Аделина Дэвис Я тебе не друг!

Глава 9 - Расставание

Мир

По итогу ни одна не подошла по ощущениям к той, что была со мной!

Забиваю на это.

Значит, не судьба.

На железнодорожный вокзал мои предки поехать даже не удосужились. Впрочем, меня такой расклад вполне устраивает. Я уже даже отвык от них за время учебы в городе.

В дороге мы оказываемся с Дилярой в одной машине. И я вспоминаю про слова Мара о том, что она видела, в каком я был состоянии. А значит, могла заметить и белокурую незнакомку в моем обществе.

- Диль. Не видела рядом со мной девушку? Блондинку. Такую... - Затыкаюсь, формулируя ощущения. - Красивую, - заканчиваю.

- Так ты помнишь её или нет? - задаёт уточняющий вопрос жена друга, внимательно глядя на меня через Мара в машине.

- Мелкие детали. Лицо нет, - решаюсь на нелицеприятное признание.

Каримов недовольно бросает взгляд, слегка качая головой.

Ну?! Мне соврать?! Влегкую! Просто она спросила напрямик, я ответил. Всё!

Диля смотрит с укором на меня.

- Жаль. Может, это была твоя судьба, а ты профукал, - назидательно.

- Так видела или нет?! - злюсь на ее философские рассуждения, да и на друга тоже. Что все вдруг решили поучить меня жизни?! Не поздно уже?!

- Нет! - отворачиваясь.

Ну и хрен с ней, с этой незнакомкой!

У меня впереди целый год марширования на плацу да жизни в одной тесной казарме с такими же пацанами, как я. Не до девок будет.

И вроде привык, что у меня такая дерьмовая семья и им на меня плевать. Но когда родные Мара начинают с ним прощаться, пуская слезу, что-то щемит и у меня в груди, в области сердца. По Каримовым и я буду скучать. Они замечательная семья. И ко мне относятся по-доброму.

Мама Марата втягивает меня в свои объятия, наставляя:

- Береги себя. И позвони, как сможешь.

Только киваю, сглатывая.

Пожимаю руку Яру, их отцу. Хлопают меня по плечу, подбадривая.

Поодаль стоит Самирка, как обычно в своих балахонах и больших очках, закрывающих половину лица. На голове капюшон. Вытирает слезы, что катятся у нее из глаз.

Мне вдруг приходит осознание, что плачет она не столько по брату, сколько по мне. Что-то теплое от этого разливается в груди. Хорошая она девчонка. И влюбленность эта у нее пройдет. Она обязательно ещё полюбит хорошего парня и будет с ним счастлива.

Безмолвно протягиваю к ней руку и сгребаю в свои объятия. Шмыгает носом, утыкаясь мне в шею.

В нос ударяет какой-то знакомый запах. Лёгкий. Приятный. Вдыхаю глубже, пытаясь вспомнить, откуда от мне кажется знаком.

Жмется ко мне, целуя в щеку. Позволяю ей это. Выглядит как безобидная ласка.

Не успеваю сообразить, как отстраняется и проговаривает:

- Пока, Ахметов...

- Будь счастлива, Малявка. Если обидел тебя чем-то, ты уж извини. И обиду на меня не держи. Я просто сам такой. С ебанцом.

Отходит на пару шагов и отчётливо проговаривает:

- Я знаю...

Пару секунд стоим, смотрим друг на друга. Ощущение, что в эти простые слова она вложила больше смысла, чем оно было сказано.

Ветер подхватывает ее капюшон и сдирает с головы. Моему взору открывается роскошная копна слегка завитых длинных волос.

Где-то в подборке мелькает мысль, что именно вот такую белокурую девушку я и искал сегодня. Но я даже не позволяю этой идиотской мысли укорениться у меня в мозгу.

Никогда! Никогда я не позволю себе тронуть сестрёнку своего лучшего друга!

Стягиваю с головы шапку и нацепляю на нее. Поправляет, смущённо улыбаясь мне.

Слегка касаюсь кончика ее носа указательным пальцем, как в детстве, когда она была ещё совсем маленькой девочкой. Тогда не было между нами вот этогой ее дурацкой влюбленности, и относилась она ко мне так же, как к своим братьям.

Правда смотрит теперь она на меня совсем по-другому. Как взрослая. И от этого мой поступок кажется сродни интиму.

Сопровождающий из военкомата созывает всех в поезд, который собирается отправляться.

- До встречи, Малявка, - говорю ей, подмигивая.

Подхватываю сумку и уже в спину слышу, как она негромко проговаривает:

- Прощай...

Глава 10 - Неожиданная встреча

Мира

Знаете, оказывается, жизнь после потери любимого человека продолжается. Я в этом убедилась ещё восемь лет назад.

Со временем боль притупляется. Ты начинаешь ощущать вкус к жизни, который потеряла из-за безответной любви. Университет, друзья, работа. И вот ты уже полноценный человек. Твоя зависимость наконец-то тебя отпускает...

С самооценкой немного сложнее. Но когда раз за разом тебе предлагают встречаться, говорят, насколько ты красива, ты начинаешь действительно ощущать себя таковой.

Я долго противилась отношениям. Не хотела впускать в свое сердце ещё кого-то. Мои ровесники мне все казались какими-то несерьезными. Хотя, скорее это я в их двадцать хотела от них невозможного. А они просто жили, наслаждаясь жизнью и ни о чем не заботясь.

Дима оказался старше меня на целых пять лет и совершенно неоригинальным в своих подкатах. Может, именно от того до безумия милым. А еще моим соседом по лестничной клетке, что постоянно не мог отыскать в своей квартире соль, сахар и ещё много чего, что ему вообще вряд ли было нужно.

- Молодой человек, а вы точно живёте в СВОЕЙ квартире? - не удержалась я от вопроса, когда он в очередной раз пришел, но уже за мукой.

- Почему вы спрашиваете? - слегка даже смутился, проводя рукой по волосам. - Думаете, я убил настоящих хозяев и теперь просто скрываюсь в их квартире? - пытался он тогда пошутить.

Приподняла бровь и проговорила иронично:

- Потому что в наш век технологий вам надо нажать всего лишь пару кнопок, чтобы заказать все необходимые продукты, не выходя из дома.

Улыбнулся тогда с озорными искорками в глазах, кивая.

- На самом деле я просто хотел с тобой познакомиться. - Ловко переходя на "ты". - Но в первую мою вылазку ты даже не удосужилась назвать свое имя.

- И для этого вы решили обчистить все мои шкафы?! Чтобы я наконец-то призналась, как меня зовут?! - возмущенно спросила у него, демонстративно продолжая говорить на "вы".

Самый странный подкат, который я видела!

Пока он растерянно собирался с мыслями, вложила ему в руки пачку муки и закрыла дверь.

Не удержавшись, посмотрела в глазок.

Расстроенно стоял какое-то время за моей дверью. Затем, будто что-то решив для себя, развернулся и ушел.

Тогда ещё подумала, что может, зря я так...

Не прошло и пару часов, как снова постучался. Решила в этот раз наладить общение. Он все-таки мой сосед. Совсем необязательно для этого начинать встречаться с ним.

Открыла дверь, и мне в руки всунули большой пакет с продуктами.

- Ты прости. Неудачная была идея. Вот компенсация.

Уже собрался ретироваться, когда я окликнула его, оповещая:

- Меня Самира зовут.

Развернулся.

- Дима...

И встал как вкопанный. В ожидании.

- Хочешь чаю, Дима? - улыбнулась я.

Сама не знаю, что меня тогда сподвигло пригласить его к себе. Мама говорила, что настоящий мужчина всегда будет нести всё в семью, а не наоборот. И этот его жест мне показался очень искренним.

Так он в начале попал в мою квартиру, а потом и в мое сердце.

Хитрый лис оказался. Но с ним мне хорошо...

Спокойно.

За пару часов до описываемых событий в прологе

Тру руки друг о друга, нервничая.

Мы едем с Димой к моим родным знакомиться. Для меня это очень ответственный шаг. Он должен понравиться не только родителям, но и моим несносным братьям. А это тот ещё квест.

Незаметно дотягивается до моей руки и переплетает пальцы, укладывая на свое бедро. Вздрагиваю, кидая на него удивленный взгляд.

- Мерзнешь?

- Нет. - Зависаю, раздумывая. Затем всё-таки решаюсь сказать правду. - Волнуюсь.

- Я обязательно понравлюсь твоим родителям. В конце концов, я люблю их дочь Так что не переживай, - подводя итог.

Несмотря на волнение, не могу не улыбнуться. Такие признания в порядке вещей для него. Он на них не скупится. В отличие от меня.

- Проблема не столько понравиться им, сколько моим братьям. - Озвучиваю волнующую меня тему.

Останавливается на заснеженной обочине, включая аварийку. Поворачивается всем корпусом ко мне и слегка склоняется в мою сторону, облокачиваясь на подлокотник.

- Ты что, не веришь в мое обаяние? - приподнимая смешно бровь. - К тебе же я как-то пробился. А ты, знаешь ли, крепкий орешек.

- Думаешь, твое обаяние тут поможет? - спрашиваю его, пытаясь не рассмеяться.

- Уверен, что поможет пара бутылок хорошего элитного коньяка, которые я им купил. Ничто так не сближает мужчин, как алкоголь, - уверенно заявляет он, подмигивая мне.

Я только киваю, безмолвно соглашаясь с ним.

Тянется к моим губам для поцелуя, и я на автомате чмокаю его.

Неожиданно для себя расслабляюсь. Ну, правда? Чего это я...

Подъезжаем засветло. Возле ворот стоит несколько машин, загораживая проезд во двор. Я не узнаю ни одну. Дима решается поставить свою чуть подальше.

А я шагаю по тропинке к входной двери, чтобы предупредить родителей, что приехала не одна. Сюрприз сюрпризом, но когда тебе на голову сваливаются сразу два человека, это уже может стать проблемой.

Удивлённо смотрю на закрытую дверь.

Я в одном тонком платье и капроновых колготках. Поверх всей этой красоты на мне шубка. Хотела быть красивой, возвращаясь домой, поэтому оделась совершенно не по погоде. Звоню в дверь, топая в своих изящных ботинках на каблуке по крыльцу.

Холодно.

Дышу на свои руки, надеясь хоть немного согреть их. Уже жалею, что вышла из машины раньше времени, когда внезапно дверь открывается и на пороге стоит... ОН.

Ахметов...

Мое сердце замирает. И кажется, я даже перестаю дышать. Пару секунд просто пялюсь на него, неосознанно отмечая то, как сильно он изменился. Возмужал. Это уже не парень. Это взрослый мужчина с красивыми чертами лица и крепким телосложением.

Сглатываю. И вот на меня невольно накатывает то самое ощущение безысходности, когда мне снова восемнадцать, и он мне, как маленькой, объясняет, что мы с ним просто друзья. И ничего более...

Если честно, не ожидала его увидеть так скоро. Знала, что он иногда бывает у родителей. Да, в принципе, он часто торчал у нас, пока они учились с Маратом в школе.

Но я надеялась для начала подготовиться к этому событию. Всё-таки не каждый день встречаешь безответную любовь своей молодости.

- Вы что-то хотели, девушка? - поступает от него вопрос, и я понимаю, что он меня не узнал.

Я настолько изменилась, что он меня даже не узнал!

Мне вдруг становится смешно. И напряжение отступает. Все это в прошлом. Я уже не та влюбленная дурочка, что пускала по нему слюни. Я повзрослела.

Перекидываюсь с ним парой ничего не значащих фраз и захожу в дом.

Чувствую спиной его оценивающий взгляд. Просто, чтобы потешить свое эго, изящно расстегиваю ботиночки, оголяя свои длинные красивые ноги и виляя бедрами, захожу в дом.

Выкуси, Ахметов! Все это теперь принадлежит другому мужчине! Не тебе!

Глава 11 - Баталия

Мир

Остаюсь стоять на пороге, глядя на то, как она сексуально снимает с себя ботинки, оголяя просто бесконечные ноги.

Ё-мое...

Сглатываю.

Ступает носком практически босых ног по холодному коридору и не спеша заходит домой, эротично виляя своими бедрами.

И бл*ть, только тогда умудряюсь наконец-то отвести взгляд!

Аааа!

Очнись, Ахметов! Это все та же сестренка твоего друга! Просто... слегка видоизмененная.

Кто бы знал, что она может так сильно преобразиться. Хотя и тогда было понятно, что если снять с нее эти балахоны и уродливые очки, прежней она уже не будет.

Но такое?!

Нет, даже представить сложно.

К двери подходит мужик примерно моего возраста с большим букетом и какими-то пакетами в руках. Кидает все это на крыльцо. Оцениваю его чисто внешне. Белобрысый такой. Невольно сравниваю с собой. Ну, блин, небо и земля. Как вообще они сошлись-то?

- ЗдорОво! Я Дима. - Протягивает руку, приветливо улыбаясь.

- И тебе не хворать, - отвечаю ему, крепко пожимая. - Альмир.

Его улыбка слегка меркнет. Походу, он надеялся на одного из ее братьев. Но нет. Придется терпеть на этом семейном ужине чужого.

- Друг семьи. В частности, Марата, - всё-таки разъясняю я после секундного молчания. - Покурим? - предлагаю ему, хватая с вешалки свою парку и вешая на плечи. Мне нужно срочно затянуться. Невозможно адекватно воспринимать трансформацию Миры без убойной дозы никотина.

Кивает. Выходим.

- Самира не рассказывала мне о тебе. - Слегка щурясь, делится он со мной информацией, засовывая руки в карманы пуховика.

Ясен пень!

Ещё бы она про меня рассказывала! И что бы там было: "Я несколько лет сохла по другу своего брата, но моя любовь так и осталась безответной". Так чтоль?

Несмотря на всю логичность его утверждения, в груди что-то неприятно так свербит. Она всегда была для меня частью семьи Каримовых. И я, несмотря на то, что вел себя как последний мудила, испытывал к ней теплые чувства.

Предлагаю этому Диме сигарету, но он качает головой, отказываясь.

- Не курю.

- Давно встречаетесь? - как бы между прочим спрашиваю у него, зажигая свою.

- Больше года уже. - Кутается в свой пуховик от январского холодного ветра съёживаясь.

Удивлённо приподнимаю брови.

А Мар вообще в курсе, что его сестрёнку окучивают уже больше года? Не думаю.

- И какие дальнейшие планы? - уже внаглую задаю вопрос у него, хотя это вообще меня не касается. Просто если он собирается ее "поматросить и бросить", я должен знать.

Как минимум, чтобы навалять по его слащавой физиономии. А потом настучать ее братьям, чтобы они добили.

Да.

Именно в такой последовательности.

- Раздумываю пока. Если все сложится с ее родными, может, и предложение сделаю, - оповещает он, впиваясь в меня настороженным взглядом.

Так и застываю с сигаретой в зубах и о*уевшей физиономией. А мне он об этом говорит, чтобы я был в курсе чтоль? И не имел виды на нее? Или как?

Тогда он напрягается впустую. Я мог ее забрать себе ещё девочкой, только вставшей со школьной скамьи. Но не сделал этого. С того времени ничего не изменилось. Она все также сестрёнка Мара, и для меня при любых обстоятельствах недоступная.

Да и не нужна она мне! Просто... я слегка удивлен ее преображением. Вот и все.

Этот Дима, походу, серьезный малый. А главное, до дошнотиков идеальный по всем фронтам.

Киваю, принимая его громкое заявление.

Самире как раз такой и нужен. Она сама девочка хорошая, из замечательной семьи. Ей только идеальный и подойдёт. Но такой ли на самом деле этот тошнотик? Нужно приглядеться.

Докуриваю и мы вместе заходим в дом.

Навстречу нам выходит Самира. И вроде видел ее уже такой, но все равно не могу до конца поверить, что это именно она. На меня Мира даже не смотрит. Все ее внимание приковано к жениху.

- Ты чего так долго? Я уже родителей оповестила, что ты тоже со мной приехал. Они хотят познакомиться, - немного нервно оповещает она.

- Я уже готов. Пошли, - ей в ответ от него, стягивая с себя пуховик и кидая на диван.

Усмехаюсь, ожидая реакции Самиры. Она у нас по жизни мозгоебный перфекционист. Ее всегда бесило, что братья не могут убрать вещи на свои места.

За мной никто никогда не убирал, поэтому я привык делать это за собой сам. Да и армия с дальнейшей службой только привили во мне ещё большую любовь к порядку. Поэтому стягиваю с себя парку и вешаю на вешалку, убирая в шкаф.

Самира, на мое удивление, без лишнего шума и разборок, сама поднимает и убирает его пуховик.

Удивлённо пялюсь на нее пару секунд. Серьезно?!

Этот Дима проходит вперёд со всеми своими подарками. А я, даже сам не отдавая отчета в своих действиях, хватаю ее за кисть, удерживая в прихожей.

- И давно ты так молча прислуживаешь? - Закипаю я. Хрен знает почему. Вроде не моего ума дело, но промолчать просто не получается!

Неожиданно меня простреливает от тока на месте захвата, и я удивлённо смотрю на наши руки.

Это что ещё, бл*ть, такое?!

Отдирает свою руку, глядя с недовольством в глаза.

Это для меня ещё одно открытие на сегодня. Потому что ее глаза оказываются удивительного серого цвета, как грозовое облако! Зачарованно вглядываюсь, замечая мелкие жёлтые крапинки посередине. Она что, в линзах?

- Это называется любовь, Ахметов! - шипит она сквозь зубы, пытаясь не повышать тон. Потом ее лицо меняется, и она с усмешкой проговаривает: - Хотя кому я об этом рассказываю...

Разворачивается и уходит.

Второй раз на дню остаюсь стоять в ступоре после ее выходки. И никак не могу прийти в себя.

Не, это нормально вообще так разговаривать?! Давно у нее там взрослелка выросла, что она, не боясь меня, нарывается на открытый конфликт?

Опять до одури хочется затянуться, потому что мой мозг просто отказывается понимать, что вообще происходит и кто это девушка. Не Самира точно!

Но я пересиливаю себя и топаю в гостиную. Не могу же я пропустить такое знаменательное событие, как знакомство жениха с семьёй невесты!

В целом Каримовы весьма доброжелательно принимают его. Садимся за стол. Я принципиально выбираю место напротив Миры.

А что?

Мы очень давно не виделись. Я соскучился. Она мне как сестрёнка. Нуу, почти...

- И чем ты сейчас занимаешься, Малявка? - нарочно вспоминаю ее детское прозвище, заставляя зардеть ее щеки.

Даа!

Незаметно вздыхает, поджимая свои красиво накрашенные губы, и мило так улыбается, обнажая ровные белые зубы.

Ммм! Вот улыбка точно ее! Она была залипательной ещё в подростковом возрасте, а уж сейчас глаз - не отвести.

- Сейчас Мирка, конечно, уже подросла. Но это прозвище приклеилось к ней с детства, и мы ее так называли вплоть до конца школы, - посмеиваясь, поясняет Мар Диме мое не совсем лестное обращение, усаживая поудобнее у себя на коленях своего сына. Тот так и норовит выскользнуть из рук и убежать, не дожидаясь горячего.

- Я штатный психолог в одной очень хорошей фирме, - вздергивает она бровь, скрещивая руки на груди и тем самым занимая оборонительную позицию.

И я знаю, почему она так делает. Однажды она по секрету поделилась со мной своими планами стать психологом. Тогда я только посмеялся над ее желанием выслушивать чужие проблемы. Будто своих мало. И только побывав там, откуда некоторые не возвращаются, с уверенностью могу сказать, что у нее очень нужная и важная профессия.

- Молодец! - удивляю я ее, удерживая взгляд. Мы дольше положенного смотрим друг на друга. Ее жених дотягивается до ее руки, переплетая пальцы на столе, и мы прерываем наш зрительный контакт. Почему-то очень хочется вернуть ее внимание, и я, не удержавшись, спрашиваю: - Проведешь мне сеанс прихотерапии?

Ее брови взлетают вверх и она удивлённо спрашивает:

- У тебя проблемы? Хочешь поговорить об этом?

Улыбаюсь, опуская взгляд на стол. У меня куча проблем, которыми я не собираюсь делиться абсолютно ни с кем. Тем более с ней.

Но просто поболтать я совсем не против.

- А у кого их нет? - задаю риторический вопрос.

- Мир, не приставай к Самире, - предупреждающе звучит с конца стола, и я в недоумении смотрю на своего друга. Я пристаю? Да вроде нет. Мы просто мило общаемся.

- А почему нет? - недоумевает их мама. - Если ему нужна помощь, Мирочка могла бы ему помочь. Правда, дочь?

Самира сжимает челюсть, недовольная моей просьбой. А меня это почему-то веселит. Теперь я принципиально хочу к ней на прием.

- Не думаю, что смогу ему помочь. Тем более я приехала в отпуск и хочу немного отдохнуть от чужих проблем.

- Милая, но он же не чужой, - гнет свое тетя Лиля.

- Если дело в цене, ты так и скажи, - стебусь я уже над ней.

Не только тебе сегодня ставить меня в идиотское положение, Малявка. Я тоже хочу.

- Если я захожу взять за свою работу деньги, ты можешь и не вытянуть! - психует она, с вызовом глядя мне в глаза.

- Я думаю, что на пару-тройку занятий я как-нибудь наскебу! - Тоже повышаю тон.

Метаем в друг друга молнии, не скрывая злости.

- Что вообще происходит? - недоумевает ее жених, начиная что-то подозревать

- Эй, эй! Брейк, товарищи! - не выдерживает Мар и мы как по команде смотрим на него. - Да что с вами такое?! Какая муха вас укусила?!

- Простите. - Первым иду на компромисс. Чувствую, что меня куда-то занесло. Нечего было лезть к ней. И вообще. - Я думаю, мне пора.

Встаю.

- Ну и куда ты? Время ещё детское, - расстраивается дядя Хаким, кидая взгляд на часы.

Натуженно улыбаюсь, проходясь взглядом по всем.

- Самира приехала. Побудьте своей семьёй. Спасибо за все.

От своих собственных слов становится как-то не по себе. Какими бы родными они для меня не стали, это все же не моя семья. И с этим просто надо смириться.

Уже возле двери Самира окликает меня по фамилии.

Поворачиваюсь.

- Я согласна, - говорит она безэмоционально.

А я не могу удержаться и улыбаюсь ей от души. И плевать, как это выглядит со стороны.

Глава 12 - Наследственность

Мир

Выхожу на крыльцо в распахнутой парке и закуриваю.

Я добился своего. Она согласилась. Но нужно ли мне это? А ей? Не думаю...

Зная её доброе сердце, со стопроцентной уверенностью могу сказать, что Малявка меня просто пожалела.

От осознания этого факта на душе как-то паршиво.

Меня нужно жалеть? Да вроде нет. Я доволен своей жизнью. Деньги есть. Друзья тоже. Любви не ищу, в отличие от Мара, который был просто зациклен на своем "Котёнке". И только воссоединившись с ней, стал по-настоящему счастливым.

У меня такой любви никогда не было, нет и не будет. Мне не надо. Я одиночка по жизни. Спасибо родителям.

Невольно бросаю взгляд на соседний участок. Оттуда доносятся громкие голоса и музыка. Это совсем не тоже, что и у Каримовых. У них семейный праздник, у этих - обычная пьянка.

Поднимаю глаза к небу, выдыхая сигаретный дым.

Надо зайти.

Пересиливая себя, забираю увесистый пакет с продуктами и шагаю в сторону ворот. Забор покосился. Калитка давно не закрывается. Но хозяевам на это все равно.

У них другие заботы.

Захожу в дом. В нос ударяет отвратительный запах перегара, смешанный с запахом сигарет и ещё чего-то убойного.

Не дожидаясь разрешения, открываю во всем доме окна. Свежий, спасительный морозный воздух бьёт прямо в лицо, вырывая из этого ада.

Дышу, пытаясь взять себя в руки. Разворачиваюсь, проходясь взглядом по присутствующим. Меня бы даже не заметили, если бы не холод, который пробирается им под одежду.

- Эй! - кричит дядя Володя, глядя на меня пьяным взглядом и, кажется, даже не узнавая. Он здесь завсегдатай.

- Есть претензии?! - Гаркаю на него, оскаливаясь.

- Альмир, ты чтоль? - Идёт на попятную, не решаясь спорить.

То-то же!

Вообще, вся пьянь деревни всегда собирается здесь. От них я и тумаков получал прилично, пока не повзрослел и не начал давать сдачи.

Однажды меня один из них избил так сильно, что я еле оклемался. Его уже давно нет в живых. Уснул где-то в подворотне зимой и замёрз насмерть. Но я до сих пор помню его разъяренное лицо. А все потому, что, по его мнению, какой-то сопляк решил с ним попререкаться. Мои родители даже не попытались меня тогда защитить. Приходил в себя сам.

Марат - единственный, кто знал об этом. Потому что я пару недель просто не выходил из дома. Но тогда категорически отказался от медицинской помощи, которую он предлагал вызвать. Хватало того, что родители постоянно грозились сдать меня в детдом. А так врачи точно настучали бы в опеку об этом инциденте, и меня забрали.

Но я не хотел.

Наверное, каждый ребенок в душе надеется, что родители его любят, и нет нигде места лучше, чем рядом с ними.

Сейчас я точно могу сказать, что это ошибочное мнение. Ни один ребенок не заслуживает жить в таком аду. Но тогда я делал все возможное, чтобы остаться с ними.

Когда стал постарше, было уже легче. И от бати стало меньше прилетать, и мое слово стало иметь вес в этом доме. Но любви от этого ко мне не прибавилось. Да и я, пожалуй, к этому моменту понял, что мне это и не нужно. От них точно!

Но были еще Каримовы рядом...

От них я получал любовь и заботу, несоизмеримую с тем, что давали мне мои родители. Это была какая-то другая любовь. Чистая и светлая. Я тянулся к ней, как растение к солнцу.

И когда выяснилось, что тете Лиле нужна срочная операция на сердце, я, не задумываясь, тоже пошел с Маром устраиваться в частную военную компанию. И рад, что смог внести свой вклад в ее лечение, хотя об этом никто не знает, кроме него. Я попросил не говорить, чтобы они не чувствовали себя должными мне.