ЧерновикПолная версия:
Амалия Мо Клинический случай
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Слушай, возьми на себя ответственность и повзрослей. Не унижайся. Ну, изменила и изменила. Прими этот факт и сделай выводы на будущее.
Лиза несколько секунд не моргая смотрела на меня, а после снова толкнула в грудь.
— Пошёл ты! Иди своих психов лечи! — выкрикнула она, схватила чемодан и покатила его к выходу.
Я собирался предложить помощь, но не успел. Входная дверь хлопнула с такой силой, что картины в спальне качнулись.
Оглядев квартиру, я тяжело вздохнул. Надо клининг вызвать — сам я буду это неделю убирать.
Схватив мобильник, я уже собирался написать сообщение в компанию, которая время от времени приходила убираться, но звонок из отделения прервал мои мысли.
— Адам Викторович, у нас ЧП! — послышалось на том конце.
Кто бы сомневался… у меня тут тоже ЧП…
— Что случилось? — надавливая на переносицу, спросил я, хватая рубашку с вешалки.
— Тут новенькую доставили. По всем симптомам — бредовое расстройство. Взяли анализы, а лаборатория у нас чудить начала. Показывает, что уровень железа в крови превышает все допустимые, и в моче…
— Так отправьте в центральную, в чём проблема? — я застёгивал рубашку, прижимая телефон плечом.
— Отправим, Адам Викторович. Но я сам глянул на показатели — такого я ещё не видел. Уровень железа выше в десять раз, глюкоза ноль, а гемоглобин вообще за пределами норм.
— Может, прибор глючит?
— Перепроверили на ручном — та же картина.
— Прекрасно, — выдохнул я. — Только этого мне не хватало. Изолируйте пациентку до результатов, без внешнего контакта. Что с ней вообще?
— Говорит, что демон и вышла… откуда они там вышли…
Я закатил глаза. Снова демон. Совсем людей не жалеют.
Кто вообще додумался показать это вторжение по центральным каналам? Очевидно, что тут у здорового кукуха поедет, что говорить про нездоровых.
— Оформите пока как «анализ с отклонением». Я скоро буду.
Телефон коротко пискнул, соединение оборвалось. Закончив с рубашкой, я надел брюки и подошёл к столу, допив остатки остывшего эспрессо. Взгляд против воли скользнул к кольцу.
Выбрасывать дорогую вещь, которую сам же купил, не хотелось. Дело вовсе не в мелочности, а в том, что я знаю цену деньгам.
С другой стороны, что с ним делать? Не оставлять же до следующего случая… Ага, будто я решусь когда-нибудь снова добровольно ввязаться в эту кабалу. Хрен там плавал.
Подхватив кольцо, я засунул его в карман. После работы сдам в ломбард, а на вырученные деньги напьюсь. Кажется, так полагается отмечать развод?
Июньское солнце встретило слепящим светом. Недовольно поморщившись, я подошёл к машине и первым делом нацепил очки. Из-за ремонта на мосту машины уже стояли в привычной пробке.
Вот вроде новость о том, что демоны вышли из Преисподней, только недавно звучала из всех углов, и паника охватила каждого, но работа сама себя не поработает.
Постукивая по рулю, я слушал радио и смотрел прямо перед собой. Кто мог подумать, что я разведусь так быстро после свадьбы… И ведь надо ещё как-то обо всём сообщить матери с отцом.
Они были так рады, когда я заявил, что женюсь. Неудивительно — они ведь устали клевать меня за то, что в свои тридцать два я до сих пор не оформил им внуков.
Отец, конечно, не наседал, понимая, что наука и работа важнее, но мать… Она без устали причитала о том, что единственный сын вообще не думает о семье.
А я думал. И если бы у меня было чуть больше времени, чтобы этим заниматься, подошёл бы к этому более основательно. Но вместо этого женился на сестре своего одногруппника, которая встретилась мне на его дне рождения.
Лиза долго шутила, что я «странный» — раз в тридцать не имею ни одного развода и детей.
А что я мог ответить?
Что до двадцати пяти учился, потом проходил практику, потом участвовал в исследовании нейрохимических корреляций при психозах. Проще говоря, мы пытались понять, как работает мозг, когда человек перестаёт отличать реальность от бреда.
Я тогда был младшим научным сотрудником в институте психиатрии. Команда занималась экспериментами с новым препаратом — стимулятором нейронной связи, который должен был восстанавливать повреждённые участки мозга после тяжёлых травм.
Всё шло идеально до тех пор, пока на одном из испытуемых не случился обратный эффект — усиление психоза вместо подавления.
После того случая проект свернули, а я ушёл в клиническую практику. Несколько лет работал психиатром в столице, а потом переехал на родину. Отцу в последние годы стало нездоровиться, и я не мог оставаться в стороне.
С таким послужным списком здесь меня сразу взяли на должность заведующего отделением. И хотя душа требовала погружения в исследовательскую деятельность, я понимал, что пока не время.
Машины постепенно двигались, и спустя тридцать минут я добрался до отделения.
Я запарковал машину и двинулся ко входу для персонала. Рядом с обшарпанной металлической дверью красовался новенький электрический замок со считывателем.
После моего прихода многое тут поменялось. В первую очередь хотелось сделать из отделения что-то современное, соответствующее времени. Я уже получил смету для ремонта здания в следующем году…
— Доброе утро, Адам Викторович. Ночка, скажу вам, была та ещё! — покачав головой, медсестра Галина глотнула из кружки.
— Новенькая? — уточнил я, разминая шею.
— Ага, демоница наша. Красивая зараза, даже жаль девчонку… молодая совсем, — поцокав языком, Галина принялась причитать о несправедливости мира.
Поддерживать пустую болтовню я не стал. Попросил дать карту новоприбывшей и отправился в кабинет.
Солемия… Ну и имечко.
Засунув карту подмышку, я вытащил ключи и открыл дверь. Кинув папку на стол, я снял халат с крючка и, не теряя времени, изучил данные.
На первой странице всё выглядело обычно — дата поступления, возраст, пол, обстоятельства задержания. А вот дальше начинался бредовый калейдоскоп, но по классике сего заведения.
«Заявляет, что является демоницей. Поступила без документов. Считает, что оказалась в «ином мире» после прохождения через некие «Врата». Поведение спокойное, контакт устанавливает, однако на вопросы отвечает нелогично. На момент осмотра в опьянении не замечена».
Я листнул дальше — результаты анализов. И тут брови сами собой поползли вверх.
— Что за чёрт… — пробормотал я, опуская взгляд на последнюю строчку, где лаборант неуверенным почерком приписал: «Рекомендуется повторное исследование. Результаты не совпадают с биологическими параметрами человека».
Так, настало время познакомиться с этой «демоницей». Заодно сделаю забор анализов ещё раз, вдруг с образцами что-то не так.
Не теряя времени, я пошёл в наблюдательную. В коморке неподалёку встретил двух санитаров, играющих в какую-то игру на мобильном.
— У вас что, работы нет?
Подорвавшись, молодой парнишка округлил глаза и мгновенно спрятал телефон в карман халата.
— Пока всё тихо, — промямлил он и пихнул своего товарища в ногу, чтобы тот собрался.
— Что с новенькой?
— Недавно принёс ей поесть, проследил, чтобы она всё съела. Она плевалась, правда, говорила, что невкусно, но ничего — доела.
— Невкусно, — повторил я и мысленно сделал пометку, что пациентка совсем охреневшая.
Тут, конечно, не ресторан, но я лично полгода назад озаботился контролем продуктов и качеством блюд, которые подавались пациентам.
— Ключи, — протянув руку, я дождался, пока санитар вложит в неё ключ от наблюдательной.
Пол под ногами отливал серым блеском, лампы над головой уныло помигивали. Перед нужной дверью я остановился и заглянул через глазок. Девушка расположилась на кровати, подтянув коленки к себе.
Я повернул ключ. Замок щёлкнул сухо, и дверь нехотя поддалась.
Первое, что привлекло внимание, — огненно-рыжие волосы, укрывающие хрупкое тело почти целиком. Осторожно заперев створку и убрав ключ в карман, я подошёл ближе к кровати.
Пациентка не просыпалась, и это заставило меня протянуть к ней руку, чтобы потрепать за плечо. Пальцы почти достигли цели, но она распахнула большие зелёные глаза и уставилась прямо на меня, а после…
Глава 4
Солемия
Тело среагировало быстрее, чем голова успела понять, что происходит. Инстинкт, выработанный годами во дворце, сработал безошибочно.
Рука, потянувшаяся ко мне, едва коснулась плеча, но я перехватила её, рывком потянув на себя. Мужчина не ожидал сопротивления — тяжёлое тело качнулось, и я оказалась сверху.
Подобный трюк мне не раз приходилось вытворять, чтобы остаться целой и невредимой. Увы, демоны Преисподней любят брать то, что им не положено. Если не учиться защищаться, то можно быстро оказаться мертвецом.
Незнакомец не сопротивлялся — наоборот, остался неподвижным, глядя на меня снизу вверх с каким-то раздражённо-спокойным выражением.
Он молча изучал меня, и я делала то же самое. Крупное мускулистое тело, голубые глаза и чуть длинноватые, собранные в хвост, волосы. При иных обстоятельствах я могла счесть его довольно сносным. Во всяком случае для любовника и лишь внешне.
Будь он в Преисподней, мог бы стать воином и служить императору…
— Ты кто?
Бёдра напряглись, удерживая тело крупного соперника, и это вызвало на его лице удивление.
— Заведующий отделением — Адам Викторович, — спокойно ответил человек, выставив руки в защитном жесте.
— Ты главный тут? — спросила я, на что он незамедлительно кивнул. — Выпусти меня отсюда! Я — демон.
— Ну, что-то демоническое в тебе явно имеется, — улыбнулся он и, подхватив меня за талию, снял с себя.
Адам поднялся, поправил белый халат и прочистил горло. Он не выглядел испуганным. Будто демоницы уже не раз оказывались на нём сверху, и это было чем-то само собой разумеющимся.
— Солемия, вы осознаёте, где находитесь? — произнёс он, но на моё фырканье, продолжил: — Это психиатрическое отделение. Здесь люди отдыхают, пока не разберутся со своими… трудностями.
— Отдыхают? У вас странное понятие отдыха. Меня тут никто не слышит, и ещё взяли кровь прямо отсюда, — вытянув руку, я показала мужчине место, где виднелась липкая штуковина.
Он не отреагировал. Только прошёлся по комнате, остановился у стола и что-то записал на листке. Рука двигалась быстро, уверенно, заставляя меня неотрывно смотреть на длинные пальцы.
— Как себя чувствуете? Головокружение, слабость, тошнота?
— Чувствую, что нахожусь среди безумцев, — отрезала я.
— Хорошо. Значит, сознание ясное.
Он повернулся ко мне и прошёлся внимательным взглядом от макушки до ног.
— Посмотрите на меня, Солемия, — сказал он уже мягче, почти устало. — Я не враг. Моя задача — помочь вам.
— Помочь? Так вы называете эту темницу?
— Больницу. Так мы называем эту больницу для специальных пациентов, — поправил он.
Наши взгляды встретились и задержались друг на друге дольше. Я не собиралась признавать, но этот мужчина выглядел иначе, чем остальные. В нём таилось нечто… дикое и первобытное, как у демонов.
Я была бы не прочь раздеть его, чтобы изучить, так ли он хорош под одеждой, как и в ней.
— Вы утверждаете, что пришли из Преисподней? — спросил он, заставив мои мысли вернуться в нужное русло.
— Я говорила об этом и не раз. Меня не слушают!
— Прежде чем мы вас отпустим к вашим… сородичам, мне необходимо удостовериться, что вы действительно демон, а не человек с расстройством. К сожалению, среди людей встречаются те, кто подвержен различным болезням и может нести бред, считая его правдой. Поймите меня правильно, но моя первостепенная задача — заботиться о людях и лечить их.
Какой благородный…
— Что будет, когда вы выясните, что я действительно демон?
— У меня нет нужды держать здорового… демона в психиатрическом отделении. Мы отправим запрос в соответствующий отдел, и вас отправят к вашим сородичам. Я слышал, что всех демонов сейчас поселили в специальном месте.
— И как долго вы будете всё это выяснять?
Мужчина улыбнулся, словно остался доволен моими ответом.
— Для начала нам снова нужно взять образцы вашей крови. С прошлым сбором произошла какая-то ошибка…
— Ага! Ничего вы не получите больше! Ещё крови моей захотели?! — не выдержав, я угрожающе шагнула ближе, но Адама мой вид не напугал. — Да за такое, демоны, знаешь, что с вами сделают?
Он усмехнулся краем губ, будто я сказала какую-то нелепость.
— Солемия, давайте попробуем без угроз. Я не сделаю вам ничего плохого. Если вы не человек, держать вас здесь безосновательно я не имею права. Помогите мне быстрее во всём разобраться.
Нахмурившись, я пыталась понять, не врёт ли этот мужчина. Он говорил разумно, но достаточно ли этого для того, чтобы ему поверить? Точно нет.
Адам подошёл ближе, протянув мне широкую ладонь. Недоверчиво уставившись на неё, я пыталась сообразить, что ему нужно.
— По рукам? — низко спросил он, и у меня по коже пробежали мурашки.
Да что со мной не так?! Почему этот человечишка вызывает у меня такие странные эмоции?
— Люди пожимают друг другу руки, если совершают сделки, — уточнил Адам, наградив меня лёгким прищуром.
— Если в Преисподней совершаются сделки, то есть риск, что кто-то лишится жизни. Так что нет, не буду я совершать никаких сделок, — спрятав руку за спину, ответила я.
— Тогда сойдёмся на словесном согласии? Вы поможете мне быстрее разобраться в ошибке, а я помогу вам быстрее оказаться среди демонов.
В ответ я лишь кивнула и вновь зачем-то посмотрела на него… Хорош. Определённо хорош! Широкие плечи, крепкая грудь и сильные руки, которые не скрывает даже халат.
Когда оседлала его, ощутила, что он просто соткан из стальных мышц…
— Я приглашу медсестру для повторного сбора, а пока не могли бы вы присесть? — Адам указал на стул.
— Это ещё зачем?
— Мне нужно убедиться, что у вас нет повреждений головы.
— И как ты собираешься это сделать? — усмехнулась я и плюхнулась на стул.
— Стандартный осмотр, — он достал из кармана небольшой чёрный предмет. — Это фонарик, позволите?
Не дожидаясь ответа, Адам приподнял мой подбородок двумя пальцами. От этого жеста и того, как он встал надо мной, я неловко поёрзала на месте. Свет тонкой полоской скользнул по зрачкам, заставив зажмуриться.
— Отличная реакция.
— Конечно отличная, — буркнула я. — Я демон, а не труп.
— В моей практике был случай, когда пациент нёс что-то несвязное, но выяснилось, что у него всего лишь сотрясение мозга.
— И кто ж так сильно его тряс?
Адам убрал фонарик в карман и улыбнулся какой-то другой улыбкой… Чтобы прекратить таращиться на человека, я отвернулась к окну.
— Никто не тряс. Это термин, когда происходит сильная травма головы. Неужели в Преисподней нет болезней?
— Есть те, которые лечатся магией и травами, а от остальных умирают.
— М-м-м, как интересно. Расскажите о вашей магии подробнее?
— А вот нет!
— Нет?
— Нет. Ничего я не расскажу, пока меня отсюда не вытащат!
Не переставая улыбаться, Адам лишь понимающе кивнул.
— Вы не могли бы прилечь? Мне нужно послушать лёгкие и сердце, — махнув на кровать, спросил человек.
Издав обречённый стон, я пошла обратно к кровати и легла, но внезапно ощутила, насколько странно это выглядит. Я добровольно легла на матрас по его приказу… А дальше что?
Приблизившись, Адам снял с шеи очередной непонятный для меня предмет, похожий на раздвоенный шнурок. Один из концов пугающе блеснул в свете лампы.
— Что это? — насторожилась я, приподнявшись на локтях.
— Стетоскоп для прослушки органов. Хотите попробовать?
Адам присел рядом, и матрас чуть прогнулся под весом его тела. Он придвинулся и поднёс прибор ближе ко мне.
— Это нужно вставить в уши, — тихо сказал он и без разрешения надел наконечники, отчего все звуки затихли, словно кто-то накрыл меня с головой.
— Держите, — его губы шевельнулись, но я почти не услышала.
Он вложил в мои ладони холодный металлический круг — гладкий, прохладный, будто из живого серебра. Пальцы сжались вокруг него, и я почувствовала лёгкое дрожание, будто откуда-то доносился пульс.
Не сводя с меня взгляда, Адам медленно расстегнул верхние пуговицы рубашки, освобождая грудь. Я успела только замереть от такого внезапного перехода, но даже выдавить ничего не смогла.
Под загорелой кожей у него перекатывались выпуклые мышцы, требующие немедленного внимания моих пальцев. Но я не успела первой дотронуться — он опередил. Взял мою руку вместе с холодным кругом и приложил к себе, чуть ниже ключицы.
И в тот же миг в уши ударил звук — глубокий, мощный, гулкий.
Бух… бух… бух.
Каждый удар отзывался во мне, будто это билось не его сердце, а моё.
Тепло от его тела проникало сквозь металл, и у меня сжалось горло. Я пыталась отвести взгляд, но не могла.
— Слышите? — произнёс Адам тихо, почти касаясь губами моего уха.
Я кивнула.
— Это просто сердце. Мне нужно также послушать ваше.
Но звук этого сердца был не «просто». Оно билось так ровно и уверенно, что от этого у меня внизу живота прокатилась волна жара.
— Теперь моя очередь, — вытащив штуковины из ушей, сказал Адам.
Не растрачивая времени, я быстро распахнула края халата, открывая доступ к груди так же, как сделал он. Прохладный воздух тут же коснулся сосков, отчего я прикусила губу.
Мне тоже хотелось, чтобы он поскорее коснулся меня… и желательно не только металлическим кружком.
Взгляд мужчины на мгновение задержался на моей груди, но вместо того, чтобы незамедлительно припасть ко мне своими красивыми губами… он рывком поднялся.
— Я попрошу медсестру закончить осмотр, — хватая со стола бумаги, он буквально выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь.
— Э-э-э, и как это понимать?
Обречённо вздохнув, я поплотнее закрылась и откинула голову на подушку, а после…
Глава 5
Адам
Я так охренел, что не мог вспомнить, закрыл ли за собой дверь на ключ. Пришлось вернуться и проверить. Но перед этим зачем-то заглянул в глазок, чтобы убедиться, что демоница никуда не делась с койки.
Теперь у меня не было сомнений в том, что пациентка не человек. Никакого бредового расстройства у неё совершенно точно нет. Я видал разные случаи и, в том числе, искусных манипуляторов, но она… Она не подходила ни под один клинический случай.
Проверив дверь, я отправился прямиком в лабораторию. Нужно поскорее со всем этим разобраться.
Я старался выбросить из головы образ, но насколько плохо это получалось, можно было понять по тому, как я едва не влетел в коллегу. Махнув извинение, я сосредоточился на плитке.
Вот тебе и помощь пациентам.
«Умей расположить к себе пациентов — и тогда проблем не будет…»
Как же! Я всего лишь хотел получше разобраться в её диагнозе, но такое… Дело вовсе не в том, что Солемия показала мне свою охрененно красивую грудь. Меня напугало вовсе не то, что пациентка включила тигрицу в попытке соблазнить…
Проблема была в том, что её глаза в тот момент засветились оранжевым огоньком, будто в них вспыхнуло самое настоящее пламя.
В ту секунду я всерьёз задумался о собственной психике. Может, развод всё же задел меня глубже, чем я думал? Может, стоит взять отпуск, чтобы пострадать и прийти в себя?
Нет. Бред какой-то. Моя психика точно в порядке.
Как такое возможно?! Почему демон в нашем городе?
Я видел сводки. Вышедшие из Преисподней сейчас на другом конце света, и, судя по новостям, там сейчас что-то решается с их расселением.
— Адам Викторович, доброе… — лаборант улыбнулась, но тут же нахмурилась, когда я без лишней болтовни прошёл дальше.
В нос ударил знакомый запах реагентов и спирта. На длинном столе лежали пластиковые контейнеры с подписями, рядом штатив с пробирками и стойка для хранения реагентов. Я не стал заострять внимание на мелочах, сразу переходя к делу.
— Её кровь где? — спросил я, не глядя на лаборантку.
— Там, на третьем месте. Мы прогнали, но результаты, честно говоря, странные…
— Я наслышан, — буркнул я, снимая крышку с пробирки.
Внутри обнаружилась густая тёмно-вишнёвая жидкость, слишком вязкая, почти маслянистая. Нетипичная для человека. Под лампой кровь казалась живой, словно тянулась к свету, мерцая в стекле.
— Несколько раз перепроверила — везде одинаковые результаты. Надо в центральную лабораторию везти.
— А анализы других пациентов? — на всякий случай уточнил я.
— В порядке.
Я кивнул, но в голове соглашался с другой мыслью… Если в наших руках реально оказалось существо из другого мира, то это идеальная возможность для исследования.
Когда я ещё смогу прикоснуться к чему-то потустороннему?
Если я свяжусь с коллегами из столицы, то мы сможем сделать открытие. Не просто открытие, а прорыв. От осознания, что я скоро смогу снова вернуться к исследованиям, сердце забилось чаще.
— Так, я сам отвезу. Мне пока полный отчёт по её анализам и никому ни слова, поняла?
— А повторный образец брать не будем? — резонно спросила коллега.
— Конечно будем, — почесав подбородок, ответил я, но, признаться, был уверен, что он покажет то же самое. — Чуть позже.
Девушка захлопала глазами, но возражать не стала.
— Если косяк с нашими приборами, то может быть проверка. Мало ли сколько анализов мы ещё могли запороть. Поняла? — я нагло врал, но плох тот исследователь, который всем и всегда говорит правду.
Правда тут одна: ни одно открытие не было бы возможно, если бы однажды кто-то не перешагнул черту. И сейчас я именно этим занимался.
Я вернулся в кабинет и взялся за работу. Точнее, попытался взяться, потому что перебирание бумаг и назначение препаратов пациентам не спасало от мыслей.
— Солемия… — пробормотал я, ощущая, как имя демоницы приятно перекатывается на языке.
В голове пронеслась мысль, что девчонка выглядит совсем хрупкой, а я собираюсь сделать её подопытным кроликом. Но вину я отогнал. Никто ничего плохого с ней не сделает. Возьмём на время под контроль, изучим в лаборатории и отпустим.
Магия… Больше всего меня волновала именно она. У демонов, которых показывали в интернете, было то, чего не было у нас. Понять природу их способностей было невероятно интересно.
Поразмышляв немного, я не выдержал, вытащил мобильник и немедля набрал номер коллеги из Москвы.
— Адам? Сколько лет, сколько зим, — послышался голос через динамик. — Чем обязан?
— Привет, Егоров. Ты сидишь?
— В машине, а что?
— Вы ещё занимаетесь исследованиями? — я решил зайти немного издалека, чтобы понять, насколько быстро мы сможем приступить к изучению.
— Финансирование урезали, вообще-то… Так что у нас не густо. Если ты хотел вернуться, то не рекомендую. Сиди на месте, ты у нас всё-таки заведующий теперь.
— А если я тебе скажу, что у меня есть нечто, способное перевернуть мир?
— Нашёл чемодан с деньгами и решил поделиться со старым другом? — на том конце послышался смех.
— Демоны, — сказал я, в надежде, что Егоров сообразит, к чему идёт разговор.
— Я в курсе, видел новости. У нас тут вообще чёрт-те что творится. Паника началась, люди побежали с прилавков гречку сметать, будто у нас ковид… У вас там как?
Пришлось прикрыть глаза и сжать переносицу, чтобы собраться.
— Так, Егоров, слушай внимательно. Ко мне в отделение попала демоница. Не знаю как именно, но сомнений в том, что она не человек, — нет. Анализы просто зашкаливают относительно человеческих.
На том конце повисло молчание. Мне даже пришлось поднести экран к лицу, чтобы убедиться, что Егоров не сбросил вызов.
— Э-э-э, прости, я проверял дату. Сегодня не первое апреля. Ты там совсем на работе поплыл?
— Я серьёзно. Девчонка похожа на человека, нет никаких внешних отличий, но показатели анализов отличны. Да и я общался с ней — никакого бредового расстройства нет. Ещё раз: в моей больнице демон, ты чуешь, к чему я клоню?
Коллега снова замолчал. Уверен, что он пытался сообразить, говорю я правду или несу бред. Но я был не из тех людей, у кого дела с юмором обстояли хорошо.
— Адам, это серьёзное заявление…
— Очень. И ты знаешь, почему я звоню именно тебе. У нас есть шанс изучить существ из Преисподней. Возможно, ни у кого такого больше нет.
— Ты… можешь прислать мне анализы?
— Отправлю.
— Слушай, это всё звучит очень бредово… Но если ты уверен, что у тебя демон, это меняет многое. Я могу отправить запрос, кому надо, но ты учти, что я свою жопу подставляю.
— Хочешь, прилетай и лично убедишься?
— Спрашиваешь? Конечно хочу!
Я понимал Егорова как никто другой. Если бы мне так позвонили, я бы тоже не поверил. Прежде чем идти к нужным людям и просить гранты на исследование, необходимо быть уверенным.
