Полная версия:
Андрей Буторин Фролтазёр
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Ты так волнуешься за нас? — всхлипнул Шарик. Кругляк, похоже, от волнения вообще не мог говорить.
— Конечно волнуюсь! — прижал я к груди руки. — Вам и без того досталось. А если бы еще из-за меня…
Кругляк и Шарик навзрыд зарыдали. Из больших глаз, словно из водопроводного крана, хлынули потоки слез, рисуя на пушистой шерстке мокрые дорожки.
— Вы чего? — сглотнул я, сам уже с трудом сдерживая слезы. — Не надо.
— Как «чего»? — сквозь рыдания и всхлипы наперебой запищали пушистики. — Как «не надо»? Ты такой добрый… Нас никто никогда не жалел… Только ты!
Мне стало стыдно. Вот честно скажу: очень стыдно. Я не мог ни смотреть в глаза Шарику и Кругляку, ни продолжать этот разговор. Поэтому я сквозь ком в горле выдавил:
— Так я пошел? — и, не оборачиваясь, быстро зашагал к «снеговику».
Входные двери жилища мага распахнулись передо мной сами. «Фотоэлементы», — подумал я, но тут же мысленно обругал себя безмозглым тупицей. Какие еще фотоэлементы в мире драконов и магии? Она, магия родимая, и есть. Стопудово. Зуг, наверное, еще и наблюдает за мной через какое-нибудь волшебное блюдце. На всякий случай я приветливо помахал рукой и вошел внутрь здания.
— Иди наверх, — заставил меня вздрогнуть от неожиданности голос. Не сказать чтобы оглушительно громкий, но такой, что пробирал, казалось, до самых костей. Как бас-гитара у рок-музыкантов, особенно если слушать через хорошую акустику. У Сеньки, кстати, такая; мы часто у него музыку слушаем.
Но сейчас мне было не до музыки. Я невольно стал озираться, пытаясь понять, откуда звучит голос, как он зазвучал снова:
— Лестница справа от тебя. Поднимайся.
«Ага, — подумал я, — значит, точно за мной наблюдает».
Лестницу я увидел сразу. Повторяя плавный изгиб вогнутой стены, она вдоль нее уходила наверх. Мне не оставалось ничего другого, как встать на ступеньку и… Я уже занес ногу для следующего шага, как лестница, подобно эскалатору метро, бесшумно и мягко двинулась вверх. Пустячок, а приятно.
Пока я таким вот, очень современным на вид способом возносился на встречу с магом, я решил оглядеться вокруг. Точнее, не вокруг, поскольку справа от меня была только стена, а в принципе глянуть, что же есть в магическом жилище «интересненького», как сказал бы Пашка. Однако, увы, ничего рассмотреть я так и не смог. Казалось, будто помещения затянуло туманом. Хотя никакого тумана там не было и в помине, но взгляду всё равно будто что-то мешало, как если бы в каждом глазу оказалось по крупной соринке. Что, впрочем, совсем не мешало пялиться как на саму лестницу-эскалатор, так и на гладкую белую стену. Что ж, это только доказывало: маг действительно настоящий, если умеет проделывать подобные штучки, и надежда во мне слегка окрепла.
Лестница замерла на третьем этаже. Поначалу я и там ничего не мог рассмотреть из-за ненормального магического тумана, но потом увидел в нем проход — что-то вроде узкого невысокого коридора. Правда, это мне только так казалось, а вернее чувствовалось, что он невысокий и узкий — на самом-то деле ни его стенок, ни потолка я не видел. Это трудно описать словами, так что просто представьте себе коридор, без заморочек. Главное, что я его увидел и пошел по нему, тут уж мне выбирать не приходилось.
Шел я как-то слишком уж долго, по моим прикидкам верхний шар «снеговика» был в диаметре куда меньше того расстояния, что я протопал. Но я решил подобным мелочам не удивляться, тем более этот неописуемый туман, дом-«снеговик» и всё такое снова вернули мне в голову мысли о бреде, галлюцинации, коме… Во всяком случае, этот вариант я по-прежнему считал вполне вероятным. Я бы даже сказал, что в тот момент я давал ему столько же, что и вероятности того, что всё это происходило со мной на самом деле. Как говорится, «фифти-фифти».
Поскольку никаких ориентиров вокруг меня не было, а «коридор» всё никак не кончался, мне уже стало казаться, что я топчусь на одном месте. Даже начал подумывать: не повернуть ли назад, к лестнице? Я обернулся, чтобы узнать, видны ли ее перила, но к своему ужасу не увидел вообще ничего; сразу за мной был всё тот же волшебный туман, безо всяких намеком на какой-то проход. Признаюсь, внутри у меня похолодело, и затряслись колени. Но теперь у меня не оставалось никакого выбора, кроме как идти вперед. Правда, идти никуда не пришлось. Лишь только я собрался это сделать, как увидел прямо перед собой неведомо откуда взявшееся большое кожаное кресло черного цвета и услышал знакомый уже голос:
— Садись.
С опаской, но в то же время и с облегчением (колени продолжали подрагивать) я плюхнулся в кресло и тут же увидел перед собой точно такое же, в котором сидел человек в сиреневом плаще до пят. Выглядел он не особо старым, во всяком случае, куда моложе моего дедушки, которому недавно исполнилось семьдесят. Я ожидал, что у мага будет длинная седая борода, но у Зуга (разумеется, это был он, кто еще-то?) отсутствовала не только она, но и волосы вообще, даже брови с ресницами. В остальном же — вполне обычный дядька: слегка вытянутое лицо, прямой нос, тонкие губы, карие глаза. И смотрел он на меня вполне нормально, без особой радости, но уж и точно не сердито. Правда, мне отчего-то подумалось, что видит меня маг насквозь и всё обо мне знает. Так что я решил говорить ему только правду, тем более что от этого зависело мое возращение домой. Во всяком случае, я очень на это надеялся.
— Здравствуйте, — пробормотал я.
— Здравствуй-здравствуй, Фролтазёр, — с легкой усмешкой ответил маг. — Или можно попросту Фрол?
— Конечно, можно, — поспешно сказал я, отметив про себя, что моя догадка оказалась верной — маг всё про меня знает. — А вас мне как называть?
— Зови меня Мастер Зуг, — уже без тени улыбки ответил маг. И вообще стал очень серьезным, что меня слегка напрягло.
Наверное, по мне это было сильно заметно, потому что Мастер Зуг сказал:
— Бояться меня не нужно, я не собираюсь причинять тебе зла. Ведь ты же не враг Правдивого королевства.
— Нет! Конечно, нет! — поспешно заверил я.
— Я знаю, знаю, — вяло махнул рукой маг. — Я только не знаю, откуда ты к нам прибыл. Не расскажешь?
И я всё ему рассказал. Про Землю, про наш город, про кратер, про дурацкий спор и его удивительное завершение.
Мастер Зуг слушал очень внимательно, ни разу меня не перебив. А когда я замолчал, спросил:
— И давно на вашей Земле этот кратер?
— Никто точно не знает, но очень давно. Ему наверняка не одна тысяча лет, потому что даже в самых древних записях о нашем городе в нем уже говорится как о чем-то очень старом, что было испокон веков. А этим записям самим больше тысячи лет.
— «Лет» — это?.. — поднял маг безволосую бровь.
— Ах, да, — вспомнил я, что в этом мире подсчет времени ведут по брякам. — Лет — это когда несколько, а когда один — это год. А год — это когда наша планета, Земля, облетает один раз вокруг Солнца.
— Солнце — это ваша звезда? — спросил Мастер Зуг, и я радостно закивал, но подумал вдруг: «А откуда он знает про звезды?..» Но спрашивать об этом я всё же не стал. В конце концов, это был маг, а маги на то и маги, чтобы всё знать. Ну почти всё.
— Прости, я зря тебя спросил об этом, — сказал вдруг Зуг. — То, что ты мне поведал, не имеет смысла, поскольку неизвестны ни масса вашей звезды, ни планеты, ни расстояние их друг от друга, а без этого оборот не дает никакого представления о времени. И даже если бы ты знал все эти величины, то мы бы всё равно зашли в тупик с единицами измерения.
— И что же делать?.. — вновь почувствовал я внутри противный холодок.
— Ничего. Что нам это дает по сути?
— Но как же теперь… — пролепетал я.
— Как ты теперь вернешься домой? — вновь усмехнулся маг. — Ты это хотел спросить?
Я отчаянно закивал.
— Для этого мне не нужно знать, сколько… э-ээ… лет вашему кратеру. И как далеко отсюда твоя планета — мне тоже безразлично. Скажу тебе больше: время и расстояние столь условные и относительные величины, что мы ими практически не пользуемся. Но всё же ответь мне, Фрол: неужели тебе так не понравилось у нас, что ты рвешься домой?
— Мне… понравилось… — забормотал я. — У вас красиво… Вот только война…
— Война? — вновь приподнял бровь Мастер Зуг. — Где же ты видел у нас войну?
— Я не видел, но… — Я замолчал. Мне очень не хотелось подставлять пушистиков и дракошек. Но не могли же они мне соврать — они этого попросту не умеют!
— Я кажется понял, — качнул головой Зуг. — Тебе рассказали о войне. Но разве тебе говорили, что она идет и сейчас?
— Вы сами спросили меня, не враг ли я Правдивого королевства! — едва не подпрыгнул я в кресле, вспомнив начало разговора.
— Иметь врагов — еще не значит вести войну.
— Да, но… — Я опять не договорил, потому что понял: это и в самом деле так. А пушистые чудики и крылатые ящерки говорили о войне, но я не смог вспомнить, говорили они о том, что война идет именно сейчас, или только рассказали, что пострадали на войне, а ведь быть она могла давным-давно. Я ведь и в самом деле не видел тут никаких боевых действий.
Мастер Зуг поднял руку.
— Не будем больше о войне, — сказал он. — Давай сделаем вот как… Если ты так этого хочешь, я верну тебя домой. Вернее, я скажу тебе, что нужно сделать, чтобы вернуться. Но ты пообещай мне одну вещь…
— Какую? — отчего-то испугался я.
— Ничего особенного. Просто рассказывай там, у себя, о нашем мире, о Правдивом королевстве, о том, какой он красивый и приветливый. И как ты сюда попал — тоже рассказывай.
— Да кто же мне поверит?! — подскочил я с кресла. — Меня и так все считают фантазером! Ну, если честно, за дело, и всё-таки…
— Поверят, — не дал мне закончить маг. — Я научу тебя одному несложному заклинанию…
Я снова шел по «коридору» сквозь «туман». Мастер Зуг сказал, что так я очень быстро дойду до того дерева, возле которого очнулся в этом мире. По его словам, чтобы вернуться домой, нужно было всего лишь забраться на дерево и спрыгнуть в то место, где я пришел в себя. Ну, не с самой верхушки спрыгнуть, на это у меня всё равно не хватило бы смелости. По словам мага, высоты нижних веток достаточно, а это, насколько я помнил, не очень высоко, примерно как мой рост с поднятыми руками. Вот кто же знал, что вернуться так просто? Не пришлось бы тащиться в Зугар… Но, с другой стороны, а что плохого в этом небольшом путешествии? Пусть я увидел не так уж много, но и этих впечатлений мне хватит до конца жизни! И еще… Если бы я вернулся сразу, то не получил бы от Мастера Зуга тот волшебный дар, от которого у меня до сих пор бегали по коже мурашки. Мне теперь все-все-все будут верить! Что бы я ни говорил, что бы ни напридумывал! Никто больше не назовет меня вруном и фантазёром. Держитесь теперь у меня!
Глава 6
Удивительно, но по этому «коридору», что проложил для меня к дереву Мастер Зуг, я шел куда меньше, чем от лестницы в «снеговике» до места встречи с магом. Хотя там расстояние не могло быть больше двух-трех десятков метров, а путь от города до дерева составлял около полутора километров (если точнее, сто пятьдесят взрослых бронзовых драконов мужского пола). Хотя, чему тут удивляться — магия она и есть магия. Теперь и я обладал ее небольшой, но очень полезной частичкой. Нужные пассы руками и текст заклинания я запомнил накрепко, лучше чем теорему Пифагора. Тем более они были совсем несложными, но такими, что случайно это не сделаешь, разве что будешь нести всякую несвязную чушь и по-всякому махать руками тысячу лет, а то и больше. Хотите узнать, что нужно делать? Еще бы вы не хотели. Но я не скажу, вы уж меня извините. Я обещал магу, что ни с кем этим знанием делиться не буду. Он, к тому же, еще и сказал, что если я кому-нибудь открою секрет заклинания, то сам им больше воспользоваться не смогу. А мне это надо?
Но я снова отвлекся на это заклинание, очень уж оно мне нравилось… Между тем «коридор» закончился, «магический туман» развеялся, и я увидел, что стою возле того самого огромного дерева с широченным стволом, рядом с которым я и валялся, пока пушистики использовали мой лоб в качестве барабана. Но теперь разноцветных чудиков со мной не было, как не было и дракошек. Признаюсь, стало даже немножечко грустно: вернусь сейчас домой, а их так никогда больше и не увижу. Даже не попрощаюсь.
А вот с тем, чтобы забраться на толстые нижние ветви дерева, проблем не возникло. Кора на дереве была толстой, покрытой глубокими извилистыми морщинами и трещинами. Забраться по ней мог бы, наверное, и пятилетний ребенок. В общем, с первым этапом своего возвращения я справился элементарно. Перед этим я снял с пояса и надел как положено куртку, а на голову водрузил шапку. Подумал: а вдруг сорвусь, так падать будет мягче. Ну и дома была всё-таки зима.
Как оказалось, сделал я это не напрасно, но совсем по другой причине.
Короче говоря, я забрался на ближнюю к нужному месту ветвь дерева, осторожно, раскинув руки, выпрямился, сделал пару шажков от ствола и прыгнул.
Удара ногами о землю я не почувствовал. Я вообще ничего не почувствовал. Прыжок — и вот меня уже кто-то хлопает по щекам. «Стучать по лбу им, видимо, надоело», — проползла в мозгу ленивая мысль.
— Перестань, Шарик! — не открывая глаз попробовал я оттолкнуть приставучего чудика.
— Он что, бредит? — услышал я взволнованный голос… Сеньки. — Давайте «скорую» вызывать!
— Ну мне и влети-и-ит… — захныкал Пашка.
Я распахнул глаза. Надо мной склонилась Юлька; она, видимо, и хлопала меня перед этим по щекам. Друзей мне видно не было, поэтому я сначала сел, а потом и поднялся на ноги. Сенька и Пашка стояли чуть выше по склону.
— Никаких «скорых»! — выкрикнул я. — Даже не вздумайте. Видите, я жив и здоров.
— А чего лежал, как полено? — буркнул Сенька. — Попугать нас решил? Не смешно, знаешь ли.
— Ну решил человек отдохнуть часок-другой, — пробормотал я, приходя к выводу, что всё же правильной оказалась моя первая версия: я всего лишь вырубился, и Правдивое королевство мне только привиделось. Меня удивило лишь то, почему вызвать «скорую» друзья решились только сейчас, а не сразу, как поняли, что я без сознания. Впрочем, это можно было объяснить тем, что и озвучил уже Пашка: боялись, что влетит от родителей за поход на кратер. Но в таком случае, это было просто свинством! А что, если бы я за эти пару часов умер? Я уже хотел было высказаться по этому поводу, но Сенька меня опередил.
— Какой часок?! Какой другой?! — завопил он. — Не придуривайся, Фролтазёр! За такие шуточки точно схлопотать можешь.
— Ты валялся минуты две, — подозрительно щурясь, сказала Юлька. — Лучше сразу признавайся, что решил нас напугать. Чтобы мы стали тебя жалеть и забыли про выигрыш.
— Про какой… — начал я, но тут в голове будто что-то щелкнуло, и я вспомнил всё, что было до моего путешествия в Правдивое королевство… В смысле, до моей красочной и длительной галлюцинации, которая на самом деле, оказывается, уложилась всего в две минуты. Я поднял руки: — Спокойно, без паники. Я не собирался никого пугать. Я вырубился на самом деле, даже глюк словить успел. Но сейчас со мной всё в порядке, спасибо за беспокойство.
Сенька, Пашка и Юлька перекинулись хмурыми взглядами. Похоже, они мне не верили. «Эх, — подумал я, — вот бы мой „сон“ был правдой, и настоящий маг научил меня настоящему заклинанию! Увы, придется выкручиваться самому».
Вспомнив о «приснившемся» заклинании, которое я помнил на удивление хорошо, я просто ради хохмы сделал нужные пассы руками, произнес «магическую» фразу и отчетливо сказал:
— Я на самом деле потерял сознание и очнулся, лишь когда Юла стала бить меня по щекам.
— Бить!.. — фыркнула Юлька. — Ты еще не знаешь, как я бью. Это было так — нежное поглаживание.
Сенька с Пашкой захихикали, а я так и не понял: они мне что, и правда поверили? Заклинание сработало?.. Да нет же, глупости. Если даже и поверили, то просто поверили — и всё. Тем более, я так серьезно об этом сказал. Да и не факт еще, что поверили. Может, на всякий случай проверить «заклинание» на чем-то другом?
Ничего придумывать мне даже не пришлось. Юлька снова прищурилась и наставила на меня палец.
— То, что ты вырубался, не освобождает тебя от уплаты долга. Гони шоколадку!
— И нам! — дуэтом пискнули Сенька и Пашка, сразу напомнив мне Шарика с Кругляком.
Ага, вот и возможность поэкспериментировать. На друзьях это делать, конечно, некрасиво, но, во-первых, я всё равно не верил, что сработает «приснившееся заклинание», а во-вторых, ничего страшного я с ними вытворять не собирался.
Сначала я спросил безо всякого заклинания:
— А с чего вдруг я вам должен шоколадки? Я же летал. Пусть невысоко и недолго, но всё равно ведь летел — не шел, не полз и не ехал. Будете спорить?
— Будем, — ответила за всех Юлька. — Мы договорились, что ты пролетишь до того склона кратера. Так что или лети, или расплачивайся. Нечего нам тут мозги пудрить.
Вот теперь я сотворил заклинание и возмущенно сказал:
— Ни о чем подобном мы не договаривались! Я лишь сказал, что могу полететь, и я это выполнил!
Юлька нахмурилась.
— Но я ведь помню, что раскусила тебя и хотела поставить такое условие…
— Хотела, да не успела, — развел я руками, чувствуя, как начинают закипать от недоумения мозги.
— Семен, Павел, — обернулась к мальчишкам растерянная Юла, — я что, и правда этого не говорила?
— Не говорила, — буркнул Сенька. — А могла бы и сказать. Теперь из-за этого хитрого жука мы и сами без шоколадок остались, да еще и ему их должны.
— Формально Фролтазёр прав, — вздохнул Пашка. — Он летал, хоть и немного. Правда, так и я умею. Но надо было тебе, Юля, и в самом деле вовремя раскусить его хитрость.
— А мы тоже тогда на хитрость пойдем! — заулыбался Сенька. — Мы купим ему самые маленькие шоколадочки! Насчет размера уговора не было.
— Да не нужны мне ваши шоколадки! — отмахнулся я.
Мне и в самом деле было совсем не до шоколада. Заклинание сработало, а это значило… Это значило, что я действительно побывал в Правдивом королевстве и встречался с магом.
Вот теперь я, как говорится, завис. Всё, что случилось со мной, было по правде! Но если я расскажу кому-нибудь эту правду, то лишь подтвержу свое прозвище — Фролтазёр. Да, конечно, я мог воспользоваться заклинанием; собственно, именно для этого случая Мастер Зуг мне его и дал. Но мне почему-то очень-очень не хотелось подтверждать правду заклинанием. Выдумку, фантазию, да что там, откровенное вранье — это пожалуйста, здесь бы я мог разгуляться. Но правду!.. Мне это казалось нечестным, неправильным. Правда не должна нуждаться в обмане! В общем, как-то так; что-то подобное этим мыслям толкалось и мельтешило в моей голове. И еще… Допустим я сотворю заклинание и расскажу кому-то о Правдивом королевстве. Этот кто-то мне поверит. А что потом? Он побежит делиться такой удивительной новостью с друзьями и знакомыми, те начнут его осмеивать, он отправит их ко мне, я «закляну» их, побегут по знакомым они… Это же получится снежный ком! Я просто нутром чувствовал, что до добра подобное не доведет. Слухи дойдут до полиции, или еще куда покруче… И что мне, читать заклинания полицейским? Нет уж, спасибо, что-то не очень хочется.
Хорошо, а как быть с друзьями? Рассказывать им, что со мной на самом деле случилось, или всю жизнь молчать, нося в себе эту невероятную тайну?.. Да меня же просто разорвет от подобной пытки: знать такое — и не поделиться! Но и рассказать — в очередной раз выставить себя посмешищем. Всё-таки воспользоваться заклинанием? Нет, нет и еще раз нет! Эх, что мне стоило взять из Правдивого королевства хоть что-нибудь, хотя бы простую зеленую веточку с дерева! Здесь, зимой, она стала бы лучшим доказательством моему рассказу. Пусть бы друзья не поверили в пушистиков, в дракошек, в мага, но всё же они не смогли бы отрицать, что я где-то побывал.
Стоп!.. А кто заставляет меня использовать заклинание для того, чтобы «оправдоподобить» и без того правдивый рассказ? Ведь и само по себе оно может стать доказательством, той самой зеленой веточкой среди зимы.
Наверное, все эти переживания прекрасно читались на моем лице. Друзья, включая Юльку, удивленно замерли, не отрывая от него глаз. Первым не выдержал самый пугливый — Пашка.
— Фрол, ты чего? — тихо спросил он. Уже то, что он назвал меня настоящим именем, а не прозвищем, говорило о том, что мальчишка и впрямь испугался.
— Колись, — отрезала мои сомнения Юлька.
И я «раскололся».
Я рассказал всё. Меня выслушали молча, это уже хорошо. Только Сенька во время рассказа то и дело ухмылялся, зато Пашка как разинул рот в самом начале, так его и не закрывал. По Юльке ничего было не понять, она выглядела угрюмой, будто слушала скучный урок.
Стоило мне замолчать, Сенька и Пашка высказались одновременно.
— Вот это да! — выдохнул Пашка.
— Растешь, — хмыкнул Сенька.
— Что значит «растешь»? — насупился я.
— Это значит, что ты стал очень интересно врать, хоть записывай за тобой.
— Я не врал! — возмутился я, хоть и ожидал от друзей подобной реакции. — Я рассказал всё, что было на самом деле.
— Похоже на правду, — сказала вдруг всё еще угрюмая Юлька.
— Что-о?.. — вылупился на нее Сенька. — Да большего бреда я еще в жизни не слышал!
— Это не бред, — мотнула головой Юла. — Всё слишком последовательно и связно. И слишком подробно в деталях. Сочинить на ходу такую логичную и масштабную историю Фрол бы не смог, где-нибудь бы да сбился, что-то бы да напутал, какую-нибудь чушь бы да спорол.
— А он, по-твоему, не спорол? — не отступал Сенька. — Говорящие шарики-бобики, микродраконы, дырка в небе… Да один только маг чего стоит!
— Кстати, о маге, — поспешно влез я в эту тираду. — Я вас обманул.
— Кто бы сомневался! — с торжествующим видом посмотрел на Юлу Сенька. Та еще сильнее нахмурилась.
— Да нет же, — раздраженно махнул я рукой. — Я не насчет Правдивого королевства обманул, а насчет шоколадок.
— Ты применил заклинание? — прищурилась Юлька. — Я всё-таки говорила, что ты должен пролететь через весь кратер?
Я кивнул, восторгаясь соображалкой этой девчонки. А вот Сенька с Пашкой, похоже, так ничего и не поняли — смотрели то на меня, то на Юльку, и моргали.
— Не понял… — наконец выдавил Сенька.
— Что тут непонятного? Вы победили в споре. Я должен вам по шоколадке.
У меня появилась идея.
— Давайте я докажу вам, что заклинание действует? А если оно действует, значит, маг существует. То есть я на самом деле побывал у него в Правдивом королевстве.
— Ну давай! — Пашкины глаза так и засветились в ожидании чудес.
— Что ты задумал? — спросила Юлька. Выглядела она по-прежнему недовольной.
— Очень простой эксперимент, — улыбнулся я. — Вы пишете — ну вот прямо на снегу даже — название нашего естественного спутника. Надеюсь, все знают, что это Луна? Так вот, каждый из вас пишет на снегу «Луна», и все поворачиваются ко мне. А я сотворю заклинание и скажу, что наш естественный спутник называется как-нибудь по-другому. Потом спрашиваю это у вас, потом говорю, чтобы вы обернулись и прочитали, что…
— Глупости! — перебила меня Юла. — Это совершенно лишнее. И всё равно не полностью убедительно. Ты, например, мог где-то научиться гипнозу.
— Ну а что тогда?
— Сам не догадываешься?
— Нет, — честно признался я.
— Мы все разбегаемся по склону и прыгаем в снег.
Я разинул рот. И снова поразился Юлькиной сообразительности. Но еще больше разозлился на себя, ведь такое доказательство моей правдивости было не только абсолютно убедительным — оно просто само собой напрашивалось!
— И… я?.. — побледнел вдруг Пашка.
— Никто никого не заставляет, — сказала Юла, привычно взяв на себя роль командира. — Я могу прыгнуть одна. Надеюсь, вы мне поверите, когда я вернусь? Могу принести вам цветочек.
— Не, я тоже с тобой! — засуетился Сенька. — А вдруг там правда драконы? Пусть и маленькие. Я люблю про драконов читать.
— Я тоже люблю, — пробормотал Пашка. — Но я… боюсь.
