Бродячая душа

Александр Асмолов
Бродячая душа

Фантом молча прошелся от стены до стены в небольшой комнате дома с кирпичной аркой. Потом мрачно продолжил.

– Да, Персеполь был сожжен, как оказавший сопротивление город, а не по тому, что там хранилась Веды Авесты… Это все повторяют, забыв о сотнях городов и храмов, не тронутые моими воинами? А тысячи служителей различных культов с их утварью и священными атрибутами чуждой нам веры? Их никто пальцем не тронул… О них забыли!

– Александр! – попыталась смягчить его гнев девушка, – ты же знаешь, что это не так. Вранья в истории много. В современной археологии еще больше.

– Они объявили меня варваром, приписав лживые слова «Не может быть двух солнц на небе и двух владык на земле», забыв упомянуть, что Веды Авесты были переведены на греческий и хранились в Александрийской библиотеке. Кстати именно там была организована широко известная в то время иудейская школа, полностью скопировавшая идеи Платона об Абсолюте и знания из девяти книг ариев. Потом, якобы религиозные фанатики сожгли библиотеку, и носителем «истинных знании» остался только «народ избранный богом». Тогда-то и узнали про Пятикнижие Моисея, записанное им со слов Всевышнего. Позже ессеи трансформировали часть идей Торы в Старый и Новый завет. Так западная цивилизация обрела христианство.

Фантом метался в замкнутом пространстве комнаты, словно в заточении.

– Я понимаю, – постаралась перевести разговор на другую тему Варя, – что христианство на данный момент является гарантом существования западной цивилизации. В том числе и моей Родины. Многие сомневаются, выстояла бы без христианства Русь в войне с Наполеоном, в Гражданскую или Отечественную. Тут я теряюсь, потому что с другой стороны христианская идея закабалила сознание и дух русов. В прямом и переносном смысле этого слова.

– Ответ прост: золото победило духовность, – светлые глаза македонца потемнели. Конкистадоры вырезали население нескольких стран Латинской Америки, но не смогли понять, зачем индейцы делали из золота украшения и кидали в озеро, как приношение своим богам. Это же варварство кричали воспитанные в христианстве бандиты. Они просто были уверены, что за золото купят индульгенцию, отпускающую все грехи. Можно убивать миллионы, неся христианское знамя. Иноверцев назвать дикарями и обращать насильно в христианство, а тех, кто не согласен – на костер.

– Поэтому ты никогда не обращал в свою веру завоеванные страны? – искренне спросила девушка.

– Силой можно обрести только союзника, но не друга.

– Хочешь сказать, что я живу в мире, построенном на силе?

– Твои предки жили на основании трех законов. Справедливость. Сострадание. Сообщность. Теперь же все иначе. Да, ты и сама это понимаешь.

– Но в 2012 году от рождества Христова Ночь Сварога закончилась, – горячо возразила Варя.

– Мы с тобой начали говоришь о цикле 25920 лет, связанным с прецессией земной оси. В разных системах знаний он называется по-разному. Делят его еще на 180 циклов поменьше, состоящих из 144-х земных лет и связанных с оборотом видимого звездного неба, но суть одна.

– У Русов, – уверенно проговорила любительница истории, – новый период называется эпохой Волка Белеса и продлится он 1620 земных лет.

– Это время движения вашей группы галактик по области вселенной, где процессы формирования глобальных структур закончились. Стабильность порождает баланс сил и гармонию.

– Мои предки называли этот период – День Сварога.

– Только не стоит полагать, что теперь придут светлые силы и все за вас сделают.

– Отчего же этот период назван «днем»? – не отступала Варя.

– Днем проще строить, и паразиты виднее. Некоторые боятся света, иные даже дохнут, но не все! У вас появится возможность самим бороться с паразитами, самим строить. А, вот, какой вы сделаете выбор, зависит только от вас.

– Это только шанс?

– Конечно, но хороший шанс.

– Зачем появился парень из Благодатки? – девушка резко поменяла тему разговора.

 
– Геракла прадед и любимый сын Данаи,
Персей Горгону как-то приласкал.
Надев потом крылатые сандалии,
Он Пелидекта в камень заковал.
 

Насмешливый голос затих вместе с исчезнувшим фантомом обладателя золотых кудряшек. Македонец был верен себе. Без него стало как-то очень пусто в маленькой комнате дома с кирпичной аркой.

Варе уже не хотелось продолжать практики. Загадки, которыми она иногда общалась с Александром не давали ей покоя, пока задачка не решалась. С детских лет он был рядом, но никогда не давал ей прямых подсказок. Он был учителем. Умным, знающим, строгим, хотя мог и вспылить, и пошалить. Эти качества вполне сочетались с образом одного киногероя из Вариного детства.

Однажды ее родителям не с кем было оставить малышку, и они взяли ее собой в кино. Тогда в стране началась разруха, но в Геленджик, где они жили, летом еще приезжали отдыхающие, и в соседнем санатории еще показывали старые фильмы: в открытом кинотеатре, бесплатно для отдыхающих. «Ну, и некоторых местных интеллигентов», – как любил шутить отец.

Варя должна была бы спать на руках, но ее привлек солидный экран на стене без крыши. Большие изображения передвигались по нему впереди, а их голоса доносились сзади, где тарахтел старенький кинопроектор. Киногерой грек по имени Зорба таким и запомнился – бегал в одном месте, а говорил в другом. Варе после этого все греки казались шебутными, с хитринкой и неунывающие.

Глава VI
Англия. Лестер

В кафедральном соборе Святого Мартина одного из старинных городов Англии – Лестера, днем был открыт доступ к могиле короля Ричарда III. Обычно группе туристов экскурсовод в подробностях рассказывал о последнем из Плантагенетов на английском престоле. О том, как его старший брат Эдуард IV захватил трон в ходе Войны Алой и Белой Розы Англии, что стало концом ланкастерской династии. Старший брат мирно правил тринадцать лет, а Ричард преданно служил ему, став отважным воином. Он постоянно совершенствовал свое мастерство владения мечом. Выставленные в экспозиции доспехи Ричарда говорят о его недюжинной силе. Многие с восторгом разглядывают правый рукав кольчуги герцога Глостерского. Этот титул Ричард получил в 9 лет. В письменных источниках тех лет немало упоминаний о стратегических способностях и победах воина, за что король не жалел ни подарков, ни званий для своего верного полководца.

После смерти старшего брата Эдуарда IV на престол взошел его сын – двенадцатилетний Эдуард V. Однако ненадолго. Его отец, известный своей неудержимой страстью к прекрасному полу и состоящий в нескольких тайных браках, был уличен в многоженстве и, согласно «Акту о престолонаследии», лишен короны. В 1483 году вместо отстраненного племянника Ричард III взошел на престол Англии. Он был энергичным администратором и покровителем искусств. При нем расцвела архитектура и музыка, но интриги… Ему приписывали убийство племянников и своей жены Анны Невилл. Последняя, как дочь известного «делателя королей английского престола» могущественного Ричарда Невилла, тоже участвовала в борьбе за английскую корону двух соперничающих династий – Йорков и Ланкастеров в Войне Алой и Белой Розы. Впрочем, о причине смерти Анны историки туманного Альбиона спорят до сих пор.

Зато о смерти короля-воина Ричарда III известно многое. Как это часто было в истории английского престола, все решило предательство. Сначала герцог Бекингем, фамилию которого много позже увековечил Дюма Старший, переметнулся в стан врагов и стал строить планы свержения Ричарда III. Уже в октябре 1483 года в нескольких графствах вспыхнули мятежи давних завистников, но молодой король разбил их и обезглавил Бекингема в городе Солсбери на реке Эйвон. Эхо истории Англии рекламщики используют и поныне.

К сожалению, мятежники не успокоились, и в августе 1485 года Генрих VII, поддерживаемый Францией, высадился в Уэльсе. Ричард III встретил его войско в открытом бою, и разбил бы. Но! Во время атаки, когда победа была уже близка, и Ричард врезался в ряды телохранителей Генриха VII, лично зарубив его знаменосца, лорд Стэнли, отчим Ричарда, с двухтысячным отрядом подчинявшихся ему рыцарей предал своего короля и ударил в спину. Летописи битвы при Босворте в подробностях рассказывают, как погибли в окружении все 800 рыцарей отважного короля, и как он погиб сам. Ричарду предлагали сдаться. Отдать корону в обмен на жизнь. Однако израненный воин с короной на голове предпочел погибнуть в бою. Один против тысяч. На теле насчитали двенадцать ран, из них девять на голове.

Корону тут же водрузили на голову Генриха VII, а с окровавленного тела Ричарда III сорвали одежду и привязали поперек седла его коня. Эта процессия проследовала по улицам Лестера в знак того, что теперь на английский престол взошел Генрих VII. По праву победителя, вернее только благодаря предательству, а не по закону Англии, трон заняла династия Тюдоров. Последний король из Плантагенетов был захоронен в аббатстве Грейфрайерс. Так закончилась война Алой и Белой Розы.

Долгое время считалось, что могилу Ричарда III осквернили и выбросили останки воина в реку Суар, на которой стоит Лестер. Однако пять лет назад, руководствуясь летописями, археологи нашли предполагаемую могилу Ричарда III. При исследовании останков отыскались следы ран на костях, указанные в летописях, а генетический анализ подтвердил совпадение с ДНК известных потомков короля по гаплогруппе G2. Исследования продолжались долго, и вердикт авторитетной комиссии не вызывает сомнений. Останки Ричарда III захоронили в марте 2015 года в кафедральном соборе Святого Мартина.

Когда на часовой башне ратуши города Лестер пробило четыре пополудни, с улицы Сильвер-стрит на стоянку у кафедрального собора подъехал двухместный «Morgan». За традиционной внешностью спортивного купе начала прошлого века скрывались все новейшие достижения автомобилестроения. Солидный мужчина лет пятидесяти, явно следивший за своей фигурой, быстро вышел из машины и направился к входу собора. Идеально ровное покрытие из кирпичной крошки, способное впитать привычные дождевые потоки этих мест, было словно специально создано для дорогих туфель джентльмена. Свои узнавали своих.

 

– Добрый день, мистер Харрис, – приветливо улыбнулся служка господину в хорошем костюме английского сукна, – позвольте проводить вас. Брат Джерри ждет.

Нареченный в монашестве Джерри был в белой рясе, лет семидесяти, с худым, изрезанным глубокими морщинами властным лицом. Его спокойный негромкий голос отчего-то всем внушал уважение и желание подчиняться. Когда за вошедшим в кабинет магистра Ордена закрылась массивная дверь, приезжий со спортивной фигурой припал к морщинистой руке священнослужителя.

– Храни Господь Святой Орден, Светлейший.

– Аминь, – брат Джерри коротко перекрестил преклоненную перед ним седеющую голову.

– Вы удивительно пунктуальны, Ричард. Надеюсь, дорога из Лондона не очень обременительна?

– Спасибо, Светлейший, – приезжий почтительно улыбнулся. – Я выехал пораньше, учитывая туристический сезон.

– Много приезжих?

– Мне показалось, что сейчас их меньше. Чемпионат по футболу, Brexit, эмигранты, террористы…

– М-да, – ироничная усмешка чуть тронула бесцветные губы магистра Ордена. – Все заняты своим делом… Кстати, как идут наши дела, дорогой Ричард? Присаживайтесь. Выпьем чаю.

Священнослужитель позвонил в маленький колокольчик. Тотчас бесшумной тенью в кабинет вошел невысокий монах в длинной белой рясе, подпоясанный скрученным особым образом поясом. В руках у него был поднос с чайными принадлежностями. Молча расставив их на невысоком красного дерева чайном столике между двух глубоких кожаных кресел, монах удалился.

– Светлейший, мои люди подтвердили, что в Москве достигнута договоренность с руководителем финансовой организации, способной успешно выполнить проект по храму Святого Мартина.

– Вы передали копии имеющихся у нас документов? – магистр Ордена на правах хозяина разлил по изящным чашкам чай с темно-красным оттенком.

– Благодарю, – с почтением кивнул седеющей шевелюрой гость. – Жду подтверждения положительного решения инвестиционного комитета компании моего партнера. С вероятностью 90 процентов они согласятся выполнить проект. Надеюсь, два дня у нас есть в резерве. Иначе мы не можем требовать от компании выполнения условий конфиденциальности.

– Согласен. Два дня ничего не решают. А вы считаете, что русские нам откроют все карты?

– Так случилось, что мой человек был внедрен в эту компанию несколько лет назад, чтобы контролировать другие проекты делового характера.

– Вот как? – удивился магистр Ордена. – Я правильно понимаю, что у вас давние связи с этой компанией… Как бишь там ее?

– «Вексель», – подсказал Ричард. – Мы сотрудничаем с этой компанией почти десять лет, а самого Председателем Правления я знаю с 1990-го.

– Хороший год. В сумме дает десятку… Надеюсь, это в нашу пользу.

– Собственно, я предложил работать с «Векселем», поскольку несколько лет назад через них была открыта кредитная линия для РПЦ. По итогам все остались довольны.

– Как насчет санкций?

– Обоюдовыгодные схемы остались. Думаю, что тут проблем не возникнет.

– На чем основана такая уверенность, любезный Ричард? – внешне брат Джерри был невозмутим. – Никоим образом не стремлюсь вторгаться в ваши профессиональные секреты, но, согласитесь, наш проект деликатного характера и очень важен для Ордена.

– Светлейший, Россия погрязла в коррупции до такой степени, что деньги решают все… Их чиновники быстро привыкли к хорошему чаю.

Оба собеседника сдержанно улыбнулись, отдав должное своему напитку.

– А с нашей стороны вы видите проблемы?

– Выход из-под влияния чиновников Евросоюза для Англии серьезный шаг. Конечно, это связано с издержками, но плюсов, с моей точки зрения, будет больше. Мы останемся финансовым центром мира, поскольку наши двадцать процентов банковских активов мира гораздо сильнее тех одиннадцати, что есть у США. Сейчас самое время для особых финансовых операций, поскольку мы не связаны тоннами инструкций. Деньги любят свободу, а в Брюсселе столько чиновников, не рискующих принимать самостоятельные решения, что любые процессы тормозятся все сильнее… Хорошая зарплата, хороший кабинет, хорошее пенсионное обеспечение. Мелкие чиновники маленьких стран Европы никогда не мечтали о таком положении. Они будут делать все, чтобы счастье, свалившееся с небес, продолжалось как можно дольше.

– Не следует недооценивать русских, дорогой Ричард. Если в берлоге обрушится крыша, медведь выберется из нее, и мало никому не покажется.

– Надеюсь, снег в России никогда не кончится, – гость поставил чашку в блюдечко с золотыми вензелями, – и крыша в той берлоге с каждым годом будет все прочнее и прочнее.

Они доверительно посмотрели друг другу в глаза.

– Скажите, Ричард, – интонация магистра зазвучала мягче, – сообщения в прессе о том, что вы племянник Ричарда III в шестнадцатом поколении соответствует действительности?

– Да, светлейший. Я из рода Йорков по материнской линии, и в соответствии с фамильным древом являюсь племянником в шестнадцатом поколении последнего из Плантагенетов на английском троне.

– Ну, что ж, в таком случае не смею задерживать, дорогой Ричард, – магистр Ордена Сынов Света встал, давая понять, что аудиенция закончена. – Короли Англии бывшими не бывают.

– Храни Господь Орден, – гость с достоинством поцеловал руку магистру.

– Храни Господь Святой Орден, – магистр коротко перекрестил седеющую голову.

Глава VII
Подмосковье. Озера

Утро первого июльского дня было удивительно тихим. Абсолютно чистое голубое небо отражалось в спокойной глади большого озера. Только пара лебедей, скользившая среди лилий, нарушала иллюзию двух небес, сходившихся в перспективе к маленькому замку из красного кирпича с четырьмя башенками по углам и большим, увитым зеленью балконом вдоль всего фасада.

Президент финансовой компании «Вексель» называл этот необычный дом своей летней резиденцией. Выкупленный некогда еще его тестем участок земли на территории санатория мелиораторов «Озера», был постепенно благоустроен и отделен от назойливых отдыхающих густой зеленой изгородью в виде затейливых вензелей и оборудованной современной охранной системой с видеонаблюдением.

Давид Михайлович любил делать утреннюю пробежку по маршруту, повторяющему все изгибы и петельки ландшафтного чуда, скопированного с какого-то английского парка вокруг его летней резиденции. То ли профессия накладывала свой отпечаток на характер и привычки, то ли он сам выбрал такую профессию, сказать было трудно. Только петлять и хитрить Давид привык в любом деле. Вот и теперь, начав переговоры с Ричардом, возглавляющим солидную торговую компанию «Мэйфер», президент «Векселя» делал ходы, напоминающие узоры тэмари. Этот зародившийся некогда в Китае народный промысел, был позднее доведен в Японии до виртуозного мастерства в составлении тонкими разноцветными нитями удивительных орнаментов на шарах. Давид тоже частенько просиживал за полночь, придумывая собственное тэмари.

Он часто вспоминал свою первую зарплату начинающего юриста. Это был знаменательный день, когда он обнаружил в конвертике сумму, на порядок превышающую официальную зарплату помощника нотариуса. Давид ошалело взглянул на шефа, сразу не осознав смысл его слов, прозвучавших в ответ – «Только не думай, что так будет всегда». В них была мудрость не только той эпохи, а всей жизни. Не иди напрямик или долго в одну сторону. Не только будь готов к маневру или угадывай очередной зигзаг судьбы – создавай его сам. Причем так, чтобы любопытный никогда не нашел узелков твоего тэмари.

Результаты этого принципа были вполне реальны. Хорошие квартиры в обеих столицах, загородные дома в Киеве и Сочи и эта летняя резиденция. Уменьшенная копия баварского замка с винным погребком, несколькими сейфами, тайной комнатой и двумя кабинетами стояла на берегу большого озера всего в пятнадцати минутах езды по Можайскому шоссе от МКАД. Лет двадцать назад, обсуждая проект, архитектор дважды возвращался к вопросу о красном кирпиче. К чему собак дразнить, все делают добротно и за высоким забором, а тут красный замок на зеленом поле у голубого озера… Прошло время, и состоятельные люди перестали скромничать, а их дети куролесят так, что СМИ захлебываются.

– Давид, – жена прервала его размышления, заглянув на балкон, где Председатель заканчивал дыхательную гимнастику, – охрана звонит. К тебе Нойман.

– Пропустить, – кивнул он, – и, Нелечка, сделай, пожалуйста, нам кофейку в малом кабинете. Мы посекретничаем полчасика.

Не случайно многие недолюбливали начальника службы безопасности «Векселя». Причем не обязательно знакомые или сослуживцы. Случайные прохожие сторонились этого замкнутого и вечно чем-то недовольного человека. Возможно, все, что он узнавал о людях, сделало Леонида Валериевича именно таким. А знал он многое:

– Горовский дважды встречался с Ксенией Зенкевич на съемной квартире. У них интрижка уже два года. Обсуждали бумаги некоего «Оплота». Их интерес там очевиден. Конкретные цифры я отметил в записке.

Давид Михайлович кивнул, давая понять, что это не самое главное.

– Жданович в среду ужинал с Филиппом из нашего планового отдела. Похоже, собрались вместе отдохнуть в Бордо этим летом. Они продавливают бумаги «Восток – Запад» и «Шелковый путь». Судя по разговору, откат очень большой, и это настораживает. Рекомендую приглядеться. В записке суммы по датам размещения.

Давид Михайлович молча кивнул. Сейчас его интересовал только «Мэйфер».

– Федорович все вечера провел в ресторане «Гусятникоff». У него нелады с женой. Никому не звонил.

– Да, не повезло нашему главбуху, – посочувствовал шеф.

– Моравин опять играл в «Канкуне» во вторник. Есть данные, что оставил там почти двадцать штук евро. Звонил только по работе.

– То-то он мрачнее тучи был на финансовом комитете, – ухмыльнулся Председатель.

– Нежина, Сомова и Гербер трижды в неделю по утрам посещают фитнес клуб и кафе вечером. Обсуждения нейтральные, стенограммы в записке.

Давид Михайлович молча кивнул.

– Синицкий и Левкович не поделили девку в клубе «Гейша». Распечатки по корпоративным сотовым к записке приложил.

– Горбатого могила исправит, – насупился шеф.

– Ольга Шац затеяла ремонт на даче. Болтает по сотовому много, но ничего кроме стройки. Ни с кем не встречалась. Распечатки и маршруты в записке. Давид Михайлович понимающе кивнул.

– Вице-президент Станислав Львович, похоже, шифруется. Корпоративным сотовым пользуется только в офисе. Ни с кем из сотрудников не встречается. Все разговоры по делу. Распечатки в записке. Как правило, вечера проводит с семьей. Интересующую вас тему ни с кем не обсуждал.

– Не густо, – помрачнел Штейн, без интереса полистав солидную папку, принесенную Нейманом.

– Могу поделиться впечатлением, – осторожно начал Леонид Валериевич, – но конкретики пока нет.

Он взглянул на шефа и, увидев заинтересованное выражение полного холеного лица, продолжил:

– Жанна трижды встречалась с каким-то мужиком. Мимоходом. Каждый раз не более трех минут. Мои хакеры покопались в ее сотовом, она трижды отправляла СМС-ки с личного телефона за час до встречи и тут же их удаляла. Рабочий компьютер и корпоративный сотовый чистые. К домашнему компьютеру ключики пока подбирают.

– Сколько у нас Жанна в секретарях?

– Два года и семь месяцев.

– Ну, и что плохого за это время мы имеем?

– Проиграли тендер на размещение и сопровождение векселей «Криммлер и Со», под нашу гарантию «Стелла» получила кредит и рухнула, и кто-то явно рассказал «Фин-экспорту» на торгах в апреле наши планы по нефтянке.

– Я в курсе, – забарабанил пальцами по столу Давид Михайлович. – Покопай, Валерич, покопай, – холеные пальчики сжались в кулак. – Рисковать никак нельзя. Очень мне «Мэйфер» нужен.

Они помолчали.

– Хакеров своих раздели, – как бы размышляя вслух, проговорил Председатель, – пусть только на тебя замыкаются, а Жанну пощупают. Если там что-то есть и под нас крот копает, то уровень хороший.

Хозяин быстро сгреб пухлую папку в стол и привычно закрыл ящик на ключ. Грустно посмотрел на гостя и развел руками, словно сожалея о чем-то. Нойман поднялся и коротко кивнул. Зная эту привычку шефа прощаться без слов, молча удалился.

Заседание инвестиционного комитета финансовой компании «Вексель» началось без прелюдий. Шеф не любил положенный в таких случаях регламент, называя его «тяжелым наследием социализма». Каждый должен заниматься своим делом. Вопрос, по которому все собрались, был известен, и по заведенному когда-то Президентом порядку, начали высказываться в строгой последовательности. Против часовой стрелки от него. Коротко и по существу.

 

– Коллеги, – начал всегда сидевший справа от шефа главбух, – Евросоюз теряет Соединенное королевство. На фоне упавшего сегодня фунта мы можем быстро разместить ценные бумаги «Мэйфер» по заниженной цене. Без сомнений отыщутся клиенты, которые понимают, что рынок скоро выровняется, и можно хорошо заработать. Плюс нам обещана кредитная линия в фунтах. Нужно воспользоваться ситуацией и получить как можно более выгодные условия.

Это был хороший ход. Остальные, словно игроки в покер, только соглашались со сделанной ставкой, не открывая свои карты. Жданович, как всегда подстраховался, предупреждая, что ситуация еще не ясна, и стоило бы работать с китайцами, имея твердый процент. Он не обладал финансовым чутьем, у него не было куража, которому всегда сопутствует успех, но он был братом завотделом Центробанка РФ, за что начальника планового отдела и терпели.

– Коллеги, – голос директора по маркетингу дрогнул, она явно волновалась, – не стоит торопиться, ведь референдум это только волеизъявление населения, а решение остается за парламентом.

Мысль была понятной, только почему мадам Левкович решилась высказать ее сейчас, понимали не многие. Сидевшие справа за «маркетингом» члены инвестиционного комитета, не имевшие что сказать, пропускали свою очередь, отрицательно качнув головой. Когда же взгляды остановились на Ксении Станиславовне, та поправила стопку бумаги перед собой и отчего-то встала.

– Уважаемый Давид Михайлович, коллеги, – неожиданно официально начала Зенкевич. – Департамент особых проектов внимательно проанализировал ситуацию с выходом Великобритании из Евросоюза. Мы считаем, что наиболее вероятен следующий вариант развития событий. Ведущие страны выступят с предложением о формировании обновленного ЕС, входной билет в который будет такой стоимости, что отпадут все страны восточной Европы с Грецией во главе. Эти члены Евросоюза остались практически без промышленности, и скорее всего будут просто брошены. Нужно максимально быстро избавляться от ценных бумаг этих стран и сконцентрироваться на перспективном направлении большой тройки Европы: Англии, Франции и Германии. Считаю целесообразным поддержать проект «Мэйфер», предложенный Президентом.

Все присутствующие только переглянулись, пытаясь понять столь кардинальное изменение позиции вечного противника Штейна. Была ли это четкая логика профессионала или тонкая игра любителя тэмари, осталось загадкой. Так или иначе, необходимость в голосовании отпала, и большинство почувствовало себя гораздо спокойнее. Ведь теперь груз ответственности в большей степени лег на плечи Зенкевич.

– План работы таков, – как всегда без лишних слов начал шеф. – Владимир Борисович. – Юридическому отделу проработать документы по передаче собственности и подготовить короткую справку для инвестиционного комитета:

отдел кадров, нам нужен специалист в области взаимоотношений РПЦ с другими конфессиями и международного права по этому вопросу;

отдел рекламы, подготовить справку по рекламным компаниям католических организаций в России;

административный отдел, подготовить смету по мероприятиям, связанным с новым проектом;

Ксения Станиславовна, как департамент особых проектов, берете «Мэйфер» под свое начало;

отдел ценных бумаг, срочно и подробнейшим образом поднять всю историю компании «Мэйфер». Досконально – все эмиссии ценных бумаг, все судебные процессы, динамику их активов на европейских рынках. Поручите отдельному сотруднику проработать все по этой компании в азиатском секторе. Этой работе высший приоритет.

– Станислав Львович, как вице-президент, лично курируете «Мэйфер». Ежедневно пятиминутки в девять и семнадцать. Мне доклад в восемнадцать. В случае необходимости связь через Жанну.

Штейн привычно развел руки, сообщая жестом об окончании заседания комитета, и обвел присутствующих тяжелым взглядом. Едва те встали, тихо добавил:

– Первая пятиминутка сегодня в семнадцать. И забудьте про пятницу. Работать.

Вызов секретаря по внутренней связи не заставил себя долго ждать, и женщина средних лет, словно выросшая в деловом костюме, плотно прикрыв за собой дверь, подошла к шефу с блокнотом наизготовку.

– Жанна, найди Петра – у меня встреча. По общим вопросам к Федоровичу. Станислав подготовит приказ по проекту «Мэйфер», скинь мне на планшет. Объявится Ричард, переводи на мой сотовый. Все.

Пока столичные дороги не утонули в пробках пятницы Президенту «Векселя» нужно было успеть на две встречи. Наиболее важную Штейн назначил в номере небольшой гостиницы, обычно используемой для личных дел. Однако прежде он должен был увидеться с очаровательной брюнеткой, которая шепнула, что у нее сюрприз. Конечно, Давид Михайлович с удовольствием бы поменял места встреч, предпочитая принимать брюнетку в уединении шикарного номера, но работа есть работа.

Он договорился о встрече с Лилией в итальянской пиццерии La Chipolla. Это по дороге и веранда хорошая. Цены в обед отпугивают лишнюю публику, и можно будет поболтать наедине. Если грянет дождь, что этим летом вполне возможно, есть где укрыться.

– Постой где-нибудь неподалеку, – небрежно кинул он водителю. – Позову.

Выбрав столик на веранде в уютном месте и с хорошим видом, Штейн сунул тысячерублевый билет в карман официанту и распорядился – кроме брюнетки никого не пускать. Его с полуслова понимали в подобных заведениях, словно распознавая некий код «свой-чужой».

Летом в столице всегда становилось особенно многолюдно, и выбрать нужное местечко для обеда, перекуса или разговора было делом опыта. Особенно в полдень. Офисные работники атаковали небольшие кафешки, продавцы различных магазинов отряжали гонца в недорогую блинную, бесчисленные чиновники средней руки выбирали рестораны, открывавшиеся с 12–13 дня, приезжие суетились около станций метро в поисках быстрого перекуса, бизнесмены позволяли себе хорошие рестораны, в которых цены незримым барьером стояли на страже состоятельных граждан.

Размышления о преимуществах капиталистического общества перед социалистической уравниловкой, где только чумазые передовики производства с радостью перевыполняли план на 300 процентов за ту же зарплату, прервала мелодия его планшета о принятом электронном письме. Давид Михайлович не любил комбайны, умеющие делать все, но не очень хорошо. Сотовый для разговора – маленький и надежный. Планшет – легкий, с экраном, позволяющим читать документы. Плюс его IT-шники установили на всех корпоративных планшетах систему кодирования. Все документы и перед отправкой, и при хранении надежно сворачивались в такой винегрет, что разобраться в нем посторонний смог бы лет через десять. За «компьютерным гением» числился грешок азартного игрока в рулетку, но дело свое он знал на зубок.

В сообщении от Жанны был проект приказа по проекту «Мэйфер». Все толково и кратко. Вице-президент быстро делал свое дело, не выпячиваясь, и в интригах замечен не был. Хороший тыл у делового человека – половина его успеха. В ответ шеф отослал только одно слово. «Одобрено».

– Дави-ид, – долгожданный голосок брюнетки обрадовал финансиста, – не перестаю удивляться тобой. Это так романтично побеседовать с девушкой под разноцветным зонтиком.

Она позволила поклоннику поцеловать благоухающую парфюмом руку и села рядом, наблюдая за оживленной столицей, как это принято в европейских кафе. Только там всегда проблема с местом, зато в Москве 10–20 метров от бордюрного камня до стены дома не редкость.

Немного полюбезничав и отведав хорошего кофе, Президент «Векселя» порадовал брюнетку приятными новостями по интересовавшему их обоих проекту. В доверительном тоне познакомил с приказом по компании и планом его выполнения. Сроки были сжатые, но они касались только официальной части. «Работа по храму», как ее окрестил Вице-президент, обсуждалась устно. Брюнетка с «голливудской» интонацией произнесла «Сюрприз!», и передала собеседнику флэшку с электронными копиями документов. Как-то мимоходом чмокнула кавалера в щеку и пообещала обо всем сообщить Ричарду. Договорившись о следующей встрече, они распрощались.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru