Анастасия Шлейхер Смерть в саду

В стене слева от двери Эдвард заметил сейф, не совсем удачно спрятанный за пышной портьерой. В правом углу комнаты стоял тот самый злосчастный шкаф, который подпортил утро нотариусу. Он определенно не мог вместить то количество документов, которое мистер Гудман безуспешно пытался в него запихнуть.

«Видимо, его пропавшая секретарша была для него на вес золота, — предположил Эд. — Если всего лишь через неделю ее отсутствия здесь творится такое, то не стоит и удивляться, что бедняга готов разориться на частного детектива».

Задумчиво бормоча что-то себе под нос, нотариус снова вытер лицо платком и тяжело опустился в кресло. Выудив из первого ящика стола маленький синий флакончик, мистер Гудман встряхнул его и сделал быстрый глоток его содержимого.

— Не подумайте ничего плохого, сэр… Это всего лишь травяная настойка, — поспешно объяснил Эндрю. — Я жутко не высыпаюсь в последнее время, и оттого мне бывает крайне трудно сосредоточиться. Это лекарство придает мне сил и помогает мне оставаться в рабочем состоянии по утрам.

— Меня это не касается, мистер Гудман, — излишне строгим тоном заметил Эд. — Я имею в виду то, что вы употребляете для… Кхм-Кхм… Хорошего настроения. Это, разумеется, ваше личное дело. Я вас не осуждаю.

Эндрю Гудман, услышав этот весьма неоднозначный комментарий от незнакомого молодого человека, тут же округлил глаза, в которых отразилось откровенное недоумение.

Эдвард же поспешил исправиться:

— Прошу прощения, мистер Гудман. Это утро и для меня выдалось… непростым. Но давайте пока забудем о наших личных неприятностях.

Голос детектива теперь звучал мягче и доброжелательнее. Первое, не самое хорошее впечатление было необходимо срочно исправлять.

— Мое имя Эдвард Финч. Я частный детектив. Мой хороший друг, Роберт Милтон, рассказал мне о вашей проблеме. Он дал мне понять, что ваше дело не терпит отлагательств.

Наконец, осознав, кто перед ним, нотариус приободрился. Он заметно расслабился и улыбнулся Эдварду по-детски искренне. Налив себе и детективу по стакану воды, он поудобнее устроился в кресле и заговорил с явным энтузиазмом:

— Мне так приятно с вами познакомиться, мистер Финч! Я вас ждал с большим нетерпением! Знаете, когда мисс Блэквуд пропала, я понятия не имел, как мне стоит поступить, что стоит предпринять и к кому лучше всего обратиться за помощью. Наверное, любой другой на моем месте отправился бы в полицию, но я, признаюсь вам честно, не хотел торопить события. Я убеждал себя, что Мэри скоро вернется, что ее отсутствие на работе — всего лишь маленькое недоразумение. Я подумал, что могу навредить ей и навлечь на нее неприятности, если стану докучать полицейским понапрасну.

Тогда я решил, что будет правильнее для начала посоветоваться с моим давним приятелем Энтони Брауном. Я всегда доверял его мнению: он не раз выручал меня в довольно сложных и неоднозначных ситуациях. Энтони — человек мудрый и рассудительный. К тому же у него имеется немало полезных связей. И потому, узнав о случившемся, он без раздумий предложил мне обратиться к частному детективу. К счастью, на примете у него была подходящая кандидатура. — Нотариус с довольной улыбкой кивнул в сторону Эдварда. — И вот вы здесь, мистер Финч. Теперь вы без труда отыщите мисс Блэквуд!

По правде говоря, Эдварду стало немного не по себе от того, что мистер Гудман был настолько уверен в успешном исходе дела. Он так и не услышал ни слова о том, что от него в действительности требуется. Было необходимо остудить пыл нотариуса, дабы его завышенные ожидания в конце концов не вышли Эдварду боком.

— Мистер Гудман, полагаю, нам необходимо сразу кое-что прояснить, — деловитым тоном начал Эд. — Видите ли, в наши дни внезапные и загадочные исчезновения крайне редки. Вполне вероятно, мисс Блэквуд просто сменила работу и место жительства, не посчитав необходимым известить вас о своем решении. Увы, столь легкомысленные особы нынче встречаются довольно часто.

— Исключено! — громогласно заявил нотариус.

— Хорошо-хорошо, — поторопился сказать Эдвард, пока мистер Гудман не начал оправдывать свою секретаршу. — Позвольте высказать еще несколько предположений, и уже тогда я выслушаю ваши возражения, мистер Гудман.

Нотариус кивнул, все еще хмурясь от возмущения, и Эдвард продолжил:

— Итак, вариант второй: у мисс Блэквуд внезапно появился поклонник, некто очень настойчивый и обворожительный до крайней степени. Из-за таких молодцов прекрасные барышни часто совершают необдуманные поступки. К примеру, поддаются на их уговоры, бросают все и вся и сбегают с ними на недельку-другую в Брайтон.

Прежде чем нотариус успел возразить, детектив поднял руку в примиряющем жесте и сказал нарочито громко:

— Вот вам еще вариант: у мисс Блэквуд внезапно обнаружилась бездетная пожилая тетушка, которая остро нуждается в ее заботе и помощи. И потому ваша секретарша бросила все свои дела и отправилась ухаживать за престарелой родственницей.

Это предположение Финча не вызвало у нотариуса прежнюю бурю эмоций. Он сосредоточенно вглядывался в лицо молодого человека, старательно взвешивая в уме предложенные ему варианты.

— Итак, учитывая все мною сказанное, — неторопливо заговорил детектив, стараясь донести свою мысль до Эндрю Гудмана, — я хотел бы попросить вас не тратить мое время зря и не строить слишком сложные предположения. Понимаю, что исчезновение мисс Блэквуд крайне вас взволновало. Но, прошу вас, мистер Гудман, для начала изложите мне подробно все сведения о вашей сотруднице, кратко и внятно. А именно обстоятельства ее приема на работу, размер назначенного ей жалования, известные вам факты о ее личной жизни. Если это возможно, расскажите мне о привычках и особенностях характера мисс Блэквуд, хотя бы в общих чертах. Но самое главное — назовите мне точную дату исчезновения мисс Блэквуд. И, конечно же, возможные на ваш взгляд причины случившегося.

Эдвард удовлетворенно кивнул самому себе и вытащил записную книжку из кармана брюк. Он выжидающе уставился на нотариуса и приготовился записывать. Тот, в свою очередь, глядел на Эдварда, приоткрыв рот от удивления. Мистер Гудман вовсе не ожидал такого напора и очень сурового тона от столь молодого человека. Несомненно, Эдварда ему описали, как опытного и талантливого сыщика. И это несмотря на то, что друг Эндрю Гудмана так и не смог припомнить конкретных громких дел, которые Финч успел раскрыть за свою карьеру. И все же он был вполне уверен в его безупречных рекомендациях.

Нотариус какое-то время сидел молча, пытаясь переварить услышанное. Со стороны могло показаться, что он борется сам с собой: его щеки раскраснелись, он нервно покусывал нижнюю губу и непрерывно вытирал лоб носовым платком. Наконец его замешательство сменилось отчаянием, которое тут же отразилось на его лице и в его голосе.

— Ах, мистер Финч! Вы просто не понимаете! Все, что вы сказали… Это… Это не относится к моей ситуации! Поймите, мисс Блэквуд не уехала к тетушке и не сбежала в Брайтон! Нет-нет! Мэри исчезла!

Эндрю повысил голос и привстал в своем кресле, не сумев усидеть на месте от накала эмоций.

— Мистер Финч, она и вправду исчезла! Знайте, я сам пытался найти ее — я отправился к ней домой, я побывал в кафе, где она каждое воскресенье пила кофе с подругой. Я даже спрашивал о мисс Блэквуд в магазине женского платья, где она недавно приобрела шейный платок из темно-синего шелка. Но никто ее не видел! Она как сквозь землю провалилась! Еще второго сентября мисс Блэквуд присутствовала на своем рабочем месте: она пребывала в прекрасном настроении, раскладывала документы по папкам и принимала звонки, а уже третьего числа она вдруг… пропала! Просто не вышла на работу и с тех пор не давала о себе знать! Вы можете себе такое представить?

Эдвард никак не ожидал столь пылкой речи от этого немного жалкого на вид мужчины, заседающего в мрачном «царстве» бумаг и пыли. Все подготовленные им заранее фразы, продуманный тон и манеры, надменный и насмешливый вид, теперь казались ему абсолютно неуместными.

«Бедняга-нотариус явно очень расстроен отсутствием этой таинственной Мэри Блэквуд, — подумал Эд. — Но он, очевидно, чего-то не договаривает. Редкий работодатель стал бы так сокрушаться из-за потери даже очень ценного сотрудника».

Финчу было необходимо расположить к себе Эндрю Гудмана, и потому он решил немного ему подыграть:

— Мистер Гудман, ваша обеспокоенность судьбой мисс Блэквуд мне совершенно понятна. Кроме того вы, должно быть, испытываете некоторые трудности в ведении документации в отсутствие секретарши. В наше время найти достойного работника оказывается делом очень и очень нелегким…

— Ах, это все такие пустяки! — слегка смутившись ответил Эндрю, окинув взглядом забитый бумагами шкаф.

— Так или иначе, вы совершенно справедливо переживаете за мисс Блэквуд. Особенно, учитывая тот факт, что она еще довольно молода, не так ли?

— Мисс Блэквуд немногим больше двадцати лет, — уверенно подтвердил нотариус.

— Разумеется…, — усмехнулся себе под нос Эдвард. — Что ж, мистер Гудман, сейчас я попрошу вас спокойно и вдумчиво, а главное, как можно более подробно рассказать мне о том, как и когда мисс Блэквуд поступила к вам на работу. Мне нужно знать, было ли в ней что-то, что показалось вам необычным. Быть может, вы заметили странности в ее поведении в дни, предшествующие ее исчезновению?

Все в лице и движениях мистера Гудмана указывало на то, что бедняге стоило немалых усилий взять себя в руки. Нотариус зашагал по комнате, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Наконец он заговорил:

— Мисс Мэри Блэквуд была принята мною на должность секретаря в начале августа. Я долго не мог найти подходящего работника после того, как мисс Бинкли покинула меня в связи с внезапным замужеством и отъездом в Ланкастер. В конторе царил полнейший хаос — примерно такой же, как сейчас. Я уже было отчаялся, как вдруг, в один прекрасный день на пороге моего кабинета появилась очаровательная молодая девушка — она интересовалась свободной вакансией. Скажу вам честно, мистер Финч, я был вне себя от радости и тут же решил нанять ее. Но я пришел в еще больший восторг, когда осознал, какой прекрасный секретарь мне достался!

Произнеся эту хвалебную речь, нотариус буквально просиял. На секунду Эдварду показалось, что его смешное круглое лицо с нелепо торчащими в стороны усами в какой-то степени может быть довольно приятным.

— Представьте себе, мистер Финч, что мисс Блэквуд в мгновенье ока навела здесь идеальный порядок! Я не успел оглянуться, как все эти кипы бумаг были разложены в алфавитном порядке!

— Мистер Гудман, вы взяли мисс Блэквуд на работу без чьих-либо рекомендаций? — поинтересовался Эд. — Вы знаете, кем был ее прежний наниматель?

— Это была ее первая должность, мистер Финч! — с восхищением воскликнул нотариус. — Видя, как блестяще Мэри выполняет свои обязанности, мне было нелегко поверить в то, что она до сих пор нигде не работала. То есть, мисс Блэквуд, конечно, сразу же призналась мне в том, что опыта у нее не так уж и много. Понимаете, прежде она недолгое время помогала вести дела своему родному дядюшке, который владел нотариальной конторой где-то в пригороде Лондона. Кроме этого, она нигде и никогда не работала. Разумеется, кого-то другого подобный факт вполне мог бы смутить…

— И вполне резонно, — сухо заметил Эдвард.

— Я хорошо разбираюсь в людях, мистер Финч, — твердо заявил Эндрю. — Мне хватило одного разговора с мисс Блэквуд, чтобы понять — эта девушка точно заслуживает моего доверия! Искренность и доброжелательность, которые она проявила во время нашей первой встречи, мгновенно меня подкупили. Не говоря уже о том, что я не переставал удивляться, как умело мисс Блэквуд справилась с поистине жутким беспорядком в моей конторе. Это несомненно заставило меня ценить ее еще больше!

— Мисс Блэквуд рассказывала вам что-нибудь о своей личной жизни? Откуда она родом, есть ли у нее живые родственники?

— Да-да, конечно. Правда, теперь я вряд ли смогу все вспомнить детально. Кажется, я упоминал ранее, что в последние месяцы я страдаю из-за проблем со сном: по ночам я бодрствую, а на работе частенько засыпаю… Увы, память стала совсем никчемной. Итак, о чем вы меня спросили? Ах, да! Подробности о личной жизни мисс Блэквуд… Ну, во-первых, мисс Блэквуд сказала мне, что она, к большому несчастью, стала сиротой еще в детстве — воспитал и вырастил ее родной дядя по материнской линии.

Когда он скончался, все его имущество и финансы перешли к его единственному сыну, и бедной девушке тут же указали на дверь. Тогда мисс Блэквуд была вынуждена отправиться в город на заработки. И случилось так, что именно мое объявление в газете она прочла первым. Без промедления она отправилась в Сити, чтобы пройти собеседование. Надо сказать, все сложилось как нельзя лучше для нас обоих. До нее здесь побывало немало желающих занять должность секретаря, но каждый раз, увидев весь этот бардак, они просто сбегали.

— Полагаю, количество бумаг на полу могло смутить некоторых кандидатов, — насмешливо заметил Эд.

Нотариус в ответ на ироничную реплику детектива лишь слегка нахмурился. Он продолжил довольно торжественным тоном:

— Думаю, выслушав мой рассказ, вы не станете отрицать, что способности мисс Блэквуд заслуживают уважения и восхищения. Сомнений в ее квалификации, как секретаря, у меня нет.

— Не стану с вами спорить, мистер Гудман. Хотя, признаюсь вам честно, меня поражает, что, будучи столь неопытной в работе, мисс Блэквуд без раздумий взялась за такую непростую задачу. Да, и к тому же, столь быстро и умело со всем справилась. По моему мнению, что-то здесь не совсем сходится…

— Глупости! — возразил Гудман. — Мэри Блэквуд — честная и трудолюбивая девушка! Она… Я хочу сказать… — Нотариус запнулся на полуслове, и его лицо зарделось. — Да она просто чудо! — на выдохе произнес Эндрю, словно ему уже очень давно хотелось с кем-нибудь поделиться своим истинным мнением о мисс Блэквуд.

— Мэри — чудесный секретарь! — продолжил он восторженно. — Мне совершенно не на что жаловаться! Все мои поручения мисс Блэквуд выполняла быстро и качественно. А ее почерк! О, мистер Финч, видели бы вы как аккуратно и красиво она пишет! Я давно не встречал такого безукоризненного почерка, это уж точно!

Искренний восторг и обожание, с которыми нотариус отзывался о Мэри Блэквуд, мог не заметить разве что глухой и слепой. А иметь дело с влюбленным мужчиной — это задача не из легких! Эдвард всегда чувствовал себя не в своей тарелке, когда ему приходилось разбираться в чьих-то чувствах и отношениях — как правило, в делах подобного рода добиться от клиента хоть сколько-нибудь непредвзятого мнения было практически невозможно. И это невероятно усложняло работу сыщика.

— Мистер Гудман, не сочтите за грубость… Но у меня создалось впечатление, что мисс Блэквуд является для вас кем-то большим, чем просто секретаршей. Судя по вашему рассказу, вы очень сильно к ней привязались…

После этих слов детектива нотариус не просто покраснел, но скорее стал похож на спелый помидор. Он залпом выпил два стакана воды, один за другим. Такое дерзкое предположение поставило бы в тупик любого добропорядочного джентльмена.

— Как я уже сказал, мисс Блэквуд — сирота, — попытался объяснить мистер Гудман чуть сдержаннее. — Разумеется, в чужом для нее городе ей были просто необходимы хорошие знакомые. Вполне естественно, что я пытался поддержать ее и в какой-то мере подставить ей дружеское плечо. Мы… То есть, я и мисс Блэквуд, обсуждали не только рабочие вопросы, но и книги, музыку, живопись и прочие приятные темы за чашечкой чая. В одном из таких разговоров Мэри обмолвилась о маленькой уютной кондитерской на Клайд-стрит, в которой, по ее словам, она бывает каждое воскресенье.

— Значит, именно там вы побывали во время своих поисков?

В ответ Гудман энергично закивал.

— Разве вам не показалось странным, что никто так ее и не вспомнил?

— Ничуть, — уверенно ответил Эндрю. — Дело в том, что мисс Блэквуд имеет довольно приятную внешность, но, вероятно, недостаточно броскую для того, чтобы окружающие выделили ее среди большинства молодых симпатичных девушек.

— И все же, мистер Гудман, не могли бы вы вкратце мне ее описать?

— Средний рост, серо-зеленые глаза, каштановые волосы, всегда собранные в элегантный пучок. Шляпка, пальто, изящные туфли — все серого цвета, но сшито по последней моде. Правда, я не слишком хорошо разбираюсь в подобных мелочах…

— Понимаю. Что ж, остается проверить, не видел ли мисс Блэквуд в последнее время кто-нибудь из ее соседей. Я полагаю, вы уже побывали у нее дома?

— Да, — с тяжелым вздохом ответил Эндрю. — Через два дня после исчезновения мисс Блэквуд я отправился по адресу, который она указала при приеме на работу. Но, увы, произошло нелепое недоразумение. Вместо общежития в том доме располагается типография какой-то мелкой газеты. Уверен, мисс Блэквуд просто ошиблась на одну или две цифры, когда записывала для меня адрес. Я, разумеется, попытался расспросить о Мэри жильцов двух соседних домов, но они оказались не слишком разговорчивыми. На этом мои поиски зашли в тупик.

— Мистер Гудман, я посмею предположить, что мисс Блэквуд была с вами не совсем честна…

— Я не стану сомневаться в правдивости слов Мэри! — с чувством возразил Эндрю. — Вы не знаете ее так, как знаю я!

— Вы правы, мистер Гудман. Тем не менее моя задача, как детектива, состоит в том, чтобы выслушать вас и составить примерный психологический портрет мисс Блэквуд. Но, не зная всей правды, мне будет нелегко решить, с какой стороны подойти к расследованию. Чтобы понять причину ее исчезновения, мне нужен хотя бы один подтвержденный факт из ее биографии. Но, похоже, что в данный момент мы располагаем весьма недостоверными сведениями о ее жизни.

Нотариус уже приготовился возразить Эдварду, вновь указав на его несправедливое отношение к его драгоценной работнице, но детектив успел предупредить очередную хвалебную оду мистера Гудмана.

— И все же несмотря на то, что шансов на успешное разрешение дела не так уж и много, вы настаиваете, чтобы я попытался отыскать мисс Блэквуд.

— Я должен знать, что с Мэри все в порядке, — с тревогой в голосе сказал Эндрю. — Иначе я не смогу жить дальше! Я просто не могу забыть о Мэри! Притвориться, будто ее никогда и не было. Я волнуюсь за нее, понимаете?

— В таком случае, мистер Гудман, вам стоит постараться вспомнить что-нибудь более весомое. Быть может, вы знаете имена и фамилии ее подруг или дальних родственников? Любые ее прежние контакты облегчат мне задачу.

Мистер Гудман согласно кивнул и торопливо набросал пару строк на клочке бумаги.

— Вот, — он протянул его детективу. — Здесь предполагаемый домашний адрес мисс Блэквуд, а также имя ее подруги, которую она как-то раз упомянула в разговоре. Еще я на всякий случай записал для вас важные даты: день, когда Мэри пришла устраиваться на работу, и день, когда она внезапно исчезла. Думаю, что это не будет лишним. — Мистер Гудман тяжело вздохнул. — К сожалению, это единственные более или менее точные сведения о мисс Блэквуд, которыми я располагаю.

— Список довольно небольшой, — с досадой заметил детектив. — Ну что ж, возможно, это мне пригодится. А сейчас, если вы не возражаете, я хотел бы обыскать приемную.

Осмотр рабочего стола девушки не занял у Эдварда много времени: аккуратно разобрав стопки бумаг, лежащих на его поверхности, он мельком их просмотрел. Как и ожидалось, среди них не оказалось ничего достойного внимания детектива. Тогда Финч обыскал один за другим все ящики стола, пролистал несколько блокнотов с фамилиями и адресами клиентов нотариуса.

Результатом поисков стало не слишком обнадеживающее, но довольно ожидаемое открытие: Мэри не оставила на рабочем месте ничего, что указывало бы на ее присутствие в конторе нотариуса. А это могло означать лишь одно — его секретарша вовсе не исчезала. Мисс Блэквуд намеренно забрала свои личные вещи, а значит, не собиралась сюда возвращаться. Подобный вывод явно бы не обрадовал Эндрю Гудмана и не принес бы самому детективу дохода. И потому он решил пока попридержать свое мнение и сделать вид, что действительно верит в опасения мнительного нотариуса.

Попрощавшись с мистером Гудманом и пообещав ему без отлагательств проверить все возможные зацепки, Эдвард покинул нотариальную контору. Но, не успел он пройти и десяти метров по сырой мостовой, как за его спиной послышались частые шаги.

— Мистер Финч! Мистер Финч! — прокричал ему в след нотариус. Запыхавшийся и раскрасневшийся, он часто глотал воздух: — Прошу прощения… Ох! Я уже было подумал, что не успею нагнать вас!

— Вы что-то от меня утаили? — без лишних любезностей спросил Гудмана детектив.

Эта нелепая игра в «вопрос-ответ» начинала действовать ему на нервы. Особенно, когда вместо ответа он получал сплошные отговорки и выдумки. Его резкий и недовольный тон заставил Эндрю смутиться.

— Знаете, я тут кое-что вспомнил, — растерянно проговорил нотариус.

Он опустил глаза в пол и посмотрел на свои туфли, которые теперь были покрыты мутными каплями дождя.

— Нет, не так… Я осознано не упомянул об одном факте, о котором все это время предпочитал не думать. И от того мне очень досадно.

— Я рад, что вы одумались, — равнодушно отозвался Эдвард.

— Я знаю, что вел себя незрело и глупо, — стыдливо сказал мистер Гудман. — Но мне совсем не хотелось порочить имя моей сотрудницы. Я ведь не до конца уверен… И все же…

— О, прошу вас! Говорите уже! — окончательно рассердился Финч.

Его безмерно раздражало то, как этот нерешительный человек все время бубнит и извиняется, будто провинившийся подросток, да к тому же всеми правдами и неправдами старается скрыть от него важную информацию.

Эндрю вытер лицо от пота и на одном дыхании выпалил:

— Я видел мисс Блэквуд с каким-то мужчиной!

На секунду Эдварду показалось, что собственные слова нотариуса причинили ему физический дискомфорт, тут же отразившийся у него на лице. Мужчина скривился, будто съел что-то горькое или несвежее, и, тяжело вздохнув, устало ссутулился. Наконец сообразив, с каким отчаянием в голосе он высказал свою мысль вслух, нотариус тут же поспешил добавить:

— Это произошло случайно, конечно же… Не подумайте, что я следил за мисс Блэквуд. Ничего подобного!

— Разумеется, вы увидели их случайно, — с нескрываемой улыбкой согласился детектив.

— Да, совершенно случайно. То есть, я хотел сказать… — Эндрю запнулся, но постарался унять дрожь в голосе. — В общем, все случилось как-то вечером: рабочий день уже закончился, и мисс Блэквуд как обычно собиралась пойти домой. Мы попрощались, и Мэри ушла, а мне пришлось еще немного задержаться в конторе, чтобы завершить кое-какие дела. Спустя полчаса я вышел на улицу: погода была отличная, и потому я решил прогуляться в сторону парка, чтобы немного размять ноги. Но, пройдя несколько кварталов, я вдруг вспомнил, что не запер кабинет на ключ и, разумеется, тут же поспешил вернуться.

— Что же случилось потом?

— Выяснилось, что я зря потратил время и силы. Дверь оказалась заперта. Я ведь уже говорил, что память стала меня подводить… Итак, убедившись, что все находится в надлежащем порядке, я направился к выходу. Но, проходя мимо окна, выходящего в проулок за нашим зданием, я случайно заметил мисс Блэквуд внизу у черного входа в компании какого-то отвратительного типа!

Такое описание постороннего мужчины рассмешило Эдварда. Нотариус явно приревновал девушку к незнакомцу.

Мистер Гудман понял, как прозвучали его слова, и потому поспешил объясниться:

— Я назвал его отвратительным типом, потому что он был одет, как оборванец. И поверьте мне, я ничуть не преувеличиваю! На нем были старые помятые штаны, черная поношенная кепка, грязные ботинки и абсолютно нелепый красный пиджак. Мне хватило нескольких секунд, чтобы понять, к какому слою общества принадлежит этот человек. Увидеть такого, как он, рядом с мисс Блэквуд стало для меня настоящим шоком!

На лице нотариуса снова застыло выражение искреннего отвращения. Мысль о том, что его добропорядочная секретарша могла опуститься до общения с таким субъектом, была ему крайне неприятна.

— И чем же они занимались, позвольте узнать?