Алексей Николаевич Сектрис Последний смотритель

Злость была, конечно.

Но сильнее раздражало даже не само назначение, а то, насколько глупо он себя чувствовал.

Он привык считать себя человеком рассудительным. Не строил воздушных замков, не верил обещаниям без оснований, старался оценивать обстоятельства трезво.

И вот четыре месяца работал за двоих, полагаясь на устные заверения.

Отлично, Носов. Прекрасно разбираешься в оборудовании. А вот в людях, похоже, не очень.

Он открыл почту.

Первым письмом пришёл запрос на техническое заключение по новому оборудованию.

Роман машинально начал читать.

На третьем абзаце остановился.

А почему, собственно, я должен продолжать решать всё за заместителя?

Он закрыл письмо.

Потом открыл снова.

Работу никто не отменял. И если он сейчас из принципа перестанет выполнять свои обязанности, неприятности возникнут прежде всего у тех, кто к назначению никакого отношения не имеет.

А вот брать на себя чужую ответственность больше не следовало.

Роман создал новое письмо начальнику цеха.

Написал коротко: в связи с назначением заместителя просит определить порядок передачи дополнительных обязанностей и разграничить полномочия.

Перечитал.

Убрал одну излишне резкую фразу.

Отправил.

Стало немного легче.

Константина Сергеевича Лаврова представили в два часа.

Это был мужчина лет тридцати, в дорогом костюме и с аккуратной стрижкой. Держался уверенно, улыбался широко и говорил так, словно давно знал всех присутствующих.

— Коллеги, — начал он, — моя основная задача — повысить эффективность нашего подразделения. Уверен, совместными усилиями мы сможем вывести производственные показатели на качественно новый уровень.

Роман слушал вполуха.

За пятнадцать лет на заводе он слышал подобные речи не раз.

Его интересовало другое: насколько новый руководитель понимает производство.

— В ближайшее время я планирую подробно изучить действующие процессы, выявить узкие места и предложить комплекс мер по оптимизации, — продолжал Лавров.

Изучить — уже неплохо, подумал Роман. Главное, чтобы сначала изучил, а потом оптимизировал.

После представления сотрудники разошлись.

Роман собирался вернуться к работе, когда новый заместитель окликнул его:

— Роман Николаевич! Можно вас на минуту?

— Конечно.

Лавров дружелюбно протянул руку.

— Наслышан о вас. Говорят, вы здесь практически незаменимый специалист.

— Незаменимых не бывает.

— Скромничаете.

— Скорее, предпочитаю, чтобы рабочие процессы не зависели от одного человека.

Лавров улыбнулся.

— Правильный подход. Нам с вами предстоит тесно сотрудничать.

— Будем работать.

— Кстати, мне передали материалы по модернизации насосного участка. Хотелось бы услышать ваше мнение.

Роман слегка удивился.

— Это мой проект.

— Вот как? Прекрасно. Тогда вы сможете подробно всё объяснить.

Они прошли в кабинет заместителя.

Лавров разложил на столе документы.

— Я посмотрел расчёты. В целом интересно. Но меня смущает срок окупаемости.

— Два года и четыре месяца при текущих тарифах.

— Долговато.

— Для оборудования с расчётным сроком службы больше десяти лет — вполне приемлемо.

— А если уменьшить первоначальные затраты?

— Смотря за счёт чего.

Лавров указал на одну из строк.

— Например, заменить частотные преобразователи более дешёвыми.

Роман посмотрел на спецификацию.

— Эти модели подобраны под реальные условия работы и согласованы с проектировщиками. Можно рассмотреть аналоги, но сначала придётся проверить характеристики и совместимость.

— Ну, это технические детали.

— Именно от них зависит, будет система работать или нет.

Улыбка Лаврова стала чуть менее уверенной.

— Роман Николаевич, я понимаю вашу осторожность. Но иногда нужно смотреть на вопросы шире.

Роман спокойно кивнул.

— Согласен. Поэтому предлагаю оценивать полную стоимость владения, а не только цену закупки.

Он развернул к себе расчёты и показал несколько строк.

— Вот энергопотребление. Вот стоимость обслуживания. А вот ожидаемые потери при простоях. Если поставить оборудование дешевле на двадцать процентов, но получить дополнительные остановки, экономия быстро исчезнет.

Лавров некоторое время смотрел в документы.

— Хорошо. Давайте пока оставим ваш вариант.

— Тогда я продолжу согласование?

— Да. И подготовьте мне краткую презентацию проекта. Желательно к завтрашнему утру.

Роман поднял взгляд.

— К завтрашнему?

— Да. Думаю, вам несложно. Вы же всё это разрабатывали.

Роман выдержал короткую паузу.

— У меня на завтра запланированы приёмка оборудования и проверка ремонтных ведомостей. Если презентация необходима срочно, нужно согласовать изменение приоритетов с начальником цеха.

— Разве вы не можете сделать её сегодня?

— Могу. Если отложу другие задачи.

Лавров пристально посмотрел на него.

— Вы всегда такой принципиальный?

— Когда речь идёт о сроках и ответственности — стараюсь.

Новый заместитель усмехнулся.

— Что ж. Будем привыкать друг к другу.

К концу дня Роман окончательно убедился, что работать с Лавровым будет непросто.

Не потому, что тот оказался откровенно глупым.

Наоборот, новый заместитель достаточно быстро ориентировался в цифрах, умел производить впечатление и явно разбирался в управленческой отчётности.

Проблема заключалась в другом.

Он слишком легко воспринимал производственные процессы как строки в таблице.

Там, где Роман видел оборудование, людей, технологические ограничения и реальные последствия решений, Лавров видел показатели, которые следовало улучшить.

Возможно, со временем он разберётся.

А возможно, именно Роману придётся объяснять ему, почему завод нельзя заставить работать быстрее одним приказом.

И делать это за прежнюю зарплату.

Эта мысль окончательно испортила настроение.

Вечером он встретил Андрея Соколова возле проходной.

— Ну что, поздравляю, — мрачно произнёс Андрей.

— С чем?

— С новым начальством.

Роман усмехнулся.

— Спасибо. Очень тронут.

Они прошли к парковке.

— Слышал, это чей-то родственник, — негромко сказал Андрей.

— Чей?

— Говорят, из руководства компании.

— Кто говорит?

— Люди.

Роман покачал головой.

— Значит, пока обычные слухи.

— Ты ещё и защищать его будешь?

— Нет. Просто не хочу строить выводы на сплетнях.

Андрей помолчал.

— И что теперь?

— Работать. Пока.

— А потом?

Роман остановился возле машины.

— А потом посмотрим.

Дома он постарался не показывать раздражения.

Матвей сразу потащил его смотреть очередное изобретение. Алиса рассказывала о школьном конкурсе.

Роман слушал детей, помогал им, шутил.

Но Даша довольно быстро заметила, что что-то не так.

Когда дети ушли в комнату, она спросила:

— Ром, что случилось?

Он вздохнул.

— Назначили заместителя.

— Тебя?

— Нет.

Даша замерла.

— В смысле — нет?

— Назначили человека со стороны.

— А тебе что сказали?

— Что решение принималось наверху.

Она несколько секунд молчала.

— Четыре месяца ты работал за него.

— Я знаю.

— Постоянно задерживался. По выходным ездил. Дома только и разговоров было, что после назначения станет легче.

— Даш...

— И что теперь?

Роман провёл ладонью по лицу.

— Пока ничего. Я свою работу продолжаю, дополнительные обязанности передаю.

— И всё?

— А что ты предлагаешь? Устроить скандал?

— Я предлагаю перестать позволять им пользоваться тобой.

Он посмотрел на жену.

— Думаешь, я сам этого не понимаю?

— Тогда почему столько терпел?

Роман не ответил сразу.

Потому что надеялся.

Потому что привык доводить начатое до конца.

Потому что считал, что хорошо выполненная работа рано или поздно получает признание.

Теперь всё это выглядело довольно наивно.

— Я ошибся, — наконец произнёс он. — Бывает.

Даша вздохнула.

— Просто я так рассчитывала, что у нас наконец станет полегче.

— Я тоже.

Разговор закончился без ссоры, но неприятный осадок остался.

Позднее Роман снова сел за компьютер.

Только на этот раз открыл не рабочие документы.

Сайт с вакансиями.

Он давно не искал другую работу.

За пятнадцать лет завод стал почти вторым домом. Он знал здесь каждую проблемную линию, большинство сотрудников, особенности оборудования и производственные процессы.

Но теперь впервые всерьёз задумался, насколько разумно продолжать держаться за привычное место.

Предложения были разные.

Где-то обещали высокую зарплату, но требовали постоянных командировок.

Где-то условия выглядели прилично, однако обязанности описывались настолько расплывчато, что сразу возникали сомнения.

Роман открыл ещё одну вакансию.

Инженер по автоматизации.

Зарплата выше нынешней.

Опыт работы подходил.

Он сохранил страницу.

Потом ещё одну.

И ещё.

Не обязательно уходить завтра, подумал он. Но знать, какие есть варианты, точно не помешает.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Андрея:

«Ты как? Остыл немного?»

Роман набрал ответ:

«Нормально. Просто пора подумать о будущем».

Перед сном он ненадолго остановился у двери детской.

Алиса спала, обняв подушку.

Матвей раскинулся поперёк кровати. Возле его руки лежал тот самый робот, который Роман недавно помог починить.

Он тихо поправил сыну одеяло.

Постоял ещё немного.

Потом вернулся в спальню.

Даша лежала с книгой.

— Ты поздно.

— Вакансии смотрел.

Она опустила книгу.

— Серьёзно?

— Да.

— И что-нибудь нашёл?

— Несколько интересных вариантов.

Даша помолчала.

— Может, оно и к лучшему.

— Может быть.

Он лёг рядом.

Некоторое время они молчали.

Потом Даша выключила свет.

Роман закрыл глаза, но сон не приходил.

Он привык решать проблемы последовательно.

Определить причину.

Оценить доступные ресурсы.

Выбрать несколько возможных решений.

Проверить последствия.

Но с человеческими отношениями всё оказывалось сложнее.

Здесь нельзя было просто заменить неисправный подшипник или изменить параметры привода.

Нельзя измерить преданность.

И невозможно заранее рассчитать, сколько стоит чужое доверие.

Роман медленно выдохнул.

Ладно. Разберёмся.

Он ещё не знал, что сегодняшнее разочарование станет лишь первым из событий, которые вскоре заставят его полностью пересмотреть собственную жизнь.