Тут последние остатки былого адреналина развеялись, уступив место сильнейшему испугу. Я остановила машину, вышла на дорогу, несколько раз глубоко вдохнула. Нормальная реакция на почти случившуюся аварию не заставила себя ждать – слезы покатились по щекам. И буквально захлебываясь ими, я принялась кричать на саму себя:
– Идиотка, ты чуть не погибла!!!
Немного переведя дыхание, я вспомнила о видении, испуг сменился удивлением. Калейдоскоп картинок четкими очертаниями быстро замелькал в памяти.
– «Ничего не понимаю. Бред какой-то! – новый приступ удивления, смешавшись с праздным интересом, подвиг на детальный анализ. – Та девушка и я – явно один и тот же человек. С данным фактом не поспоришь – это точно мое лицо. Но остальное. Ее волосы, фигура? Весь ее вид напоминает только одного человека – мою бабушку. И кто этот молодой мужчина рядом с ней? Кстати, уж точно нет сомнения в искренних чувствах между ними. Это нереально! Но что если это все-таки я? Не помню, чтобы в мои последние планы входила любовь. Ах да, точно, у меня нет планов: ни последних, ни предыдущих!»
Погода слегка изменилась: подул ветерок, принося с собой аромат весеннего дождя. Не прерывая своих размышлений, я вернулась в машину.
– «Наверное, сейчас еще рано для каких-либо ответов и объяснений. Мне просто необходимо доехать и спокойно все обдумать, тогда решения придут сами собой. Но самое ужасное из последних событий моей жизни, что назад пути нет! Я даже могу не успеть доехать обратно до того, как Макс проснется и обнаружит мое отсутствие, – боязнь мужа и непреодолимая тоска по сыну сильно пошатнули первоначальное стремление к переменам. – А может быть стоит попробовать вернуться?».
Я взглянула в зеркало заднего вида – на дороге тихо и пусто, затем с трудом собрала остатки воли «в кулак»:
– «Нет! Не стоит. Я должна разобраться в том, что говорила бабушка, а еще в своей не совсем понятной жизни и странной зависимости от мужа. Но как?»
От непрерывных размышлений голова начала опухать, в висках запульсировала кровь, необходимо было немного мысленно передохнуть. К счастью, у меня имелся отличный опыт многолетних тренировок по выключению мозгов.
В свете последних событий на дороге я больше не спешила и, наконец-то, доплелась до усадьбы. В полумраке предрассветного часа на небольшом холме величественно и гордо возвышался наш дом. Каждый раз приезжая сюда, я не перестаю любоваться его видом, и этот приезд не стал исключением: фасад молочного цвета с мраморной отделкой, большие светлые окна, огромные колонны, замысловатые аллеи вокруг, выложенная натуральным камнем подъездная дорожка.
– «Великолепно!»
Раньше, когда я приезжала вместе с родителями, сюда перебиралась семья, которая помогала вести все хозяйство. Нас встречали растопленные камины, приготовленный ужин, стерильно убранные комнаты. А в наше отсутствие они иногда ночевали здесь для поддержания порядка в доме.
Я зашла внутрь. Тихо и пусто, даже как-то непривычно. По-хозяйски обойдя все комнаты, я полностью убедилась в своем одиночестве, что в данный момент является существенным везением. Не очень хочется объяснять свое внезапное появление в столь ранний час.
– «Ну, вот я и приехала. Что теперь? С чего начать обдумывать свои, так сказать, грандиозные планы, – в желудке послышалось предательское урчание. – Наверное, для начала, стоит перекусить»
Наскоро заварив себе чай, я проглотила пару батончиков шоколада, совершенно не ощущая их вкуса. Нервное напряжение почти достигло своей кульминации, а интуиция, по всей видимости, ушла в бессрочный отпуск. Ни одной мысли; в голове, как и в доме, тихо и пусто.
Медленно шаркая по паркету, я созерцала сводчатые потолки, обитые габиленом стены, арочные проемы, резные лестницы. Но нигде не было ни одной зацепки, ничего такого, что могло бы мне помочь. В конце концов, я остановилась у входа в винный погреб.
– «А почему бы и нет!»
Каменные стены, слегка прохладный воздух и длинные стеллажи с бутылками – вполне стандартный набор для такого места. Понятия не имея, что искать, я несколько раз обошла помещение, будто проводя обыск. Даже ни одной трещинки в стене. Глупо, конечно, разве я могу здесь что-нибудь найти? Только пыль и легкие паутинки – больше ничего. Немного разочаровавшись, я уже собралась уходить, но тут мой взгляд случайно упал на странную неровность стены под лестницей.
– «Что бы это могло быть? Папа ни в коем случае не допустил бы такой оплошности во время ремонта. Может быть, это то, что я ищу? И, кстати, что я ищу?»
Я несколько раз постучала по бугорку на стене. Сомнений не осталось, там что-то есть. Вернее сказать, ничего нет. Пустота. Следовательно, в стене тайник.
Быстро сбегав в гараж, я притащила лом и начала ковырять стену. Не помогло. Сбегала еще раз, и с огромным трудом притянула кувалду:
– Да уж! Она весит, наверное, килограммов тридцать! Ладно. Главное ее поднять и достаточно раскачать навесу. По всем законам физики она должна выполнить поставленную задачу.
Так я и поступила. Но ничего дельного из этого не вышло. Держать неподъемную кувалду в двадцати сантиметрах от пола согнутыми руками, оказалось гораздо сложней, чем изначально представлялось.
В третий раз пришлось вернуться в гараж и отыскать там небольшую табуретку. Поставив ее возле стены, я взгромоздилась наверх и принялась заново раскачивать кувалду.
– В фильмах все выглядит гораздо проще!
Через несколько секунд кувалда с силой ударила по стене.
– Ааааааааааа!
Одну вещь я не учла в своей громоздкой конструкции. При соприкосновении со стеной кувалда отрикошетила с такой силой, что я не удержалась и пошатнулась. А стоя на хлипкой табуретке с таким грузом в руках, тяжело сохранить равновесие.
В общем, я качнулась, выронила орудие труда и рухнула на бетонный пол. Больно заныл позвоночник, левый локоть, голова. В глазах потемнело, поплыли радужные круги. Полежав немного в легком забытье, невзирая на подступившую тошноту (затылок просто разрывается), я продолжила обдумывать дальнейший план разрушения родительского дома.
– Надо попробовать еще раз! Табуретка цела, мои кости вроде бы тоже, а вот непобедимой стене повезло гораздо меньше, – небольшая трещина зияла между кирпичами.
Как одержимая я вскочила, скинула с себя свитер и с еще большим энтузиазмом повторила всю операцию. В этот раз повезло больше. Во-первых – я не упала; а во-вторых – один кирпич все-таки покинул злосчастную стену. Затем последовали два победоносных удара, и я выиграла неравный бой.
Куча пыли, липкий пот на лбу и груда обломков развороченной стены – именно тот результат, которого я добивалась.
– Родители меня за это не похвалят. Надо будет потом придумать какое-нибудь объяснение.
Страх и любопытство смешались в одно целое. Интуиция подсказывала: там именно то, что я ищу. Раскидав кирпичи, я с опаской просунула руку внутрь и нащупала небольшой ящик. Вытащить его наружу не составило особого труда, с замиранием сердца стряхнула пыль с крышки.
Этим ящиком оказалась бабушкина старинная шкатулка: 17 век, ручная работа, затейливый узор, вырезанный рукой умелого мастера, а с боку на тонкой цепочке маленький ключик. В детстве я видела ее много раз, но всегда закрытую. Бабушка часто шутила, что там она хранит волшебное зеркало и поэтому все про меня знает.
– А вдруг там и в правду волшебное зеркало? – усмехнулась я самой себе. – Ну, чтобы там ни было, а открывать все равно страшно.
Бабушка никогда не разрешала трогать шкатулку, подразнивая мое любопытство, а сейчас я смотрю на нее с ключом в руках и не могу решиться.
Я посидела еще немного, потом взяла наследство и поднялась к себе в спальню. Меня приветливо встретило огромное зеркало, только вот отражение не порадовало – грязная, потная, волосы спутались, а глаза, будто стеклянные, непонятного темного цвета.
– Стоит успокоиться, принять душ, сменить одежду, а потом уже полностью заняться содержимым шкатулки.
Вообще-то, если быть честной, дело вовсе не в ванной и моем внешнем виде, просто я струсила, мне стало страшно. Прежняя жизнь ускользала с каждым мгновением, она хоть и была мне ненавистна, но я знала, чего ожидать, а теперь все неясно, непонятно, будто почву выбили из-под ног. Наверное, это потому, что я не люблю перемены, мне крайне необходимо чувствовать себя уверенной в завтрашнем дне.
– Если я открою, нет, точнее, когда я открою шкатулку, вся моя жизнь пойдет по-другому. Это точно! А хочу ли я этого?
Вот тот главный вопрос, которого я боялась больше всего на свете. Живя с мужем, который ежеминутно вытягивал из меня всю энергию, я отвыкла думать, принимать решения, иметь право голоса, но сейчас я далеко от него. Холодный рассудок взял верх, развеяв остатки сомнений.
– Хочу или нет – это не имеет значения. Так надо! Но сначала все-таки ванна.
Хорошо, что здесь была моя старая одежда, и размер за последние годы не сильно изменился. Закутавшись в теплый махровый халат, я уютно устроилась на своей кровати. Мокрые волосы крупными спиралями распластались по плечам, жгучее любопытство не дало времени высушить их.
Предо мной стоит шкатулка, сверкающая чистотой, как и я. Несколько поворотов заветного ключа, звонкий щелчок и крышка приоткрылась, я с опаской откинула ее. Внутри шкатулки обивка из черного бархата с золотым тиснением. Содержимым оказались потертая черно-белая фотография, бумажный конверт и серебряный футляр.
На фотографии изображена бабушка, только очень молодая, она держит за руку маленькую девочку – мою маму. Но что самое странное, моя дорогая бабуля беременна.
– Ничего не понимаю. Я всегда считала, что моя мама ее единственный ребенок. Еще один вопрос, на который пока нет ответа.
За ее спиной видна колокольная башня Big Ben со всемирно известными часами.
– Так, так опять Лондон. Очень интересно знать: что ты там делала и как это относится ко мне.
Кстати, раньше особо не задумывалась, но почему при всех наших путешествиях с мамой, я никогда не была в Англии. Почему мы так старательно избегали эту страну?
Отложив фотографию в сторону, я принялась разглядывать серебряный футляр. За исключением возраста ничем не примечательная вещица. Я слегка надавила на крошечную кнопочку, заиграла тихая мелодия, крышечка медленно поднялась. То, что открылось моим глазам трудно описать словами.
– Ничего себе, – удивлению не было предела, – вот это красота!
Внутри на таком же черном бархате, как и в шкатулке, лежит довольно увесистый перстень. Он напоминает цветок с разноцветными лепестками. В центре массивный выпуклый кроваво-алый рубин с бесчисленным количеством граней, от нескольких из которых отходят не менее крупные ярко-зеленые изумруды. Между изумрудами меньшего размера сапфиры, а края венчает осколки бриллианта. Причем последние уложены в странном порядке, словно их кто-то рассыпал по неаккуратности.
У меня перехватило дыхание. Я вытащила перстень, он оказался странно теплым, даже почти горячим, и поднесла его к окну в яркие лучи утреннего солнца, чтобы лучше рассмотреть. Ох, зря! Миллионы сверкающих бликов рассыпались по стенам комнаты, а мои глаза на секунду ослепли.
Когда зрение восстановилось, я принялась рассматривать его со всех сторон, внутри, как я и ожидала, гравировка, прочесть которую оказалось невозможно. Надпись выглядела как беспорядочное скопление палочек, черточек, кружочков и завитков. На первый взгляд она напоминала детские закорючки, но я чувствовала, что в этом рисунке есть какой-то словесный смысл, что это какая-то фраза.
Я так и не решилась примерить подарок, аккуратно вернула его обратно в футляр и отложила к фотографии.
– Ну, а теперь самое главное.
Я вскрыла запечатанный конверт. Внутри сложенный втрое листок слегка пожелтевшей бумаги, развернула его, бабушкин почерк:
«Оленька, если ты нашла письмо, значит, меня уже нет рядом, а происходящее гораздо хуже, чем ты можешь себе представить. Когда прочтешь его, я прошу тебя, сразу же вылетай в Лондон. Пойми, дело вовсе не в тебе, и все, что происходит с тобой не случайность, а рождение Антона очень важно для нашего мира. Ты обязана бороться за него, иначе он погибнет, а ты потеряешь смысл своего существования.
Теперь о перстне. Он не обыкновенная драгоценность или старинное украшение, это символ силы. Он изменит тебя, точнее откроет твой истинный облик, но самое главное поможет в будущем. Если решишь надеть его, то больше не расставайся с ним никогда, чтобы не случилось.
Когда-то давно я поклялась защищать тебя до последнего удара своего сердца, я сделала все, на что была способна. Прости, что не могу сделать больше.
Люблю тебя!
Береги себя!
P.S. В Лондоне ты должна разыскать Аманду Оуэн, адрес найдешь в конверте»
Я несколько раз перечитала письмо, но так и не смогла до конца понять смысл написанного, заглянув в конверт, достала листок картона похожий на визитку, где бабушкиной рукой написан ничего не проясняющий адрес.
Я аккуратно сложила письмо и вложила его обратно в конверт. Глухо заныло в груди, бабушка когда-то давно писала эти слова. Интересно, что она еще делала в тот момент? Мне вдруг показалось, что я чувствую ее запах. Я подняла конверт с письмом, собираясь понюхать его. Но тут он вдруг потемнел, а через мгновение стал совсем черным и рассыпался в пепел у меня в руках. Фактически просто растворился. Около минуты я в изумлении смотрела на горсть пепла в своих ладонях, не понимая, как это произошло. А затем дунула на руки. Вверх метнулись сотни крошечных пылинок, засверкали серебристым сиянием и растворились в воздухе, не оставив следа. Изумления прибавилось еще больше. Так не бывает в реальной жизни. И в этот момент я получила первое убеждение в том, что мне действительно нужно все выяснить. Ведь письма, даже очень старые, не растворяются сами собой, искрясь серебром.
Стараясь больше не думать о письме, я отложив в сторону визитку и вновь открыла серебряный футляр. Перстень сверкал и переливался, будто призывая меня. Я впервые сняла обручальное кольцо, все равно теперь оно больше ничего не значит для меня, и последовала зову.
Как нестранно, но перстень оказался мне точно по размеру. Но удивиться данному факту я не успела. Тут как-то резко на меня навалилась непреодолимая усталость, даже шевельнуться тяжело.
– «Интересно: который час?»
С огромным усилием, я все-таки дотянулась до мобильника. Время 11:30.
– «Сколько я не спала? Сутки или больше? Плюс еще дорога, борьба со стеной, да и вообще все произошедшее за последнее время. Наверное, просто вымоталась. И скорее всего больше душевно, чем физически»
То ли это усталость, то ли действительно так и было, затуманенный разум не смог разобраться. Мне показалось, как только я надела перстень, что-то начало происходить. Безымянный палец правой руки сначала онемел, а потом начал покалывать, не больно, просто ощутимо. Затем почудилось, словно от перстня отделилась некоторая материя, похожая на тонкие кожаные шнурки. Они, легонько сдавливая, обвили запястье, локоть, плечо и распространились по всему телу. Стало как-то тепло и приятно, а через секунду сознанье окончательно провалилось в забытье.
С первых минут я поняла, что вижу сон. Хотя это даже не сон, а некоторые воспоминания из далекого прошлого. Они, как призраки, мелькали в моей голове, не оставляя ей возможности отдохнуть.
Еще в институте, почти сразу после встречи с Верой, я познакомилась с парнем, его звали Олег. Мы втроём проводили много времени вместе и постепенно стали очень дружны. А после того, как появился Максим, я также как и со всеми остальными перестала с ним общаться. Он тоже не мог понять моей странной зависимости от Макса, не мог найти объяснения моим поступкам. А в день моей свадьбы мы виделись в последний раз.
– Надеюсь, ты будешь счастлива, – его последние слова, обращенные ко мне.
Именно это я и увидела во сне, увидела нашу последнюю встречу. А потом вокруг воцарилась темнота, и осталось видимым только его лицо. Он невесело улыбнулся и почти шепотом спросил.
– Почему ты не звонишь?
А вот эти слова не имеют никакого отношения к прошлому. Он обратился ко мне сейчас, в настоящем. Картинка начала медленно расплываться пока не исчезла совсем, и я проснулась.
– «Интересно, где он сейчас?»
Я даже ничего не знаю о его жизни. Последнее, что я слышала, так это то, что он уехал в Москву.
После непродолжительных раздумий, я открыла глаза. В спальне легкий полумрак, солнце уже коснулось горизонта. Тело от долгого пребывания в одном положении никак не хотело слушаться. Собравшись с силами, я все-таки заставила себя сесть. Немного закружилась голова, а также возникло ощущение, будто меня долго били палками, каждая мышца больно покалывала, руки отекли, во рту пересохло.
– Интересно, почему он мне приснился? Мы давно не виделись, я и не вспоминала о нем. Впрочем, я ни о ком не вспоминала. Как много времени прошло с тех пор. О, кстати, а сколько сейчас времени?!
Я протянула руку к телефону, и первым делом проверила сообщения. От Максима ничего.
– «Странно, я ожидала от него другой реакции. Все-таки Макс не перестает удивлять меня. Как хочется позвонить, спросить про Антона, поговорить с родителями. Но нельзя, если сейчас позвоню, то, наверняка, вернусь обратно и не смогу уже разгадать эту тайну никогда, – быстро набрав успокаивающее сообщение для родителей, я отключила телефон, так как мамины вопли сейчас просто неуместны, – Ну, а теперь пора ужинать. Мама совсем недавно вернулась в город, надеюсь, она оставила здесь какие-нибудь припасы»
Я поднялась на ноги, слегка пошатываясь, направилась к двери и …
Все-таки разум еще не совсем проснулся, потому что, проходя мимо зеркала, боковым зрением я увидела в нем незнакомую девушку в таком же халате. Дойдя до двери, я в прямом смысле слов застыла на месте, пытаясь осознать: это еще сон или меня начали посещать галлюцинации? Не найдя правдоподобного ответа, я так и простояла пару минут в замешательстве, а затем включила свет, еще немного потопталась на месте и вернулась к зеркалу.
– Наверное, еще сплю, – решив использовать проверенный способ, я ущипнула себя за руку. – Нет, скорее всего начала сходить с ума, а синяк теперь точно останется. Кто ты?
После письма, превратившегося в пепел у меня на глазах, я готова уже поверить даже в существование инопланетян. Поэтому всерьез заговорила с зеркалом.
Я подождала несколько секунд, но в ответ только молчание. И девушка в зеркале с точностью повторила все мои движения, мимику и жесты. Еще минута, никаких изменений. Потихоньку до меня начало доходить, что я не сплю, не схожу с ума и в зеркале вижу собственное отражение, только абсолютно мне незнакомое.
Сказать, что я испугалась – нет, скорее мне стало очень любопытно. Но в первые секунды после увиденного я настолько растерялась, что совершенно перестала дышать. В глазах слегка потемнело, пришлось приложить титанические усилия, чтобы остаться в разуме. Машинально я отошла на пару метров и медленно опустилась на пол.
Не знаю, сколько я так сидела, только когда очнулась, небо стало совсем темным. Я вновь посмотрела в зеркало: ничего не изменилось, на меня смотрела все таже незнакомка.
Далее с моей стороны последовали очень странные движения: я поднялась, немного помедлив, сняла халат, полностью обнажив свое тело, и покрутилась в разные стороны. Удивления только прибавилось.
– Так не бывает. Невозможно. Нереально.
Я нервно рассмеялась. Пепел письма был всего лишь разминкой в сравнении с тем, что я увидела в зеркале. Что произошло, пока я спала, В наш дом прилетала фея-волшебница. За последние несколько часов я скинула пару килограмм и в рекордно короткие сроки отрастила волосы более чем на тридцать сантиметров, а также, кстати, сменила их цвет, только черты лица остались моими.
При более тщательном осмотре своей новой внешности, я смогла увидеть полную картину изменений: волосы слегка вьющиеся, длинной до поясницы, цвета горького шоколада, и глаза – они стали точь-в-точь как у бабушки – глубокие, темные, изумрудно-зеленого оттенка. И внутри вдруг поселилась такая уверенность и комфортность, будто с меня сняли непосильную ношу, даже плечи расправились.
– Что-то это все напоминает, – судорожная работа мозга, я ужаснулась. – Видение про танцующую пару – реально. Это мое будущее. Та девушка в зале с роялем, девушка в зеркале и я – один и тот же человек!
Я вновь повторила недавнюю фразу, только теперь в ней было немного больше понимания.
– Но как это могло случиться? А главное – для чего?
Продолжая мысли вслух, я подняла руку вверх, чтобы поправить сбившиеся локоны. В этот момент мой перстень попал в яркий свет люстр, и каскады радужных отблесков засверкали со всех сторон:
– А вот и ответ на первый вопрос. Говорила же бабушка, что он изменит меня. Но даже во сне я не могла себе представить, что это будет настолько серьезно.
В одно мгновение жизнь перевернулась, я действительно поверила в волшебство, в существование вещей, не поддающихся никакому логическому объяснению, просто восприняла произошедшее как данность. Как нестранно, но именно благодаря этому я почувствовала себя намного спокойнее. Натянув халат, я медленно спустилась в кухню.
Консервы, консервы, опять консервы, выбирать не приходится. Зеленый горошек, ананасы в собственном соку и чашка чая с шоколадом. Несварение обеспеченно.
– Итак, вспомним, зачем я здесь.
В попытке наладить мыслительный процесс, я вышла на террасу. Вечерняя прохлада немного помогла успокоить голову.
– «В письме бабушка опять напомнила о Лондоне. И вновь тот же вопрос: каким образом я должна попасть туда? Мне ведь нужна виза, не могу же я поехать от какого-нибудь турагентства, так как понятия не имею, сколько там пробуду, – еще секунда и у меня почти рефлекторно вырвалось, – Вера! Ну, конечно, помочь в этом вопросе сможет только один человек – Вера. Но вдруг она не захочет меня видеть? Ладно, об этом потом, самое главное, как мне найти ее»
Мы познакомились еще в институте, между нами сразу возникла крепкая дружба, нам было очень уютно вместе: общие интересы, похожие жизни, одинаковое мировоззрение. При всех внешних различиях, мы прекрасно понимали друг друга. Но несмотря на все это, даже она не смогла спасти меня от того пути, который я тогда собиралась выбрать.
Вновь пришлось включить телефон, я быстро нашла ее номер телефона.
– «Интересно, как она отреагирует на мой звонок, последний раз мы общались около трех лет назад, да и то весьма поверхностно. А вдруг она сменила номер? А вдруг не захочет со мной говорить?»
Не дав надвигающемуся разочарованию обрести полную силу, я нажала вызов. Тишина, теперь гудки: один, два, три, четыре.
– Алло, – раздался до боли знакомый голос.
– Привет, узнала? – глупый вопрос, но что я могу еще сказать сейчас.
– Оля? – ее голос слегка дрогнул.
– Да. Я тебя не сильно побеспокоила?
– Нет, у тебя все нормально?
– «Если то, что я сбежала от мужа, бросила маленького ребенка, общаюсь с призраком, терзаюсь видениями, и выгляжу как копия бабушки – можно назвать нормальным, то да, все отлично, лучше и не придумаешь!»
Но вслух я не решилась произнести такой ответ.
– Нет, все очень плохо. Мне крайне необходима твоя помощь, но это не по телефону. Вера, где ты сейчас?
– Ах, ты же, наверное, не знаешь, я переехала и теперь живу в Москве.
– Это замечательно! – я не дала ей договорить. – Мне как раз нужно в Москву. Давай встретимся. Что ты будешь делать завтра?
– Собиралась на работу, но я могу не ходить, – твердо ответила она.
– Вера, а у тебя не возникнут проблемы с начальством?
– Оля, – она засмеялась, – мы так давно не виделись, многое изменилось. Я теперь сама себе начальник, так что мы можем вместе позавтракать, позвони мне утром, может быть часов в десять?
– Хорошо, до встречи.
– Пока.
После нашего разговора на душе заметно потеплело и даже захотелось улыбнуться. Как давно мы не виделись. Как я соскучилась.
Я вернулась в кухню, посмотрела на часы – 22:28.
– «Нельзя терять время, иначе с московским движением даже к ужину не доберусь. И стоит написать записку с просьбой восстановить стену до приезда родителей»
Так я и сделала, затем поднялась наверх, чтобы переодеться. Естественно, одежда, в которой я приехала, оказалась слишком грязной. Вывалив весь имеющийся гардероб, я с большим трудом отыскала более-менее приличные джинсы и рубашку, сбежала вниз, захватив на ходу куртку, а через несколько минут уже сидела в машине.
Тронуться оказалось намного легче, чем в прошлый раз. Игривое урчание мотора подстегивало стремление к скорости, аккуратно проехав ворота, я вдавила газ и через мгновение уже летела по проселочной дороге к трассе.
Высоко в небе ярко светит полная луна, освещая путь в неизвестность, которая за последние сутки стала неотъемлемой частью моей жизни.
В столице я оказалась раньше, чем предполагала и это даже к лучшему, будет возможность поразмыслить над встречей с давней подругой. Не тратя время на излишние поиски, я направилась в гостиницу, где мы с Максом обычно останавливаемся. Она находится почти на Красной Площади – красивая, уютная и очень дорогая.
Только после того, как перед глазами возникли двери парадного входа, я сообразила, что мой внешний вид никак не гармонирует с этим местом. И кажется, здесь принято бронировать номер заранее. Но деваться уже некуда: если сейчас развернусь и пойду обратно к машине, буду выглядеть очень глупо.
За ресепшеном меня встретила девушка – администратор. Она натянуто улыбнулась:
– Чем могу помочь?
– «Не поздоровалась, снять номер будет труднее, чем я предполагала»
– Мне нужен номер.
– К сожалению, ничего не могу для вас сделать, все номера заняты.
Она сказала это с некоторой агрессией, а на лице отпечаталась неприязнь.
– Я понимаю, следовало бронировать номер заранее, – немного раздраженно ответила я, – но возникли непредвиденные обстоятельства. Мы с мужем часто останавливаемся у вас, проверить в базе. Может быть, вы сделаете исключение.
– Я уже сказала, что все номера заняты.
Она прервала меня на полуслове, и дело вовсе не в бронировании, просто я выгляжу почти как бомж. Старая одежда, отсутствие макияжа и растрепанные волосы никак не располагают к посещению отеля в центре Москвы, но мои слова она обязана проверить, а грубить вообще не имеет права. Я пошла на принцип.
– Хорошо, будьте добры, позовите менеджера, – натянуто вежливо, едва сдерживая гнев, процедила я.
Она также натянуто улыбнулась и нажала маленькую кнопку на столе. Через минуту за ее спиной появился молодой мужчина в строгом костюме и идеально завязанном галстуке. Его лицо ничего не выражает, но данное впечатление обманчиво. Девушка быстро объяснила ему сложившуюся ситуацию, но я решила добавить:
– Как я уже сказала, мы с мужем здесь часто останавливаемся. И может быть, вы могли бы пойти на некоторые уступки?
Я открыла рюкзак достала паспорт и подала его мужчине.
– Проверьте.
Менеджер и администратор пристально наблюдали за моими движениями, они буквально не отрывали взгляд от перстеня, и мне в душу закралась некоторая доля тщеславия и гордости. Не говоря ни слова, они взяли паспорт. После того как девушка внесла мое имя в компьютер, мужчина выпрямился и вежливо произнес:
– Г-жа Веленская, прошу прощения за этот инцидент. Впредь такого не повторится. Вы желаете занять свой обычный номер?
Слышать в свой адрес обращение госпожа, было совсем непривычно, и звучало это как минимум глупо, а с учетом моего внешнего вида, даже смешно. Но мелкое тщеславие смешалось со злорадством, я мысленно поблагодарила Макса за частые деловые поездки в Москву, и за то, что он всегда брал меня с собой.
– Не давайте невыполнимых обещаний, а насчет номера я думаю, это будет лучшим вариантом.
– У вас есть багаж или мы можем отогнать машину на парковку?
– Нет, я налегке. Скажите, в какое время открывается салон красоты?
– В 7:00, – он одобряюще окинул меня взором, протянул паспорт и ключ от номера, – приятных снов.
Я саркастично улыбнулась и пошла к лифту.
Глухой щелчок выключателя и два десятка светильников озарили помещение. Широкий холл, просторные комнаты, огромная кровать с десятком подушек и пуховыми одеялами, джакузи, витражные окна с видом на Красную Площадь – ничего не изменилось. Я приняла теплую ванну, легла в кровать и постаралась заснуть, но сколько бы ни укладывалась, мозг продолжал обдумывать предстоящее утро.
– «Что я ей скажу? Привет Вер, подскажешь, как сделать визу в Англию? Нет, так нельзя. Узнает ли она меня, узнаю ли я ее? Какой будет наша встреча? Так, хватит, все будет, как должно быть!»
Я натянула одеяло до самой макушки, но, даже полежав во всех углах двухметровой кровати, не смогла уснуть и решила больше себя не мучить. Достав из мини-бара пакет сока, остаток ночи я провела в пустых размышлениях о смысле жизни, о произошедших событиях и о том, во что для меня все это выльется.
– «6:30. Наконец-то! – встав с кресла, я осмотрела свои вещи, – да уж!» – надевать эти лохмотья совершенно не хотелось, но другого выбора нет.
Автоматические двери салона красоты приветливо распахнулись, я осторожно вошла внутрь. Утренние часы оказались весьма плодотворными: легкая укладка, макияж, несколько комплектов одежды из ближайших магазинов и новый чемодан. Теперь оставалось позвонить Вере и напомнить о себе, но она меня опередила.
– Привет! – радостно произнесла я в трубку телефона.
– Привет! Оля, ты уже в Москве?
– Да, как раз собиралась звонить тебе. Завтрак в силе?
– Конечно! Ты где остановилась? Я могу подъехать в гостиницу. Посидим в ресторане.
– Да, это было бы замечательно, – облегченно ответила я и назвала адрес.
– Встретимся через полчаса в ресторане.
– Жду тебя.
Выбор остановился на двухместном столике, уютно расположенном в дальнем углу зала. Расплывшийся в улыбке официант подал меню и застыл на месте. Я несколько раз взглянула на него, он смотрел на меня как завороженный и скрылся за ширмой в противоположном углу зала.
Я подняла голову, сердце в очередной раз глухо заныло от тоски. В нескольких метрах от меня стоит совершенно неподвижная девушка. Густые русые волосы, огромные голубые глаза, слегка вздернутый подбородок – за столько лет ничего не изменилось. Узкое черное платье с коротким рукавом плотно облегает фигуру, выгодно подчеркивая все достоинства.
Моя первая реакция была такой же, как у нее, оцепенение. Только спустя минуту я встала и, немного приподняв руки, тихо прошептала:
– Вера.
Она медленно двинулась вперед, одаривая меня сильно удивленными взглядами. Мы подошли ближе, чуть помедлив, крепко обнялись. Разговор начался с одновременный вопросов к друг другу.