bannerbannerbanner
Гордость злодеев

Зозо Кат
Гордость злодеев

Глава 5
Возвращение в академию магии


Никогда не любила шахматы: ни игру, ни фигуры, ни стратегические ходы. Все, что только там есть, я терпеть не могла.

Однако, сколько себя помню, отец всегда требовал, чтобы я овладела шахматами в совершенстве. И я играла. Много. Порой сама с собой, проводя таким образом почти все свободное время. И поняла одну простую истину: главная фигура – это король. Он мало функций выполняет, но является тем, кого все защищают, и о его безопасности всегда нужно заботиться.

Самая сильная шахматная фигура – ферзь или, как еще говорят, королева. Она может практически все. Ее легко потерять и так же легко заменить. Причем любой пешкой.

Почему я вспомнила о шахматах? Наверное, потому, что всякий раз, когда видела Мэрит, чувствовала себя королевой, которую выкинули с игрового поля. Пожертвовали во благо Короны, а именно: конкретного монарха.

А Мэрит – нынешняя королева, которая еще вчера разгуливала пешкой. Но разве бывают бывшие королевы? И способна ли пешка исполнить подобную роль, даже если того требует правитель?

Как ни странно, Инг Логмэр посчитал – он может делать все что угодно. Хотя на это имеются причины…

Раньше я лишь задумывалась, но теперь уверена: Мэрит не может просто так стать невестой наследного принца. Да, она всегда с ним. Они постоянно вместе на званых вечерах. И на нее смотрит восхищенно чуть ли не каждый мужчина. Независимо от возраста. Все очарованы девушкой. Но!.. Существует кое-что, стоящее выше низменного человеческого влечения: политика, экономика, прогнозирование – и от этого зависит будущее страны… Есть целая цепочка правил, которые необходимо соблюсти, и только тогда принц сможет выбрать очередную невесту.

Для начала он должен избавиться от нынешней, то есть от меня. Достаточно отменить помолвку, опозорить прилюдно, а после – либо убить, либо выдать замуж, чтобы уж точно разорвать все связи.

Убивать меня Короне невыгодно: я же не горничная. От меня непросто избавиться, ведь для высшего света все мои проступки… пустяковые.

Да, я знаю, как это звучит. Я неоднократно пыталась убить девушку, мучила ее, доводила до истерики, угрожала, но это ничто по сравнению с тем, что делают другие. По сути, учитывая наши социальные статусы, даже если бы я публично перерезала ей горло, а потом сказала, что она случайно наткнулась на нож, никто бы ничего не посмел возразить.

У каждого аристократа найдутся скелеты в шкафу, и почти любой развлекается с людьми, как с пешками на шахматной доске. Хочет – избавляется от них или же возвышает до небес.

Но вот ирония… Сейчас пешкой стала я.

Король Инг приказал вернуть меня в академию магии. Ох, конечно, у него были благие намерения. Все так поступают. Говорят, что хотели как лучше, а на самом деле ждут, когда произойдет нечто такое, что они смогут использовать против тебя.

Сколько бы я ни пыталась понять во время обучения, почему Мэрит притягивает к себе юношей, все зря. Мне не удалось понять ее способ обольщения. Порой поиски доходили до крайности, и я прибегала к порче ее имущества. Не горжусь глупой затеей, но я изрезала ее учебники, тетради и сумку, чтобы отыскать хотя бы намек на магию. Хотя бы частичку. Даже одежда пошла под ножницы.

Ничего.

Абсолютно ничего не обнаружила. Казалось, что она и впрямь особенная, словно создана для того, чтобы ее любили. В ней нет ни ума, ни таланта, и в учебе она не сильна. Но это никого не волнует.

Хотя некоторые последствия от привязанности к Мэрит все же были. Я заметила кое-что совершенно случайно по той причине, что большую часть времени проводила вместе с Эджилом.

Итак, после празднества мы решили разойтись по комнатам. У герцога не было иного выбора, кроме как оставить ненаглядную с принцем и удалиться. На другое он не смел надеяться: Мэрит лишь посочувствовала, что он женат на мне.

Мы с Мэрит посмотрели друг другу в глаза, но ни словом не обмолвились. Она меня ненавидела. Я знаю. И это вызывает только смех.

А вот Эджил, после того как мы поднялись на нужный этаж, плохо себя почувствовал. Вспотел, затрясся, принялся кашлять и практически потерял сознание. И он снова и снова звал Мэрит. Будто умолял вернуться к нему. Был готов на что угодно, стать кем угодно и сдать не только страну, но и душу каждого из граждан, лишь бы Мэрит просто находилась рядом.

В итоге мне пришлось затащить Эджила к себе в комнату. Он бы не добрался до своих покоев. Элементарно не сумел бы. Конечно, можно было позвать кого-то на помощь. Попросить о том, чтобы герцога перетащили в его спальню, но… это наихудшая идея.

Мне некому доверять. Да, я могла позвать хотя бы королевского охранника, но какова вероятность того, что тот не убьет Эджила в первые же пять минут, после того как доставит его в комнату?

А после орудие убийства обязательно подкинут мне, и… игра будет окончена.

Поэтому я решила держать его у себя и ждать, когда мужчина очнется.

И открыл глаза он ближе к утру, но не смог вспомнить, как очутился в моей комнате. Эджил – тяжелый и высокий, так что единственное, на что я оказалась способна, – оставить его на полу.

Ну а герцог даже не задавал вопросов, не расспрашивал, как и что случилось: встал и… ушел. Словно ничего и не было.

Вначале я предположила, что ему стыдно и он не желает признавать свои изъяны. Такова натура мужчин. Но все оказалось намного интереснее. И это я узнала во время завтрака, когда Эджил пригласил меня составить ему компанию с тем условием, что совместный ужин вряд ли состоится.

А мне стало любопытно: он хоть немного осознает, что его поведение… ненормальное?

Однако на мой вопрос получила то же, что и всегда.

– О какой ненормальности речь, миледи? – бросил Эджил. – Если человек прекрасен телом и душой, естественно, что его все любят. Ваша зависть смехотворна.

– Зависть? – переспросила я. – Ваша светлость, позвольте напомнить, что не я, а именно вы потеряли сознание около моих покоев. И вы пролежали на полу целую ночь. По-вашему, и это смехотворно?

– Миледи, вы устраиваете проблему из ничего, – фыркнул герцог, после чего взглянул мне в глаза. – Вчера был шумный бал. Я позволил себе немного лишнего и, вероятно, уснул. Простите мне минутную слабость. Я не смог отказать себе в алкоголе, когда наконец-то увидел возлюбленную. Это одновременно и осчастливило меня, и опечалило. Если бы вы хотя бы раз любили… вы бы меня поняли.

– Даже так? – проговорила я, буквально пребывая в шоке из-за того, что Эджил на ходу придумывает оправдание, и – какая неожиданность! – искренне верит своим словам.

А ведь, в отличие от меня, он ни капли вчера не выпил. Но не сомневается, что перебрал с алкоголем.

– Как же ей это удается? – удивилась я вслух. Должна признать, отчасти восхищаюсь ею. Такая мощь… в руках безумца она приведет к концу света. Но что же сделает Мэрит?

– Вы до сих пор ищете подвох? – догадался Эджил, глотнул воды и тяжело вздохнул, поглядев на еду. – По правде говоря, миледи, мне вас жаль. Вы вините Мэрит в том, что она околдовала кого-то, но не правы. Причина в том, что Мэрит умеет любить – вас же этому никто и никогда не учил.

Я посмотрела на герцога с предупреждением, но он не заметил моего взгляда и продолжил:

– Нелюбима родителями, братом, женихом… теперь же нелюбима мужем. Всю жизнь вы только наживаете врагов, совсем забыв о друзьях. Да… мне вас действительно жаль. Ваша жизнь скучна, пуста и бессмысленна.

– Надо же… – улыбнулась я и отложила столовые приборы в сторону, а потом взяла салфетку и слегка промокнула рот. – Как по мне, герцог, лучше я буду жить в скучной, пустой и бессмысленной реальности, чем витать в облаках, отказываться от всего, чего добивался мой род ценой собственной крови, и мечтать о том, что мне никогда принадлежать не будет. Единственный, кто из нас двоих жалок, так это вы. А теперь, с вашего позволения… – Поднялась со стула. – Мне пора собираться в академию. Надеюсь, вы не сильно будете скучать по супруге. До конца года меня не будет.

– Ох, можете не переживать! – грозно проревел он мне в спину, когда я направилась к выходу из покоев. – Мы будем видеться даже чаще, чем мне хотелось бы.

– О чем вы? – спросила у Эджила, оглянувшись, а тот сунул руку во внутренний нагрудный карман и достал конверт с королевским гербом.

– Чтобы не разлучать надолго молодых супругов, меня тоже пригласили в академию, но в качестве учителя, – с усмешкой отозвался молодой мужчина. – Отныне вы являетесь моей ученицей, миледи. Надеюсь, в учебе вы проявите себя с лучшей стороны.

– Не сомневайтесь… – тихо сказала я, всей душой возненавидев то, что происходит в моей жизни.

* * *

Для обучения мне необходима служанка. Это одно из правил, которые надо соблюдать в академии магии для аристократов: у каждого должен быть слуга, который всегда на подхвате и исполняет приказы. Хоть герцог и предоставил мне достаточное количество персонала, я сразу подумала о Сюзи. Наверное, потому что имена остальных не запоминала.

Мы сидели в карете и как раз подъезжали к женскому общежитию, которое располагалось на территории академии.

Сюзи буквально выпрыгивала из окошка, чтобы увидеть все как можно лучше. Она впервые за пределами королевства Астрал, и для нее многое было в новинку. Хотя должна признать: здесь есть на что посмотреть.

Академия королевства Эйдос занимала обширную территорию. Тут можно разгуляться даже самому избалованному студенту. Дорожки выложены светлыми кирпичами, ехать в карете – одно удовольствие. На лужайках сияла сочная зеленая трава, повсюду виднелись декоративные кусты и высокие многолетние деревья. Здешние растения никогда не увядают. И причина тому – магия, которую поддерживает весь учительский состав.

Магией пропитан буквально каждый миллиметр. Это необходимо для обучения девушек: ведь от природы женщины не обладают магией, им приходится черпать силу извне. По идее, я в этом и не должна нуждаться, поскольку замужем, но…

 

Я смотрела в окно кареты и заметила полянку, на которой собрались ученики, играющие в «Мыльный пузырь». Правила просты: с помощью магии создаешь большой пузырь голубого оттенка, а после поддерживаешь его форму, заставляя парить в воздухе. Вдобавок передаешь его по кругу.

Тот ученик, у которого пузырь лопнул, выбывает из игры. И так до тех пор, пока не останется победитель.

Забавная и не очень сложная игра, но она позволяет равномерно контролировать поток маны. Вначале у меня не особо получалось, но уже к концу первого курса я была лучшей и всегда побеждала.

Карета свернула к женскому общежитию, где были настоящие заросли. В воздухе запахло свежими цветами. Теперь вдоль дороги росли высокие кусты с алыми розами. Любимый оттенок и цветок одной нашей учительницы, которая занимается облагораживанием территории.

У всех в академии имелась униформа. И конечно у слуг. Форма аристократов – в белых и голубых тонах, чтобы подчеркнуть нашу чистоту и то, что мы не прибегаем к тяжелому труду. Мы выше черной работы.

У каждой девушки была белоснежная блузка, а поверх нее следовало носить нежно-голубой сарафан с пышной юбкой. Юноша-студент облачался в белую рубашку, голубые брюки и такого же цвета жилет с белыми же пуговицами.

Наша форма всегда должна быть чистой. Это эталон – знак превосходства над другими.

Что касается прислуги, то униформа челяди особо не отличалась от обычного наряда персонала – черного костюма или платья с белым фартуком. Зачастую каждый ходил за господином, держась в метре от него. Тихо, молча, не привлекая внимания. Для других же этого человека не должно было существовать. Если по вине слуги случался инцидент, его либо увольняли, либо передавали аристократу, перед котором он провинился, для наказания, либо хозяин урегулировал вопрос, если желал.

Как часто такое бывало?.. Трудно сказать.

Каждый ученик считал себя выше остальных, и заступаться за прислугу порой считалось позорным.

Да уж. Красивая и сладкая сказка снаружи и горькая правда внутри. Но об этом мало кто говорит.

В любом случае мы приехали.

– Ты запомнила все, что я тебе говорила? – спросила у Сюзи.

– Да, госпожа, – кивнула девушка. – Я ничего не забыла.

– Хорошо. – Привстала и повернулась к двери. – И еще: никому не верь.

Стоило нам выбраться из кареты, как мы мгновенно стали центром всеобщего внимания. Женское общежитие… в мое время это всегда было шумное место. Аристократки любят устраивать чаепития и приглашать друг друга в гости. Сплетни, светские беседы, налаживание отношений… Вот чем мы занимались в свободное время.

Эджил сказал, что у меня нет друзей. Точно. Только враги. И он прав. Но – лишь наполовину.

На крыльце общежития собралась группа студенток, которые с удивлением и напряжением смотрели на меня, но тут из всей толпы выдвинулась высокая девушка с длинными прямыми черными волосами, миндалевидными карими глазами и мягкой улыбкой.

– Диана, – нежно проворковала она, а затем направилась ко мне и крепко обняла, прижимая к себе. – Как я рада тебя видеть.

– И я тебя, Ханна, – ответила я, в свою очередь, обнимая девушку.

– С возвращением, – добавила она, после чего обернулась. – Подготовьте центральную комнату для чаепития. Немедленно.

Да, Эджил не ошибся. У меня нет друзей. Зато есть соратники.

* * *

– Значит, со временем дела стали только хуже, – вздохнула я, поставив чашку чая на стол.

– Именно, – подтвердила Ханна и кивнула. – Сейчас даже еще сложнее, чем раньше. После того как тебя выдали замуж… многие решили не предпринимать никаких попыток достучаться до близких. Сама прекрасно знаешь: слово женщины в нашем мире ничего не значит. Особенно если она не замужем.

Ханна Фолки – дочь графа, а также один из членов моей свиты. Графство Фолки находится на окраине королевства Эйдос с восточной стороны.

Даже во внешности девушки есть что-то восточное – миндалевидные карие глаза и густые черные волосы.

Поскольку графство Фолки расположено довольно далеко, а путь до академии неблизкий, отец Ханны всегда оставался в поместье, чтобы исполнять свои прямые обязанности, и ни разу не сталкивался с Мэрит. Именно поэтому он является одним из тех немногих, которые абсолютно не поддерживают короля и понимают, к чему все идет.

И таких семей предостаточно. Однако есть и те, кто перешел на сторону Мэрит, признавая ее следующей королевой. Теперь академия разделилась на две фракции – одни поддерживают принца и дочь барона, а другие выступают против их союза.

Но проблема в том, что Ханна права: голос женщины практически не имеет силы, если за ней никто не стоит. Девушка не может унаследовать титул и получает его после замужества с соответствующим человеком… и только тогда ее слова могут принять во внимание. Ровно настолько, насколько силен авторитет супруга. И лишь до той поры, пока он соглашается с мнением жены.

Если в какой-то момент скажет «нет», то любые речи женщины, даже самые разумные, будут подобны пустому звуку, сотрясающему воздух.

И как быть незамужним девушкам в академии, где практически все юноши очарованы Мэрит и всегда поддерживают ее?

– Должна честно признать, что завидую, – злилась Ханна. – Не понимаю, как у нее это получается, но с такой силой можно изменить мир! Сделать его лучше! Но она тратит все на…

– …на пополнение гарема и очарование еще большего количества мужчин, – закончила я за Ханну, на что та резко опустила руку, в которой держала чашку, и расплескала содержимое по столу. И вообще не заметила произошедшего, а ведь наверняка испачкала форму.

Служанка Ханны, которая стояла молча за ее спиной, мгновенно сориентировалась, и уже через минуту все было прибрано.

– Вот если бы тебя не выдали замуж за того человека… – продолжала Ханна. – Ты должна быть королевой, Диана! Ты лучшая из нас, но… но!..

– Все позади, Ханна, – с улыбкой проронила я. – И кстати, мне еще повезло. Большинство голосовало за казнь, но меня лишь выдали замуж.

– Но за кого? За Демона из королевства Астрал?! За дикаря и чудовище?! За нашего врага?! – возмущалась она. – Разве такая благородная леди, как ты, заслуживает подобного отношения?

– Хм… – задумалась. – Я родилась дочерью герцога. Принцессой. Но и теперь остаюсь герцогиней и до сих пор сохраняю статус принцессы королевства Эйдос. Думаю, не так сильно все изменилось.

– Но ты должна была стать королевой! – почти кричала Ханна. – А в итоге твои родители и Эрик…

– Ах, мой прекрасный брат… – улыбнулась я, вспоминая о нем. – Как поживает наследник семьи Хэлстейн?

Но Ханна неожиданно замолчала, отвела взгляд в сторону и мгновенно помрачнела. Моя одногруппница была пылкой, страстной и храброй натурой. Но, похоже, происходящее порой сбивает ее с толку. И, вспоминая свой сон, понимаю – ее опасения небезосновательны. А ведь, если не ошибаюсь, ранее мой брат ей даже нравился. Ну… до того момента, как он лишился разума.

– Диана, – обратилась ко мне Ханна. – У тебя должен быть план, верно? Ты смогла пройти через столько испытаний и вернулась в академию. У тебя же есть какие-то идеи? Ты лучшая во всем. Прошу тебя, скажи, что ты знаешь, как действовать дальше.

– Да, план у меня есть, – усмехнулась я. – Но он тебе не понравится. Он заключается в том, чтобы дождаться окончания трех лет моего брака, а после развестись и покинуть королевство Эйдос с деньгами в виде компенсации. Ну как?

– Ч… что?.. – ахнула темноволосая девушка, не сдерживая возмущения. – Так просто? Ты, Диана фон Хэлстейн, предпочитаешь сбежать?! Я не узнаю тебя!

В ту же секунду в коридоре послышались женские крики, вопросы, шум, грохот, а потом – громкие топающие шаги, за которыми последовал глухой удар в дверь – и та резко распахнулись, впуская незваного гостя на частное женское чаепитие.

– Поверь мне, это не совсем так, – мягко отвечала Ханне, не оборачиваясь, поскольку сразу догадалась о том, кто пришел. – Главное сейчас – выжить.

– Диана! – прозвучал грозный мужской голос. – Ядовитая ты змея! Как посмела вернуться в академию?!

Сделав очередной глоток чая, аккуратно поставила фарфоровую чашку на столешницу и оглянулась через плечо, встречаясь взглядом с разгневанным, но прекрасным юношей, который был больше похож на ангела, нежели на парня. Высокий, длинные – по пояс – светло-пепельные волосы, завязанные в хвост, и раскосые бледно-красные глаза.

Хм… А он ничуть не изменился.

– Здравствуй, брат. Давно не виделись.

Глава 6
Отворотное зелье


– Брат…

– Шевелись!

– Брат, постой…

– Я сказал: шевелись!

– Брат, мне больно.

– Черт!.. – выругался он, после чего наконец-то отпустил мою руку, когда мы вышли в цветущий розовый сад, который находился в стороне от женского общежития.

Эрик фон Хэлстейн. Сводный брат, к тому же мой ровесник. Хоть мы и в отдаленном родстве, должна отметить, что сходство во внешности все же присутствует. И не только светлые волосы, но и некоторые черты лица. Кровь семьи Хэлстейн дает о себе знать. Нос, форма глаз, губ… у нас довольно много общего. Для тех, кто не знает подробностей, мы выглядим действительно как родные брат и сестра.

Отличается лишь оттенок волос, мои – белые, словно свежевыпавший снег, а у него – более пепельный тон. То же самое касается и цвета глаз. Мои – холодно-голубые. У Эрика же – светло-красные.

В детстве мы мало общались по-семейному. Но вовсе не потому, что не хотели. Думаю, это естественно – испытывать любопытство к другому ребенку независимо от его пола. Мы бы поговорили как родственники, но никак не получалось: у каждого – занятия, уроки и минимум свободного времени.

Хотя иногда мы все же узнавали тайны друг друга. Например, именно Эрик был в курсе того, что я сотворила с учительницей танцев. К примеру, он видел, как я мастерила ловушку. Он понимал, что я периодически избавлялась от тех, кто мне немил.

Но всегда молчал. Ничего не говорил.

Как и я. Ведь я прекрасно знала, что он делает – решает проблемы в высших кругах, используя власть и имя семьи. Но и я помалкивала. Зачастую брат наживал себе врагов, поскольку уже в четырнадцать лет смог заработать крупную сумму денег не совсем честным путем. Он поступал так не из-за того, что был стеснен в средствах, – это было хобби. Эрику нравились азартные игры. В основном те, в которых можно предугадать ходы.

И еще ему нравились дураки, которые велись на провокации и теряли все.

Мы научились общаться без слов. Одними глазами. Знали почти все, но не влезали в дела друг друга и не вмешивались. Эрик всегда был проницательным и азартным. Но его интересовали не игры или деньги, а люди. Он наблюдал за ними, осознавая, что человеческая алчность способна сгубить каждого.

Однако парень никогда не демонстрировал свою темную натуру аристократам. Для высшего общества он должен быть примером. Идеалом, на который может положиться не только наследный принц, но и король страны. Я никогда в нем не сомневалась. Эрик знал черту, которую нельзя пересекать.

Но как же все изменилось.

После встречи с Мэрит он стал нервным, дерганым, злым… Уподобился тем, за кем любил наблюдать. Не способен сдержать эмоции и вечно повышает тон, чуть ли не срывается на крик. И если раньше, до того, как мою помолвку с принцем разорвали, Эрик был более-менее сдержан, то сейчас…

Отчасти все выглядело так, словно парень сходит с ума.

– Диана, ты должна покинуть академию! – рявкнул он, практически приказывая мне. – Немедленно! А лучше – королевство!

– Брат, о чем ты говоришь? – спокойно спросила, сохраняя безразличие во взгляде. – Это не моя прихоть. Ты ведь не хуже меня знаешь. Такова воля короля.

– Диана! – крикнул он и принялся расхаживать из стороны в сторону, заправляя выпавшие из хвоста светлые пряди, потирая виски, переносицу и глаза. Шумно дышал, смотрел то на землю, то на небо. – Просто… уезжай, ясно? Оставь все и уезжай. Послушай меня. – Шагнул ко мне, крепко обхватил ладонями мои плечи и посмотрел в глаза. – Отправляйся в порт, который на западе. Я договорюсь с нужными людьми. Сниму с банка часть денег семьи. Даже учитывая твою любовь к роскоши, этого будет вполне достаточно, чтобы жить безбедно. Хотя бы первое время. Позже, если не хватит, я вышлю еще.

– Эрик… – растерялась я, прищурившись. – Что… ты говоришь?

– Черт! Не понимаю! – запричитал он, отшатнувшись, и заново начал метаться взад и вперед, словно загнанный зверь. – Почему… зачем я это делаю!

Я заметила, что на лбу юноши выступили крупные капли пота. Его лихорадило? Он сердился и ругался все сильнее, особенно когда смотрел в мою сторону. Но потом закрывал глаза и старался отдышаться. Брат сильно побледнел. Лицо его буквально сливалось с волосами. Я никогда особо не переживала за Эрика. Не испытывала к нему… ничего: ни гнева, ни радости, ни грусти, ни тоски. Он просто был, и это умиротворяло. Вроде так и должно быть. Но сейчас я испытывала… волнение? Осознание того, что Эрик определенно не в порядке, встревожило меня.

 

– Брат, – позвала Эрика, сделав шаг навстречу, и вытянула руку по направлению к его голове, желая проверить температуру. Уверена, у него жар.

Но стоило Эрику это заметить, он отскочил от меня, как от прокаженной, и вдобавок наотмашь нанес удар по моей ладони.

– Не прикасайся ко мне! – заявил юноша, стиснув зубы и скривившись. – И не смей звать меня братом. Никакой я тебе не брат. Да и сестрой никогда не считал.

– О чем ты, Эрик? – удивленно спросила я, а парень принялся медленно пятиться. – Брат?

– Замолчи! Ты всегда приносишь одни только беды! – крикнул он, после чего… убежал, оставив меня в полном одиночестве.

Не представляю, что это, но выглядело так, будто Эрик испытывал последствия после долгого употребления наркотиков. Причем действительно страшные. И попытка выгнать меня… Даже слова о том, что это приказ короля, как и факт, что я уже замужем, не вразумили брата. Что за яростное желание от меня избавиться?

Чтобы я не мешала его счастью с Мэрит? Или неосознанная попытка спасти сестру?

Мы никогда не были особо близки, но… мне необходимо заставить Эрика принять отворотное зелье. И как можно быстрее. Иначе боюсь, что не только у семьи Хэлстейн следующего герцога не будет, но и у будущей королевы наложник сгинет.

Эрик элементарно не выдержит…

* * *

Я более не невеста наследного принца, поэтому в общежитии должна занимать комнату с какой-нибудь ученицей, как требуют правила. Однако мой статус изменился.

Я замужняя студентка, а значит, мне все-таки полагаются отдельные покои. Как и раньше. Это во многом облегчает жизнь в академии. Кроме того, никто не будет портить сон.

Однако когда я проснулась на следующее утро в просторной светлой комнате, обустроенной по-королевски, услышала странный звук, напоминающий чавканье, и топот босых ног.

Осознание – здесь что-то не так – пришло не сразу, а лишь спустя некоторое время. Резко поднялась, скидывая одеяло, и посмотрела в сторону источника шума. Как оказалось, причиной резкого пробуждения был священный зверь. А именно: тигр, который принял облик ребенка и в совершенно обнаженном виде стоял на цыпочках около чайного столика и нагло воровал зефир, миндальные макаруны и медовые вафли.

Причем старался есть быстро, впихивая в рот одно лакомство за другим, совершенно не обращая внимания, что вообще-то он в комнате не один.

– Возмутительно! – воскликнула я, вскакивая на ноги и подбегая к столику. Пара движений, и вот уже тарелка со сладостями у меня. Поднята так высоко, что магическому зверю и не достать. – Почему ты тут? Ты должен быть в бывшем королевстве Астрал!

Мальчик смотрел на меня равнодушным взглядом. Хотя нет. В золотых кошачьих глазах с острым вертикальным зрачком читалось сожаление… что он не успел слопать все.

– Ты хоть понимаешь, сколько это стоит? – злобно спросила у зверя. – Хотя откуда тебе знать? Только и делаешь, что разносишь кругом грязь и инфекцию. Страшно вообразить, где успели побывать твои руки.

Но мальчишка спокойно выслушал мои претензии, даже не дрогнул. Молча смотрел. Может, чего-то ждал?

– В чем дело? Я уже несколько раз сказала: ты мне не нужен. Свободен! Возвращайся туда, откуда пришел, зверь.

– Не могу, – холодно ответил мальчик. – В договоре «хозяин – питомец» вписано твое имя. Ты моя хозяйка. А я голоден. – Указал пальцем на тарелку со сладостями: – Отдай.

– И не подумаю! – гордо бросила в ответ. – С главой наемников я обязательно поговорю. Он не имел права вписывать мое имя в договор с магическим зверем. А если и так, то ему следовало быть полюбезнее и переслать мне бумагу. А сейчас я не могу ни вернуть тебя Лейву, ни перепродать кому-нибудь. Хотела встретиться с ним, но столько всего произошло – просто нет времени. Эх… – Устало прикрыла глаза, потирая переносицу. – У меня определенно нет ни минуты на препирательства с грязным животным. Надо бы приказать слугам, чтобы они все продезинфицировали. Не хватало еще обнаружить блох, клопов или подхватить лишай.

Магический зверь продолжал терпеливо слушать. Молча стоял передо мной в облике мальчишки, равномерно размахивая пушистым полосатым хвостом.

– Тебе лучше одеться и уйти, – строго велела зверю.

– Зачем? – спросил мальчик. – Я не мерзну. А вот тебе стоит побеспокоиться о магии, которая окружает академию. Вы, люди, такие странные и жалкие. Неужели вам приятно быть под воздействием чужих чар? Мне никогда вас не понять.

– Что-что? – насторожилась я. – Ты… чувствуешь чары, наложенные на людей?

– Разумеется, – кивнул мальчик. – Я ведь не бесполезный человек, а магический зверь.

– Что за чары? Что именно ты почуял? – принялась задавать вопросы, но мальчишка надменно приподнял бровь и вновь указал пальцем на тарелку сладостей, которую я до сих пор держала в руке.

– Отдай, и я скажу, что знаю, – предложил он сделку, после чего я, потратив мгновение на размышление, поставила тарелку на чайный столик. Прямо перед тигренком. И сразу же отошла на несколько шагов, намеренно увеличивая расстояние.

– Итак?.. – начала я, наблюдая, как тот без стеснения принялся поедать медовые вафли с сиропом.

– Я не знаю, что это за чары и кто именно их навел, но они сильно влияют на все органы чувств, заставляя видеть, слышать, ощущать именно то, что хочет чародей, а не то, что есть на самом деле, – объяснил магический зверь, случайно испачкавшись и слизывая сироп с грязной ладони.

Меня в тот момент чуть не стошнило, но я старалась подавить брезгливость и неприязнь к звериной неопрятности.

– Однако их переизбыток не проходит без следа.

– В каком смысле?

– Дай подумать. – Облизал губы, хитро прищурившись. – Слабоумие? Потеря рассудка? Безумие? Люди слишком слабы. Высока вероятность, что из-за постоянного воздействия чар у человека возникнет зависимость, которая порой может привести к раздвоению личности… Когда сознание начинает сражаться с навеянной иллюзией. Я мало обращал на это внимание: людские дела меня не особо волнуют, но, кажется, все чары направлены на одну девушку. Почему?..

– Вот что я как раз хочу у тебя узнать. – В голосе прозвучала суровость, а в груди уже скопилось раздражение. Похоже, зверь ничего толком растолковать не может. А то, что говорит, уже давно прекрасно известно. – Думаю, это приворотная магия.

– Вполне вероятно, – согласился мальчик, обсасывая пальцы. – Но разве люди не запретили использование приворотной магии?

– Запретили, – подтвердила. – Теперь я хочу снять приворот.

– Хм… Сильная магия, – задумался тигренок. – И распространяется странно. Такое волшебство требует много энергии. Чтобы было в избытке. На ум не приходит ни одного источника с подобным запасом маны. Хотя драконы могли бы помочь, но их более двухсот лет никто не видел…

– Мне бы лучше узнать, как снять чары, – настаивала я, присев в кресло. – Отворотное зелье сработает?

– А почему бы и нет? – ответил он вопросом на вопрос. – А даже если и не поможет, то хуже все равно не будет. В принципе, любовные чары посредственны и шатки. Их действие можно притупить и уменьшить влияние на разум, если заставить человека испытывать сильные и яркие эмоции. Что-то, похожее на вспышку.

– Что? – выпалила я. – Ты намекаешь на настоящую любовь?

– Ну… А разве это легко? – нахмурился мальчик. – Как человек поймет, что настоящее, а что – нет? Проще испытать что-то первобытное. Например, страх…

– Звучит слишком просто, зверь, – сухо возразила я. – Уверена, это не поможет. Да и разве злость – слабая эмоция? Ее испытывает каждый при виде меня.

– Да, но как насчет?.. – Договорить священный зверь не успел – превратился в тигренка, роняя надкусанный зефир. Став животным, он лишь вздохнул, а потом развернулся и убежал, выпрыгнув в приоткрытое окошко.

В итоге ничего конкретного я не выяснила, лишилась сладостей к чаю – и еще больше загадок возникло в моей жизни.

Как утомительно…

* * *

Я осознавала, что мне вновь придется учиться с Мэрит и компанией в одном классе. Я намеренно опоздала, не желая сталкиваться с некоторыми личностями, однако понимала – без этого никак.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29 
Рейтинг@Mail.ru