Стратегический резерв

Александр Тамоников
Стратегический резерв

Глава 2

Прошло три года. Один из которых ушел на комплектование основной – «Орион» – и резервной – «Мираж» – групп особого назначения Главного управления по борьбе с терроризмом, а на подготовку этих малочисленных, но универсальных и, как показала практика первых операций «Ориона», весьма эффективных при решении самых неординарных, сложных задач групп ушло еще два года. Тимохину было присвоено специальное звание подполковник. Кроме него, в основную группу вошли им же отобранные офицеры майор Гарин Виктор Алексеевич и капитан Шепель Михаил Иванович. На личном фронте все, как говорится, устаканилось. Семья постепенно привыкла к жизни в закрытом военном городке. Она была обеспечена всем необходимым. Тане удалось устроиться в детский сад гарнизона. Оля посещала школу, завела множество подруг и друзей. За ней уже начали ухаживать мальчики. Антонина Сергеевна также нашла себе применение, став руководителем кружка детского творчества. Врачи лечебного центра внимательно следили за состоянием ее здоровья. И все, некогда произошедшее в Городе, ушло в прошлое.

Группа «Орион» четырежды выходила на выполнение боевых заданий. И четырежды возвращалась, успешно решив поставленные задачи, получив высокую оценку командования. Татьяна понимала, что ее муж является не обычным офицером управления, но лишних вопросов не задавала. Хотя сильно переживала, когда Тимохин покидал городок, убывая в срочные командировки. Она догадывалась, что собой представляют эти командировки, и единственно просила, прощаясь при очередном выезде мужа, чтобы он вернулся. Александр обещал и возвращался. Так было до сих пор. Во время нахождения в городке он ходил на службу, вечером возвращался домой, и семья собиралась в столовой ужинать. После чего Оля уходила гулять, мама закрывалась в своей комнате. Тимохины большей частью коротали время у телевизора. Нормальная, спокойная, счастливая жизнь. В воскресенье, 18 июня, офицеры группы с семьями выезжали на пикник, благо рядом с городком, в заповедном лесу раскинулось шикарное озеро Тишнино, на берегу которого неплохо отдохнули, немного выпив под шашлык. В понедельник Александр вышел из усадьбы, как всегда, в 8.00. Обычно они покидали коттедж вместе с Татьяной, но у супруги был отгул, и она осталась дома. Тимохин направился к штабу гарнизона, где находился его служебный кабинет. По пути ожил сотовый телефон. Александр ответил:

– Да?

Услышал голос Крымова:

– Привет! Как отдохнули вчера?

– Привет! А тебе откуда известно о пикнике, ведь ты же в Самаре?

– Был в Самаре. Знать же, чем занимаются подчиненные, я обязан по должности. А если честно, то позвонил сначала тебе домой. Таня и рассказала о том, как вы вчера провели время. Но это ерунда. Ты сейчас где?

Тимохин ответил:

– По пути в штаб. У меня сегодня по расписанию огневая подготовка. Выезд на стрельбище полигона в 9.00.

– Ясно! Огневая подготовка отменяется. Своим ребятам передай приказ ждать тебя по домам, а сам давай-ка в резиденцию. Феофанов вызывает на 10.00.

– Выход?

– Не знаю! Вроде ничего не предвещало такого, но за время, пока я отсутствовал, многое могло измениться.

– Наверняка так и есть. Ни с того ни с сего генерал не стал бы выдергивать из городка. Но я понял тебя. В 10.00 буду в резиденции.

– Давай. Там и встретимся. До связи!

– До связи!

Александр развернулся и пошел обратно к дому. Татьяна вышла во двор и поливала цветы, когда в калитку вошел муж.

– Что-то забыл, Саша?

– Нет, Танюш! Феофанов вызывает.

– Командировка?

– А черт его знает. Может, просто совещание.

Таня положила в траву шланг, проговорила:

– Командировка. Я сон плохой видела. К разлуке.

Александр улыбнулся:

– Лучше б ты его не видела. Но ничего не поделаешь, служба. И не надо волноваться. В первый раз, что ли, расстаемся?

– И все равно не могу привыкнуть.

– Теперь уже не привыкнешь. Прошу одно, не волнуйся. Я вернусь, обещаю. А когда Тимохин не держал слова?

– В этом тебя нельзя упрекнуть!

– Вот видишь. Но ладно, мне еще по МКАД пилить, а Окружная сейчас может быть забита. Так что поехал я, любовь моя!

– Счастливого пути, Саша!

Тимохин поцеловал жену, вывел «Тойоту» из гаража коттеджа. Татьяна открыла ворота, и Александр выехал из своей крошечной усадьбы, направив иномарку к контрольно-пропускному пункту закрытого военного городка.

МКАД прошел сравнительно быстро, без особых проблем, связанных с частыми пробками, и в 9.47 подъехал к загородной резиденции руководителя Главного управления по борьбе с терроризмом. Охрана пропустила «Тойоту» беспрепятственно. В 10.00 командир отдельной секретной группы особого назначения «Орион» вошел в кабинет Феофанова, доложив:

– Товарищ генерал-майор, подполковник Тимохин по вашему приказанию прибыл.

Феофанов поздоровался с Тимохиным. Потапов с Крымовым, уже находившиеся у генерала, также поприветствовали Александра.

Генерал предложил Тимохину место за столом совещаний. И, что бывало крайне редко, разрешил закурить. Стало ясно, он ждет еще кого-то. Но кого? Если весь руководящий состав управления действиями особой группы «Орион» находился в кабинете?

Феофанов подтвердил это предположение:

– Мы ожидаем прибытия представителей внешней разведки. У них для нас имеется интересная информация.

Крымов потянулся:

– Не мешало бы кофейку выпить. А то у меня с вечера маковой росинки во рту не было.

Феофанов кивнул:

– Без проблем, полковник!

Вызвал по телефону внутренней связи помощника, прапорщика Ларионова:

– Вась, сделай нам кофе!

Спустя несколько минут офицеры наслаждались крепким ароматным напитком. Как только прапорщик вынес пустые чашки, прошел доклад от охраны:

– Прибыли представители внешней разведки.

В кабинет вошли коренастый мужчина лет под пятьдесят и миловидная женщина лет сорока.

Мужчина представился:

– Полковник Казаков Георгий Федорович! Со мной майор Алешина Наталья Андреевна. Эксперт-аналитик.

Генерал представил офицеров управления, предложив представителям Службы внешней разведки занять места за столом совещаний. После чего обратился к Казакову:

– Мы вас очень внимательно слушаем, Георгий Федорович.

Полковник-разведчик переадресовал слова генерала своей спутнице:

– Вам слово, Наталья Андреевна.

Женщина хотела встать, но Феофанов остановил ее:

– Сидите, пожалуйста. А то получится некрасиво: женщина стоит, мужчины сидят.

– Хорошо! Всем вам известно, что сейчас человечество столкнулось с такой угрозой, как СПИД. Ученые всех стран мира работают над созданием лекарства против этой смертельной болезни. В том числе и наши ученые. Основные работы ведутся в Научно-исследовательском центре «АнтиСПИД», возглавляемом известным ученым, академиком Стебриным Павлом Алексеевичем. Долгое время сотрудникам Центра не удавалось достичь каких-либо значимых результатов в этой области. Но недавно профессор Андорин закончил работу над препаратом, который, по его утверждениям, способен решить проблему лечения болезни. Первичные клинические испытания препарата подтвердили правоту утверждений профессора, что вызвало бурную реакцию мирового научного сообщества. Созвана конференция, которая должна состояться в окрестностях Нью-Йорка, в частной клинике некого доктора Вилли Фрайтона, одного из признанных светил мировой медицины. Конференция назначена на субботу, 24 марта. Приглашены ведущие ученые тридцати двух стран и, естественно, российский профессор Игорь Викторович Андорин. Он главный докладчик на конференции. В ходе доклада планируется представление его препарата «Андель». Андорина в США будет сопровождать его помощница Марина Владленовна Королева, а также два сотрудника Федеральной службы охраны.

Крымов поднял руку:

– Извините, уважаемая Наталья Андреевна, но разрешите задать вопрос?

Феофанов недовольно произнес:

– Окончания доклада дождаться не мог, Вадим Петрович?

Но женщина спокойно отреагировала на просьбу Крымова:

– Да, конечно, пожалуйста, спрашивайте.

– Вопрос простой! Назначена или созвана конференция медицинских светил в США? Ничего странного, дело, можно сказать, обычное. Приглашен Андорин. Это тоже объяснимо, так как профессор – главный докладчик. То, что его сопровождает помощница, вполне естественно, но почему к Андорину приставлена охрана? И не какая-нибудь, а ФСО? Профессору в США грозит опасность?

Казаков взглянул на эксперта:

– Спасибо за доклад, Наталья Андреевна. Дальше я сам.

Полковник внешней разведки извлек из кожаной папки несколько листов бумаги, надел очки, оглядел офицеров управления по борьбе с терроризмом. Видимо, это стало его привычкой – осматривать тех, перед кем выступает. Откашлялся и заговорил:

– Вопрос полковника Крымова, если не ошибаюсь?

Вадим кивнул:

– Извините! Так вот, вопрос полковника Крымова вполне закономерен. Действительно, в Штатах проводится конференция по проблемам СПИДа, что в этом такого? Подобных конференций, симпозиумов, консилиумов и еще всяких собраний медиков, как бы они ни назывались, проводится много и в разных странах. Неоднократно кто-то из ученых заявлял, что нашел панацею от этой заразы. Ученые спорили, экспериментировали и спокойно разъезжались по домам. Причем никто, никогда, никого официально не охранял. А тут охрана ФСО?! Ее не так просто заполучить. Но Андорину выделяют офицеров-телохранителей. Капитана Руслана Маркова и старшего лейтенанта Валерия Сухаренко. Причем они заявлены в состав делегации именно как охранники профессора Андорина. На самом деле, почему? И вот тут начинается самое интересное. Дело в том, что разработанный или созданный, как угодно, профессором Андориным препарат «Андель» действительно, по заключениям наших специалистов, вероятно, снимает проблему лечения СПИДа. Но… не только. При определенной дальнейшей работе с препаратом «Андель» может стать оружием массового поражения, отравляющим веществом огромной поражающей силы. Андорин понял это и обратился в ФСБ, объяснив, какую потенциальную угрозу несет в себе его открытие. Одновременно по нашим каналам прошла информация, что препаратом Андорина заинтересовались ведущие разведки мира и крупные террористические группировки. Так как химическая формула «Анделя» не так и сложна, то некоторые деятели уже попытались самостоятельно выработать отравляющее вещество. Однако ничего не добились. Если кто и сможет превратить лекарство в оружие, то только сам Андорин. В специальных лабораторных условиях и на опытном материале, каковым являются люди.

 

Крымов воскликнул:

– Но если так, то почему деятельность этого Андорина не засекретят? Не возьмут под жесткий контроль, обеспечив безопасность самого ученого и невозможность продолжения работ с «Анделем»? А вместо этого выпускают профессора из страны? И наверняка с препаратом? Ведь без его демонстрации доклад Андорина – ничем не подтвержденная декларация того, что он, якобы нашел противоядие от СПИДа. Вы сами говорили, что подобных заявлений было много и они без доказательной базы – пустышка. Тем более с формулой «Анделя» уже работали и она известна. Так что тащиться в США без препарата нет смысла. А выпускать «Андель» за «бугор» категорически нельзя. И вообще, мое мнение таково: если из лекарства можно сделать оружие, то лучше уничтожить лекарство сразу вместе с документацией и изоляцией создателя этого лекарства. Пусть уж СПИД остается неизлечимым, чем панацея от него когда-нибудь уничтожит тысячи, если не миллионы жизней.

Казаков улыбнулся:

– Ну вот мы и подошли к тому, ради чего я приехал к вам.

Он повернулся к спутнице:

– Наталья Андреевна, прошу вас, покиньте кабинет. И ждите меня в машине.

Майор-эксперт поднялась:

– Есть! – И вышла в приемную.

Полковник обратился к Феофанову, спросив:

– Присутствующие здесь офицеры работают по высшему допуску абсолютной секретности?

Генерал утвердительно кивнул:

– Да! Но откуда вы знаете, что мы работаем по этому допуску?

– Сейчас я все вам объясню, но сначала ознакомьтесь вот с этим документом.

Казаков протянул Феофанову бордового цвета удостоверение с двуглавым орлом и без какой-либо надписи. Феофанов раскрыл документ, внимательно изучил его, после чего сказал:

– Извините, мне необходимо срочно выйти. Я ненадолго!

Полковник СВР вновь улыбнулся:

– Конечно! Вы обязаны проверить подлинность удостоверения.

Офицеры спецназа переглянулись. Никто ничего не понимал из того, что происходило после вопроса, заданного Крымовым. Карасев же, сложив в папку так и не использованные на совещании документы, спокойно теребил в руках очки. Прояснилась обстановка сразу же после того, как вернулся Феофанов. Он вернул необычное удостоверение представителю разведки и неожиданно для подчиненных сказал:

– Товарищи офицеры! Разрешите еще раз представить вам полковника Карасева. Но уже не только как старшего офицера Службы внешней разведки, а советника главы государства по вопросам национальной безопасности!

Карасев откланялся, продолжив:

– Уничтожать «Андель» как лекарство бессмысленно. Ведь оно может спасти тысячи жизней. Нельзя допустить превращения лекарства в оружие массового поражения. Это что касается реплики полковника Крымова. Но вернемся к конференции и профессору Андорину. Безопасность проведения научного форума и членов нашей делегации гарантирована американской стороной. К ее обеспечению планируется привлечь достаточно профессионально подготовленную службу безопасности клиники доктора Фрайтона, а также необходимые силы полиции Нью-Йорка. Однако по тем разведданным, что поступают в Службу внешней разведки из США, ЦРУ готовит операцию по захвату профессора Андорина под кодовым названием «Штиль». К проведению ее планируется привлечь отряд специального назначения «Кондор» под командованием некого майора Пола Карроу. Нам известен и руководитель акции. Это полковник Дик Сичин, известный своей диверсионной работой в Ираке и Афганистане. Операция «Штиль» имеет цель захвата Андорина в отеле «Акведо», где будет размещена российская делегация.

Крымов вновь не сдержался:

– Понятно, что американцы не упустят шанса заполучить в свои руки человека, который может преподнести им на блюдечке оружие массового поражения нового поколения. А мы… своим бездействием помогаем им.

Карасев сказал:

– Нет, полковник, российская сторона не намерена отдавать Андорина.

Крымов развел руки.

– Ну, тогда я ничего не понимаю! Да кто спросит российскую сторону о ее намерениях, когда Андорин окажется в Штатах? Командир «Кондора» или диверсант Сичин? И операцию янки наверняка готовят как имитацию действий коварных исламских сепаратистов.

Феофанов сделал замечание подчиненному:

– Да что ты, Вадим Петрович, все пытаешься выскочить вперед паровоза? Дай человеку закончить доклад, после чего и высказывай свое мнение. Что за несдержанность, полковник?

Крымов отмахнулся:

– Ладно, молчу и слушаю!

Карасев продолжил, не отреагировав на перебранку офицеров управления по борьбе с терроризмом.

– Естественно, в сложившихся условиях мы не можем допустить выезда Андорина в США. Но и официально запретить участие в конференции тоже не можем. Иначе те же Штаты и их союзники в НАТО тут же поднимут неимоверный шум, обвинив Россию в ведении работ по получению нового вида оружия массового поражения. Следовательно, профессор должен быть выведен из игры до даты убытия на конференцию, здесь, в России. Андорин, дабы успокоить ситуацию, должен исчезнуть. Для правдоподобности вместе со своей помощницей, Королевой Мариной Владленовной, с которой поддерживает не только служебные отношения. Сразу внесу ясность, что подразумеваю под словом «исчезнуть», а то полковник Крымов вот-вот взорвется. Ведь так, Вадим Петрович?

Карасев взглянул на Крымова.

Тот ответил:

– Так, господин советник. Внесите ясность, пожалуйста, потому, как перед вами не наемные убийцы, а офицеры спецслужбы, которые знают, что такое офицерская честь и достоинство.

Советник в который раз улыбнулся:

– Я так и знал, что вы подумаете о физической ликвидации Андорина с Королевой. Но нет! Никто убивать профессора, а тем более его помощницу не собирается. Но для всех они должны погибнуть. В результате несчастного случая. Иначе нам не прекратить охоту за Андориным. А с так называемой «смертью» ученого проблема будет снята. Препарат «Андель» останется лекарством. И сделать из него оружие будет некому! Впрочем, организация имитации «несчастного случая» уже не ваша работа. Группе «Орион» следует провести акцию захвата Андорина и Королевой, с доставкой обоих по адресу, который вы найдете среди документов, необходимых для отработки плана нейтрализации профессора.

Он достал из кейса папку. Положил ее перед Феофановым.

– Если потребуется дополнительная информация, я предоставлю ее вам. А теперь я готов ответить на ваши вопросы.

Спросил все тот же Крымов:

– Что будет с Андориным после того, как мы выведем его из игры?

– Хороший вопрос. Возможно, он женится на Королевой, а возможно, и нет.

– А если серьезно?

– Ну, а если серьезно, то высшее руководство планирует предоставить ему клинику в Сибири, где он смог бы продолжать свою научную деятельность.

– Работать над получением отравляющего вещества?

– Нет! В планы руководства страны не входит создание нового оружия массового уничтожения. Хватает того, что есть. Даже с избытком. Главное, чтобы наш потенциальный противник, особенно террористические организации, не получил такого оружия.

– Ясно! У меня нет вопросов!

Феофанов взглянул на Потапова:

– У вас есть вопросы?

Потапов отрицательно покачал головой:

– Пока нет! После изучения материалов, переданных господином советником, возможно, они и появятся, а сейчас вопросов нет!

Генерал перевел взгляд на Александра:

– Тимохин?

– Общая задача понятна. Вопросов на данный момент не имею!

Карасев поднялся:

– Что ж, тогда совещание можно считать законченным?!

Он обратился к Феофанову:

– Сергей Леонидович! У вас не так много времени на подготовку плана операции. Прошу вас держать меня в курсе этапов его разработки. Реализация плана не позже утра пятницы, 23 марта. На это позвольте откланяться. До свидания, товарищи офицеры!

Генерал проводил Карасева до приемной, передав помощнику, прапорщику Ларионову. Спустя несколько минут от охраны прошел доклад о том, что автомобиль с представителями Службы внешней разведки покинул территорию резиденции руководителя Главного управления по борьбе с терроризмом.

Приняв доклад охраны, генерал обвел взглядом подчиненных:

– Ну что скажите, спецы?

Крымов спросил:

– Мы обязаны подчиняться этому Карасеву?

Генерал ответил:

– Нет! В его компетенцию входило ознакомление нас с той задачей, что предстоит решать по Андорину, и входит информационное обеспечение планирования операции «Доктор». А также согласование акции для определения места и времени передачи профессора с помощницей или непосредственно Карасеву, или кому-то из его людей.

– Почему использован посредник? Почему задачу поставили не напрямую?

Феофанов покачал головой:

– У тебя сегодня критический день? Капризничаешь и раздражаешься по всякому поводу, как девица.

– Я в порядке, но вы, товарищ генерал, не ответили на мои вопросы.

– Знаешь, Крым, вот вызовут меня в Кремль, я тебя с собой возьму. Там и получишь ответы на все свои «почему».

– Там получишь!

– Тогда какого хрена достаешь? Какая разница, кем озвучена задача? Главное, задание получено и нам предстоит его выполнить. Так, как это требуется руководству. Что тебе еще непонятно?

Крымов проговорил:

– Не нравится мне это задание. Чем-то дурным от него попахивает. Чувствую, ждет нас какая-то подлянка.

– Тебе пора усвоить, что чувствуется, а что ощущается. Но хватит галдеть об одном и том же.

Потапов сказал:

– И то верно! Крым, успокойся.

И предложил:

– Давай-ка посмотрим, что за бумаги оставил разведчик-советник Карасев, и решим, когда и в каком режиме начнем планирование операции «Доктор». Кстати, я что-то не слышал, чтобы Карасев упоминал кодовое название нашей предстоящей акции.

Феофанов ответил:

– Это я так ее назвал.

И открыл папку, начав выкладывать из нее листы бумаги с печатным текстом, фотографии, схемы, комментируя каждый документ:

– Так, досье на Андорина, то же самое на его помощницу Королеву, их фотографии. Схема дачного поселка «Сирень», где практически постоянно проживает профессор. Численность охранников… порядок несения службы на территории поселка… Все! Информации немного, но достаточно для нашей работы.

Закрыв папку, генерал передал ее Крымову, приказав:

– Это вам с Тимохиным. В четверг, 22 марта, план захвата Андорина с Королевой мне на стол. В 11.00! Вопросы есть?

Крымов ответил:

– Нет, товарищ генерал-майор!

– Отлично! Задача несложная, но деликатная. Надо нейтрализовать клиентов так, чтобы не нанести ущерба их психике. Не напугать до смерти. Люди они сугубо штатские и к подобным вещам отношения ранее не имевшие. Так что продумать акцию до мелочей, в том числе вариант щадящей нейтрализации охраны. В операции «Доктор» никто не должен серьезно пострадать. Ну, а реализация плана, как уже говорилось, ранним утром в пятницу, 23-го числа. Если вопросов нет, Крымов с Тимохиным свободны, полковника Потапова прошу задержаться.

Александр с начальником отдела спецопераций поднялись, козырнув, вышли из кабинета и далее во двор.

Спустя несколько минут «Тойота» Тимохина выехала на МКАД, возвращаясь в закрытый военный городок.

…В понедельник, 19 марта, директор научно-исследовательского Центра «АнтиСПИД», академик, доктор медицинских наук, лауреат Государственной премии, пятидесятидвухлетний Павел Алексеевич Стебрин вышел из дома к служебной машине с опозданием в полтора часа. Причина была не новой – третья, двадцатидвухлетняя супруга Стебрина, Виктория Александровна, не дала встать мужу, пока тот не удовлетворил острое желание половой близости. Стебрин уже пожалел, что женился на Виктории, следуя моде того времени, которая требовала, чтобы преуспевающий пожилой джентльмен имел рядом молодую спутницу жизни. Не учел академик, а точнее, не увидел в скромной и тихой при знакомстве девице страстную хищницу, одинаково жадную как до любви, так и до денег. Поначалу эти качества Виктория пыталась скрыть, но в конце концов игра надоела ей, и Вика раскрылась во всей своей «красе». И новые ощущения, что после шикарной свадьбы доставляли Стебрину острое наслаждение, сейчас превратились в изнурительную обязанность. Он бы мог выгнать Викторию, тем более до Стебрина стали доходить слухи о том, что в его отсутствие супруга не прочь вильнуть привлекательным задом на стороне, а нанятый частный детектив подтвердил эти слухи, предоставив Стебрину доказательства половой связи супруги сразу с тремя молодыми людьми. Но академик не спешил. Сначала надо довести до конца, пожалуй, главное в своей жизни дело, а выгнать шлюху он всегда успеет. Тем более что и выгонять не придется. Просто отдать ее помощнику Хостину. На память о боссе, так как в скором будущем Стебрин намеревался перебраться в Испанию, на постоянное место жительства. Он очень любил Испанию. И не мог объяснить почему. Просто там он чувствовал себя комфортно, уютно, а главное, спокойно. Но это в будущем. А оно зависит от того, чем закончится эта неделя. Всего одна неделя между прошлым и будущим. Без настоящего, которого, по сути, нет, если не считать за настоящее капризную, всегда полуголую дома и сексуально озабоченную супругу, да еще осточертевшую работу в медицинском Центре. Всего неделя. Как это ничтожно мало и как это безгранично велико. Короткий миг жизни и вечность одновременно.

 

Итак, Стебрин подошел к служебной «Ауди» в 9.30. Водитель, стоявший у иномарки, открыв заднюю левую дверь, поздоровался:

– Доброе утро, Павел Алексеевич!

И предупредительно, заискивающе добавил:

– Что-то сегодня вы припозднились.

Стебрин буркнул:

– Привет!

Напомнил:

– Ты, Сережа, если не забыл, не просто водитель, а еще и телохранитель мой. Так что был обязан подняться в квартиру, если я не вышел из дома в 8.10. Не позвонить по телефону, а подняться и проверить, не произошло ли что. Ты же полтора часа ждал, не предпринимая никаких действий.

– Виноват, Павел Алексеевич! Я подъезд посмотрел, посторонних в нем не было. А звонить в дверь… Извините, не решился.

– Почему?

Водитель-телохранитель смущенно ответил:

– Слышно было, как кричала, вы уж простите, от кайфа ваша жена! Не стал портить вам утро!

– Ладно! Проехали. Ты ничего не слышал, а ждал во дворе, зная, что я задержусь. Понял?

– Понял, Павел Алексеевич!

– Так поехали!

– Слушаюсь! В Центр едем?

Подумав, Стебрин ответил:

– Да! Но не сразу! Сейчас езжай к ВДНХ. Там возле станции метро припаркуешься!

– Понял!

Хостин запрыгнул на сиденье водителя, и «Ауди» выехала со двора Стебрина.

Из окна его взглядом проводила супруга, после чего сняла трубку телефона, набрала номер:

– Влад? Вика! У нас есть время до обеда. Три часа!

Молодой голос ответил:

– Я понял, крошка! Еду!

Виктория бросила трубку, взглянула на себя в зеркало, раскрыв пеньюар:

– Это хорошо, Владик, что едешь!

Молодая женщина потрогала соски, через полтора часа она получит то, что так желала и чего не могла получить от мужа. Вспомнив мучения с супругом, зло проговорила:

– А этому старому ослу только промежность своим ровесницам слюнявить. Надо кончать с ним. Пока Пашенька-рогоносец не опередил.

Подохнет Стебрин, все ей, Вике, достанется. Вот тогда она оторвется. Такие групповые оргии устроит, что весь дом содрогнется. И плевать на соседей. С деньгами она всегда будет права. А деньги у муженька есть. Хорошие деньги. Видела, случайно заглянув в кабинет, толстые пачки долларов в сейфе. И откуда только он берет их? Наверняка подпольные дела проворачивает. Но не долго ему осталось. Совсем недолго. Главное – успеть опередить. А то пролететь можно! Стебрин в последнее время заметно охладел к супруге. Надо сделать так, чтобы совсем похолодел. А в лобик холодный она его поцелует. Через силу, но поцелует и слезу прольет. Положено бедной вдове, ничего не сделаешь. Но об этом подумаем завтра, а сегодня случка с Владиком. Тот умеет трахать так, что потом на мужика минимум сутки смотреть не хочешь. То, что и надо!

«Ауди» остановилась у павильона, недалеко от стоянки автобусов. Фладин выскочил из салона, открыл дверцу босса. Тот вышел, захватив кейс. Приказал:

– Жди! Если позвонят с работы, скажи, что буду позже. Заехал к стоматологу!

– Понял, Павел Алексеевич. Не волнуйтесь, сделаю все в лучшем виде!

– Что сделаешь-то?

– Да все, что прикажете!

Стебрин внимательно посмотрел на водителя:

– Все ли?

– Все, Павел Алексеевич!

– А человека убьешь?

Фладин ответил, не задумываясь:

– Прикажите, убью!

– Ладно, шучу я! Жди!

– Жду, Павел Алексеевич.

Стебрин прошел в сквер, пустынный в это время. Нашел скамейку, где не был виден со стоянки. Достал из кейса дорогой сотовый телефон. Набрал номер.

Ему ответил голос человека, привыкшего повелевать:

– Да!

– Это я!

– Здравствуйте!

– Здравствуйте! Все идет по плану!

– Хорошо. Надо встретиться. Подъезжайте к 10.00 в известный вам ресторанчик.

– Понял! Буду.

– До встречи!

Абонент отключился.

Выключив телефон и бросив его обратно в кейс, Стебрин закурил, задумавшись.

Выбросив окурок, он вернулся к служебной машине. Навстречу вышел Фладин.

Академик спросил:

– Из Центра не звонили?

– Нет. Никто не звонил.

– Это хорошо. На работу!

Фладин повел машину в сторону выезда на Ярославское шоссе.

«Тойота» Тимохина въехала на территорию закрытого военного городка в 12.40.

Крымов предложил:

– Отобедаем и проанализируем документы, переданные советником?

Тимохин согласился:

– Да! Перекусить не помешает, заодно и семью успокоить. Во сколько встречаемся?

– В 14.00, в штабе.

– Договорились. Документы не забудь.

– А ты – голову!

– Ее захочешь, не забудешь, если только кто не снесет по случаю.

Александр высадил Крымова у его дома, подъехал к воротам своего коттеджа. Татьяна, увидев мужа, открыла ворота и спросила:

– Командировка?

Александр обнял супругу:

– На этот раз работа в окрестностях Москвы. Несложная работа.

Татьяна облегченно вздохнула:

– Слава богу!

Тимохин улыбнулся:

– Как же твой сон?

– А ты не улыбайся. У вас все в любую минуту измениться может. Еще не вечер.

– Это точно! Еще не вечер. Кстати, сегодня «Спартак» в кубке УЕФА играет. Ты программу не смотрела, во сколько начинается трансляция матча?

– Нет, дорогой! Футбол мне не интересен.

– Напрасно. Посмотри матч сегодня со мной. Глядишь, втянешься, и мне потом с тобой интересней будет смотреть игры. Ты не представляешь, как они затягивают.

– Нет уж, Саша, спасибо. Обойдусь без твоих футболов и хоккеев.

– Ну и ладно! Я вообще-то в 14.00 должен быть в штабе!

– Обед готов! Мойте руки, товарищ подполковник, и милости прошу в столовую.

В 14.00 офицеры управления по борьбе с терроризмом уже сидели за столом помещения штаба закрытого военного городка. Раскрыв папку, переданную полковником Карасевым, Крымов спросил у Тимохина:

– С чего начнем, Саня?

Александр предложил:

– Давай для начала ознакомимся с распорядком дня Андорина и его помощницы-подружки Королевой, затем изучим маршруты их передвижения по Москве за последнюю неделю, прикинем возможность нейтрализации клиентов в пределах столицы.

– Что ж! Согласен. Итак, Андорин прибывает в Центр из дачного поселка «Сирень». Практически постоянно с помощницей, на собственном «Ниссане». Но иногда Королева приезжает одна, у нее новенькая «десятка». Видимо, партнеры время от времени делают перерыв в общении, что объяснимо. Если мы рассматриваем возможность нейтрализации объекта в пределах Москвы, то перехватить без шума и применения дополнительных сил, имитировавших бы работу инспекторов ГАИ, сложно, практически невозможно. Ни в случае их совместного перемещения, ни раздельного. На МКАДе это невозможно, на проспекте тоже. У самого Центра можно, но слишком много побочных факторов, которые в состоянии сорвать акцию. В «АнтиСПИД» и соваться нечего. Королева же живет недалеко от медицинского учреждения, две остановки на автобусе. Ее можно тихо отоварить, но она нам без Андорина не нужна. Брать же его на шантаж рискованно, да и глупо. В общем, город отпадает. Смотрим, каким путем можно попасть на территорию дачного поселка «Сирень». Их два. По шоссе, на машине и по железной дороге, на электричке. Платформа «Сирень» находится прямо у въезда в поселок. Но «железка» отпадает. Электричкой Андорин, по крайней мере, последние полгода, не пользовался. Значит, что?

Тимохин прикурил сигарету:

– Значит, остается шоссе и дачный поселок.

Крымов проговорил:

– Шоссе, шоссе. Судя по карте, оно выходит на Челябинскую трассу. И далее мимо поселка по местности, где одна деревня отстоит от другой в каких-то сотнях метров. Можно, конечно, проехать по этой трассе, но уверен, пустынной она не окажется. Если только ночью. Но Андорин с Королевой, как правило, возвращаются в загородную усадьбу около 19.00–20.00.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru