, – обратился я, – пусть все покинут особняк.

Приказ был отдан мгновенно, и уже через несколько минут дом опустел. В гостиной остались только мои родные и семья Морелли. Мама, сжав кулаки, стояла у дивана, её взгляд был прикован к лестнице, ведущей в кабинет отца на втором этаже.

Ларри, высокий мужчина с ледяным взглядом, стоял у массивного дубового стола. Я помог маме присесть в кресло, затем отошёл к окну, откуда открывался вид на сад. Грейс заняла место рядом с мамой, внимательно наблюдая за каждым движением Ларри. Кьяра и Натан расположились рядом со мной. Астрид и Лео сели на бархатный диван. Габриэле и Лоренцо остановились у двери, готовясь слушать адвоката.

Ларри оглядел нас, затем ввёл код на кейсе, и замок щёлкнул. Он извлёк конверт с фамильной печатью, содержавший завещание отца, и вскрыл его.

– Всё своё имущество, включая банковские счета, Лаззаро Виторио оставил своей жене, Альбе Виторио, – зачитал Ларри. – А также своим детям: Дрэго, Натану и Кьяре Виторио.

– Дрэго и Натан должны продолжить обучение в академии Святого Микеля, – продолжил он. – Холдинг по добыче драгоценных металлов и изготовлению ювелирных изделий, как и все остальные фирмы, возглавит Дрэго. Но есть одно условие.

Ларри сделал паузу, будто давая нам возможность подготовиться к дальнейшему.

– Условие таково: Дрэго должен вступить в брак с Астрид Морелли по достижении ею совершеннолетия, то есть восемнадцати лет. Пока это условие не выполнено, руководство компанией и всеми её подразделениями остается за Лоренцо Виторио.

Глава 6

Астрид

Последние слова адвоката прозвучали как удар грома. Мир вокруг замер. Я смотрела на Ларри, не моргая, потому что моргать означало бы признать, что это происходит, что это реально.

Пальцами непроизвольно сжала платье и заторможенно посмотрела на Дрэго. Он стоял, как статуя, абсолютно невозмутимый. Ни одной эмоции, ни малейшего движения мускула на лице. Пустота. Я пыталась уловить хоть что-то, отдалённый намёк на мысль, но тщетно.

Мой взгляд, словно по наитию, метнулся к матери. Она не двигалась. Ни единого шороха и вздоха. Её лицо бледное, почти прозрачное, а ладонь прижата к сердцу. Казалось, она застыла в каком-то немом вопросе, который так и не был задан.

Среди всеобщего смятения лишь отец оставался спокоен. Он скрестил руки на груди, и его взгляд, пронзительный и оценивающий, впился в адвоката. Ни удивления, ни страха, ни колебаний – ничего. Отец прекрасно знал про это условие.

Я вскочила с дивана, будто меня прошибло током. Адреналин пульсировал в крови, обжигая изнутри. Мне хотелось убежать, вырваться из удушливого дома, который разом превратился в клетку. Отец отодвинулся от прохода, освобождая мне путь. Я задержала на нём взгляд, полный недоумения и злобы, и вышла. Не оглядываясь, понеслась по коридору.

Мимо проносились картины, вазы, стулья – каждый предмет, казалось, оживал, протягивая ко мне невидимые щупальца, стремясь поглотить, утянуть в свою бездну, сделать частью своей безжизненной сущности.

Я мчалась, пока не долетела до комнаты, где провела последние ночи, и с грохотом захлопнула за собой дверь, отрезая себя от этого кошмара. Схватила подушку, прижала её к лицу так сильно, мечтая раствориться, исчезнуть. Из груди вырвался отчаянный крик. Как какой-то проклятый клочок исписанной бумажки стал приговором моей судьбы?

Прозвучал едва уловимый стук. Дверная ручка медленно повернулась, и дверь приоткрылась. На пороге появилась мама. В её глазах застыла растерянность и потрясение, будто она только что столкнулась с призраком.

– Ты знала? – По моим щекам вновь заструились слёзы. Мама неуверенно шагнула. Её губы дрожали, а руки, которые она вытянула ко мне, выглядели слабыми.

– Нет, милая…

Я бросилась к ней, как к единственному острову безопасности в бушующем море. Уткнулась лицом в её плечо, и слёзы хлынули с новой силой, заливая её платье. Мама гладила меня по волосам, как делала это в детстве, когда я расшибала коленки или плакала из-за сломанной куклы.

Отец неспешно подошёл к нам. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни один звук не сорвался с уст. Он просто стоял и смотрел на нас, на всю эту сцену, которая разворачивалась перед ним, с каким-то отстранённым, почти невозмутимым видом.

– Ей всего тринадцать! – сорвалась мама. – Как ты можешь быть таким бесчувственным?!

– Никто не заставляет их венчаться сегодня.

Мать метнулась к нему, её лицо пылало, в глазах сверкали молнии.

– Что, если в этом браке Астрид будет несчастной?

Отец оставался равнодушным. На его губах играла слегка заметная усмешка, будто он предвидел эту бурю.

– Ты выходила за меня замуж при тех же обстоятельствах, – напомнил он ровным голосом.

– Это совсем другое! Мы знали друг друга с детства!

– Так и Дрэго гостил у нас каждое лето. – Отец пожал плечами. – Вспомни Грейс! Ты сама мне говорила, как они здорово ладят. Ты же первая заметила эту связь! Именно после твоих восторгов о Дрэго я и поговорил с Лаззаро.

Атмосфера между родителями раскалилась до предела. Я следила за ними, не смея пошевелиться. Сердце стучало, как молот в кузне, с силой, разрывающей грудную клетку. Мысли метались, точно испуганные тени, не находя покоя.

Мама ещё ближе придвинулась к папе.

– Пройдёт столько лет до их свадьбы… Астрид и Дрэго вырастут, изменятся. Да, они поженятся, но что, если они так и не полюбят друг друга по-настоящему?

Папа, глядя ей в глаза, сказал с непоколебимой уверенностью:

– Дрэго – единственный мужчина, которому я могу доверить самое сокровенное, нашу дочь. Эта свадьба состоится, и точка! Моё решение окончательное!

Отец вылетел из комнаты, с грохотом хлопнув дверью. Стены отозвались глухим стоном, а окна вздрогнули от резкого звука.

Мама повернулась ко мне, в её глазах теперь читалось не только негодование, но и глубокая печаль. Она подошла, обняла меня крепко, прижимая к себе.

– Ох, милая моя, – прошептала она. – Я знаю, как тебе сейчас тяжело. Это всё так сложно, и я понимаю твои страхи. Но знай, что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой. Мы справимся со всем вместе, слышишь? Ты моя самая большая радость, и я всегда буду защищать тебя, как только смогу.

Я уткнулась в её плечо. Мы некоторое время молча стояли, обнявшись. Её слова были бальзамом на раны, но они не могли стереть ужас, который поселился внутри меня. Страх перед будущим, перед жизнью, которая ускользала сквозь пальцы.

– Хочешь я останусь с тобой этой ночью? – Мама обхватила моё лицо ладонями.

Я покачала головой.

– Нет, мам. Лучше побудь с Альбой и Кьярой. Этот день для них гораздо тяжелее, чем для меня. К тому же, мне сейчас хочется остаться одной.

Мама кивнула и, поцеловав меня в лоб, вышла из комнаты.

Всю ночь я ворочалась в постели, не в силах заснуть. Хаос в голове не утихал. Я вжималась в подушку, пытаясь спрятаться от самой себя, раствориться в её мягкой бездне. Как же хотелось, чтобы вчерашний день испарился, оставив после себя едва заметный след, словно сон, который забываешь, проснувшись.

Первые лучи рассвета робко пробились сквозь занавески. Я с трудом поднялась с кровати, натянула брюки и футболку и выскользнула из комнаты. Во рту пересохло, и единственное, чего жаждала, был глоток холодной воды.

Во всём доме стояла тишина. Стены освещались бледным, серым светом, проникающим сквозь окна. Я шагнула на кухню и застыла. За кухонным островком, в полумраке, сидел Дрэго, обхватив голову руками.

– Я не выйду за тебя! – вырвалось у меня.

Он посмотрел на меня усталыми глазами.

– Это не тебе решать, маленькая леди, – ответил Дрэго хриплым, спокойным голосом.

Я сжала кулаки от негодования.

– Как ты можешь соглашаться с их решением?

Дрэго поднялся. Каждый его шаг по полу казался угрозой. Он подошёл так близко, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с его взглядом.

– Если я откажусь, – начал он, – потеряю всё. Не оправдаю доверие отца. Наши враги не оставят камня на камне от его наследия. Всё разграбят и отберут. Я не могу предать его последнюю волю. Ты ещё слишком мала, чтобы понять это, маленькая леди.

Он стремительно покинул комнату, оставив меня в одиночестве. Его решение продиктовано долгом и ответственностью перед семьёй. Я лишена права голоса и выбора. Судьба, словно невидимая рука, уже сплела свою паутину.

Глава 7

Пять лет спустя

Астрид

В день моего восемнадцатилетия сад нашего особняка превратился в сказочное место. Цветы, гирлянды и мерцающие огоньки сплелись в симфонию праздника. Воздух наполнился ароматами роз и лаванды.

Возле подсвеченного бассейна стояли столики, украшенные белоснежными скатертями. Вдоль них тянулась барная зона, где официанты в белых рубашках разливали коктейли и игристые вина.

Гости в вечерних нарядах неспешно прогуливались по дорожкам. Они смеялись и оживлённо переговаривались. Я не могла оторвать глаз от этой картины, переполненная благодарностью к маме за то, что она сотворила этот волшебный вечер.

– Моя девочка совсем взрослой стала. – Мама крепко обняла меня.

– Как же здесь красиво! – Я снова огляделась. – Спасибо тебе за этот вечер!

– Ты заслуживаешь самого лучшего.

Мама провела рукой по моим волосам, поцеловала в щёку и, затем направилась к столику, за которым стояли Альба и Кьяра.

Меня неожиданно обхватили со спины, и я вздрогнула от внезапности.

– С совершеннолетием! – радостно воскликнула Кейт.

Я обернулась, встречаясь с сияющими глазами подруги.

– Твоя мама профи! – продолжала она. – Эта вечеринка потрясная! А ты… – Кейт на мгновение умолкла, рассматривая мой образ. – Ты выглядишь охренительно! Покружись!

Я закатила глаза, но подчинилась её просьбе. На мне было шёлковое платье нежно-голубого цвета, открывающее одно плечо. Наряд облегал мою фигуру, подчёркивая каждый изгиб, и доходил до колен.

– Детка, да ты просто секси. – Кейт игриво приподняла бровь. – После торжества едем в ночной клуб?

Я перестала улыбаться.

– Не знаю. Отец объявил, что сегодня состоится наша помолвка с Дрэго.

Кейт нахмурилась и взяла меня за руки.

– Всё будет хорошо. Я рядом.

Я кивнула, но в душе понимала, что это не так просто. Дрэго за последние годы редко появлялся в нашем доме. Если и приезжал, то сразу уходил в кабинет к отцу и Лео, и мы практически не общались. Он присылал мне подарки на праздники – изысканные украшения, созданные их ювелирами. Но, несмотря на всю их красоту, они казались мне бездушными, словно это была лишь формальность, обязанность перед будущей женой. Он изменился. Раньше одно лишь его имя заставляло сердце трепетать от предвкушения, а теперь… теперь это было что-то другое, тягучее, тревожное, вызывающее лишь смутное беспокойство.

Кейт заметила моё беспокойство и попыталась поднять настроение.

– Давай выпьем и насладимся этим вечером?

Возле барной стойки толпились гости, смеялись, болтали и танцевали. Смело схватив бокал шампанского, я сделала первый глоток, надеясь, что алкоголь поможет мне расслабиться.

Кейт неотрывно смотрела куда-то за моей спиной. Повернувшись, я увидела брата, вышедшего на задний двор.

– Это Лео? – удивилась она.

– Ты же видела его раньше.

– Он так изменился! Ты его в башне прятала? Просто он стал… мужчиной!

Кейт отпила шампанского, в упор разглядывая моего брата.

– Возьми. – Я протянула ей салфетку.

– Зачем?

– Вытри свои слюни!

Кейт фыркнула, но приняла салфетку и аккуратно промокнула уголки губ.

– Он правда изменился! – повторила она, все ещё под впечатлением.

– Возможно. – Я пожала плечами.

Следом появился Дрэго. Он остановился рядом с Лео, и я невольно замерла, любуясь. Высокий, статный, его белая рубашка облегала могучие плечи и крепкие мышцы, отчего сердце забилось чаще. Я так хорошо знала эти линии, видела их сотни раз на тренировках с Лео… А эти короткие, чуть взъерошенные чёрные волосы, лёгкая щетина – всё в нём дышало невероятной притягательной силой. Он изменился, это было очевидно. Но самое главное, самое волнующее изменение произошло в его глазах. Они стали глубже, тяжелее, словно в них отражалась вся вселенная, и взгляд этот проникал прямо в душу.

Дрэго обвёл взглядом сад, и в этот момент его глаза остановились на мне. Ладони мгновенно вспотели, дыхание перехватило, будто я окунулась в ледяную воду. Резко отвернулась, отчаянно надеясь, что он не заметил, как моё сердце забилось быстрее с его появлением.

– Мы можем сбежать, – шепнула Кейт, уловив моё волнение. – Мой водитель поможет нам.

Я покачала головой, вертя в пальцах бокал, содержимое которого резко утратило вкус.

– Это бессмысленно, Кейт, – натянуто улыбнулась подруге, так и не признавшись, что я разволновалась вовсе не из-за предстоящей помолвки.

Мы опустились на белый диван, и моё волнение немного отступило. Кейт старалась отвлечь меня разговорами, рассказывая о своих планах на каникулы, о поездке на побережье. Я слушала её рассеянно, формально кивая. Мой разум блуждал где-то далеко.

Казалось, Дрэго растворился в воздухе вокруг меня, став частью каждого мгновения. Его присутствие ощущалось не просто кожей, а каждой клеточкой, как невидимая, но желанная аура. Я чувствовала его дыхание на своём затылке, так близко, будто он дышал вместо меня. Каждый мой шаг, каждый вздох – он был там, улавливая, отслеживая, проникая.

Отец шёл ко мне, и его лицо светилось от счастья, будто он только что сорвал джекпот. Он помог мне подняться, и мы направились к Дрэго. Все взоры сосредоточились на мне, точно я стала центром притяжения. Мои ноги будто отказали, стали тяжёлыми и непослушными, и каждый шаг превратился в настоящее испытание.

Среди всей этой толпы, словно магнит, притягивал только он – Дрэго. Я чувствовала себя мотыльком, обречённым лететь на его свет, не в силах сопротивляться. В его глазах таилась бездонная глубина, что я ощущала, как тону, без малейшего шанса выплыть. Сжала губы до боли, отчаянно пытаясь удержать в себе бурю эмоций, свою растерянность и эту пугающую уязвимость.

Папа подвёл меня к Дрэго и обхватил своими большими ладонями наши, будто скрепляя.

– Астрид, – заговорил он. – Ты выросла, но в памяти до сих пор звучит твой смех – звонкий, озорной, как колокольчик.

Папа сделал паузу, позволяя словам осесть, и продолжил:

– Ты вступаешь в новую главу, где каждый день будет наполнен любовью, радостью и, возможно, трудностями. Я хочу, чтобы ты знала: за твоей спиной всегда будет твоя семья. Я, твоя мама, твой брат Лео и теперь Дрэго.

Он посмотрел на Дрэго.

– Вы не просто создаете свой мир – вы продолжаете то великое наследие, что мы бережно хранили. И я верю, что вы наполните его новой силой и любовью.

Дрэго приблизился, держа в руках бархатную коробочку. Он открыл её, и передо мной предстало самое красивое кольцо, и моё дыхание замерло. Платина сияла холодным, ослепительным светом, а в центре гордо возвышался огромный сапфир в форме капли. Вокруг камня играли десятки бриллиантов, точно звёзды. Я не могла оторваться от сверкающей драгоценности, заворожённая её магией. В этом украшении чувствовалась жизнь. Ласковое прикосновение к моей ладони, и реальность ворвалась в моё сознание.

Дрэго бережно надел кольцо на безымянный палец. Он наклонился, и его губы сомкнулись на моей щеке. Время замедлило свой ход, а мир вокруг исчез, оставив нас двоих. Тепло и сладкая дрожь пробежали по телу, оставляя за собой ощущение, будто я только что прикоснулась к чему-то бесконечно прекрасному и недостижимому.