Александр Карфаген Власть демона

Рядом со мной возле поверженного дона приседает Кейси. Я гляжу на неё:

— Ну и что здесь произошло?

Она хмыкает:

— Этот твой Агни поймал Шатху и что-то ей втирал со злобным видом. А Шатхин принц чуть раньше пришёл тащить её на обед, типа увидел всё это и тюкнул слегка Агни, чтоб не лез. А он вон хрупкий оказался.

Я встаю, поворачиваюсь к ликторам Агни, на вид выбираю самого смышлёного и, ткнув в него пальцем, спрашиваю уже громко:

— Что здесь произошло?

— Дон Агни хотел поговорить со смеской. Глубинный дон на него напал.

Ага, а два ликтора смотрели на это нападение и ждали? Скорее, встретившись возле одной смески, глубинный и восходный доны поругались. И в какой-то момент демонёнок врезал.

— Шатха, ты хотела поговорить с доном Агни?

Мне ничего не отвечают. Я поворачиваюсь к девчонке, всё ещё прижимающейся к боку своего демона. Он поясняет:

— Она не понимает ещё латыни.

До сих пор? Я с трудом вспоминаю язык, на котором она говорила, и повторяю вопрос:

— Ты хотела поговорить с доном Агни? Может, не хотела, но говорила ему, что согласна пообщаться?

Девчонка испуганно мотает головой.

Итого... по правилам крылатых я, наверное, должна защищать Агни. И, наверное, если бы мне доложили именно о последствиях этой драки, я так бы и решила. Но тут... Какого чёрта Агни полез к чужой невесте? Демонёнок эту испуганную девицу уже четыре месяца прилежно с собой таскает, вся академия знает, что это его смеска. Да и девчонке Агни явно не нужен. Вон как она к Иштару жмётся. Агни и так перед ней виноват в прошлом. Не отпустило его, что ли? А демонёнка такое, конечно, разозлило. Тут я его понимаю. Ладно, в любом случае судить этот вопрос я собираюсь по справедливости, ну и так, чтобы смески не вышли виноватыми. Дон имеет право защищать свою женщину, даже если он глубинный:

— Ясно. Дон Агни приставал к чужой невесте, за что абсолютно справедливо получил в нос и, когда встанет на ноги, он, как требуют правила проигранной дуэли к тому же, извинится. Прошу простить за неудобства, дон Иштар. Мы можем считать конфликт исчерпанным?

Чертёнок оглядывается по сторонам и сверяется, казалось, с Лоренцо, прежде чем кивнуть. Я не заметила, когда смесок появился. В местном сообществе смески явно передают власть. По всем вопросам всё чаще отвечает Кейси, а Лоренцо лишь подтверждает её решения.

Ликторы Агни смотрят на меня удивлённо. Впрочем, ликтор Иштара тоже, даже при том, что по глаза замотан в тагельмуст, удивление в этих самых глазах состряпал очень выразительное.

62. Как?

Бездействие, наверное, самое сложное для меня занятие. Особенно когда перед тобой столько срочных и запутанных задач. Демонёнок с Шатхой удаляется, Агни ликторы утаскивают к лекарям, а я остаюсь в той самой гостиной смесок с идеей порыться в интернете. Ну... или хотя бы подумать.

Как можно объединить оптиматы? Чёрт с ними, с оптиматами, хотя бы нескольких ангелов и демонов заставить добровольно сотрудничать? Это заявление Видара о намерениях спешно убить новоявленный глубинный меч заставляет меня снова искать. Как? Как предотвратить вражду между мечами? Если не сейчас Океан, то в скором времени какой-нибудь другой меч, например из малого лика, обязательно окажется в руках демона. Просто по теории вероятности. И что я буду делать?

Я не хочу никого убивать. А миру очень нужны эти мечи, и армия способных их собрать за последние столетия изрядно истощилась. Убивать нельзя! Но... только не вырастет ли из него через полгода мой же лютый враг? Любой самый безобидный демон может проникнуться властью и испортиться. Ну, или просто поддаться чужому влиянию или чувствам. Вон, даже демонёнок оказался эффективным бойцом. А что будет с вот таким вот милым мальчиком, если он внезапно соберёт крылья? Или что может выдать боевик-старшекурсник? Ведь Океан — это боевик, а вероятнее всего, крылья соберёт именно старшекурсник.

И... значит, мне нужны хоть какие-то гарантии, что и этот самый глубинный меч не будет строить планов воткнуть мне нож в спину... А что такое гарантии у крылатых? У них нет веры на слово, так же как нет традиции держаться обещаний в изменившихся обстоятельствах. Только клятвы! Как бы меня ни воротило от такого способа наведения порядка, только они...

Второй моей проблемой являются женские мечи. Их абсолютно точно что-то блокирует. Этой блокировки нет у парней и у меня, что удивительно. Но она есть у всех донн последнего тысячелетия как минимум. И кто-то даже, наверное, знает, что именно блокирует сборку меча... как бы мне заставить его раскрыть этот секрет?

Передо мной опять нарисовывается Паньгу:

— Габриэль, я узнал, где находится донна Иштар. Если хочешь, она сейчас гуляет по побережью. Ты можешь посмотреть на неё с верхних террас, ну или поближе.

Донна Иштар... Ну да, ещё одна моя... не то чтобы проблема. Мой парень зачем-то крутит шашни с другой женщиной. Скорее всего, для каких-то совсем не любовных целей, опять же она сестра демонёнка... но...

— Отлично. Полетели. Хочу с ней поздороваться.

63. Рыжая донна

Донна Иштар оказывается рыжей. Такой же кудрявой, как демонёнок, но раскраски совсем другой, огненной. При этом вся такая сдержанная в каждом движении, аккуратная, правильная. И это у неё крылья Сатанаила? Хотя Сатанаил — это, получается, Вулкан? Ну, если подумать, вулканам свойственна сдержанность. Пока не рванёт.

Донна смотрит на меня и приземлившихся за моей спиной гномов с выражением явного удивления. Именно не с удивлением, а с выражением. Смотрит и ждёт. А я тупо рассматриваю её.

Красивая. Хотя все крылатые красивы. И, скорее всего, такая же интриганка, как Майлз. Да и оптимата правильного. Хм... Не то чтобы я ревную... просто мне не нравится эта ситуация. Ну и что я буду делать? Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.

— Донна Иштар, я пришла объявить тебе, что желаю видеть тебя в своей свите!

Вот теперь на её лице появляется именно удивление, а не выражение его:

— Меня? Разве это возможно?

— Конечно. Я решила, что в моей свите должны быть самые сильные донны всех четырёх оптиматов. Среди высокородных последнее время много фальшивок. Мне доложили, что максимально развитым узором среди глубинных женщин обладаешь ты и донна Намму. Честно говоря, с Намму я ещё не говорила. Ты постарше, а значит, по моей логике, должна быть и сильнее, и умнее. Я не права?

Да, стратегия таран, в лоб, громко и не снижая накала наглости. Но демоница удивляет меня. Она усмехается. Очень сдержанно, но явно:

— И что же эти донны будут делать в этой самой свите? Развивать крылья?

При этом тон и мимика её такие, будто это самое «развивать крылья» — нечто аморальное и грязное. Словно я в бордель её зазываю.

— Про развитие крыльев речи не идёт. Мне не нравится малозначимая позиция женщин этого мира. Я хочу собрать вокруг себя самых сильных женщин и начать усиливать их влияние. Постепенно.

Вот этот удар попадает в яблочко. Рыжая донна задумывается. А я стараюсь не оставлять ей слишком много времени на эти самые раздумья:

— Сегодня за ужином я собираю за своим столом тех, кто станет основой этого круга. У тебя есть моё приглашение на эту встречу. Откажешься — я пойду искать себе другую, более амбициозную глубинную донну.

В глазах донны шок. А я уже начинаю разворачиваться, чтобы уйти.

— Но... Я же не могу прийти на ужин в небесный сектор!

Я усмехаюсь:

— Почему? Твой младший брат нашёл возможность явиться на лекцию «претендующих на власть», которую вёл небесный сенатор. Явиться, да ещё и поучать на ней. А ты не найдёшь пары нейтральных сеньорит, которые бы могли выгодно оттенить тебя и дать, если понадобится, полезный совет, и одного нейтрального же дона, который смог бы проводить тебя к моему столу и громко, с восхищением в глазах, представить присутствующим? У тебя не хватит на это смелости? — Я разворачиваюсь уходить. — Тогда я ничего не потеряю, если ты не придёшь.

64. Вьюноша с пейсами

Мой весь из себя официальный обед начинается с неожиданного. К моему столу является Игаль Кадеш. Идёт он ещё прихрамывая, да и под распахнутым жилетом затянут в сетку фиксирующей материи. Мы плохо с ним начали в начале этого года. Он показал себя отвратительным избалованным юнцом. Его свита подкидывала скорпиона Эсте в волосы. И я как-то совсем не верю, что, провалявшись четыре месяца в валетудинарии, этот дон сильно изменится. А значит, готовлю аргументы, чтобы отослать его прочь. Но...

Игаль спокойно салютует мне как старшему. Кивает донам, присутствующим за столом. А потом распахивает крылья и произносит:

— Габриэль, позволь присоединиться к твоему кругу. Я наслышан, что ты ищешь тех, кто способен собрать меч, чтобы спасти этот мир. Мне кажется, это важная цель. И я хотел бы поучаствовать.

Как меня и предупреждали, на крыльях Игаля — узор Разиэль, процентов на восемьдесят пять. Солнечно-жёлтый вперемешку с лимонными пятнами. Учитывая, что он ещё только первокурсник, вероятность, что рано или поздно соберёт меч, очень-очень высокая. А учитывая потребность мира сейчас, почти абсолютная. Но...

Раньше Кадеш всё время подходил ко мне с эдакой усмешечкой. Эдаким гнилостным сарказмом. Сейчас дон серьёзен. Даже свита его смотрит на меня, кажется, с большим почтением. Длинный чернокожий дэв-старшекурсник и громила-асур в килте.

Его так сильно стукнули по голове, что он решил переосмыслить жизнь?

Потому что... Игаль никогда не производил впечатление интригана. Скорее дурака. Не рвался завоёвывать себе авторитет среди донов... хотя, конечно, может быть, после бы и начал, там же всего пара месяцев с начала учебного года было. Но о притворстве с его стороны я не думаю. Он не способен собрать информацию, придумать слова и сыграть. А значит, то, что я вижу, — это честность. И... Придётся принять. Видимо, мой меч и возможность с помощью меня пробиться к власти многое для этого парня изменили...

Ну да, принять, а потом выгнать с первым промахом. Не верится мне совсем, что он долго продержится без глупостей. Тем более я же убедила Видара, что приглядела себе этого вьюношу с пейсами в женихи...

Моё приглашение к столу Игаль тоже принимает с серьёзностью и, кажется, благодарностью. И в беседе за столом участвует тоже сдержанно и по делу. Причём исключительно на политические темы.

65. Шоу

Я ломаю голову по поводу Кадеша, взвешивая его опасность для себя. Небесный дон, без невесты... Подставить меня так, чтобы я не то сказала, не то сделала, — легко. Это не Яннис, который честно пытается действительно стать самым удобным вариантом. Игаль и честность рядом не стояли. Хотя... думаю, его уберёт Яннис. Сам или, как с Гектором, создаст ситуацию, в которой я смогу этого дона Кадеша громко и заслуженно выставить. Да.

Но в какой-то момент, выдёргивая меня из всех этих мыслей, в белый сектор обеденного зала решительно врывается Видар. Быстрым, совсем не свойственным высокородным шагом и явно в гневе. За ним с трудом поспевает охрана — братья Ушас. Что-то произошло, причём настолько ужасное, что мой наставник полностью потерял самообладание.

Он останавливается в метре от моего стола, глядя именно на меня, именно в глаза, словно пытаясь там что-то отыскать. И до того как я успеваю что-нибудь спросить, громко и очень зло произносит:

— Габриэль, я хочу извиниться, я был не прав. Но я всё понял. Ты моя домина, и я твой клятвенник. И впредь я буду согласовывать с тобой все свои действия тут, в академии, которые могут иметь политические последствия. — А после добавляет тише: — Верни дядьку.

Я, надо сказать, слегка обалдеваю и от таких обвинений, и от вот такой публичности этих самых обвинений. Ну, чёрт с ним, моя свита, их мотивы я хоть предположить могу, а остальные в обеденном зале? Да тут сейчас каждый дон и донна уже ваяют сообщение в клан с описанием этого скандала. И мой ответ запишут подробно, да ещё и приукрасят.

Потому для начала я, рыкнув, что приходится делать это самой, обвожу наш стол тонким барьером вакуума, чуть раздвигая воздух. А потом — так как я собираюсь говорить и следить за этим барьером, мне будет некогда — закрепляю его стенки матовым стеклом из того же воздуха. Получается эдакий купол метров пять в диаметре вокруг всего нашего стола. Эти свидетели хоть чуточку под контролем. Вот теперь можно ругаться:

— Отличное шоу, Рагнвальд. То есть нормально обсуждать вопрос наедине ты отказался? Зрителей не хватало? А, и да, по-твоему, после того как ты не стал со мной говорить, я пошла и тупо выкрала твоего родственника? Реально так считаешь?

Мой наставник немного смущается:

— Нет. Моего родственника выкрали раньше, ранним утром, за пару часов до того разговора. И по тому, насколько абсолютно все ничего не видели и даже говорить об этом боятся, сомнений нет — это твоих рук дело. Твоих и твоего ближнего круга «претендующих на власть».

Признаться, я разочарована:

— Рагнвальд, мне казалось, ты знаешь меня лучше. Я не краду невинных и не шантажирую родичами. Если бы я считала, что ты настолько балбес, что с тобой нельзя договориться иначе, я бы тебя избила. И ты знаешь это.

Решимость Видара, кажется, немного даёт трещину. Он некоторое время продолжает смотреть на меня. Я — на него.

— Асуров ко мне тоже, скажешь, не ты приставила?

Ворваться за купол, отгородивший подопечного, братья Ушас даже не пытаются. Значит, точно приставлены моему наставнику Риком. Хороший выбор. Со старшим из братьев я даже пару раз дралась. Отличные бойцы.

— Асуров, скорее всего, приставила я. Вернее, приставил их Рик, но я попросила его найти тебе независимую охрану. Моих парней ты втягиваешь куда не надо. А без охраны тебя, как показала практика, оставлять не стоит.

Видар ощутимо рычит. Ну да, он сильный воин, и ему унизительно, что его охраняют студенты. Но условия академии такие, что одного его быстро убьют.

Видар сильно нервничает. Видимо, родственник ему сильно дорог. С другой стороны, разве бывают не дорогие родственники? Мой наставник обводит злым взглядом парней за моим столом, потом снова переводит его на меня. И вдруг ядовито усмехается:

— Ну да, как я забыл. Грязную работу за донну всегда делают мужчины. Даже если она не просила. Ведь это обязанность мужчины защищать женщину.

Он напряжённо оглядывает окружающих меня донов, в конце концов останавливая пристальный взгляд на Яннисе:

— Дон Мойра?

Яннис лишь мягко улыбается:

— Я не трогал вашего родича, дон. — Потом он оглядывается на хмурую меня и добавляет: — И не приказывал и никак не мотивировал никого это сделать. Вы поступили глупо, дон, ворвавшись на территорию глубинных. Подвергли опасности Габриэль и нажили себе врагов. Но, полагаю, сеньор Сварожич думает так же и уже проинструктировал вашу новую охрану отступить в сторону, если вас вновь понесёт так грубо нарушать установленные порядки академии. В остальном я не знаю, кто выкрал, приказал или замотивировал выкрасть вашего родственника. Я узнал о пропаже лишь утром, когда вы начали громко его искать.

Видар ещё раз окидывает быстрым взглядом мою свиту:

— А где дон Агни?

— В валетудинарии. — Мой упрямый наставник оглядывается на меня с удивлением. Я пожимаю плечами. — Может, даже уже очнулся. — Но на вопросительные взгляды остальной свиты приходится пояснить: — Получил по физиономии за то, что полез к смеске, которая его не желала.

Уточнять, что ударил Агни демон, я, конечно, не стала. Только драки между оптиматами тут мне не хватало. А без этого уточнения звучит так, как будто ударившей была я. Ну и ладно. Потому как я уже невероятно зла, и вся эта ситуация мне до чёртиков надоела.

— Очень показательное поведение, дон Видар. Ты не веришь моему слову, ждёшь от меня гадостей и снова не обсуждаешь со мной своих проблем, не просишь помощи, а рвёшься как «самый взрослый» всё делать по-своему. Ну что стоишь? Беги, спрашивай! Я уже почти уверена, что работать в моей команде ты не способен. Сгинь с моих глаз!

И я испаряю свой купол, явно показывая, что разговор закончен.

66. Команда

Купол испаряется, Видар, рыкнув, разворачивается и покидает белый сектор так же стремительно, как и пришёл. А я... Кажется, мне до чёртиков уже надоели все эти пляски в стиле крылатых. Я нахожу глазами Эсту в секторе смесок. Она смотрит на меня обеспокоенно. Ну да, крики очередного небесного с извинениями, да ещё и купол. Мне очень не хватает её сейчас рядом. Ну, или хотя бы Рика.

Я медленно оглядываю свою свиту. Видар говорил так уверенно. И он, конечно, мог надумать лишнее — про меня ведь надумал, — но во всём ли?

— Сегодня утром я пыталась донести до дона Видара довольно простую, на мой взгляд, истину. Полагаю, вам всем тоже будет не лишним её услышать.

На меня смотрят очень разные взгляды. Яннис, как всегда, прячущий истинные эмоции за мягкой улыбкой, которую так любит Эста. Умный мальчик Амон, явно испытывающий сейчас стыд за происходящее. Гектор, который, кажется, ещё не понял, чего все так напряглись. Игаль, игру которого не поняла я.

— Через два месяца моя учёба в академии закончится. А ещё вместе с ней закончится время детских целей, детских клятв и детских же критериев свой-чужой. Те, кто пойдут со мной в мою взрослую команду, должны понимать: я не терплю самоуправства за спиной. Если вы не можете согласовать со мной свои планы, аргументировать для меня их необходимость, то, видимо, эти планы задуманы во вред мне. Иначе я не вижу никакого объяснения подобным тайнам. И да, я знаю, что почти все из вас довольно часто мне лгут. Ну, или хотя бы вводят в заблуждение глобальными недомолвками. Тут так принято. Каждому тянуть одеяло на себя. Вы не задумываетесь об этом. О том, чтобы быть именно командой, а не свитой. Кулаком, который сможет что-то по-настоящему изменить, исправить. Сохранить мир, который сейчас буквально трещит по швам. Разве такое может сделать группа, где каждый в ворохе своих тайн? Нет. Я в этом убеждена! И времени запрыгнуть в уходящий поезд моей команды остаётся всё меньше и меньше.

Я щёлкаю пальцами, инициируя тарелку вместе с почти не тронутым мною блюдом раствориться в воздухе. Есть больше желания нет.

— И пусть те, кто замотивировали выкрасть родственника Видара, так же тихо замотивируют кого необходимо вернуть его обратно целым и невредимым. Так не строятся отношения в команде. Есть конфликт — озвучьте, найдите компромисс. Придите ко мне и обсудите со мной. Или убедите меня, что ваш метод — лучшее решение.

Я встаю и, жестом велев донам оставаться на местах, двигаюсь прочь из зала. За мной следуют только ликторы.

Эста нагоняет меня почти сразу за галереей, выводящей на улицу. Она просто глядит на меня и молча обнимает. Так просто и в то же время... от её объятий верится, что вместе мы справимся.

67. Зорро

Эста поднимает на меня взгляд и улыбается:

— Помнишь, тебе даже нравилось, что он прямолинеен и не хитрец. Сейчас ему больно, его ударили в то единственное, что они здесь ценят: клан и родичей. И он, как кабан с подстреленной ягодицей, тупо ломится через лес.

Я тоже улыбаюсь в ответ на её улыбку и на её сравнение Видара с кабаном:

— Он взрослый! Сенатор!

Она кривится:

— Что значит «взрослый»? Это миф, что люди с достаточным опытом жизни готовы к любой ситуации. Нет, они просто лучше держат лицо. Что значит «сенатор»? Да, он десять лет глава своего рода и имеет место в сенате. Но он же был малым мечом при Разиэле. Ты до сих пор считаешь малый меч отдельно мыслящей фигурой? Мужик — отличный боец и тренер, не надо требовать с него лишнего. Да и ему всего тридцать пять лет. И в его жизни ещё ни разу власть вот так вот нагло и неудержимо не утекала в руки кучки студентов. А он не оказывался, с одной стороны, наставником, а с другой — ни на что не влияющим клятвенником, который даже защитить себя сам не может. Это довольно стрессовая ситуация для мужчины, согласись. О чём конкретно-то ругались?

Мы идём по дорожке в сторону террасы деда Тоси, хотя ещё рано для его занятий. Гномы, как обычно, оттесняют в сторону от нас абсолютно всех, давая поговорить. Я пересказываю подруге разговор с Видаром и свитой. Выплёскиваю все свои возмущения по этому поводу:

— Ты понимаешь, четверых сенаторов убили вот тут, в академии. Ещё трое в тяжёлом состоянии восстанавливаются. И по всему выходит, что это дело моей свиты?

Эста хмыкает:

— Ну, ты же знала, что Яннис отгоняет от тебя женихов? И даже иногда пользовалась его услугами в этом вопросе. И ты не настолько наивна, чтобы думать, что он их отгоняет исключительно добрым словом. А чем сенаторы лучше? Вспомни по списку. Первым был старикашка-дэв, который кричал, что великий меч должен учиться дома, и жаждал отправить тебя, не знаю уж куда, но главное — подальше. Ну да, убийство, на мой вкус, тоже попахивает крайностью, но это иное общество с иными законами. Ты посмотри на результат: больше ни один даже не думал поднять этот вопрос. Второй сенатор пытался перестроить систему академии, ты выгоняла преподавателей за незнание предмета, а он пытался оставить их просто за титулы. Его один раз били — не помогло. Стал вторым трупом. Последний пытался давить на студентов через их родичей в подчинённых ему кланах, это тоже могло стать очень опасной тенденцией. Да и договороспособность у него была нулевая.

— А третий?

— Не знаю. — Эста пожимает плечами. — Но когда выяснишь, кто из твоей свиты его прибил, обязательно спроси. Уверена, он тоже как-то очень бесчестно посягал на твою власть.

Я вздыхаю:

— Ты знала об этом? О том, что это делает Яннис? Он тебе рассказал?

Подруга мотает головой:

— Нет, во-первых, я не спрашивала. Во-вторых, о некоторых случаях он сам очень уж активно меня расспрашивал, так что в тех ситуациях, думаю, это был не он. Но то, что некий кровавый «Зорро» старательно оберегает именно твою власть, по-моему, было понятно. И этот процесс не требовал вмешательства. Мы с тобой ни черта не понимаем в том, что творится в головах местного общества, а этот или эти «Зорро» понимают. Ты обратила внимание, как зал отреагировал сегодня на твой скандал с Видаром? Ещё пару месяцев назад они бы осудили тебя, возможно, даже вслух. А тут замерли и молчаливо осудили Видара. По-моему, тенденция правильная. Или ты хотела героически драться со всем миром принципиально в одиночку?

Эста всегда обладала талантом заставить меня выдохнуть, задуматься или даже рассмеяться в самой паршивой ситуации.

— Нет. Не собиралась! Тогда получается, я не права, что так на всех спустила собак?

Она забавно приподнимает бровь:

— Почему не права? Очень даже. Во-первых, спускать собак — это важная часть твоего имиджа. Очень помогает держать в тонусе даже самых красивых и улыбчивых донов. А во-вторых, ведь твой основной посыл был не в том, что они так защищают тебя, а в том, что они не подконтрольны тебе в этом своём героизме. Пошли в бой, не отчитавшись начальству. И тут всё отлично. Ты уже достаточно сильна и требуешь большего подчинения. Всё правильно!

— Иногда я начинаю бояться этого своего «сильна»...

— И это тоже правильно. Это говорит о том, что в тебе присутствует чувство ответственности, а значит, у мира есть шанс.

68. Мотив победить

Мы усаживаемся на самом краю скалы, недалеко от террасы Тоси. Эста смотрит вдаль на море, которое сейчас переливается спокойной лазурью, и вот в этой части нашего разговора — в той, которая о мире людей, — она уже менее оптимистична:

— Ты знаешь, сейчас, наблюдая за миром бескрылых, мне начинает казаться, что они сошли с ума. То, что они делают, — это действия суицидные. Они сами медленно, пока по мелочам, но абсолютно безвозвратно ломают свой сытый и комфортный мир. И единственное, что даёт мне надежду, — это твои крылья. Вернее, не совсем они, а понимание, что это всё только из-за нарушения равновесия этих самых крыльев. Что да, под крыльями войны людьми движет желание решительно менять то, что их не устраивает. Часто неразумное. А если в игру вступили ещё и крылья Океана, они начнут нести эти свои «правильные» изменения ещё и в чужие дела. Но как только мы уравновесим систему, соберём крылья Драгона — красоту, или Янниса — правду, или Десмы — знания, система сама придёт в равновесие и всё исправится.

Я тоже смотрю на море:

— Да, но только Драгон у нас демон — а значит, его крылья будут поводом для войны оптиматов. Яннис — сын сильного небесного клана, и его крылья приведут этот клан к власти, а мы с ним не в ладу. А Десма у нас нейтральна, и значит, может легко выбрать совсем не небесные флаги, тем более имя Азазель ей нравится больше.

Эста хмыкает и хлопает меня по плечу:

— А кто говорил, что будет легко? Я лично не говорила! Но ты справишься. И это ещё один аргумент, что власть тебе нужна, так что парни молодцы, что помогают. Ты и Янниса со всем его кланом на правильные рельсы поставишь, и Десму. Поназывается Вритиэлем — с неё не убудет. Она, кстати, там очень увлечённо занялась подготовкой олимпиады в соответствии со всеми традициями древности. Я видела её в библиотеке. Она поздоровалась со мной. По-моему, отличная идея — вручить проведение этого мероприятия доннам. Сами они с женихами, но в их свитах полно сеньорит, ещё не определившихся с выбором. У парней-сеньоров будет мотив победить и произвести впечатление.