Адиль Койшибаев Путь целителя. Возвращение к себе. Служение миру. История, которая может изменить твою жизнь

Глава 6

Тройка, семерка, туз

Из повести А. С. Пушкина

«Пиковая Дама»

Как вы уже знаете, меня всегда тянуло к неизведанному и мистическому. Внутренне я всегда осознавала, что материальный мир — это ещё не всё.

Есть нечто загадочное по ту сторону реальности. Нужно лишь протянуть руку — и можно дотянуться до основ мироздания.

Понять кармические механизмы вселенной. Что есть добро, а что есть зло? Почему знак «Инь и Янь» — это чёрное и белое, но при этом в чёрном есть небольшой кружок белого, и наоборот?

Кто является создателем нашей вселенной? Для чего нас здесь создали? Что есть альфа и омега? Куда и каким путём движется человечество? На эти и многие другие эзотерические вопросы я постоянно получаю ответы.

Но в 17—18 лет, в голове у меня гулял только ветер. Я просто обожала, когда родители уезжали из дома, а старший брат Тимур оставался у друзей.

Оказавшись одна, я начинала магичить. Вызывала духов, «Пиковую даму». В родительской спальне было небольшое трюмо, состоящее из трёх зеркальных секций.

Когда я оставалась совсем одна, то совершала магические ритуалы. Я ставила это трюмо на пол, зажигала посредине свечи, даже произносила молитвы.

Не помню, откуда, но у меня был молитвенник. Проведя все необходимые ритуалы и молитву, я произнесла последние слова: «Пиковая Дама, приди».

Я использовала зеркальный коридор, следя за тем, как одно зеркало отражается в другом. И действительно, что-то в зеркалах происходило.

Однажды во время наивысшей точки концентрации мой ритуал прервал Тимур — он вернулся пораньше, чем ожидалось.

Таких круглых глаз у моего старшего брата я не видела никогда. Он реально боялся даже подходить к зеркалу, не то чтобы в него заглянуть.

А я, как смышлёная младшая сестрёнка, быстро сообразила, что к чему, и использовала эти знания.

Как только Тимур начинал меня воспитывать или отчитывать, я делала страшные глаза и говорила: «Ещё раз меня обидишь — я вызову Пиковую Даму. Она придёт и тебя задушит». После этих слов брат тут же прекращал свои наезды.

Да, конечно, это было баловство и детская игра. Но, зная чуть больше о потустороннем, я категорически не рекомендую никому призывать кого бы то ни было. Никогда не знаешь, кто или что может прийти на ваш зов.

Зеркало, по сути, — это портал.

Если слишком долго всматриваешься в бездну, бездна начинает смотреть на тебя.

Так что, спички детям — не игрушки. Также, как и магия. Сегодня в интернете есть всё — любой магический ритуал можно посмотреть и повторить.

Но авторы этих ритуалов никогда не говорят, какие силы за этим стоят и что они потребуют в обмен за исполнение желания.

Просто живите и благодарите Всевышнего за свою жизнь.

После небольшого отступления вернёмся к моей истории.

Глава 7

Кроме высшего образования нужно

иметь хотя бы среднее соображение и,

как минимум, начальное воспитание

Окончила школу я в 1994 году. Хотелось бы сказать — с «золотой медалью», но немного не дотянула.

Да и последний год не слишком располагал к учёбе. Хотелось поскорее вылететь из родного гнезда и обрести желанную свободу.

Над выбором профессии раздумывала недолго. Зачем ехать в далёкую Алма-Ату, когда в Караганде есть столько вузов?

Родственники посоветовали поступать на бюджетное отделение. Так я, по наводке папы, стала студенткой Карагандинского технического университета — КарГТУ.

Сколько раз он говорил в своих пламенных речах, что будущее Казахстана — за нефтью и геофизикой, которая помогает найти «чёрное золото»!

В итоге я поступила на отделение геофизики нефтеперерабатывающей промышленности. Если честно, нефть и газ в их естественном состоянии я видела только по телевизору.

А связать свою жизнь с геофизикой решилась только потому, что там был конкурс поменьше. Сами посудите: где в Карагандинской области добывают нефть? Металлические руды, драгоценные металлы, уголь — это да. А нефти нет.

Закономерно, что почти все мои одногруппники были из славных городов Актау и Жанаозена, где нефтянка развита. Нас обучали разведке, поиску и эксплуатации месторождений природного газа и нефти.

Студентам бюджетного отделения предоставлялось место в общежитии. Я даже рвалась туда заселиться, но дома решили иначе.

Так я стала жить у маминого брата, дяди Олжатая. У его супруги, тёти Гули, тоже была племянница — Индира. Вот нас и поселили в одной комнате.

Индира, как и я, приехала в Караганду и поступила на бюджетное отделение (КарГТУ), только на «Информационные технологии».

Мы жили в районе Михайловки или, как местные называют, на «Стекляшке». Учёба, как ей и полагается, началась 1 сентября.

Мы с Индирой, как прилежные студентки-бюджетницы, каждый день ездили в «Политех» на 24-м автобусе.

После тёплого сентября наступил октябрь. По всему городу начала опадать листва. Жёлтые, красные, зелёные листья кружились, как в хороводе. Каждый день, особенно по утрам, дул промозглый ветер. Люди понуро стояли на остановках.

В отличие от меня, у Индиры была только мама. И она так любила дочь, что в один из октябрьских дней отправила ей шапку. Не простую, а… точно, вы угадали — барсучью. Очень тёплую, серую и пушистую.

Сегодня можно пойти в магазин и купить шапку на любой вкус. Тогда же, в 1994 году, люди буквально выживали. Торговали на базаре всем, чем могли.

Самое удивительное — Индире шапка не понравилась. Сколько я её ни убеждала, та была непреклонна. В итоге решили: поедем на рынок — барахолку — и продадим там шапку.

Барахолка в то время была сердцем города. Тысячи бывших заводчан и простых рабочих продавали всё, что угодно: от джинсов и шуб до замороженных «ножек Буша».

Если вы в лютый мороз не переодевали за шторкой джинсы, а под ногами лежала простая картонка, вам не дано понять всю квинтэссенцию барахолки и уличной торговли.

Картонные ящики, деревянные палеты — всё шло в дело. Бабушки, дедушки, взрослые и молодёжь вытаскивали товар из огромных китайских сумок, а тысячи покупателей изучали каждый квадратный метр рынка в поисках дешёвого товара.

Среди покупателей встречались хорошо одетые мужчины и женщины. Они неспешно прогуливались, изучая ассортимент. Также попадались коротко стриженные ребята в кожаных куртках и плащах.

Им было глубоко фиолетово на все перипетии рыночной торговли. Они, будто охотничьи псы, обходили свои владения, собирая дань. В народе их называли крышей или рэкетирами.

В день нашего с Индирой похода на барахолку было холодно. Промозглый ветер обдувал со всех сторон.

— Парень, купи шапку, — скромно произнесла Индира, предлагая барсучью шапку молодому человеку.

— Да не… фасон стремный! — фыркнул он. — А чё стоит?

— Сто тенге.

— Неа… дорого. Давай за тридцать?

— Хотя бы за семьдесят.

Продажа не состоялась. Хотелось есть, пить и согреться. Так безрезультатно прошло два часа. Люди шарахались от нас, подозревая, что шапка краденая.

— Карындас, сестрёнка, что потеряла? — спросил крепкий мужчина с прической «ёжик». — Это моя территория, надо заплатить за вход.

— Ага, можно мы продадим шапку — и всё? — пискляво проговорила Индира. — Мама передала с деревни, а я студентка.

Для пущей убедительности Индира заплакала.

— Ничего не знаю. Пять тенге на стол, — отрезал мужчина.

— Но это же деньги на целую неделю… — побелела Индира.

Бандит был неумолим. Наши переживания его не волновали. Он протянул огромную лапу к шапке.

Но вместо шапки в его руку легла другая, поменьше.

— Серик-ага, ассалаумағалейкум! — быстро произнёс мужчина в тёплой куртке. — Это моя карындас! Она немного потерялась, первый раз в городе.

— Точно? — бандит прищурился.

— Точно-точно, — заверил мужчина.

Мы с Индирой закивали, как китайские болванчики. Когда отошли, мужчина представился:

— Ыбырай.

— Очень приятно, — ответила я. — Меня зовут Жанара, а это моя подруга Индира.

— Девчата, я тут недалеко торгую. Пойдёмте.

Мы прошли пару рядов, где торговали молочкой. Ыбырай указал на своё место: он продавал маргарин. Рядом с ним был его компаньон Бахытбек.

Бахытбек, крупный мужчина, сразу понял, что мы озябли. Он накинул на нас тулупы и угостил горячим чаем с пигоди.

Через полчаса мы уже дружно болтали. Парни пожалели нас и дали за шапку целых пятьдесят тенге.

Так закончилась наша эпопея с барсучьей шапкой, но началась другая.

Мы, счастливые и сытые, ехали домой. «Какое счастье, что судьба свела нас с такими добрыми и отзывчивыми людьми», — думала я, не подозревая, насколько судьбоносной была эта встреча.

Глава 8

…Любовь нечаянно нагрянет,

когда её совсем не ждёшь!

Из песни «Как много девушек хороших»

Автор: Леонид Утесов.

Недаром говорят, что наши мысли материальны, и необходимо мыслить позитивно. В противном случае наши страхи обретают физическую форму и воплощаются в жизни.

Вы не поверите, но это правда! Каждый из нас обладает магическими способностями. Потенциально любой человек может влиять на свою жизнь и притягивать к себе различные «плюшки»: богатство, счастье, достаток.

Недаром на этом базируются «карты желаний» и другие «достигаторские» техники. А также успешный успех — куда же без него. Но не стоит забывать, что у монеты две стороны.

Одна — это свет, другая — тьма. И в зависимости от того, насколько энергетически прокачан человек, у него запускается тот или иной механизм исполнения желаний.

Зачастую среднестатистический человек гораздо больше склонен впадать в депрессию и испытывать страх. А страх, так же, как и любовь, обладает огромной энергией.

В нашей жизни есть только две базовые эмоции: любовь и страх. Всё остальное — их производные. Так, страх порождает агрессию, злобу, презрение, гордыню, раздражительность и многое другое.

Любовь же, в свою очередь, даёт начало состраданию, симпатии, заботе и другим положительным эмоциям.

Мы сами своими страхами привлекаем в свою жизнь огромное количество неприятностей. Так, моя мама всегда предупреждала:

— Доча, не выходи рано замуж. Закончи институт, устройся на работу. Поживи для себя, а потом можешь начинать встречаться.

И самое главное — не выходи замуж за «южанина». Они не такие, как мы. У них другой менталитет.

— Мам, ну зачем ты так говоришь? — морщила я носик. — У меня же есть голова на плечах.

Однако, как показала практика, любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь. Догадайтесь, на каком курсе института я вышла замуж. Верно, на первом!

А за кого? И снова бинго! Я вышла замуж за самого настоящего «южанина», родом из Тараза.

Вы спросите: где я, а где Тараз? Но пути Господни неисповедимы.

Как я говорила выше, мы с Индирой испытали целый челлендж, поехав на барахолку. На этом история должна была закончиться.

Я уже и забыла ту поездку… пока ко мне в институт не приехал посетитель. На дворе стояли январские морозы.

В огромной поточной лекционной аудитории было тепло и… очень скучно. Преподаватель монотонным голосом пытался вбить нам знания. Вдруг меня окликнул одногруппник:

— Жан, там на проходной тебя спрашивает какой-то мужик.

— Азамат, завязывай, какой ещё мужик на проходной? — я отвернулась к преподавателю.

— Честно говорю, — Азамат покраснел как рак. — Он это… в полушубке и здоровый такой.

«Чё за мужик в полушубке?» — в моей голове зароились сотни мыслей. В городе я почти никого не знала, обмануть никого не успела, сердце тоже никому не разбила.

Но была не была, пошла сдаваться на проходную — вдруг просто ошиблись.

Подходя к проходной, я увидела мужчину, согласно описанию. На нём действительно был полушубок, тёплые унты и вязаные варежки.

Благодаря такому тёплому обмундированию советские военные силы отбили Москву у замерзающих немцев. По крайней мере, если этот мужик заберёт меня в тайгу, я точно не замёрзну.

И тут до меня начало доходить… А ведь мы с ним знакомы!

— Бах-ты-бек?

— Жа-на-ра!

— Если тебе сложно произносить моё имя, просто зови меня Баха.

— Хорошо. А как ты меня нашёл?

— Ты же говорила, что учишься в Политехе и назвала номер группы, — сказал здоровяк и даже расстегнул верхнюю пуговицу полушубка.

Я сразу вспомнила нашу с Индирой поездку на барахолку. Как его друг спас нас от бандита.

— Рада тебя увидеть! Как поживает твой друг?

— Хорошо… — замялся он, будто стал ниже ростом. — Я хотел тебя пригласить.

— Пригласить? — я недоумевала от его появления и тёплого овчинного полушубка.

— Можем сходить покушать.

— Ну… хорошо, давай сходим.

Я продиктовала свой городской телефон. В 1994 году ещё не было мобильных телефонов. Даже интернета не было, не то что «Instagram» и «YouTube» [Книга содержит упоминание организаций, запрещенных на территории РФ: Instagram, YouTube].

Людям приходилось согласовывать время и место встречи заранее. А если человек не приходил, оставалось только гадать, что с ним случилось.

Итак, меня пригласили покушать. Скорее всего, он хотел пригласить меня на свидание, но как-то коряво. Однако, наверное, реабилитируется — и мы пойдём ужинать в хороший ресторан.

После институтской столовки и жирных беляшей любое другое заведение могло показаться рестораном.

Отгадайте, куда мы пошли на первое свидание?

Ресторан? Кафе?

А вот и не угадали. Мы пошли… в буфет.

Ну, это такое место, где много мужиков и стоят круглые столики высотой с человеческий рост.

Не спорю, выбор был неожиданным. А на ужин у нас были пельмени.

Звучит банально, но вы не поверите — это были самые вкусные пельмени в моей жизни. Нежное тонкое тесто, сочный бульон и обалденный фарш.

Следующее наше свидание прошло в кафе-мороженое.

Вот так у нас всё и завертелось.

На тот момент мне было всего семнадцать лет. Он же был старше на восемь.

Я была маленькой и щупленькой — рост всего 165 см, вес не более 50 кг.

Он же был настоящим спортсменом, занимался боксом. Косая сажень в плечах, богатырского роста — целых 185 см.

Не парень, а мечта. Настоящий принц.

Я была в эйфории.

Такой красивый и мощный мужчина обратил на меня внимание.

А в следующем, 1995 году, он сделал мне предложение…

Глава 9

Любовь сильнее всех страстей,

потому что она атакует

одновременно голову, сердце и чувства

Лао-Цзы

Как оказалось, мой избранник был родом из славного и древнего города Тараз. Разговаривал он исключительно на казахском.

Я же, истинная дочь карагандинских степей, говорила на русском, а казахский понимала лишь частично.

В разговоре с ним я старалась говорить на казахском, он же временами добавлял русские слова, ужасно их коверкая. Да и мой казахский был не лучше. Несмотря на это, нам удавалось понимать друг друга.

Баха в то время учился на последних курсах Карагандинского медицинского института. Он с детства мечтал стать хирургом и упорно шёл к своей цели. Так как он был из простой семьи, он содержал себя сам.

Вместе с друзьями из Шымкента — Ыбыраем, Абаем и Тимуром — организовали бизнес: торговали на базаре маргарином и сигаретами.

Там же, на барахолке, мы и познакомились, как я писала выше. И закружил нас танец любви.

Поняв, что любовные свидания не являются сильной стороной моего возлюбленного, мы стали встречаться у него дома.

В то время он жил в двухкомнатной квартире в районе «Вечного огня» вместе с друзьями. Я же, одухотворённая, прилетала к ним на крыльях любви и выполняла всю женскую работу.

Мне всегда хотелось им угодить. Я готовила еду, изучала рецепты в журналах и у подружек, убиралась, наводила порядок, стирала бельё и гладила одежду.

Это было во время моего второго семестра первого курса. В общем, для ребят я стала как младшая сестрёнка. Ко мне относились с большим уважением.

Баха часто уезжал из дома по делам с друзьями. Он ездил в Тараз к семье, а также в Узбекистан за товаром.

При этом дома у него всегда были спортивные сумки с деньгами. В основном это были небольшие купюры — три, пять и десять тенге.

Кроме того, в их доме был обрез — укороченное ружьё. К счастью, при мне им никогда не пользовались. Обрез был скорее для устрашения и самозащиты.

— Жанка, ты дверь никому не открывай.

— А если нападут?

— Отстреливайся, у тебя же есть обрез!

Вот так я и сидела, как дура, на кровати с обрезом, а под кроватью лежали две-три сумки, полные денег.

Самое интересное, что у меня никогда даже не появлялась мысль взять себе немного. Вот такая я была бессребреница.

Когда ребята и Баха уезжали, я часто приходила на квартиру одна. С родственниками жить хорошо, но иногда хотелось побыть в одиночестве.

Однажды ночью, оставшись в квартире Бахи, я увидела бабушку.

В два часа ночи возле моей кровати стояла русская бабушка. Я вроде видела её раньше в подъезде. Но что она делала возле моей кровати?

Сказать, что я испугалась, — ничего не сказать.

При этом это была не сама бабушка, а её проекция — фантом. Она молчала и просто смотрела на меня. Но всё равно это было жутко — увидеть соседку в квартире, где она никогда не бывала.

На следующий день, когда приехал Баха, я всё ему рассказала. Он удивился, но всё же решил зайти к бабуле.

Она долго не открывала дверь. Наверное, полчаса мы стучали. На шум вышли соседи. Кто-то догадался вызвать милицию.

Когда приехала милиция и дверь вскрыли, мы были в шоке. Оказалось, что соседка, баба Даша, умерла три дня назад.

Её серый кот всё это время оставался рядом и облизывал свою мёртвую хозяйку. Медэксперт подтвердил, что баба Даша скончалась от старости на 85-м году жизни.

Несколько дней я приходила в себя. Только через неделю начала осознавать, что ко мне приходила её душа.

Она хотела, чтобы люди обнаружили её тело и похоронили как положено. Иначе её душа так и продолжала бы блуждать в этом мире, не находя покоя.

Глава 10

Как я говорила выше, я была частым гостем у Бахи. Следуя мудрости о том, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, я старалась готовить много вкусного.

У меня была поварская книга, которую передала мама. Каждый день после института я неслась на крыльях любви в квартиру Бахи.

Старалась приготовить что-нибудь вкусное: блины, запечённую курицу, различные запеканки, супы. К приходу Бахи и его друзей с базара у меня уже был накрыт стол.

За это время я сильно сдружилась с его друзьями. На рынке я познакомилась с Ыбыраем, а позже узнала ещё об Азамате и Тимуре. Тимур появлялся нечасто — он больше времени проводил в Шымкенте.

Ыбырай, в свою очередь, познакомил меня со своей супругой Жибек. С Жибек позже произошла одна занимательная история, но об этом позже.

Она, как и ребята, была из Тараза. Между собой все разговаривали на казахском. Первое время я чувствовала себя «гадким утёнком» из сказки Андерсена.

Однако, как показало время, меня приняли здесь очень хорошо. Я почувствовала себя как младшая сестра для ребят, а в лице Жибек обрела старшую подругу.

В молодости я многого не знала и не понимала. Как замужняя женщина, она делилась со мной своими знаниями и опытом, подсказывала, как использовать маленькие женские хитрости.

К концу мая, ближе к началу июня 1995 года, мы с Бахой приняли решение пожениться.

В июне мои родители приехали в Караганду, чтобы навестить меня. После ужина у нас состоялся серьёзный разговор.

— Мама, папа, вы знаете, у меня скоро будет день рождения.

— Если не ошибаюсь, тебе будет восемнадцать лет, — подтвердил отец.

— Верно, пап. Я стану совершеннолетней!

— Доча, ты что-то не договариваешь, — заметила мама.

— Ну… — я откашлялась, — я выхожу замуж.

— Замуж?! — отец побледнел. — Мы его знаем?

Мама, как коршун, нависла надо мной:

— Он из Караганды?

— Он не местный, — я сделала глоток воды.

— Продолжай, — настаивала мама.

— Он с юга, из Тараза, — произнесла я, едва дыша.

В комнате на пару минут повисла гробовая тишина. Можно было услышать, как муха пролетела над столом, села на бешбармак и начала облизывать лапки.

— Доча, если это шутка, то очень неудачная.

— Мама, я не шучу, — перехватила я инициативу и, пока все были в шоке, продолжила:

— Его зовут Баха, ему двадцать шесть. Мы познакомились на базаре.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Всё, на что надеялась мама, представляя мою счастливую семейную жизнь, в одно мгновение рассыпалось в прах.

Осознание того, что мой избранник южанин, было подобно световому излучению. Информация о том, что ему двадцать шесть лет и он старше меня на восемь, стала для неё ударной волной. А новость о том, что он работает на базаре, вызвала у неё радиоактивное заражение.

После этого были споры, упрёки и слёзы. В итоге родители поняли, насколько для меня это важно, и дали своё благословение.

Мы договорились, что после моего дня рождения в июле с Тараза приедет небольшая делегация сватов.

Возглавлять делегацию должен был старший брат Бахи — Болат. Его супруга Дамиля (жеңге) и сестра Гуля должны были провести обряд сырға салу (надеть серьги). После этого обряда меня должны были забрать в Тараз как невесту.

Как я уже упоминала, в 1995 году были непростые времена. В то время не существовало прямого авиасообщения между областными центрами Казахстана.

Со слезами на глазах мама отпустила меня в Тараз.

Меня должны были сопровождать жеңге

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».