Три дня хранители времени умудрились растянуть в три недели. Бесконечные тренировки заканчивались ослепительными победами, но, похоже, Амалина они не слишком радовали. На немой вопрос Мартиса он нехотя ответил:
– Будет и четвёртый день. День полного поражения.
– Это уже завтра, – присоединился к разговору Нали.
– Да, поэтому я разделю вас на две группы. Одна должна помочь хранителям воздуха, вторая – хранителям гор. Ваша задача – спрятать как можно больше людей. На этот раз видео показывать не буду. Среди нападающих будут телепаты, они сразу почувствуют что-то неладное. Также не позднее шести часов вечера вы должны будете спуститься в подземные лабиринты вместе с остальными. Помните, телепаты должны почувствовать ваш страх и безысходность. Про меня забудьте. Майкл, ты знаешь свою роль. Латти и Мартис, вы не пойдёте с остальными, останетесь со мной. Ложитесь спать, вам необходим полноценный отдых.
С первыми лучами рассвета Амалин поднял всех на ноги. Майкла в пещере уже не было.
– Молитесь, – было последнее напутствие Амалина. – Знайте, когда человек молится, помимо Божьей помощи, происходит защита от телепата, которому за молитвой трудно проникнуть в мысли человека. Остальных тоже призывайте молиться, другое оружие практически бесполезно. Идите с Богом. Жду завтра в восемь утра. Кто сможет, пусть возвращается.
– А что будем делать мы? – поинтересовался Мартис, когда хранители покинули пещеру.
– Собирайте вещи и подойдите ко мне. Всё должно быть чисто. Мы просто перескочим этот день.
Латти и Мартис подошли к нему с собранными рюкзаками. Амалин открыл свою сумку, и оттуда выползли маленькие сине-жёлтые змеи и моментально заполнили всю пещеру. В этот момент воздух словно сгустился, но тут же всё вернулось на свои места, а Мартиса и Латти отбросило в разные стороны, и они едва удержались на ногах.
– Защита, – мрачно произнёс Амалин. – Никак не могу к ней привыкнуть.
– Уходим! – влетел в пещеру запыхавшийся Майкл. – За нами целая армия киборгов гонится! Быстрее!
– Успеем, – усмехнулся Амалин. – Зови остальных. Нам же Аквамарин подарок сделал, не так ли?
– Мы окажемся в ловушке, – озабоченно заметил Мартис.
– Да ладно. Лучше сделай вход для остальных хранителей. Латти, залезай.
Майкл вернулся во главе группы из шести человек. Сразу стало ясно, что минувшие сутки не были для них подарком. У некоторых были перебинтованы руки и плечи, у Джорджа – голова. Одежда была грязной и местами висела лохмотьями на полуобнажённых телах.
Не дожидаясь приглашения, они по очереди ныряли в силовое поле, которое расширялось с каждым человеком, а Майкл протянул Амалину непонятный треугольный прибор, который принялся толкать их силовой шар.
– Классная штучка, да? – улыбнулся Амалин, заметив, что хранители рассматривают треугольник. – Его хранители воды на заказ сделали, сам-то я не очень силён в физике и технике, а Майкл забрал.
Пещеру озарил взрыв, но на самом деле он только помог им, расширив проход. Силовое поле смягчило последствия взрывной волны, и они дружно направились к выходу, отбрасывая появившихся киборгов. Почувствовав себя в относительной безопасности, хранители облегчённо вздохнули и устроились поудобнее.
– Их бы взорвать, – внёс предложение Клуф, но Амалин его не поддержал.
– Не спеши, их ещё можно перепрограммировать. Пусть следуют за нами.
Шар плавно передвигался по гористой поверхности, сопровождаемый многочисленными выстрелами, упорно держа курс к морскому побережью.
– Ты же не собираешься опускаться в воду? – осторожно спросил Мартис, поглядывая на бездонную синеву.
– А почему бы и нет? – Улыбка чуть коснулась губ Амалина. – Меня хранители воды в гости приглашали. Думаю, и вы им не помешаете.
Спустя несколько минут они уже смело рассекали бирюзовые воды морской пучины. Киборги сделали то, на что рассчитывал Амалин: тупо последовали за ними. Не имея такого силового поля, они становились жертвами мангулов, этих морских змееобразных тварей, посылающих сильные электрические импульсы, способные парализовать или убить человека. В данном случае эти механические люди им пришлись очень по вкусу, мангулы использовали их как батарейки и, казалось, были очень довольны.
Тем временем сквозь тёмно-синюю толщу к ним навстречу поднимался со дна чёрный шарообразный объект.
Амалин вопросительно взглянул на Латти.
– Это хранители воды, – подтвердил телепат.
Шар всплыл на поверхность и выбросил силовую сетку, собрав всех почти разрядившихся киборгов, потом гостеприимно раскрылся. Их лично приветствовал Аквамарин в сопровождении семи хранителей воды. Как только гости попали на борт, шлюз закрылся, и началось погружение.
Их доставили в Аденомарун, одну из трёх главных подводных станций хранителей воды. Внешне она выглядела, как гигантская серебристая росинка, такая же живая и подвижная, но невероятно прочная. Эта «капля» втянула в себя их шар, но их выход задержался: Мартис никак не мог выключить силовое поле Амалина. Майкл пришёл на помощь, но отключить его совместными усилиями смогли лишь через полчаса.
– Наконец-то, – облегчённо выдохнул Мартис, когда все высыпались, как горох, из силового шара.
Станция не была рассчитана на постоянное пребывание обычных людей. Там можно было проводить экскурсии и останавливаться в гостевых домиках, которые все в настоящий момент были переоборудованы в лазареты для раненых. Аденомарун напоминал правильный шестиугольник, в центре которого располагались основные лаборатории, столовая и часть гостевых комнат, на границах размещались остальные гостевые домики и капсульные дома самих хранителей воды. Всё остальное пространство занимали шесть гигантских бассейнов, разделённых между собой прочными стенами, поверх которых были расположены ленточные транспортёры, служившие для перемещения людей и грузов. Лаконичная простота не сочеталась с изысканным подземным городом хранителей с его подвесными мостами и перламутровыми фонарями, но город интриговал своими бассейнами. Каждый из них был отдельным миром со своими обитателями и морскими растениями. Хранители воды постоянно контактировали со своими питомцами, занимаясь их изучением, приручением и, если это было необходимо, лечением. Но Мартис почувствовал некоторое напряжение, исходящее от Амалина.
– Что-то не так? – мягко спросил хранитель, поравнявшись с ним.
– Я не люблю зоопарки и неволю, – достаточно тихо, но резко ответил Амалин, вскидывая на Мартиса свои чуть потемневшие синие глаза, – и боюсь, что в этом месте начнёт включаться защита.
– Мы её только полчаса назад отключили, – беззаботно отозвался Мартис, а Амалин ответил какой-то странной улыбкой.
Через пять минут выяснилось, что его опасения были не напрасны: защита включилась, как только они поравнялись с четвёртым бассейном. Силовое поле оттолкнуло хранителей на несколько метров, но Амалин предусмотрительно шёл последним, поэтому обошлось без жертв. Пришлось разделиться: Мартис остался отключать защиту, а Аквамарин повёл остальных в гостевые комнаты.
Снятие силового поля опять отняло полчаса.
Амалин остановился напротив бассейна и, глядя на его неподвижную поверхность, не оборачиваясь к хранителю, сказал:
– Извини. Знаешь, мне не следовало сюда приходить. Не люблю замкнутые пространства, тем более с отрицательной энергетикой.
– Почему ты считаешь, что здесь плохая энергетика? – удивился Мартис. – Я знако́м с хранителями воды и считаю, что они ничем не отличаются от остальных, разве что умеют дышать под водой.
– Дело не в хранителях. Ну, нельзя тролепанов держать в неволе. Они, как и люди, живут семьями. Вот этого малыша, – Амалин указал на маленькое животное, больше напоминающего светло-серую мягкую треугольную подушку, но действительно очень грустную, – забрали от родителей, а те двое скучают по родному дому.
– Не соглашусь с тобой. Вон, смотри, как та сладкая парочка плавает вместе, как он ухаживает за своей половинкой, как оберегает.
– Да, оберегает, – согласился Амалин, – но это отец и дочь, а где-то на свободе их ищет мать и жена.
Он резко перепрыгнул через барьер и подошёл к самому краю, присев на корточки и протянув вперёд руку.
Тролепаны словно по команде направились к нему, выпрыгивая из воды подобно дельфинам, а Амалин ласково чесал их животики.
Хранители воды сбежались к ним со всех сторон, умоляя Амалина срочно покинуть небезопасную зону.
– Это очень опасные животные, пожалуйста, покиньте территорию бассейна.
Амалин нехотя подчинился. Когда он вместе с Мартисом подходил к гостевому домику, Аквамарину уже доложили о его контакте с тролепанами.
– Латти, а разве Амалин телапат?
– Да, но совершенно другого уровня, нежели мы. Он не может вступать в мысленный контакт с людьми, читать их мысли, но прекрасно ладит с животным миром. Кстати, ему у тебя очень не нравится, он всё время порывается уйти.
– И что его удерживает?
– Твоя лаборатория. В наше время она самая современная.
– О да, – сразу гордо загорелись синие глаза Аквамарина, – это истинная правда.
Гостям дали время отдохнуть, а на ужин всех пригласили в единственный подводный ресторан.
– Мартис, можно я туда не пойду? – тихо спросил Амалин. – Пусть Аквамарин не обижается, но это лучший вариант, иначе я своим полем всё разнесу. Объясни ему.
– Конечно, я попрошу принести тебе еду сюда.
– Не надо. Лучше устрой так, чтобы мне разрешили пойти в лабораторию. Мне нужны пробирки и реагенты. Сможешь договориться?
– Конечно.
Аквамарин дал пропуска в лабораторию, но предупредил, что в данный момент их химики отсутствуют в городе. Поэтому проводить экскурсию будет некому.
– Это не проблема, – улыбнулся Амалин, – я сам во всём разберусь. Мне в своё время дедушка подарил свою лабораторию, и я там частенько химичил.
– Тебе нужна моя помощь? – поинтересовался Мартис.
– Нет, спасибо, – ответил Амалин, разглядывая пробирки. – Иди в ресторан. Ещё раз извинись за меня.
Ужин закончился быстро. Все хранители нуждались в отдыхе после последних напряжённых суток. За столом остались только Аквамарин, Мартис и Латти.
– Что произошло за эти сутки? – Мартис наконец-то задал вопрос, который его давно мучил.
– А вы где были всё это время? – ответил вопросом на вопрос хранитель воды.
– Мы его проскочили, – заявил Латти, опуская голову.
– Гениальное решение, – кивнул Аквамарин. – Вчера появился корабль, на нём было всего тридцать человек, но таких монстров я ещё не видел. Один человек стоит целой армии. Кто-то телепортируется, кто-то занимается телепатией, кто-то, как Амалин, играет со временем. За один час пали ваши города Белитто и Волсар, они буквально стёрты с лица Эталины. Сохранился лишь подземный город, там укрылись женщины с детьми, однако нескольких мальчиков из числа хранителей времени уберечь не удалось. Их взяли в плен, кто-то попал в пески к хордам, остальных забрали на своём корабле незнакомцы, как нам доложила разведка. Одна рыжеволосая бестия ворвалась к телепатам, сорвала с них медальоны, заперла в одном из ответвлений подземного города и открыла воду. Они должны были погибнуть, но в самый последний момент их спас Майкл, правда, он усыпил их и доставил в один из наших подводных городов. Сейчас они спят глубоким сном, но все живы-здоровы. Майкл сказал, что они начнут просыпаться через сутки. Об этом на поверхности никто пока не знает, все считают их мёртвыми. Насколько я понимаю, телепатам недоступны наши города, нас защищает толща воды. Хранителей гор фактически заживо замуровали в горах, но это они явно погорячились: те из любой горы найдут выход. С хранителей воздуха сорвали медальоны и взяли в плен, но женщин и детей удалось спрятать в подземном городе хранителей времени Айшу. Кстати, этим занимались твои ребята.
Аквамарин замолчал.
– Продолжай, – устремил на него свой телепатический взгляд Латти, – договори, что ещё не высказал.
– Это сложно, – вздохнул Аквамарин. – Наши потери оказались минимальными, из моих людей погибли лишь двое, но один из них был моим зятем. Двое моих внуков остались без отца.
Взгляд хранителя воды многозначительно остановился на Мартисе, но тот не понял значения этого взгляда.
– Уверен, что Мартис захочет познакомиться с твоей дочерью, – ответил за друга Латти. – Давай не будем терять времени.
Через несколько минут они вошли в комнату, где темноволосая изящная девушка стояла у иллюминатора, безучастно наблюдая за кипучей морской жизнью.
– Алоя, – окликнул её Аквамарин, но, когда девушка обернулась на голос отца, Мартис понял, что ему не хватает воздуха: перед ним стояла его Малита, такая же юная и прекрасная, какой он сохранил её в своём сердце.
Разговор не клеился, Аквамарин представил гостей и повёл светскую беседу, но ни его дочь, ни Мартис так и не вымолвили ни слова.
– Подожди, – неожиданно перебил его Латти, – а у тебя случайно нет камеры в лаборатории? Я бы очень хотел посмотреть, что там происходит в данный момент.
– Конечно, есть, – отозвался хранитель воды, включая изображение.
То, что показывала камера, заставило всех подойти к ней ближе, с замиранием сердца наблюдая за происходящим в лаборатории: Амалин пристально рассматривал каждую пробирку, вертя её в руках и изучая содержимое на свет, а вот сами пробирки ему приносили маленькие серые змейки со светло-жёлтыми брюшками, шустро что-то самостоятельно смешивая и нагревая над горелками. Казалось, что змеи заменяют целый штат лаборантов, причём высококвалифицированных. Идиллию разрушил один из хранителей воды, принесший поднос с едой и вошедший без предупреждения. Результатом нежданного вторжения стало падение на пол шикарно сервированного ужина, срабатывание защиты Амалина и временная приостановка слаженной работы змей. Был ещё штатив с пробирками, который чуть не упал, но два змеиных хвоста в последний момент успели его подхватить и вернуть на стол. Хранитель воды, видимо, понял, что пришёл не в очень подходящее время, извинился, поднял поднос и удалился. Амалин проводил его озадаченным взглядом, покачиваясь в своём шаре посреди лаборатории.
– Я пойду, надо снять защиту, – улыбнулся Мартис.
– Не надо, – остановил его Латти, – Майкл уже идёт к нему.
– Откуда ты знаешь? Ты же его не контролируешь, – спросил хранитель, обернувшись на пороге.
– Его – нет. Но другие хранители видели, как он направился в лабораторию.
Действительно, через две минуты в лаборатории появился Майкл. Улыбнувшись, он проделал щель в силовом шаре и оказался рядом с Амалином.
– Отключить?
– Нет, нечего впустую тратить время. Она очень скоро опять включится. Всё равно утром уходим. Я больше здесь не выдержу. Ты нашёл Серафима?
– Да, – поморщился Майкл, – только он мне очень не понравился. Как ты собираешься его перевоспитывать, ума не приложу. У него только наркотики и алкоголь на уме, а компания, с которой он водится… Ты даже не представляешь, я провёл в баре полчаса, и мне было более чем достаточно. А ты уверен, что его никем заменить нельзя?
– Уверен. Нельзя прошлое менять кардинально, иначе мы с тобой рискуем не появиться на свет. А Серафим изменится. Пройдёт время, и он станет другим, совсем другим.
– Посмотрим, – недовольно ответил Майкл. – Тебе принести какой-нибудь еды?
– Нет. – Амалин протянул Майклу белый батон неизвестного состава. – Попробуй.
Майкл неохотно отломил кусок белой массы и с опаской откусил.
– Хлеб с сыром… масла не хватает.
Амалин улыбнулся, протягивая розовый батон.
– Да, это уже лучше. Икра с маслом. Эти два батона нужно совмещать. Тогда идеально сочетается. Кстати, я тут поиграл с одним парнем, который слывёт лучшим игроком на Эталине на данный момент. Причём непобедимым игроком. И очень этим гордится.
– У меня нет желания с кем-либо играть, если ты к этому клонишь.
– Ты не знаешь условий, а я договорился, – лукаво улыбнулся Майкл. – Кристаллит с нашей стороны, а с его – свобода тролепана.
– Пошли, – тут же велел Амалин, глаза которого загорелись. – Снимай защиту.
Силовое поле на этот раз снялось за считанные минуты. Молодые люди покинули лабораторию, хотя работа там по-прежнему кипела: змеи трудились не покладая голов и хвостов.
– А ты действительно отпустишь тролепана? – с интересом спросил Мартис у Аквамарина, отводя взгляд от экрана. – Вы же их даже не продаёте.
– Не отпущу, – покачал головой хранитель воды. – Для нас эти экземпляры бесценны. И просто так я с этими животными не расстанусь, слишком уж сложно их ловить. Нам удалось поймать всего одиннадцать особей, и я всё жду, когда же они начнут размножаться. Тогда можно было бы отобрать молодняк, вырастить и использовать их как морских лошадей.
– Тогда о чём толкует Майкл?
– Боюсь, речь идёт о Горании. Он действительно лучше всех играет в настольный теннис, и в последнее время победить его не удавалось никому.
– А если Амалин одержит победу?
– Пусть побеждает, лично я никому ничего не обещал, а тролепаны и впрямь находятся под присмотром Горания. Вот с него мы и спросим.
Между тем в игровом зале шли жаркие дебаты о будущей партии.
– Итак, я уточняю, – говорил Амалин, сидя на теннисном столе и покачивая ногами. – Ты отказываешься от игры, то есть, попросту говоря, боишься проиграть.
– Я не отказываюсь, – выпячивая грудь колесом, гордо заявил Гораний, – просто у меня вопросы по поводу ставки.
– Меня другая ставка не интересует. Играем партию. Только одну. Мне нужен тролепан, тебе – кристаллит. Всё просто. Обмениваться ты не хочешь. Решай: играешь или сразу сдаёшься.
По многочисленным ухмылкам собравшихся хранителей воды Гораний понял, что отказываться нельзя: позора не оберёшься.
– Хорошо, – согласился он, – играем. Разминка?
– Разминайся, но без меня. – Амалин спрыгнул со стола. – Будешь готов – скажешь.
– Я готов, – с притворным спокойствием сказал Гораний, судорожно сжимая ракетку в руке. – На подачу?
– Можешь подавать, я уступаю, – усмехнулся Амалин, извлекая из кармана крупный кристаллит невиданной красоты.
Первая подача была отбита так стремительно и с такой силой, что никто и охнуть не успел.
– А разве Амалин левша? – удивлённо подняла брови Алоя.
– Выходит, что да, – пожал плечами Мартис.
– Да, – подтвердил Латти, – но он и правой рукой прекрасно владеет.
Тем временем партия продолжалась. Гораний проигрывал всухую. Он славился своим умением навешивать «сопли» на самом кончике теннисного стола. Такие мячи редко кто мог брать, но Амалин брал и по-прежнему не допускал ни одной ошибки. Зрители молчали, заворожённые игрой. Счёт стремительно увеличивался, только не в пользу хранителя воды.
– Партия, – спокойно констатировал Майкл, пытаясь скрыть улыбку.
– Пошли за тролепаном, – предложил Амалин, но Гораний замялся.
– Я тебе его завтра утром отдам. Уже поздно, да и замки заедают постоянно.
– Нет, я ухожу и хочу получить свой выигрыш немедленно.
– Тогда сам и забирай! – вскинулся Гораний, с трудом переживавший своё полное поражение. – Я только завтра смогу шлюз открыть.
– Договорились, – ухмыльнулся Амалин, направляясь к бассейнам.
Хранители воды, обуреваемые любопытством, пошли за ними. Открыть шлюз было действительно непросто, и пароль знали только Гораний и Аквамарин. Поэтому теннисист так спокойно и направился к себе, зная, что без него никто ничего не откроет. Амалин придерживался другой точки зрения. Он не пытался подбирать ключи и пароль к шлюзовому замку, а просто вынул из куртки две пробирки, одновременно капнув на замок. Раздавшееся шипение подтвердило, что замка больше нет. Амалин отложил пробирки в сторону и нырнул в бассейн. Такого стремительного развития событий никто явно не ожидал. Некоторые хранители поспешили с докладом к Аквамарину, другие нажали кнопки, отвечающие за подъём разделительных перегородок. Перегородки со дна бассейна поднимались быстро, но ещё быстрей Амалин двигался в сторону шлюзовой камеры, ведущей к выходу в открытое море.
– Он погибнет, – всплеснула руками Алоя, – умрёт от перепада давления.
– Выживет, – махнул рукой Аквамарин. – Сейчас и тролепанов всех заодно уведёт. Не переживай, его защита не даст сбоя.
Слова главного хранителя воды оказались пророческими. Действительно, через несколько минут Амалин покидал шлюз в своём защитном силовом шаре, а один из тролепанов его подталкивал, словно надувной мячик. Остальные животные плыли следом стайкой, радуясь нежданной свободе. Должно быть, Амалин действительно с ними о чём-то договорился, поскольку его высадили на одном из островов, находящихся под контролем этих животных.
– Горания ко мне. Срочно, – спокойно произнёс Аквамарин.
Вызванный хранитель воды шёл с отрешённым видом и опущенной головой, даже не представляя, что его может ожидать.
– Папа, полегче, пожалуйста, – попросила Алоя, мягко коснувшись руки Аквамарина.
Тот подмигнул ей и кивнул. Несмотря на потерю всех тролепанов, он явно пребывал в хорошем настроении.
– Итак, Гораний, – сразу перешёл он к делу, – я не буду сейчас обсуждать твоё недопустимое поведение. Амалин оказался на одном из островов, находящихся под контролем тролепанов. Найди его, и пусть он научит тебя, как приручить этих животных. Не сможешь – тогда отправляйся на сушу и ищи себе пристанище там.
Задание, с одной стороны, было невыполнимым, но, с другой стороны, Амалин ведь ладил с этими животными, чем-то напоминающими дельфинов. Только улеглись споры и разговоры про бассейн, Аквамарин попробовал отправить всех спать, но в этот момент примчался ещё один хранитель воды с чёрными взъерошенными волосами и наспех накинутой куртке. Конечно, о Парниноне, а это был именно он, слышали все. Уникальный учёный, сделавший немало полезных открытий в целом ряде наук, по-прежнему отдавал предпочтение химии. Именно в его лаборатории и химичил в тот вечер Амалин со своими змеями. Правда, этих дивных пресмыкающихся Парнинон уже не застал. Всё было убрано под строгим контролем Майкла. Правда, отсутствовали некоторые химические реактивы и пробирки, а в святая святых знаменитого химика – его тетрадях с формулами и записями – были красной ручкой сделаны пометки и исправления.
Вот этими самыми тетрадями и двумя пробирками потрясал он перед лицом главного хранителя воды, судорожно глотая воздух.
– Да, Парни, извини. Не успел тебя предупредить. У нас были гости, им нужна была лаборатория, и я не смог отказать, – сдерживая улыбку, говорил Аквамарин. – Ты не переживай. Реагенты доставим, порядок восстановим. Если хочешь, и твои тетрадки перепишем.
– При чём здесь тетради? – наконец обрёл способность говорить Парнинон, швыряя рукописи на стол и размахивая пробирками, оставленными Амалином. – Вы знаете, что это такое?
Хранители пожали плечами. Пробирки как пробирки, наполненные прозрачной жидкостью, ничего особенного.
Осознав, что никто не оценил ценности этих проб, учёный выдержал паузу и, чеканя каждое слово, произнёс:
– Это уникальный растворитель. Я мечтал о его создании всю жизнь, да и не только я. Каждый учёный мечтает об этом с пелёнок. Так кто же сотворил это чудо?
– Амалин, – ответил Аквамарин. – Только если это универсальный растворитель, почему не растворяются пробирки?
– Это же элементарно, – нетерпеливо пояснил Парни, окидывая взглядом комнату, чтобы понять, что в ней можно растворить.
Его взгляд упал на небольшую каменную вазочку с искусственными цветами. Голубые незабудки были тотчас из неё вынуты, сам предмет ручной работы помещён на мраморный стол. Никто не успел опомниться, как Парнинон плеснул на вазочку раствор одновременно из двух пробирок. Первые секунды ничего не происходило, а потом раздалось тихое шипение и негромкий стук ободка вазочки, упавшего на белоснежный стол. Остальная её часть растворилась, словно её никогда не существовало, а в столе появилась небольшая ровная выемка, равная по размеру маленькой кофейной чашечке.
– Видели? Нет, вы это видели?! – торжествовал учёный, победоносно размахивая остатками вазочки. – Так где этот ваш Амалин? Мне нужно срочно с ним всё обсудить.
Узнав, что гость уже покинул их город вместе с тролепанами, Парнинон расстроился, но, когда ему сообщили, что Гораний отправляется на поиски Амалина, он тут же выразил готовность его сопровождать.
Мартис уже хотел последовать за ними, но Латти удержал его.
– Я тебя умоляю, давай выспимся сегодня в нормальных условиях. Я с начала военных действий практически не сплю. Мой организм уже не выдерживает такой нагрузки. Завтра мы их найдём.
Пришлось согласиться. Им отвели просторную гостевую комнату, и Латти тут же рухнул на кровать, а Мартис никак не мог привести в порядок мысли, которые неорганизованным роем носились в голове.
– Спи. – Телепат приоткрыл один глаз. – Пожалуйста, засни, а то ты мне очень мешаешь. Ты ей тоже понравился, только перестань всё время об этом думать.
Мартис улыбнулся и постарался успокоиться, закрывая глаза. Усталость навалилась и на него, заволакивая сознание дымкой. Он засыпал, мечтая о том, чтобы во сне его посетила темноволосая девушка с необыкновенно яркими синими глазами.