- Рейтинг Литрес:4
Полная версия:
Alex Coder Агроном. Железо и Известь. Книга 2
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Кудес обвел взглядом собравшихся. Его глаза остановились на Андрее, потом скользнули по лицам жен. Он улыбнулся. Мягко, по-отечески. — Дети мои! — проскрипел он, поднимая кубок. — Год был тяжким. Волки грызли наши стены. Князь Боривой (будь он неладен) грыз наши амбары. Но мы выстояли. Он поклонился Андрею. — И всё благодаря тебе, Князь. Ты принес нам огонь, который не жжет, и камень, который прозрачен, как вода. Ты вернулся из земель, где солнце сжигает кожу, и привез нам надежду.
Кудес повернулся к женщинам. — А вы, голубки... — он кивнул Миладе, Зарине и Этери. — Вы — опоры его шатра. Пусть ваши чрева будут плодородны, как наша земля в этом году. Пусть в вашем доме не будет ссор, а только тепло. Он поднял посох, и янтарь в навершии сверкнул. — Я, старый волхв, прошу Богов: дайте Андрею долгую жизнь! Пусть его рука будет твердой, а разум — ясным. Пусть беда обходит этот дом десятой дорогой! — Слава! — рявкнул зал, поднимая кружки.
Андрей смотрел на старика. Ему показалось, или в уголках глаз Кудеса пряталась насмешка? Или это просто тень от огня? — Спасибо, отец, — ответил Андрей. — Твои слова да богам в уши.
Этот тост был его прощанием. Его последней издевкой. «Радуйся, Князь, — думал жрец, садясь на место и пряча злые глаза в кружку. — Пей, ешь, люби своих жен. Это твой последний праздник, когда ты чувствуешь себя хозяином жизни. Скоро боги "придут", и никакой римский инженер тебя не спасет». Предательство, завернутое в благословение, было подано на десерт.
Пророчество беды
Сумерки сгустились над лесом, окрашивая облака на западе в цвет свернувшейся крови. Андрей проверил содержимое заплечного мешка. Небольшой запас вяленого мяса (на потом, когда разрешат есть), фляга с водой, стеклянный посох с янтарным навершием и три тщательно завернутых в промасленную кожу ножа из лучшей скифской стали — дары для Старейшин Круга. Дипломатия с язычниками требовала жестов.
Кудес стоял у частокола, переминаясь с ноги на ногу. Он выглядел как человек, стоящий на раскаленных углях. Его взгляд постоянно метался по двору, где работники уже доскребали ложками дно общего котла, довольно рыгая и перебрасываясь шутками. Они были сыты. И они были обречены. "Часов десять... может, двенадцать..." — тикал счетчик в голове волхва. — "К рассвету они начнут кричать. А когда солнце встанет... они уже не встанут". Ему вдруг захотелось крикнуть: «Не ешьте! Выплюньте!». Но страх перед собственным преступлением сковал горло. Обратного пути не было.
— Пора, — проскрипел он, когда Андрей вышел из избы. — Луна поднимается. Дорога до Черного Угла неблизкая, а в темноте корни путают ноги. — Иду, — кивнул Андрей.
У ворот их провожала небольшая группа — Лютомысл, Рябой, несколько парней из ночной стражи. Они жевали ароматную смолу, расслабленные и спокойные. Их жизнь, налаженная Андреем, казалась им теперь несокрушимой. Кудес посмотрел на них. На Рябого, который держался за живот, но не от боли, а от сытости. На молодого Сеньку. Они были уже не его паствой. Они были людьми "Нового Мира". — Берегите себя, — неожиданно даже для себя ляпнул жрец. Голос его предательски дрогнул. Люди удивленно переглянулись. Обычно волхв сыпал ворчанием, а тут — забота.
— С чего бы, дед? — хохотнул Рябой. — Стены высокие. Животы полные. Леший спит. Чего бояться? Кудес втянул голову в плечи. Он не мог сказать правду. Но мог подготовить почву. Он поднял посох и указал на багровый закат. — Не нравится мне небо. Кровавое. Тяжелое. Боги сердятся. — На что сердятся? — нахмурился Лютомысл. — Мы жертвы приносили (зерно). Мы лес чистили. — На гордыню! — каркнул Кудес, входя в роль пророка. — Слишком много вы возомнили о себе, дети. Договоры с Лешим... Очистка воды углем... Вы решили, что умнее предков? Разве червь может диктовать орлу, где летать? Разве человек может указывать реке, какой ей быть — мутной или чистой? Вы пошли против Порядка. Он понизил голос до зловещего шепота. — Ох, боюсь я... Накажут они нас за дерзость. Нельзя менять то, что веками стояло. Земля не любит, когда её перекраивают.
В толпе пробежал холодок. Слова старого жреца, пропитанные древним, липким страхом,
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
