Анастасия Шерр Заур. Я тебя украду

— Какая температура?

— Тридцать семь и пять почти. Ты всё равно проследи.

— Да, обязательно… Спасибо, тёть Нин. Я завтра дома побуду.

Тётя Нина уходит, а я, наспех приняв душ, захожу к спящей крохе. Она тихонечко сопит, а я касаюсь губами её лобика. Вроде не горячая. Пора менять витамины на более дорогие, а это значит, что выходных у меня станет меньше, а работы больше…

Залезаю в кровать. На сон у меня есть три часа. Я уже и забыла, когда отсыпалась. Но сон не идёт. Я опять вижу чёрные глаза, наблюдающие за мной с какой-то непонятной враждой. Надо бы узнать, что нужно этому человеку…

ГЛАВА 6

Смотрит, как она двигается у пилона, как обвивается вокруг него изящной змеёй, как жадно следят за ней посетители клуба, и чувствует, как внутри всё закипает. Нет, дело точно не в запахе её парфюма. Сейчас он его не ощущает и всё равно не может отвести взгляда от экрана ноутбука.

Когда в кабинет вошёл Саид, не услышал — ещё один минус навязчивых мыслей. Так кто угодно может подкрасться в самый неподходящий момент. Желающих немало, особенно теперь, когда он поднялся вместе с Саидом на вершину. Вокруг полно тех, кто мечтает свести счёты. Начиная с рядового сотрудника безопасности, метящего на его место, и заканчивая старыми врагами Хаджиевых.

«Это закон: чем выше взбирается человек, тем больше шансов у него упасть. И тогда даже слабые примутся его топтать», — так когда-то сказал ему Хаджиев-старший, и с тех пор Заур не забывал эту фразу. И боялся. Боялся потерять всё.

— Чем занят? — Хаджиев заглянул поверх его плеча, хмыкнул. — А говорил, такие девицы не в твоем вкусе. Приглянулась?

Заур хлопнул крышкой ноута и шумно выдохнул.

— Нельзя так подкрадываться. Я просто просматривал записи. Говорят, кто-то опять деньги ворует. Вот, ищу кто, — разумеется, это не его работа, и занимался он совсем другим… Просто смотрел. На неё. Зачем? Да кто его знает…

— Думаешь, она что-то в костюме спрятала? — Саид явно потешался. — Ладно, что там по черному рынку? Нарыл чего?

Если бы не ежедневная гонка за место под солнцем, он бы, наверное, свихнулся. Но тут скучать не дают. Полез в карман, выудил бумажку.

— Нашёл. Вот имя и адрес. Говорят, только у него водятся редкие вещи, — Заур бросил на друга изучающий взгляд. — А я, кажется, понял, зачем тебе этот человек. Ты хочешь больше узнать о ней. Об этой твоей женщине. Так?

О проблеме — как уже назвал эту женщину Хаджиев-старший. Ещё бы… Не каждой дано так заинтересовать самого младшего из братьев. Самого циничного, хитрого и жесткого. А ей удалось.

Пшикнула Хаджиеву в лицо из баллончика и осталась жива. Везучая, не иначе.

— О моей женщине, — тут тон Саида потерял шутливые нотки и стал твёрже. Значит, зацепила его та врачиха. Странно. Проклятье на них на всех, что ли? Два старших брата влюбились, и этот туда же?

— Как скажешь. Что-то ещё? — Заур повернулся к Саиду, присмотрелся к нему.

— Делами займись. Собери то, что нам причитается, найди вора. Найди себе женщину, наконец, а то скоро начнешь на танцовщиц засматриваться слишком серьезно. А я пока займусь своими личными делами.

Заур хмыкнул, покачал головой:

— Осторожнее, брат.

— О чём это ты? — Саид сунул в задний карман джинсов листок с контактами, схватил пальто, видимо, передумав садиться.

— Да это я так… Твои братья ведь так же попали. Сначала увлечение, потом любовь до гроба. А потом…

— Ты ерунду городишь, Заур. Я не мои братья. Я не слаб. Одно дело узнать всё о женщине, которую собираешься затащить в постель, совсем другое ради неё бросить бизнес и потратить остаток жизни на подгузники. Понимаешь разницу?

Подняв руки кверху, Заур улыбнулся.

— Как скажешь, брат. Как скажешь. Ты только не теряйся. Не погрязай. А то я тебя знаю. Твоя увлечённость может с лёгкостью превратиться в глобальную проблему. В первую очередь для тебя. Я не хочу проблем, Саид. Не хочу, чтобы ты начал крушить всё вокруг, а это случится, если что-то пойдёт не так. Я знаю тебя лучше, чем твоя семья. Я знаю тебя даже лучше, чем знаю себя. Будь осторожен.

Всё то же самое Зауру хотелось сказать и себе. Остановить этот поезд, пока он не размазал самого бессердечного человека в этом мире. Его, Заура Омаева — совершенно хладнокровную, ледяную глыбу. Не зря же они с Саидом дружат с самого детства. Похожие, словно кровные братья.

Но глядя на себя сейчас, он уже предполагал, что шансов сойти с ума у него побольше, чем у любого из Хаджиевых. Что-то не то с ним происходит, совсем не то…

***

— Мамочка, не уходи, — шею обвили тонкие ручки моей крохи, и грудь сдавило под тяжестью её слёз.

— Ну что ты, малыш? Что случилось?

— Я не хочу, чтобы ты уходила. Не уходи, мамочка, — дочь заплакала, прижимаясь ко мне всем тельцем. — Не уходи… Прошу, мамочка.

— Мариаш, ну ты чего? Мы же вчера с тобой съездили в зоопарк, по магазинам. Купили всё, что ты хотела. И куколку новую, и зайку. А сегодня мне нужно ехать на работу. Ляжешь спать, а проснёшься – я уже дома. Ну, чего ты?

Дочь повисла на мне, не позволяя ни встать, ни отстраниться, и в горле отчего-то появился комок. Она ещё пока не знает, кто её мама… А когда начнёт понимать и узнает? Что тогда я ей скажу?

Поймала на себе взгляд тёти Нины, полный сочувствия.

— Может, и правда… Останешься сегодня? Ну, возьми отгул или что там…

— Не могу я, тёть Нин. Мне даже вам нечем заплатить, вчера всё на новые витамины отдала. Плюс обследования. Я не могу пропускать работу.

Нянечка понимающе закивала, а Марианна, наконец, отпустила меня.

— Мне снился плохой сон. Снилось, что с тобой случилось что-то плохое… Не уходи, мамочка, — губы малышки дрожали, а щечки покраснели от слёз.

Я резко поднялась с колен, чтобы не видеть эту боль в её глазах.

— Мариаш, это сон был просто. Со мной ничего не случится. Завтра разбужу тебя, и поедем в аквапарк, хочешь?

Понемногу дочь успокаивалась, и я, воспользовавшись тем, что по телевизору начался её любимый мультфильм, выскользнула из дома.

— Ну сколько можно ждать, девушка? За простой, между прочим, доплата полагается, — заворчал на меня немолодой таксист, а когда назвала ему адрес, гаденько так ухмыльнулся. — Оооо, прибыльное местечко.

— Изжога замучает, — прошипела я, глядя на него в зеркало заднего вида, и любвеобильный таксист сразу притих.

В клубе, как обычно к вечеру, начинался вечный праздник жизни. Я пробралась сквозь толпу, прошла к гримёрке и, захлопнув за собой дверь, выдохнула:

— Всем привет.

Обратила внимание, что девчонок сегодня больше. Взглянув на календарь в телефоне, я улыбнулась. Пятница. Сегодня придет Альберт, а значит, я точно уеду утром с хорошим заработком. Это радовало. Но и тревожило одновременно. Мужчина становился всё настойчивее, а когда влиятельный человек чего-то желает, отказать ему трудно. А если всё же откажешь, то придется за это отвечать.

Я не питала иллюзий по поводу «доброго» Банкира. Добрый он только до тех пор, пока я его не разозлила своими отказами. Дожидаться, когда его терпение лопнет, я не собиралась, а потому… придется с ним попрощаться в скором будущем.

— Ты в випку? — надо мной нависла Катя, с хитрой улыбкой глядя в зеркало.

— Угу. А что?

— Да так… Говорят, ты скоро увольняешься, новой жизнью заживёшь… Если что, передашь мне своих клиентов? Я не позволю им скучать.

Я ошалело уставилась на Катю, потом обернулась на других девчонок.

Все застыли в ожидании.

— Не поняла?

— Ну, постоянных своих передашь мне? Может, Банкира, а? Мне бы его одного хватило.

— Так, подождите, я никуда не собираюсь. Кто вам вообще сказал, что я ухожу?

— Ну так… Ты же вроде с Зауром? А такие, как он, не любят делиться вниманием своей женщины с кем-то еще. Ну, ты поняла.

— С кем я? — протянула я поражённо, на что Альбина лишь закатила глаза.

— Ой, ладно тебе. Кончай эту комедию. Весь клуб уже судачит о том, как он за тобой следит и глаз не сводит. Говорят, зацепила ты его серьезно, а ты всё по привычке нос воротишь. Только этот не из твоих скромных клиентов. Этот может и украсть, и забрать силой! — Альбина схватила с трюмо заколку и выразительно махнула ею в воздухе.

Девчонки захохотали, а я, обмякнув в кресле, отвернулась к зеркалу. Значит, мне не показалось, и этот черноглазый таки наблюдает за мной.

— Да уж, пугающий он, если честно. Взгляд такой… Бррр! Аж мурашки по коже. Смотрит на тебя так, будто приговор выносит, — поддакнула моим мыслям Катька. — Уж лучше десять клиентов принять, чем с одним таким встретиться. Ты смотри, поосторожнее.

— Ну, спасибо! Успокоили! — рявкнула я на Катю, и та, наконец, сползла со спинки моего кресла.

— Да ладно тебе, тоже мне проблему нашла. Угости его вниманием разок, он и отстанет. Просто зациклился мужик, вот и зыркает ходит, — выдала своё мнение обычно молчаливая Юлька, и все закивали.

— Так не делает наша королевишна того, что другие могут, — съязвила Альбина, и снова послышались смешки. — Ты что, не знала? Она у нас особенная. В губы ни-ни!

Я наградила Альбину тяжёлым взглядом, на что та лишь ухмыльнулась.

— Завидуешь? — спросила её с улыбкой, а Альбина, подавшись вперёд, выразительно повела плечами, демонстрируя свои формы под полупрозрачным топом.

— Чему же тебе завидовать, Иланка? Тому, что фигура не такая броская? Или тому, что дочка болеет?

— Ну, например, моему заработку. Видать, не всё внешние данные решают.

Обычно я с Альбиной не связывалась, но прекрасно знала о её антипатии ко мне. Та ещё стерва. Но когда речь заходила о дочери, я не могла молчать.

— Просто не все умеют так играть роль, как ты. Вроде здесь работаешь, а вроде и вся такая недоступная. Вот и платят дураки.

— Прекращай, Альбин, — недружелюбно оборвала её Катя, а я отвернулась к зеркалу, уставилась на своё отражение. — Кто сколько зарабатывает – его дело. Мы не заглядываем в чужой карман.

Альбина фыркнула, а я, быстро переодевшись, вылетела из гримёрки, едва сдерживая ярость. Нигде мне нет места. Даже среди таких же, как сама.

ГЛАВА 7

Тяжёлым взглядом Заур проследил за мужиком, вальяжной походкой шагающим в VIP-зону. Скрипнув зубами, направился за ним и, поднявшись на порожек, так и застыл у приоткрытой двери.

Она двигалась у шеста, танцуя перед новым клиентом. Тот уселся на стул, жестом подозвал её к себе, и девушка, поправив растрепавшиеся волосы, шагнула со сцены. Прошла к нему и медленно опустилась рядом.

Захлопнув дверь, Заур рыкнул и быстрым шагом направился на улицу. На свежий воздух поскорее. Вырваться из этого места. Выкинуть из головы эти видения и продажных женщин. И нет ему никакого дела до этой девчонки. Пусть делает что хочет…

Но тут, конечно, Заур лукавил. Если он увидит её с кем-то другим, он за себя не ручается. Снесет всё на своем пути, лишь бы прекратить это. Сотрет всех в порошок, только бы она, наконец, оставила его мысли в покое.

И то вряд ли поможет. Где-то он слышал, что в древние времена много ведьм водилось. Мужчин со свету изводили. Вот так же, как его… Может, она из этих? Выбрала его для своих пыток и изводит.

Подняв лицо вверх, уставился в небо.

— Пусть это прекратится… Пусть прекратится.

Не прекратилось. Снова вернулся в клуб, ноги сами понесли. Сев у бара, кивнул слащавому бармену, и тот, широко улыбнувшись, поспешил к нему.

— Чего желаете, господин? — спросил заискивающе, а Заура передёрнуло.

— Какой я тебе господин, ты что-то попутал? — Заур смерил его ледяным взглядом.

— Ну… Я это… Чего желаете? — улыбка бармена потускнела, он заметно побледнел.

— Сок мне дай! И кофе!

Бармен кивнул, на мгновение испарился, а через секунду поставил перед

Зауром стакан и чашку.

— Бедная Иланка… Такому зверю приглянулась, — прошептал он себе под нос.

— Чего ты сказал? — Заур подался вперёд, хватая бармена за шиворот, а тот испуганно отпрянул. — Вякни что-нибудь ещё раз, я тебя в пыль раскрошу, — прошипел он, садясь обратно на стул.

— Приветик, — она приблизилась сзади, встала у стойки совсем рядом.

Заур даже не сразу понял, что Илана обращается к нему, но чётко уловил её голос и мгновенно на него среагировал. Как и на запах, которым тут же пропиталось всё пространство вокруг. В ноздри забился, в лёгкие проник.

— Что? — вырвалось хриплое.

Повернулся к ней, вонзаясь в её лицо вмиг поплывшим взглядом.

— Говорю, привет! — рассмеялась она, заправляя за ухо прядь светлых волос.

— Привет, — ответил угрюмо, опустошая стакан.

— Сок пьёшь? А может, покрепче чего?

— Алкоголь не употребляю. И тебе не советую, если не хочешь потерять работу, — и замолчал, осознав, что понесло не туда. Какое ему вообще дело до неё? До этой девчонки? И до работы её…

— Так я в любом состоянии выполняю свою работу на совесть, — и, приняв у бармена бокал, она опрокинула его одним махом.

— Чего тебе нужно? — решил не церемониться. С ним здесь редко кто заговаривал. Начальство всё-таки.

— Я заметила, что ты за мной наблюдаешь. Вот решила поинтересоваться, в чём дело. Думаешь, это я подворовываю? Или просто близости хочешь, да не знаешь, как подойти? — спросила, нагло глядя на него.

Заур проследил за её взглядом и только потом осознал, в каком он состоянии. Тело предавало его. В висках застучало, а напряжение внутри стало почти невыносимым. Кажется, еще немного, и сердце не выдержит.

— Иди работай, — вскочил он, оттолкнув в сторону официанта, так неудачно попавшего под руку, и направился на улицу. Это вошло уже в привычку, выскакивать на мороз, чтобы немного прийти в себя. И зачем только Саид сюда приехал?..

***

Я не ошиблась, когда предположила, что этот мужик опасен. И зачем только заговорила с ним? Теперь ещё хуже стало. Шутница… Нашла над кем смеяться.

— Ну что, я говорила тебе. Он из тех, кто только глазами ест, — Катя закурила, задумчиво глядя в сторону. — Веня, сделай и мне напиток, а?

Веня улыбнулся и кивнул.

— А что прохлаждаемся, девочки? — позади послышался голос нового администратора. — Чего расселись тут? Работы нет?

Катя, подмигнув мне, выдала:

— А нам Заур разрешил. Вон он на улицу вышёл, догони и уточни.

Разумеется, за Зауром никто не побежал, и нас оставили в покое.

— Что ты ему сказала, что он так вылетел? — Катя отпила из бокала.

— Спросила, не хочет ли он особого внимания, — я пожала плечами, допивая вторую порцию.

— Да ладно? Так ты же обычно против этого...

— Да пошутила просто. Думала, обстановку разряжу или пристыжу его, такого правильного. А он вскочил, едва не закипая от злобы, и свалил.

— Ого… Слушай, ну точно человек с причудами. Ты бы поосторожней с ним. А в идеале… Знаешь что, Илан? Уступи ему разок, а? Вот увидишь, один раз, и он отстанет. И продолжишь работать, как ни в чём не бывало. Вон Хаджиев каждый день к себе приглашает, и платит щедро.

Я поморщилась от мерзкого ощущения в желудке, будто холодная змея свернулась клубком.

— Отвратно как-то это всё. Даже тот факт, что меня хочет такой мужчина. Кать, а ты никогда не думала о том… что будет дальше с нами? Мы же не сможем так до старости. Придут более юные, более красивые. А нас спишут. Что дальше?

Подруга перестала улыбаться и задумалась.

— А что дальше, Илан? То же, что и с другими. На обочину жизни пойдём.

В груди больно сжалось сердце. Я почему-то представила, как моя уже подросшая дочка увидит меня там, на той самой обочине, и тошнотворный ком подкатил к горлу.

— Я не хочу так, Кать. Не хочу…

— Ну так а кто хочет? — протянула уже поддатая Катя. — Думаешь, те, кто там сейчас стоит, о такой карьере всю жизнь мечтали? Никто не хочет, да не у всех есть возможность вырваться. Ну ты сама посуди, кому мы нужны? Кто нам руку помощи протянет?

— Твоей малышке сильно помогли? Тебе, матери-одиночке, хоть кто-то помог? Хотя бы раз бесплатно лекарства дали?

— Нет, — качнула головой, вспоминая, сколько инстанций оббежала в поисках помощи. Да. Мне помогли… Выписали крошечную пенсию и пару раз копеечные доплаты на лечение. Помню, как горько заревела, сидя на пороге какого-то толстопузого чиновника. Держала в руках эти несчастные копейки и билась в истерике… Потому что лекарства для дочери стоимостью в двести долларов нужно было купить уже на следующий день. А чиновника того я встретила через полгода в «Паутине». Он отдыхал в ВИП-комнате с одной из наших девочек и за один вечер оставил на чаевые в два раза больше, чем нужно было моей Марианке на жизнь.

Мне никто не помог. Я сама себе помогла. Как смогла, как сумела…

— Так то ребёнок. И то всем всё равно. А мы… Мы уже отработанный материал. Дело времени. Так что выход у нас, Илан, один: копить деньги, вкладывать в будущее. Детей растить. Пусть хоть у них будет нормальная жизнь.

Я закрыла глаза, чувствуя, как щеки обжигает горячими слезами. Моя малышка никогда не станет такой, как я. Я не позволю.

— Мне нужно ещё пару клиентов…

Катя взглянула на меня, щелкнула пальцами, подзывая Веню.

— Давай, организуй нам по коктейлю. Сегодня работаем, Илана, не покладая рук. Надо дойти до кондиции.

ГЛАВА 8

Дойти до кондиции на языке Кати значит выпить столько, чтобы не чувствовать тошноты от собственного образа жизни, но не переступить черту, когда перестаешь стоять на ногах. Мужчины не любят пьяных, даже здесь. Им нужно чувствовать себя завоевателями, а когда женщина не в состоянии стоять, завоевывать некого. Большинство за тем в «Паутину» и приходят: почувствовать себя хозяевами положения — теми, кем не чувствуют себя дома или на работе.

Я достигла нужного состояния. В голове лёгкий туман, но движения чёткие. Это важно, потому что сегодня мне нужно зацепить ещё хотя бы одного клиента…

Прошла на сцену, поправила наряд и, тряхнув копной волос, окинула томным взглядом зал.

Ну и типажи… Как на подбор: лоснящиеся лица и тяжелые взгляды.

— Один другого краше, блин, — выругалась вполголоса, благо музыка позволяла хоть кричать.

Крепко обхватила пальцами пилон, прижалась к нему всем телом и плавно заскользила вверх.

Три пары глаз уставились на меня с жадным восторгом, отчего губы исказила торжествующая улыбка. Ведомые люди. Стоит лишь поманить их со сцены, как они сразу забывают о своих манерных жёнах и холёных детях, готовые выложить всё, что есть в кошельке. И кто после этого здесь действительно слаб?

— Давай, куколка! — орёт один из «поросят», как я называю их про себя, и вытаскивает бумажник. Уверен, что со своими дружками сейчас управляет ситуацией. На деле же всё наоборот. — Жги, красавица!

Я продолжаю танец, двигаясь вызывающе и дерзко. Посетители довольно гудят и по очереди швыряют в чашу для чаевых купюры.

— Не скупитесь, мальчики. Вечер только начинается, — я облизываю губы, и в тот же момент встречаюсь взглядом с Зауром. Он стоит за приоткрытой дверью и смотрит прямо на меня. Жуткий тип…

Кстати, я ведь закрывала дверь. Он что, следит за мной специально? По телу проходит волна тихого ужаса, и я сбиваюсь с ритма. Деньги больше не радуют, мне становится до омерзения холодно. Хочется закрыться руками, натянуть на себя одежду, а в идеале сбежать домой.

— Эй, ну что остановилась? — кричит недовольный гость, а я вздрагиваю и поворачиваюсь к ним.

— Извините… — поднимаюсь со сцены, хватаю накидку и, поплотнее запахнувшись в неё, выбегаю из комнаты.

Заура за дверью уже нет. Исчез.

За спиной слышу недовольные возгласы и ругань. Торопясь в гримёрку, я врезаюсь в кого-то массивного.

— Жемчужина? — слышу голос Альберта, его рука приподнимает мой подбородок. — Что с тобой?

— Вы? — я поднимаю на него потерянный взгляд.

— Я. Сегодня не мой день, знаю. Просто пораньше освободился и решил заехать… Уделишь мне время?

Я быстро осматриваюсь по сторонам, всё ещё ощущая на себе тот тяжелый взор, но мои опасения напрасны, Заура нигде не видно.

— Ладно. Давайте уйдём в другую комнату, тут занято, — я тороплюсь увести Альберта, пока не разразился скандал. Это только в книгах радостно, когда за тебя дерутся. В моей реальности драка клиентов — это проблема. И чаще всего крайняя в ней я.

Как только за нами закрывается дверь комнаты, Альберт сгребает меня в объятия и рывком притягивает к себе. Прижимает меня к стене, закидывает мою ногу себе на бедро.

Я чувствую запах дорогого алкоголя и его парфюма, закрываю глаза. Обычно Альберт приходит трезвым и грубостей себе не позволяет. Но я женщина уже опытная и знаю, что мужчинам тоже бывает несладко. Такие, как Альберт, обычно скрывают это за маской равнодушия и силы, а иногда и внезапной агрессии.

Я терплю. Знаю, что потом он хорошо отблагодарит. Да и похуже бывают клиенты, чего уж там.

— Не знаю, почему так тянет к тебе. Словно магнитом притягивает, — хмыкает он безрадостно. — Видишь, из-за тебя нарушил традицию.

Его традиция — приходить раз в неделю. Это уже второй раз за семь дней. Действительно, не похоже на Банкира. Но я рада. Лучше с ним, чем с теми неприятными типами, похрюкивающими от удовольствия, когда перед ними кто-то раздевается. А так как время и внимание мне всё равно нужно продавать…

— Я рада, что вы здесь, — шепчу в ответ на его прикосновение большим пальцем к моим губам.

— Покажи, насколько ты рада, — он склоняется к моей шее, целует требовательно и жадно, а я, закрыв глаза, обнимаю его и подаюсь вперёд.

***

— Привет. Ты опять где-то пропадал, — Заур прикрыл крышку ноутбука, расстегнул верхние пуговицы рубашки. Как-то душно в последнее время. Всё время воздуха не хватает.

— А ты опять следишь за девчонками через монитор, — парировал Саид с насмешкой. — Друг мой, я уже начинаю беспокоиться. Так недолго и в одержимого превратиться. Ты, если что, обращайся, у меня психолог есть классный. Вылечит.

— Так это ты у неё пропадаешь? У Надежды? — ловко перевёл стрелки на Хаджиева, и тот тут же изменился в лице.

Да что вообще происходит? Может, это эпидемия какая-то? Всех мужчин сразил какой-то вирус, лишающий разума?

— А почему тебя так тревожит эта мысль? Спрошу попроще, чтоб дошло получше: тебя волнует, где я провожу своё свободное время?

Да, зря он заговорил о той женщине. Вон как Саида корёжит. Похлеще, чем его самого.

— Да я просто вычислил вора, искал тебя, чтобы спросить, что с ним делать.

— А ты сам не знаешь? Зачем мне помощник, если он не может разобраться с элементарной проблемой? Что-то ты сдаёшь, друг. Раньше не замечал за тобой подобного. Заметь, я называю тебя другом, но это только до первой ошибки. Включи мозги и работай.

— Ладно, я всё сделаю. У тебя на столе бумаги, которые ты просил. Всё оформили и заверили у нотариуса. Я пойду, — отодвинув стул, поднялся, сжал руку в кулак, стоило бросить взгляд на ноутбук. Надо бы его забрать, а то Саид заглянет, застебет.

Сгрёб лэптоп и шагнул к двери.

— Заур?

— Да?

— Есть что-то, о чём я должен знать? — спросил Хаджиев как-то настороженно, на что Омаев беспечно пожал плечами.

— Нет, Саид. Всё ровно.

— Хорошо. Тогда позови эту… — щёлкнул пальцами, словно забыл имя. — Илану, кажется? Да, её.

— Зачем? — резко повернулся, сощурил глаза.

— А зачем зовут таких, как она?

— Она занята, — категорично отрезал, мысленно пиная себя ногами. Долбаный идиот!

— Не понял сейчас.

— У неё клиенты в ВИП-зоне.

— Да я не о том. С тобой что, Заур? С каких пор ты подрабатываешь у девчонок импресарио? — да, нехорошо получилось. Как бы не его, не Заура, уровень за ними следить.

— Я видел, как хостес провожала туда мужиков каких-то. Я пойду?

— Ага. Давай, иди. И позови мне какую-нибудь девку. Ту, которая сейчас не занята. Сутенёр ты эдакий, - засмеялся своей шутке.

ГЛАВА 9

Альберт, как и обещал, ушёл через два часа, оставив мне внушительную пачку денег на диване. Страсть схлынула, и ему явно полегчало, а я… Мне плевать, в общем-то. На всех плевать.

Взяв деньги и даже не посчитав их, сунула в шорты. В гримёрке переложу в сумку. Не хочется как-то светить такие деньги при девочках. Особенно при Альбине, так и ждущей подходящего момента, чтобы воткнуть мне в спину свой каблук.

— Ну ты даёшь, мать! — в гримёрке меня встречала изрядно потрёпанная Юлька. — Свалила от клиентов, а нам с Катькой пришлось отдуваться!

— Извините, девочки… Мой постоянный пришёл, и я… В общем, так вышло. А Катя где?

Юлька пожала плечами, закурила.

— Кто её знает. Свалила куда-то с одним из этих. Он вроде нормально так заплатить обещал.

Внутри всё сжалось от страха. Не приемлю я эти выезды. Сама не работаю за пределами клуба и не люблю, когда так делает Катя. Но последней море по колено в погоне за деньгами.