Терентий Залепукин Метроном

Дело в том, что бывший подполковник обнаружил в себе, примерно на десятый день гражданской жизни, способность, которую три года работы с чужими снами не то развили, не то попросту сделали заметной для него самого: он и раньше видел тот же сон, что и его подопечные, — видел, но не признавался в этом даже майору Клямбовичу, справедливо опасаясь, что офицер, руководящий наблюдением за чужим бессознательным и одновременно являющийся его невольным участником, есть фигура, вызывающая у комиссий не столько научный, сколько медицинский интерес, — и вот теперь, освобождённый от необходимости скрывать симптом, Полынный позволил себе наконец довериться ему полностью: каждую ночь ему снился всё тот же мост, тот же плащ, та же меняющаяся табличка с названием улицы, и с каждой неделей странствия расстояние между точкой, в которой он засыпал накануне, и мостом из сна сокращалось — сокращалось не в переносном, а в самом буквальном, километрическом смысле, будто сон служил ему компасом, отклонение стрелки которого измерялось не градусами, а явью.