Андрей Иванович Панин Странник. Книга первая

– Опусти лук, иначе я зажарю тебя на месте! – хоть это было и сказано тихо, шепот алхимика поглотил всю комнату.

Мое сердце остановилось, моя левая рука, которой я натянул тетиву, дрожала. Либо нас предали, либо он чувствовал мое присутствие.

– От тебя несет магией, человек, – спокойно сказал Фарнер, вставая со своего кресла и поворачиваясь в нашу сторону, – кто ты такой?

Я встретился с ним взглядом и теперь мог рассмотреть его при дневном свете. Все тело этого человека было в ожогах. Пламя огня на месте глаза, который я видел днем позднее, ослепляло меня. Вся правая часть его лица была сгоревшей. На левой стороне был здоровый серо-голубой глаз. Что удивительно, на голове его росли волосы, темно-русого цвета. Область рта и нос были и вовсе не повреждены. Он внимательно на меня смотрел и резко улыбнулся.

– Я пробрался в твою башню! – стараясь не заикаться, ответил я.

В тот момент я понимал, что есть вероятность, что мы не справимся с этим человеком. Поэтому необходимо было оставить пути отступления. Вернее, хотя бы сохранить жизнь этих гоблинов.

– И чего же ты хочешь? – с усмешкой спросил Фарнер.

Если бы он хотел, то уничтожил бы меня на месте. Я видел в его глазах, что он играет со мной. Но в то же время понимал, что мне скорее всего уже не выжить, поэтому надо действовать.

Я отпустил тетиву, и стрела полетела прямо в шею алхимика. Гоблины, что сопровождали нас, побежали за дверь. За моей спиной стоял Дижело, которого я закрывал своим телом, и Фарнер никак не мог видеть гоблина.

Стрела не достигла своей цели и в миллиметре от шеи Фарнера сгорела. На всю комнату раздался грубый смех. Я, не теряя времени, выхватил меч из ножен и в пару шагов оказался перед алхимиком. Меня обожгло сильным жаром, я сделал шаг назад. Стол, что стоял передо мной, я толкнул ногой на алхимика. Тот отшатнулся, а я резко отвернулся, схватив Дижело, что стоял в тени, выбежал за дверь, быстро ее закрыв.

– Ну ты меня уморил! – орал Фарнер – Куда ты побежал? Мы только начали!

Я нагнулся к трясущемуся Дижело. Его большие глаза наполнились слезами, он, заикаясь, пытался что-то сказать.

– Я испугался, человечек, я боюсь, – плача шептал гоблин.

– Беги отсюда, быстрее – шептал я ему в большое ухо, – беги и скройся среди своих, я его задержу.

Гоблин со страхом посмотрел мне в глаза. Я оттолкнул его и резко встал напротив двери. Уже в следующий миг она с грохотом открылась. В проеме стоял Фарнер, глаз его пылал, на лице сверкала сумасшедшая улыбка. В тот момент по моему телу пробежали мурашки, вся спина была мокрой от пота. Я держал меч в потных руках и думал, почему я снова забыл надеть перчатки.

– Здрасьте! – с идиотской улыбкой сказал я, смотря на Фарнера.

– Я так давно не видел людей, а еще и таких идиотов! – кричал на всю башню алхимик. – Но я не буду тебя убивать.

Меч в моих руках меня немного успокаивал, но что делать дальше, я не знал. Дижело уже должен был сбежать, и по всей видимости алхимик его не увидел. Кидаться на Фарнера не было смысла, у меня появилась надежда, и я опустил меч.

– Молодец! – с улыбкой сказал Фарнер.

А в следующий миг я увидел яркую вспышку перед глазами, и наступила тьма. Вот так я попал в темницу. Где я находился, мне было неведомо. Но один большой плюс, Фарнер не убил меня. Я осмотрелся, но даже привыкшие к темноте глаза ничего не могли разглядеть. Я нащупал ножны, меч был внутри. Этот самодовольный идиот даже не обезоружил меня.

Но я могу сказать с полной уверенностью, что он был очень силен. И это не просто алхимик, его владение магией превышало уровень среднего мага школы. Но сейчас мне оставалось только ждать. Надеюсь, Фарнер поверил, что я действовал в одиночку. Мои раздумья прервал знакомый голол.

– Человечек! Ты жив? – тихо прошептал голос Дижело.

– Дижело? Где я? Как ты сюда попал? – шепотом спросил я в пустоту, потому что никак не мог разглядеть гоблина в этой темноте.

– Ты на третьем этаже, я испугался! Я должен был помочь тебе! – жалобно простонал Дижело.

– Все в порядке! Ты не должен был ничего делать, он бы просто зажарил тебя. Но как ты сюда пробрался? – спросил я.

– Он в очень хорошем настроении, – со злостью сказал Дижело, – ты повеселил его. И дверь он не закрыл, так оставил.

Действительно самодовольный гордец, ну а с другой стороны, как я выберусь из этой клетки?

– Дижело, нам надо выкрасть у него ключ от двери, что на втором этаже. Но без меня ничего не делайте. Продолжаете делать то, что и делали до этого. Если он меня не убил, значит, что-то хочет. А теперь иди, тут может быть опасно.

Я почувствовал, как холодная рука Дижело коснулась меня через решетку, но все равно никак не мог его увидеть.

– Мы тебя вытащим! – уверенно прошептал гоблин и исчез.

Я прилег на каменный пол своей темницы и начал думать. Мне безумно хотелось в туалет, но я решил дождаться Фарнера, он в любом случае должен был появиться. Мое ожидание продлилось около двух часов. В глаза ударил сильный свет, я несколько раз моргнул. В дверях стоял алхимик, со своей злобной улыбкой.

– Как ты пробрался в мою башню? – спросил он своим неприятным скрипучим голосом.

Я встал и подошел к решетке. Фарнер был одет как в первую нашу встречу на улице. Рубашка, штаны и длинная черная ряса, у живота висел большой амулет.

– Я профессиональный вор, – соврал я.

– И что ты потерял в моей башне? – сверля меня взглядом, спросил Фарнер.

– Люди говорят, что у тебя есть чем поживиться! – ответил я.

– Интересно, чем же? – засмеявшись, спросил алхимик. – Как ты прошел мимо моих големов?

– А что мимо них проходить? Они медленные и слепые. Ждешь момента и пробегаешь, – продолжил врать я.

– Я тебя чувствовал вчера вечером, но я не смог тебя увидеть, – задумавшись, рассуждал Фарнер, – как давно ты пробрался сюда?

– Вчера, – ответил я.

– А эти зеленые уроды? – с отвращением спросил алхимик.

– А что они? Думаешь, они мне смогли бы что-то сделать? На улице они меня не заметили, а когда я пробрался в башню, то наставил на них лук и потребовал отвести меня в твои покои, – ответил я.

– И что ты хотел в моих покоях? – улыбаясь, спросил Фарнер.

– Убить тебя! – твердо ответил я.

Выдерживать взгляд этого человека было крайне трудно, но я не мог отвести взгляд от его горящего глаза, вернее, того, что от него осталось. После моих слов Фарнер начал смеяться.

– Знаешь, почему ты до сих пор жив? – успокоившись, спросил алхимик.

– Может быть, ты хочешь поставить на мне опыты? Вы, алхимики, любите заниматься таким, – предположил я.

– Ты путаешь меня с некромантом, – засмеявшись, ответил Фарнер, – ты жив, потому что мне стало очень скучно. С этими зелеными уродцами не поговоришь толком, а с железяками – тем более. Скоро я совершу невозможное, и очень хорошо, что ты появился. Тому, что я сделаю, нужен свидетель.

Говорил он быстро, периодически проглатывая окончания слов. И вся эта тирада сопровождалась невнятной мимикой. Этот человек определенно был безумен.

– Ты умеешь писать? – спросил алхимик.

– Да, – ответил я.

– Отлично! А теперь спи, завтра я зайду к тебе, – поворачиваясь ко мне спиной, сказал Фарнер.

– Это, стой! – потребовал я.

– Да? – с удивлением на лице повернулся ко мне алхимик.

– Куда мне справить нужду? – спросил я.

– Прямо тут! – засмеялся Фарнер, свет резко погас, и он исчез.

Конечно, его ответ меня не очень порадовал, но терпеть уже не было сил. К тому же, я же смог провести ночь в компании гоблинов-вонючек, значит и тут справлюсь.

Лежа на холодном камне, я смотрел в пустоту. Этот человек действительно был не в себе. Но при всем этом он был очень опасен. Но у меня был шанс его одолеть, используя хитрость. Надо было только понять, как, и дождаться подходящего момента. В животе моем бурлило, последний раз я поел в обед. Но голод позволял мне думать более ясно и четко. Еще и тело ломало после физической работы на шахте.

***

Так в своих раздумьях я и уснул. Разбудила меня резкая вспышка света. Я услышал голос Фарнера и неловко начал подниматься на ноги. Спина болела от твёрдых холодных камней, которые стали для меня кроватью в эту ночь.

– Ну и вонища у тебя! – недовольно проскрипел Фарнер. – Выходи!

Поднявшись на ноги, я увидел алхимика, стоящего напротив моей темницы, дверь в которую была открыта. Я неуверенно направился в его сторону. На подсознательном уровне я коснулся эфеса своего меча. Фарнер это заметил.

– Без глупостей, – с улыбкой сказал он, – следуй за мной.

Он направился к выходу, а у меня так и чесались руки выхватить меч и перерубить его. Но я понимал, что он намного быстрее среагирует и сожжет меня заживо.

Мы поднялись по винтовой лестнице. Алхимик зашел в свои покои, я шел за ним. Фарнер развалился в своем кресле, а я еще раз осмотрел его комнату. Шкаф был полностью забит книгами, я быстро читал названия на корешках: «Чистая магия», «История адептов», «Истинный огонь», «Элементы огня», «История Этеры» и прочее. Большинство из работ я видел впервые и очень хотел сохранить эту библиотеку и прочитать каждую из книг. Хотя в первую очередь надо было думать, как остаться в живых.

– Возьми листок, что лежит на столе, и перо! – скомандовал Фарнер, не оборачиваясь на меня.

Перед столом, который я накануне толкнул на алхимика, лежала стопка пустых листов и перо с чернилами. У стола стоял деревянный табурет.

– Ты станешь свидетелем возрождения адепта на землях Этеры! – гордо произнес Фарнер. – Но будущее поколение должно знать, как я к этому пришел. И моя биография должна быть из первых уст!

Я присел на табурет, взял перо в правую руку, макнул в чернильницу и ожидал, что начнет мне диктовать Фарнер. Меня еще раз посетила мысль перерезать ему глотку. У него была такая тонкая шея, было видно, что этот человек никогда не выполнял физической работы. В дверь постучались. Фарнер поднял руку, пальцами сделал непонятный мне жест, и дверь отворилась.

В комнату зашли два гоблина, в руках они несли два подноса. Одним из гоблинов был Дижело. Я начал осматривать комнату в поисках ключа. Гоблины подошли к алхимику. А я увидел, что ключ лежал на тумбочке у кровати. Надо было отвлечь Фарнера. Наши взгляды с Дижело встретились, и я кивнул ему на ключ.

Дижело неловко подошел к Фарнеру и обронил на него поднос. Алхимик вне себя заорал, Дижело отшатнулся. Но дальше произошло неведомое. Фарнер вскочил на ноги, и в следующий миг второй гоблин загорелся. В комнате сильно запахло горелым мясом. Бедняга кричал вне себя от боли, бегая по комнате. Глаза его лопнули, но крик раздавался на всю комнату. В следующий миг Фарнер схватил беднягу и выкинул из окна. Послышался только шлепок, крик прекратился.

– Пошел вон отсюда! – заорал алхимик на Дижело, тот в следующий миг исчез.

У меня стоял ком в горле. В носу я до сих пор чувствовал запах горелого тела, в ушах слышал крик агонии того бедняги.

– Одним больше, одним меньше! – успокаиваясь, прошептал Фарнер, садясь в грязной одежде в свое кресло. – Так, на чем я остановился?

– На истории своей жизни, – выдавил я, приходя в себя.

– Да! Все верно, слушай и записывай! – кидая виноградинку, сказал Фарнер. – Кстати, как тебя звать?

– Феликс, – ответил я, садясь на табурет.

– Ха, не тот ли искатель приключений? – с насмешкой спросил Фарнер.

– Феликсов на Этере – как грязи после дождя, – ответил я, пытаясь сосредоточиться.

– Тоже верно. Судя по тому, что пишут про этого героя, он бы уже давно меня обезглавил, – засмеявшись, сказал алхимик.

Я ничего не ответил. Если бы я действительно был героем, про которого там много пишут, я бы, конечно, давно бы уничтожил такого урода, как этот Фарнер.

– А теперь слушай мою историю!

***

Таких, как я, называют помазанниками огня. Таких, как я, ищут по всей Этере. Потому, что один из нас обязательно станет адептом. И первым буду я!

Но вот мои родители очень не хотели, чтобы я становился магом. Мой отец был судьей и хотел, чтобы я продолжил его дело. Он был очень уважаемым человеком в городе и готовил меня стать своим преемником. Я с самого детства познал основы юриспруденции, ораторское искусство и принципы управления людьми. Меня учили лучшие преподаватели в округе, но однажды к нам пришли они.

Мне было четырнадцать лет, и в наш город приехали представители Академии Магии. Камнеград, откуда я родом, очень крупный и богатый город на севере континента. Наше королевство полностью отвергало магию, но в тот же момент активно закупало големов у Академии для выполнения тяжёлой работы и охраны страны. Маги, что посетили наш город привезли очередную партию железных великанов. Тогда я увидел на центральной площади объявление: «каждый желающий может прийти в пятницу в 19.00 и попытать свое счастье. Маги набирают в свои ряды учеников».

В перерывах от учебы я просто упивался историческими романами о героях минувшего века. Несокрушимые адепты, которые боролись с нечистью и наводили порядок на землях Этеры, вдохновляли меня. Но отец запрещал мне читать подобную литературу и находя у меня такие книжки, незамедлительно их сжигал. А я получал десять ударов плетьми и отправлялся в комнату без ужина.

Дисциплина и ясная голова были основными принципами моего отца. Я не должен был забивать себе голову всякой чепухой, гулять со сверстниками да и вообще как-то развлекаться. Моей основной задачей было учиться, потому что отец делал на меня большие ставки в будущем.

В тот вечер я сбежал на это мероприятие. Один из магов осмотрел меня и сказал, что во мне есть сила, только ее надо развивать. Я был вне себя от счастья. Этот маг сказал, что ему нужно согласие родителей и что в начале следующего учебного года я могу поступать в Академию.

Я счастливый побежал домой, рассказать родителям хорошие новости. Дома меня ждал отец, который в тот день ушел с работы намного раньше. Он сидел в гостиной и сверлил меня недовольным взглядом. В правой руке он держал свою любимую трость, а левой барабанил по деревянному столу.

– Где ты был, Фарнер? – недовольно пробасил отец.

– Отец! У меня хорошая новость! – воскликнул тогда я.

– Хорошая новость, что ты пропустил занятия? – злобно спросил отец.

– Отец, я был у магов! Они сказали, что у меня есть склонность к магии! – вне себя от радости, выпалил я.

Отец продолжал на меня смотреть. И тогда мне показалось, что он улыбается, значит, у меня есть шанс туда поступить. Мама молча стояла за его креслом.

– Какой магией? – ласково спросил отец.

– Огня! – выпалил я.

В следующий миг отец схватил моего щенка, которого мама уговорила подарить мне на день рождения. Она единственный человек, который всегда был рядом. Мне было так одиноко. Из-за того, что отец постоянно заставлял меня учиться, у меня совершенно не было друзей. Сверстники надо мной смеялись, и если мне удавалось отпроситься и пойти гулять, то я постоянно получал. Да, я был высокий, но очень худой и слабый.

Щенка я назвал Огонек и очень берег его. Он стал моим настоящим другом. Отец запрещал ему спать в моей комнате, но когда он уезжал в командировку, мама разрешала мне оставить Огонька. Просыпался я от мокрого носа Огонька, который будил меня каждое утро. Как я любил этого щенка.

Отец схватил Огонька за холку и посмотрел мне в глаза.

– Маг огня, сынок? – спросил он меня и в следующий миг кинул щенка в камин. – Так вытащи его, если ты маг огня!

Я как сейчас помню, как по моему телу пробежали мурашки. Увидел заплаканное лицо мамы. Но я кинулся в камин за Огоньком, я попытался его вытащить. Запах горелого мяса заполнял весь мой нос, я слышал нескончаемый визг моего щенка. Ему было больно! Очень больно! А я с обожженными руками вытащил его горелое тельце. Огонек еще дышал, я чувствовал, как он борется за свою жизнь. Этот маленький комок.

Отец оттолкнул меня, я уронил Огонька.

– Пошел вон в комнату! – закричал он, замахиваясь на меня тростью. – Я сказал, ты будешь судьей, и никогда! Никогда, слышишь меня? Никогда не будешь со мной спорить.

Я кричал, что было сил, тогда моя мама встала между мной и отцом, и его трость опустилась на нее. Я схватил тельце Огонька, я выбежал на улицу. Мой щенок дышал все тяжелее, я чувствовал, как он мучается, и никак не мог ему помочь. Я не знаю, куда бежал, глаза мои были заплаканы, вокруг я слышал смех пацанов, которые всегда издевались надо мной.

– Эй плакса, стой, – кричали они мне вслед и решили меня догнать, – что это у тебя, показывай!

Я бежал, что было сил, но они догнали меня и выхватили моего щенка.

– Ты что, сдурел? – прокричал один из мальчишек, держа Огонька. С отвращением он кинул тело щенка на землю.

Я нагнулся, чтобы поднять щенка, но мальчишки начали меня избивать. Когда все закончилось, я лежал рядом с Огоньком, весь в крови, руки мои болели от ожогов. Но щенок уже не дышал. Я тяжело поднялся на ноги. Ярость, что поглотила мою душу, вырывалась наружу, но я смог ее подавить. На улице пошел сильный дождь, а я захромал домой.

Прошло два года. Я продолжил учиться. Но тогда моего отца уволили с работы. Его подсидел один из ближайших помощников. Отец вынес приговор против очень богатого купца, который сделал все для того, чтобы моего отца уволили с позором. Он не выдержал своей неудачи и начал пить. Пил он, не останавливаясь, и начал избивать меня и мою мать.

Моя ярость продолжала копиться, и в один прекрасный день сосуд был наполнен до краев. Огонь, что я растил в своей душе, вышел наружу. Отец в очередной раз пришел домой в стельку пьяный, я услышал крик своей мамы и вышел в гостиную. Я готовился к экзаменам, ведь у меня на носу было поступление.

Я увидел, как моя мама лежала у камина, а отец бил ее тростью. Тогда я не выдержал и кинулся на него. Он был сильным мужчиной и без проблем оттолкнул меня, я отлетел в камин, одежда на мне загорелась. Но я больше не чувствовал боли.

В следующий миг я закричал, но не от боли, а от ярости, что копилась во мне столько лет. Огонь из камина поглотил мое тело, и я выплеснул его. Загорелся дом, я взял свою маму на руки и пошел наружу. Отец лежал на полу и с ненавистью глядел на меня. Но я не остановился, прошел мимо него.

Когда я вышел на улицу, мама, тяжело дыша, смотрела на меня, как два года назад Огонек. Я положил ее на землю и присел рядом.

– Как ты сынок? – прошептала она, трогая мое обгоревшее лицо.

Я видел, как она страдает, и опять никак не мог ей помочь. Тогда я понял, что огонь – это хаос, разрушение. А я являюсь слугой хаоса. Я взял нежную и тонкую шею своей матери и своими обгорелыми руками задушил ее. Она последнее, что я любил, и самое любимое я уничтожил.

После этого я поднялся на ноги. Вокруг горящего дома собралась толпа, которая пыталась погасить пожар. Но пожар нельзя было останавливать, он должен был поглотить все вокруг себя. Я стал помазанником стихии огня, которая отняла мой глаз и подарила мне око. Люди, увидев меня, начали в страхе отходить. Но это только сильнее вызывало мою ярость.

Когда один из мальчишек схватил камень и кинул в меня, я поджег его на месте. Остальные люди попытались меня остановить. Через пару часов от города Камнеград не осталось ничего. Я спалил все дотла.

***

Когда я закончил писать, руки мои тряслись. Фарнер молчал и смотрел вдаль. Я сделал пару глубоких вздохов и оглядел комнату. Только тогда я обратил внимание, что ключа нет. Все-таки Дижело успел его схватить.

– А теперь оставь меня! – прохрипел Фанер. – Позже я вызову тебя, и мы продолжим.

Я поднялся на ноги, задвинул табурет и направился к двери. Фарнер, не поворачиваясь в мою сторону, щелкнул пальцем, и передо мной возник огненный фантом, который повел меня в мою темницу.

Я испытывал двоякие чувства. Этот человек буквально несколько часов назад спалил ни в чем неповинного гоблина, но когда я услышал его историю, мне стало его очень жалко. Конечно, это никак не оправдывало его нечеловеческой жестокости. Этого человека поглотила ярость, и он полностью отдался в объятья пламени. Он был опасен и безумен, и очень скоро я узнаю, какую он преследует цель. В любом случае, я должен его остановить, даже если это будет стоить мне жизни.

Глава 5

Тайна Болот

Мой желудок продолжал требовать еды. Но надо сказать спасибо Дижело: после того, как фантом привел меня в темницу, гоблин появился через несколько минут с едой и водой. Отвратительный суп из крысы показался мне самой вкусной едой. Мы перекинулись парой фраз, и я предупредил Дижело, чтобы он был более аккуратным. Фокус с фантомом показал мне, что Фарнер владел магией как минимум на уровне магистра Академии.

В свое время мне очень повезло, что я посетил одну необычную библиотеку, которая располагалась в очень труднодоступном месте. Но книги, что хранились в ней, позволили мне углубиться в мир магии, о котором на тот момент я знал очень мало. В этом поселении я пробыл около двух недель и каждый день с утра до ночи читал и выписывал для себя самые основные тезисы.

Правда, для того, чтобы добраться до этой библиотеки, я рисковал своей жизнью, а еще – сном. Кошмары снились мне около года. Говорят, время лечит, и сейчас я вспоминаю только библиотеку. Но прожить то, что я тогда прожил, даже врагу не пожелаешь.

Поселение называлось Мардшин и когда-то было большим, процветающим городом. Говорят, основал его маг-отшельник, который при помощи своих способностей построил эту замечательную библиотеку. Со временем к этому магу начали приезжать ученики со всего мира Этеры. Отшельник долгое время сопротивлялся и отказывался кого-либо учить, но с каждым годом прибывало все больше людей, которые не собирались сдаваться. Так вокруг библиотеки мага, в которой он и проживал, начали строиться сначала хижины, а потом и дома.

За несколько лет поселение разрослось в большой город, и маг-отшельник все-таки сдался и набрал учеников. Говорят, что эти ученики в дальнейшем и основали Академию. Но, к сожалению, после падения адептов, земли Этеры претерпели сильные климатические изменения.

Теперь некогда великий Мардшин был окружен со всех сторон болотами, которые кишели множеством неизвестных в наше уже время существ. Добраться до Мардшина было очень сложно и опасно. И город снова стал поселением, где проживало не более тысячи человек, которые смогли заручиться поддержкой местного племени гноллов.

Гноллы просто обожают селиться в болотистой местности, поэтому после изменения климата их стало появляться все больше и больше. Это раса зверолюдей, либо еще их называют люди-гиены. Уровень их развития застрял еще на племенном общественном строе. У гноллов нет одного государства, они постоянно воюют между собой. Признают только сильнейших, которые становятся их вождями.

Людьми-гиенами их прозвали за противный смех, который напоминает звуки, что издает гиена. У них человекоподобное тело, с собачей мордой. Сами они покрыты шерстью, но во славу Этеры носят одежду. С этими существами мне пришлось столкнуться, когда я посещал Мардшин. И вообще это произошло по дикой случайности.

Я посетил очередное людское поселение и собирался отправляться дальше. Я должен был переплыть на корабле море. Но из-за того, что внезапно начались водяные смерчи, ни один капитан кораблей не согласился со мной переплыть. Мой отъезд затягивался минимум еще на пару недель, но я никак не мог усидеть на месте и решил отправиться пешком.

Меня очень долго отговаривали от такого путешествия. Земли, по которым я собирался идти, уже много веков не использовались людьми, а мэр портового города, где я находился, вообще мне сказал, что в этих землях поселилось столько нечисти, что и людей там больше не осталось.

Я задумался, смогу ли я пробраться по этим труднопроходимым землям своими силами, но решающим моментом стало появление бесстрашного торговца по имени Рич. В городе его называли безумцем, потому что он вел свой обоз в самые заброшенные и опасные места Этеры.

Рич искал охрану для своего обоза, предлагая очень неплохие деньги. Направлялся он в Мардшин, утверждая, что уже в не первый раз совершает такое путешествие. Когда я услышал название этого поселения, то не сразу понял, шутит он или нет. Я когда-то читал о великом городе Мардшин, месте, где расположена одна из крупнейших библиотек Этеры. Когда Рич подтвердил, что говорит именно про тот самый Мардшин, я без доли сомнения собрал свой рюкзак и отправился к его обозу.

Рич оказался очень необычным человеком. Ему было около сорока, среднего роста, с безумным взглядом, лысой головой и длинной рыжей бородой. Я ехал с ним на козлах, и всю дорогу Рич рассказывал мне о своих путешествиях. Если честно, мне казалось, что он очень многое преувеличивает.

Наше спокойное путешествие длилось около недели. Погода была умеренная, еда без разнообразия, но вкусная. В Мардшин Рич вез в основном провиант и безделушки, так как поселение было оторвано от жизни континента и только единицы купцов добирались до цели. Рич сказал мне, что немногочисленные жители некогда великого города были очень богатыми и одна поездка туда окупала год безбедной жизни.