– Сколько мы не виделись?
– Как много времени прошло?
– Оля, что с тобой? Я едва узнала тебя. Ты так изменилась, волосы перекрасила, – чуть позже более ровным тоном продолжала она.
Наблюдательность и любопытство всегда были одними из главных качеств Веры.
– Знаешь, дорогая, ты тоже мало напоминаешь мою давнюю подругу. По-моему, время пошло тебе на пользу, – я постаралась увести разговор от обсуждения моей изменившейся внешности, но безрезультатно.
– Рассказывай, что ты с собой сделала, – без промедления начала подруга.
– Нет, ты первая, моя история не очень веселая. Но для начала давай что-нибудь закажем, я давно нормально не ела.
– По тебе это заметно! – она весело рассмеялась и принялась усердно изучать меню.
Через несколько минут нам принесли горячие тосты, большой чайник ароматного кофе. Я мгновенно проглотила свою порцию и, налив вторую чашечку, взглянула на Веру.
– Расскажи о себе.
– Хорошо. Если не сильно вдаваться в подробности моя история совсем короткая. Около трех лет назад я переехала в Москву, открыла небольшую фирму и теперь работаю дизайнером помещений. Поначалу было тяжело, но сейчас мои проекты весьма востребованы. А через пару месяцев после открытия влюбилась в своего клиента, его зовут Александр. Встречались аж целый месяц! – Вера многозначительно приподняла левую бровь и весело рассмеялась. – Затем зарегистрировали свои отношения, а через год после свадьбы я родила двух девочек. В общем, замечательная работа, любящий муж, две чудесные дочки и целое море радости, – затем, немного помолчав, она добавила более серьезным тоном, – но знаешь, только тебя в моей жизни не хватает, я так скучала. Теперь твоя очередь!
Я, искренне радуясь за нее, медлила с ответом. Она, молча, смотрела на меня.
– Я ушла от Макса.
Ее реакция на многие вещи всегда была странной и непредсказуемой, но сейчас она превзошла саму себя.
– Ну, наконец-то!!! – бурный взрыв смеха.
Онемев от неожиданности, я часто заморгала. Предательски подступившие слезы обиды на ее неуместный смех сжали горло, и я выпалила на одном дыхании:
– У меня несчастье! У меня беда! У меня жизнь по частям разваливается! А ты веселишься!!! Спасибо! Поддержала!
– Оль, прости, я не хотела тебя обидеть! – видя мои слезы, она мгновенно прекратила смех. – Ты же понимаешь, что рано или поздно это должно было случиться. Ну, подумай сама: какая жизнь?! Какая у тебя с ним жизнь! Я видела вас вместе несколько раз: «да, нет, не знаю». За все время ваших отношений ты что-нибудь еще произносила в его присутствии? Оборвав все связи с внешним миром, растеряв всех друзей и знакомых, закрылась в четырех стенах и искренне пытаешься верить в свое счастье. И у тебя это плохо получается. Я не очень хорошо знаю твоего мужа, но чувствую, тебе нужно держаться от него подальше. Пойми простую истину: человек должен жить полной жизнью, а не влачить жалкое существование коматозника!
Феерическое окончание слегка затянувшейся тирады. Воцарилась неловкая тишина. Я внимательно смотрела на свою подругу: в ее глазах отразилось раздражение и даже некоторая доля злости, смешавшиеся с искренней обидой. Она не понимает, почему я с ним. Впрочем, здесь мы с ней очень похожи, я тоже не могу этого понять. Тут мне вспомнилась фраза: «семилетняя кома».
– И бабушка так сказала, – я произнесла свою мысль вслух.
Снова пауза. Вера взглянула на меня с некоторой опаской:
– Оля, о ком ты говоришь? Насколько мне известно, она давно умерла.
– «Прокололась. Ей не стоит знать о некоторых подробностях моей нынешней жизни, иначе к психиатру отправит. Надо как-то срочно поправить положение!»
В целях восстановления мирного течения беседы, я неловко улыбнулась.
– Не волнуйся, со мной все хорошо. Знаешь ты совершенно права, я с тобой полностью согласна. Просто недавно мне приснился сон, в котором бабушка говорила так же, как и ты.
Вера никак не хотела униматься, похоже, что сегодня она решила разложить мою жизнь по полочкам.
– Это не бабушка говорила, а твое подсознание. Даже оно кричит о неправильности твоей жизни! Ты молода, умна, красива, богата! У тебя есть всё, чего можно только пожелать! И теперь объясни мне: зачем ты тратишь свои годы впустую?! Я помню, какой ты была раньше – ты всегда улыбалась, и никогда не забуду день твоей свадьбы: ты все время молчала и смотрела в пустоту; тогда мне показалось, что ты умерла. А теперь твой взгляд изменился еще сильней: глаза пустые, темные и очень грустные.
– Ладно, Вер, достаточно! – я резко прервала затянувшийся монолог, не давая перейти ему в разряд нравоучений. – Я уже все поняла, теперь самое время сменить тему. Кстати, я приехала непросто так, у меня к тебе дело.
– Кто б сомневался. Какое? – спросила она, подозрительно поглядывая в мою сторону.
– Ну, так, мелочь. Мне очень срочно нужна виза в Англию. Не знаешь, кто бы мог помочь? – с наигранной непринужденностью ответила я, опасаясь надоедливых вопросов, на которые у меня самой нет ответов.
– Действительно мелочь, – Вера усмехнулась, – интересный вопрос. Если я спрошу: зачем тебе в Англию, ты мне, конечно, не ответишь?
– Отвечу, но чуть позже, – опрометчиво пообещала я, но отступать было уже поздно.
– Так я и думала. Но по странному стечению обстоятельств, я знаю одного человека, кстати, ты его тоже знаешь.
– ???
– Олег, – коротко и ясно ответила она.
– «Чудненько! Теперь ясно, почему он мне приснился» – после минутного удивления, подумала я, но все же решила уточнить. – Вер, а он здесь причем?
– Ну да, конечно, ты и об этом ничего не знаешь, потому что чаще нужно общаться с людьми. Он работает в МИДе и не самым последним человеком. Я думаю, он по старой памяти не откажет! – твердо ответила она.
Я в свою очередь не разделила ее уверенности в нашем общем друге. Слишком много времени прошло. Поэтому решила уточнить:
– А вы всё также продолжаете общаться? Часто видитесь?
– Видимся редко. В основном в соцсетях переписываемся. А про тебя он часто спрашивает, только до определенного момента мне нечего было ответить, зато теперь.
– Он знает о моем приезде?! – удивилась я.
– Ну, – она медлила с ответом, виновато поглядывая в мою сторону.
– Бессовестная болтушка! Когда ты только все успеваешь? Ладно, с другой стороны, я тебе даже благодарна, вдруг он действительно согласится помочь. У тебя есть его номер телефона, как с ним связаться? – спросила я уже более спокойным тоном.
– Это все, что тебе надо в данный момент?! Номер телефона, и все?! – обиженно воскликнула моя подружка. – Неужели не интересно как сложилась его жизнь, женат ли он, есть ли у него дети? Да и вообще, ты только приехала, мы столько не виделись, а ты опять пытаешься исчезнуть!
Ее голос прозвучал немного сдавленно, насквозь пронизанный обидой. Мне стало не по себе.
– Верочка, миленькая, прости пожалуйста, просто у меня действительно сейчас очень непростая ситуация в жизни и совершенно нет времени, срочно надо в Лондон. Я обещаю, когда разберусь со своими делами, то возьму сына, и мы приедем к тебе в гости. А сейчас мне надо спешить.
Она нехотя достала телефон, набирала номер, на другом конце ответили почти сразу. Вера, чуть прищурившись, посмотрела на меня. Но когда я догадалась, что она собирается сделать, было уже поздно.
– Да, привет, – сказала она ровным голосом, – тут с тобой человек желает поговорить!
Ее маленькая месть застала меня врасплох. От странного волнения я нервно замотала головой и не заметила, как она вложила мне трубку в руки, деваться было уже некуда.
– Привет, это Оля, узнал? – дрогнувшим голосом, пролепетала я.
Пауза на другом конце слегка затянулась, а потом весьма удивленный голос легко и по-дружески ответил мне:
– Привет.
Я практически сразу расслабилась, будто нам вновь по семнадцать лет, и не было того ушедшего времени, которое навсегда изменило наши жизни. Олег решил сразу перейти к делу.
– Оля, тебе требуется моя помощь?
– С чего ты это решил?
Я настолько оторопела от столь прямого вопроса, что не смогла признаться сразу, а еще мне стало стыдно, как перед Верой, за свое исчезновение и за то, что после стольких лет неизвестности я начинаю восстановление дружеских отношений с просьбы.
– Мне так показалось, – спокойно ответил он.
Но не было смысла отрицать истинную причину моего звонка, поэтому я быстро объяснила, что срочно нужда виза, что времени на ожидание нет, и как только будет все готово, я вылечу первым же рейсом. Он внимательно слушал, а потом спросил:
– У тебя документы с собой?
– Да, – коротко ответила я.
– Хорошо, я сейчас подъеду, вы где?
– Мы в ресторане, – я продиктовала адрес гостиницы.
– Выезжаю, ждите, – он отключился.
Я отложила телефон и уставилась в пустоту, за все время разговора Вера не подавала никаких признаков жизни.
– Оля, очнись, – она легонько дернула меня за руку.
– Да, я здесь, просто, я как-то странно себя чувствую.
– Я вижу, нервы явно не в порядке.
– В порядке.
– Тогда перестань мучить салфетку! – с усмешкой сказала она, взглядом указывая на горку растерзанной бумаги.
Я посмотрела на изорванные клочки, сердце взволнованно забилось. Приложив немало усилий для восстановления спокойствия, я постаралась продолжить разговор.
– Знаешь, Вер, я так разволновалась, потому что вы мои самые близкие друзья. Вы люди, которым я всегда доверяла. Я исчезла из ваших жизней, ни с кем из вас не общалась и мало интересовалась вами. А теперь, спустя столько лет, у меня возникли неприятности, и я пришла именно к вам. Но, несмотря на мое нежелание с вами общаться на протяжении всего времени, вы не бросили меня, не отказали в помощи. С тобой я уже встретилась, а с ним только предстоит. Что я ему скажу? Что он мне скажет, что спросит? Мне так стыдно, что приходится начинать с просьбы.
Я прервалась, комок подкатил к горлу.
– Я все понимаю, – серьезным тоном сказала Вера, беря меня за руку. – И хватит плакать, глаза будут красные. Я думаю, у нас есть в запасе минут сорок, так что давай ты выпьешь бокал вина, а потом поднимешься в номер и принесешь все необходимые документы.
– Вера, какое вино, сейчас утро! – все еще всхлипывая, я удивленно посмотрела на нее.
– Ну и что, у нас особые обстоятельства. А еще, если ты не заметила, дрожащие руки и немного заикающаяся речь не способствуют решению важных вопросов.
– А ты?
– А я за рулем, – Вера недовольно передернула плечами.
Через минуту мне принесли бокал красного вина. Сделав несколько глотков, я немного успокоилась. Хотя, это всего лишь самовнушение.
– Кстати, представляешь, меня нет дома больше суток, а Макс до сих пор ни разу не позвонил. Я не расстроилась, но он всю нашу совместную жизнь держал меня возле себя, а тут даже не поинтересовался и в сети его нет.
– Наконец-то отстал от тебя? – предположила Вера.
– Что-то мне подсказывает, что нет, здесь дело вовсе не в этом. Я это точно чувствую.
– Давай сменим тему, расскажи лучше, что у тебя за красота на пальце? Это Макс подарил? – заинтересованно спросила она, рассматривая мой перстень.
– Нет. От его побрякушек у меня сердце льдом покрывается, а это наследство от бабушки. Что-то вроде семейной реликвии.
– Ему, наверное, сотни лет, удивительная красота, – ее восхищение мне польстило, а затем она опомнилась, – тебе же пора идти за документами, только возвращайся скорей, Олег скоро приедет.
Я послушно встала и отправилась в номер. Взяла все необходимое и пошла назад. Еще в дверях ресторана, я увидела за нашим столиком мужскую фигуру, Олег. Они с Верой увлеченно беседовали. Я немного притормозила в нерешительности, но быстро собралась и максимально непринужденной походкой проследовала к своему месту. Однако волнение оказалось сильней, сердце заколотилось, как мотор. Мы так давно не виделись.
Тут Олег поднял голову и посмотрел прямо на меня. Глаза вначале сузились, а затем широко распахнулись, рот немного приоткрылся, а левая бровь изогнулась дугой. На лице отразилось явное удивление. Вера, заметив его реакцию, обернулась.
– А вот и Оля!
Я подошла к ним вплотную. Олег, будто опомнившись, резко поднялся. Лишь теперь я смогла оценить, как сильно он изменился: ростом выше меня на целую голову, прямая осанка, широкие скулы, волевой подбородок, абсолютно мужская правильно сложенная фигура. Только глаза остались прежние: светлые, чистые, даже немного детские.
– Привет, – я, улыбаясь, нерешительно протянула ему руку.
– Доброе утро, – он также нерешительно ответил на мое рукопожатие, которое слегка затянулось.
– Эй, может быть, вы все-таки присядете! – спустя почти полминуты, позвала нас Вера.
Первым отреагировал Олег:
– Оля, ты так изменилась! Наверное, встреться ты мне на улице, я бы тебя не узнал. Присаживайся, – он галантно отодвинул мой стул.
– Благодарю, – я села. – Ты тоже мало напоминаешь парня, которого я знала!
Мы взаимно улыбнулись, и вроде бы все стало на свои места. Я почти перестала нервничать. Они мои близкие друзья, а дружба может многое простить.
– Оль, извини, но давай перейдем сразу к делу, у меня сейчас действительно очень мало времени.
Наш разговор сразу перешел в деловое русло, и я очень обрадовалась этому, так как обсуждать наши жизни, а точнее мою жизнь, совершенно не хочется. Не хочу, чтобы он знал о том сумбуре, который происходит со мной на протяжении семи лет.
– Олег, мне очень срочно нужна виза в Англию, если ты можешь чем-нибудь помочь, я буду тебе очень признательна, – сказала я, протягивая свои документы.
– Сколько у тебя есть времени? – коротко спросил он.
– Я уже опоздала.
– Хорошо. Ну, в смысле, плохо. Я постараюсь приложить все усилия, чтобы сделать ее в кротчайший срок.
– Олег, с деньгами проблем нет.
– Оль, – он оборвал меня на полуслове, – если бы вопрос был только в этом, тогда бы действительно никаких проблем не было. Все девчонки, мне пора.
Он поднялся, по-дружески поцеловал Веру в щеку и повернулся ко мне. Я крепко обняла его.
– Огромное спасибо.
– Потом будешь благодарить. До встречи.
Он улыбнулся, я улыбнулась ему в ответ. Он быстро вышел из ресторана.
Наше общение прошло легко, как много лет назад. И от этого с души будто камень свалился.
Мои размышления прервал звонок телефона, Вера взяла трубку, после нескольких фраз ее голос стал взволнованным:
– Да, сейчас выезжаю, – она отключила телефон.
– Что случилось? – поинтересовалась я.
– Звонила няня, у девочек высокая температура, мне надо ехать домой, – коротко объяснила она.
– Хочешь, составлю тебе компанию? – предложила я.
– Да, это было бы отлично! – с радостью согласилась Вера.
Мы вышли из ресторана, сели в машину и отправились к ней. Всю дорогу Вера наблюдала за мной, но так ничего и не спросила. Мы приехали домой, через некоторое время пришел врач, у девочек оказалась обыкновенная простуда. Весь остаток дня я провела у Веры, мы болтали на отвлеченные темы и возились с детьми, но мысли мои были далеко отсюда: рядом с сыном, родителями и предстоящей поездкой в Лондон. Я переночевала у нее, а ближе к вечеру, вопреки уговорам Веры, поехала в гостиницу.
Утро для меня началось ближе к полудню. Сначала позвонил Олег и попросил у меня фотографии на документы, затем Вера позвонила и предложила пообедать в ресторане моей гостиницы, я с удовольствием согласилась. Я сфотографировалась, отвезла Олегу снимки и вернулась в гостиницу. Вера уже ждала меня за вчерашним столиком.
– Как девочки? – спросила я, после теплых приветствий.
– Лучше, с ними остался Саша. Оль, хочу спросить тебя: о чем ты все время думаешь? – поинтересовалась Вера, видя мою рассеянность.
– Обо всем, – я усмехнулась, – о своей жизни, о том, как мне дальше жить; о разном.
– Расскажи мне, пожалуйста.
– Вера, понимаешь, в двух словах всего не передать, а некоторые вещи вообще не объяснить, да и рассказчик из меня не очень хороший. Как-нибудь в следующий раз я обязательно попробую.
– Знаешь что? Давай мы все-таки не будем дожидаться следующего раза.
Она позвала официанта, заказала два говяжьих стейка с гарниром, овощную нарезку, фрукты, сок и литровую бутылку рома. Я начала отказываться, аргументируя это тем, что кроме вина, вообще ничего не пью. Но все сопротивления оказались бесполезны. Но, с другой стороны, она права, мне действительно необходимо поговорить в более расслабленном состоянии? Но литровая бутылка рома – это уже точно перебор!
Ступеньки … лифт, кнопки, поехали … только бы не стошнило … коридор … дверь, замок … шкаф, вешалки … кровать, сон … наконец-то.
– «Ну, что за надоедливый звук. Выключите его кто-нибудь», – звук раздается где-то рядом, причиняя немалую боль распухшей голове.
Я с трудом разлепила глаза, очень темно. Приподнялась, голову насквозь пронзила пульсирующая боль. Пытаясь найти предмет раздражения, на ощупь включила светильник. Звук исходит от моего телефона, номер не определился:
– Алло, – пересохшим горлом выдавила я.
– Оля, привет, извини, что разбудил.
– «Олег!», – я вскочила, боль новой волной окатила почти расплавившиеся мозги, собралась с мыслями и вслух ответила, – нет, я уже почти проснулась.
– Уже? – повторил он как-то недоверчиво.
Тут я поняла, что, скорее всего, сказала какую-то глупость. За окном темно, но что сейчас: раннее утро, поздний вечер или глубокая ночь.
– «Надо сориентироваться, – я посмотрела на часы, – время 23:40, за окном почти ночь. Мы с Верой просидели до восьми вечера, допив бутылку, решили, что пора расходиться. Смутно помню, как я добралась до номера. Сейчас надо разобраться с Олегом»
– Да, уже. Мы с Верой решили пообедать сегодня вместе и немного засиделись в ресторане, так что после нашего с ней общения помочь мог только сон, – сконфуженно ответила я.
– И насколько вы засиделись? – спросил он, едва сдерживая смех.
– На бутылочку рома, – признаться в размере «бутылочки» оказалось ужасно стыдно.
– Понятно. У меня все готово!
– Что готово? – не понимая, переспросила я.
– Виза! Оля, проснись.
– Правда?! Так быстро! Это невозможно! – от радости залепетала я в ответ. – Куда мне подъехать?
– Не надо никуда ехать, я внизу. Разрешишь подняться?
– Да, конечно, – на автомате ответила я, а когда сообразила, было уже поздно.
«Язык мой, враг мой», он всегда опережает мысли. Я так и застыла в растерянности. Во-первых: я почти нагишом стою возле раскуроченной кровати; во-вторых: у меня нет никакой сменной одежды, не натягивать же платье; и в-третьих, мой внешний вид, после литра рома на двоих, как минимум, оставляет желать лучшего.
Несколько секунд я стояла в полном замешательстве, а затем с нечеловеческой скоростью начала метаться вокруг кровати, пытаясь придать ей более потребный вид. После того, как с приборкой было покончено, я пулей вылетела в ванную, стараясь не обращать особого внимания на свою многострадальную голову.
Как нестранно, но мое лицо, за исключением не смытого макияжа, ничем не выдавало дневной перебор с алкоголем. Принять душ, конечно, я не успела бы, но зубы почистила дважды. И когда я почти закончила расчесывать спутавшуюся копну волос, раздался тихий стук в дверь. Я быстро натянула толстый махровый халат с гербом гостиницы, одноразовые тапочки и бросилась открывать дверь.
На пороге стоял Олег, держа в одной руке поднос с большой чашкой кофе, а в другой папку с бумагами. Одет представительно, впрочем, как и в прошлый раз: идеально сидящий костюм из тонкой шерсти, светлая рубашка, но уже без галстука и с расстегнутым воротом. Всем своим видом он внушал ощущение спокойствия и стабильности, чего мне на данный момент очень не хватало.
– Я подумал, что тебе это может пригодиться, – подмигнув, сказал он и протянут мне поднос.
– Ты даже не представляешь насколько! – я с огромной благодарностью взяла чашечку и проводила его в гостиную.
Присев на диван, он, молча, ждал, пока я допью кофе, а затем спросил:
– Полегчало?
– Не очень, – я не стала обманывать, так как состояние хуже не придумаешь.
– Потерпи минутку, – он встал, подошел к мини-бару и достал миниатюрную бутылочку коньяка.
– Нет, нет, – в ужасе я замотала головой, – с алкоголем покончено навсегда!
– Прими как лекарство, сразу станет легче, а я составлю тебе компанию, – разлив бутылочку пополам, он протянул мне бокал, – кстати, тебе есть, что отметить.
– Да, первое в жизни похмелье! – от запаха коньяка меня тут же замутило, обед чуть не вырвался наружу, я поморщила нос.
– Не нюхай, сделай два небольших глотка. И, вообще-то, я имел в виду твою визу.
В его голосе было столько уверенности, что все мои возражения мгновенно испарились. Сосредоточившись на коричневой массе, искрящейся в бокале, я перестала дышать и последовала совету. Как нестранно, но дурно пахнущая жидкость уже через пару минут принесла долгожданное облегчение кипящему затылку. Я немного расслабилась.
– Больше никогда в жизни не буду пить!
– Никогда не говори никогда! – он непринужденно рассмеялся и протянул мне конверт из папки, – лучше посмотри вот это.
Я мельком просмотрела содержимое конверта, конечно, все в полном порядке.
– Я так рада, большое спасибо! Даже не буду спрашивать: как ты успел так быстро, все равно же не ответишь? – я выдержала непродолжительную паузу и многозначительно посмотрела на него, в подтверждение моих слов Олег только ухмыльнулся. – Ладно, теперь надо позвонить в аэропорт и забронировать билет на ближайший рейс.
– Я решил и в этом помочь тебе, всё равно паспорт с собой был, поэтому купил билет, вылет завтра утром, – он деловито посмотрел на меня и протянул еще один конверт.
Я растерянно взяла конверт, не зная, что ответить. А затем бросила его на столик, и обняла Олега с такой нежностью, на которую только была способна, он ответил на мои объятия.
– Я не заслуживаю такой заботы. Спасибо. Спасибо огромное за все, что ты сделал.
Он ничего не ответил, только еще сильнее прижал меня, а затем поцеловал в лоб.
– Олег, спасибо большое, – вновь повторила я.
– Надеюсь, это поможет тебе.
Он улыбнулся и вышел в коридор. Я проводила его до двери, затем вернулась в гостиную, еще раз просмотрела документы и билет, не веря своему счастью. Тут пришло сообщение от мамы, что у них все хорошо. Завтра они собираются ехать в загородный дом. Я мысленно взмолилась, чтобы рабочие успели починить стену в подвале. Мама спросила, как у нас дела. Я, конечно, не стала рассказывать о своих приключениях и о том, куда собираюсь. В общих чертах ответила, что все как обычно.
От Макса опять никаких признаков жизни. Это очень странно, его до сих пор нет в сети. Но писать ему сама я не стану.
Первые лучи восходящего солнца озарили сонный небосклон. Последние звездочки нехотя покидали свой ночлег, мерцая на прощанье тусклым сиянием. Город медленно начал просыпаться. Я встала с кровати и, завернувшись в одеяло, вышла на балкон.
– Что жизнь грядущая мне несет? Справлюсь ли я с задачей, сути которой даже не знаю? – как обычно миллион вопросов и ни одного ответа.
Но несмотря на все эти вопросы, бессонные ночи и нервное переутомление, я не чувствую себя усталой или измотанной, как это было до недавнего времени. Что странно, меня больше никак не трогает существование Макса, я больше не испытываю той наркотической зависимости от него, и мне вообще вдруг стало плевать на него. Я будто смертельно больным человеком, которому только что объявили о полном выздоровлении. Теперь есть чистая страница моей жизни, теперь все по-другому. Теперь у меня есть цель в жизни. Разобраться с тем, о чем говорила бабушка. И еще женский голос, который говорил, что я должна закончить начатое. Но что это начатое? Непонятно. Но главное, это мой сын. Кто ему может угрожать? Если честно, мне в это вообще не верится. Бабушка писала, что его рождение очень важно для нашего мира. Про какой мир она говорит?
Не ощущая весенней прохлады, я раскрыла одеяло навстречу восходящему солнцу и, гордо подняв подбородок, поприветствовала первый рассвет своей новой жизни.