banner
banner
banner
Заложница мятежного коммодора

Ясмина Сапфир
Заложница мятежного коммодора

Я рассуждал в какой-то странной горячке, забывая об истинной сущности дела, и сосредоточился только на девушке. Во мне говорил слепой эгоизм. Желание подчинить, заставить захотеть меня и полюбить почти сравнялось с желанием помочь своему народу и спасти планету от наглых абестанцев и землян, которые считали себя хозяевами Вселенной.

– Я согласен, – вырвалось вместе с потоком эмоций, которые буквально разрывали меня на части.

– Что?! – Она не сразу поняла – видимо, думала, что стану отказываться, искать другое решение проблемы.

Она подскочила и оказалась прямо передо мной, смотрела как-то испуганно, но страх в ее глазах быстро сменялся решимостью. Запах розового мыла окутал и одурманил. В какой-то момент инстинкты чуть не побороли разум. Но я вовремя смог остановиться. Сначала запись, потом секс.

Интересно, у нее уже были мужчины? Судя по количеству поклонников на приеме, она не обделена вниманием сильного пола. А рретане среди них попадались? Многие мои офицеры частенько обсуждали абестанок в постели, и большинству они весьма нравились как любовницы. Я слышал разговоры в кают-компании после дежурства, но никогда бы не подумал, что стану так сильно желать женщину этой расы. Она меня словно околдовала, причем я даже не успел опомниться, как запутался в сетях абестанки.

– Пойдем в кабинет. Там есть подходящая система для записи голограммы, – предложил я и протянул ей руку.

Она вложила тонкую кисть в мою ладонь и смущенно посмотрела в глаза. Что-то пугало ее, а я не мог понять, что именно. Неужели так боится, что нарушу договор? Зря переживает – верну, как бы ни умоляла остаться.

Я язвительно усмехнулся. События разворачивались настолько быстро и оказались такими неконтролируемыми, что я и сам не понимал, что со мной, думая только об одном.

Широкий белый коридор. Вместительный серебристый лифт. Мой личный кабинет, где располагался самый мощный и главный компьютер станции. При входе система просканировала мою ладонь лучом, сверяя код ДНК.

Я заметил, что Алианна охватила помещение смущенным взглядом. Отметила большой стол из зеленого сверхпрочного пластика, вместительные кресла из того же материала с бархатистой обивкой, шкаф, диван… Будто я привел ее не в кабинет, а прямиком в свою спальню. Или это меня настолько переклинило?

– Сейчас будем записывать? – уточнила абестанка и крутанулась на пятках.

– Если желаешь, сделаем это после обеда. Ты ведь наверняка проголодалась? Но не думаю, что ты хочешь продлить свой плен.

– Что? Нет! Давайте прямо сейчас, коммодор Тар Ренс!

– Пошутил, – злорадно ответил я. – Конечно же, сейчас. Мы оба понимаем, что не стоит терять времени.

Я подошел к стене, набрал длинный код доступа. Стена отъехала в сторону, открыв то, что не видели даже мои личные слуги, за исключением некоторых доверенных рретан. Выдвинулись удобные кресла, панель управления загорелась разноцветными огнями. При желании я мог бы отсюда управлять движением станции, хотя это не так уж и просто – требовались секретные коды и немного сноровки. Все эти действия обрабатывались в центре управления, но я мог отдавать приказы и не выходя из дома.

Я быстро пробежался пальцами по сенсорам, активируя записывающее устройство. Из компьютера заструился голубой луч, охватывая меня целиком, фиксируя голос, мимику, движения. Я повернулся к пленнице, нахально улыбнулся. Неужели подумала, что откажусь и пойду на попятный? Уговор есть уговор. Мы заключили сделку.

Я произносил клятву на родном языке. Слова вырывались с легкостью, ведь я знал, что делаю это не для себя, а ради всего Рретана, ради народа, чей правитель временно находится в бегах. Во что бы то ни стало я должен вернуться, добиться независимости и спасти планету от разрушения, изгнать конфедератов со своих земель и остановить варварскую добычу эрития, без которого мы просто погибнем. Жизнь на Рретане напрямую связана с этим элементом, который поддерживает наше долголетие, сохраняет природу и атмосферу планеты.

Закончив, я щелкнул пальцем по панели, остановил запись и повернулся к абестанке, ожидая ее реакции. Алианна поняла, что я не шучу и не уклоняюсь от оговоренного. Конечно, игра начнется чуть позже… Только уже моя личная, в которую хотел играть именно я. Абестанка и не догадывалась, о чем я думал в тот момент.

– Теперь твоя очередь, – предложил с вызовом.

Она выглядела деловито, торжественно и взволнованно. Грудь вздымалась, глаза сверкали, губы произносили слова признания, когда она обращалась к своей матери, уверяя, что больше не может оставаться в плену. Рассказывала, что я собираюсь отдать ее Ангелам, если правительство КОР не согласится убрать с Рретана станции для добычи эрития. Что ее держат в тюрьме и грозятся убить…

Она хорошо умела играть на публику. Это же надо, так ловко спровоцировать меня на клятву рода! И потом признаться своей маме, Мирайне Дэйл, что я монстр, каких поискать. Я даже поверил. Это завело меня еще больше, и я думал совсем не о ее фиктивном признании. В этот момент я уже почти не слушал, весь отвлекся на абестанку. Член поднялся и упирался в ткань брюк. Кровь прилила к паху, все тело напряглось от возбуждения. Я сверлил Алианну взглядом, будто хотел мысленно сорвать с нее комбинезон.

Абестанка закончила и вскинула голову, демонстрируя, что тоже не струсила. Она все больше мне нравилась как личность и все сильнее притягивала как женщина. Сочетание внешней хрупкости с воинственностью, силы духа – с искренней любовью к матери заставляли меня уважать девушку. И все сильнее желать завладеть ей. В ту минуту про уговор я забыл совершенно. Какие там возвращения Алианны на родину? Я хотел сделать ее своей полностью и безоговорочно, пусть и на время.

На кодировку записей ушло несколько минут, в течение которых внутри меня натянулась какая-то струна терпения, казалось, что она вот-вот лопнет и я просто наброшусь на абестанку. Но я пытался бороться с желаниями, сдерживал себя до последнего. Алианна даже не подозревала, о чем я думал в тот момент и как хотел заполучить ее тело. И плевать, что мы в кабинете. В конце концов, это мой кабинет и моя станция!

– Довольны, коммодор Тар Ренс? – выдохнула она и повернулась.

Внутри меня с силой сжалась тугая пружина желания, оно застилало пеленой глаза, отбрасывало в сторону холодный расчет и осторожность. Я молчал. Пространство кабинета заволокла кровавая пелена, и я видел только абестанку. Ее звонкий голосок больно бил током по оголенным нервам.

– Вы ведь этого хотели? – с осторожностью спросила она, не понимая, что со мной происходит, потому как ответа на предыдущий вопрос так и не дождалась.

– Да. Все улажено. Я предоставил тебе гарантии, – процедил я сквозь зубы, поглощая ее взглядом.

– Тогда что не так? – испуганно смотрела она на меня, пока я медленно приближался – подкрадывался, как хищник к жертве перед решающей атакой.

– Ты ведь понимаешь, что у моих гарантий есть своя цена? – со свистом вырвалось из моего горла.

– Вы это о чем, коммодор? – Она испуганно отступала назад, пока не уперлась в преграду – кремового цвета диван с высокой спинкой.

Ей больше некуда было бежать от меня. Прыжок – и я оказался около Алианны, сжав ладонями желанное тело. Пока держал абестанку за талию, она пыталась вырваться, билась, как раненый зверек. Такая близкая и неожиданно сильная для столь хрупкой на вид комплекции. Но со мной бороться было бесполезно – я значительно превосходил ее в силе. И попытки освободиться выглядели бессмысленными.

– Что ты делаешь? Отпусти немедленно! – вскрикнула она, яростно сверкая глазами.

– Я не могу тебя отпустить, Алианна, – хрипло прошептал в ответ.

Я склонился, вдыхая аромат ее волос, и все остатки самообладания развеялись как дым. Дождавшись, пока она затихнет, я прижал ее к себе одной рукой. Пальцами второй приподнял подбородок, заставив смотреть мне в глаза. Ее красивые губы дрожали от бессилия. Как бы мне хотелось, чтобы они шептали мое имя в порыве ответной страсти.

– Ты теперь моя, – выдохнул я, а затем впился в ее губы поцелуем.

Раздвинул языком сжатые губы, углубил поцелуй, не дав ей даже опомниться. Как же вкусно, и хочется большего. Пожалуй, этот диван подойдет для нашего первого раза.

Она не отвечала, просто замерла в моих объятиях. И я не понимал, в чем дело. На краткий миг ее сопротивление прекратилось. Рука ее поднялась и легко погладила мою шею. Неужели? Я пребывал на вершине блаженства от ответной реакции. Ведь именно этого я и хотел – держать в руках женщину, а не безвольную куклу.

А потом я ощутил резкую боль в шее. Как будто током ударило. Я не сразу понял, что произошло. Разжал от неожиданности хватку. И тут же получил следующий удар – ее длинные ногти с маникюром прошлись по моей щеке, оставляя болезненную царапину.

Алианна отпрянула в сторону, тяжело дышала, смотрела на меня с ненавистью и презрением. Я провел рукой по своей коже, но ничего не обнаружил. Только несколько капель алой крови на рубашке. Шея, пожалуй, самое незащищенное место на теле рретан, там нет брони. Пленница поняла это и поступила так, как сочла нужным в сложившейся ситуации.

Боль отрезвила меня за мгновение. Я не ожидал от девчонки такого отчаянного сопротивления и даже немного опешил. Я никогда не прибегал к насилию, но сейчас почему-то просто снесло голову. Сверхвозбудимость расы давала о себе знать. У меня давно не было секса, а девушка вызывала сильные эмоции. Приходилось это признать, пусть и не хотелось. Она будто нарочно дразнила, и ее недоступность, хрупкость, решимость в сочетании с вызовом и храбростью заводили еще больше. Но я и не думал, что ей настолько неприятно… Казалось, она в шаге от согласия. Нужно лишь подогреть, успокоить, погладить…

Айтах! Я едва не принудил ее к сексу! От этой мысли на душе стало муторно. Вот уж чего совершенно не хотелось бы. Я желал ее, но только с согласия и никак иначе. Насилие отвратительно.

 

– Наш договор в силе, – произнес я, понимая, что едва не сорвался и не совершил непоправимой ошибки.

Алианна вовремя меня остановила. Просить прощения я не собирался. Лучшее, что можно было сделать в этой ситуации, – разойтись и дать друг другу остыть. Похоже, мои обычно стальные нервы сдали окончательно, но абестанка в этом не виновата.

– Комната и часть дома в твоем распоряжении, – добавил я.

– Предатель! – бросила она в мой адрес. – Озабоченная хвостатая скотина! Не смей прикасаться ко мне. Никогда! Ты понял?

Она смотрела на меня со злостью. Изумрудные глаза налились темной зеленью, губы чуть заметно дрожали от негодования. Потом она бросилась к дверям и выбежала наружу. Я слышал, как она поднималась по лестнице. И все стихло.

Пару минут я стоял, пытаясь прийти в себя и успокоиться. Затем развернулся, с силой хлестнул хвостом по ногам. Закрыл кабинет и направился в свои апартаменты, чтобы переодеться и взглянуть на раны.

Что я надумал?! Она всего лишь моя заложница. Я должен вести себя, как правитель Рретана и командующий флотилией, а не подобно последней твари во Вселенной! Нет ничего хуже насилия над женщиной! Предательство, истинное предательство, а не то, что мне приписывали, рядом не стояло. У меня всегда была сила воли. Что же стало с ней сейчас?

Нет! Это всего лишь временное помешательство, игра гормонов. Скоро мой организм адаптируется к присутствию девчонки, и я смогу себя контролировать, как делал это раньше. Мне нужно немного… совсем немного времени – и все станет, как прежде.

Али

Я стояла и захлебывалась воздухом, легче дышать никак не становилось. Да что нашло на этого предателя? Рретане вечно озабоченные! Ходили слухи, что эритий наградил эту расу повышенным либидо. Я сама видела, как на приемах у мамы рретане обхаживали женщин из президентской свиты. Не понять их намерений мог только слепой.

Но у Тар Ренса должна быть любовница. И не одна. Он имеет высокое положение, уважение и статус принца. Он привлекателен и богат. Рретанки наверняка ему не отказывают.

Вот же мерзавец, подлец и мразь! У меня даже отбиваться не получилось! Он так стиснул и так прижал, я ощущала его возбуждение – настолько сильное, словно он женщин уже лет двести в глаза не видел.

Хорошо, что оружие всегда при мне. Миниатюрная игла, выскакивающая из браслета-компьютера при легком нажатии. Конечно, бежать с ее помощью я и не пыталась. Что такое маленькая царапина для этих громил, рретанских военных? Абестанские капитаны рассказывали, что даже израненные хвостатые дрались как звери и в состоянии, когда остальные инопланетяне просто лежали бы и не шевелились, умудрялись одолевать десятки врагов.

Но в момент, когда наглые горячие пальцы начали забираться под одежду, я ничего иного не придумала. И ведь сработало! Он отступил! Что, не ожидал сопротивления? Думает, каждая к нему в постель прыгнет?

Я буквально задыхалась от ярости. В таком состоянии пошла в свои покои, постоянно оглядываясь и приостанавливаясь. Убеждалась, что Тар Ренс не преследует. Нет, рретанина видно не было. Наверное, нашел более податливое тело и сейчас развлекается на славу. Не знаю, почему меня это тревожило, но от таких мыслей я избавиться не могла. А еще ужасно хотелось мести.

Я добралась до своей комнаты и заметалась по ней. Словно тигрица, посаженная в клетку. Даже рычание почти вырывалось из горла. Черт! Я становлюсь похожей на рретанина. Надо поскорее отсюда выбираться…

Я замерла, словно почувствовала его присутствие. Внезапно стало тихо. И тут в коридоре раздались шаги и послышался знакомый голос Тар Ренса. Я бросилась к дверям и попыталась понять, о чем он говорит и кому. Все еще немного осипшим голосом Тар Ренс произнес:

– Что ты тут делаешь, Риайна?

– Вошла в замок с черного хода. Поступил сигнал, что ты подключался к управлению станцией. Все в порядке, Рейминар? – Низкий голос незнакомой рретанки звучал обеспокоенно.

– Все хорошо, иди на флагман, – отослал собеседницу Тар Ренс, и я услышала удаляющиеся шаги.

Он обращался к компьютеру управления станцией? О чем это они? Мы же только записывали клятвы… Или? Ко мне пришло озарение. Наверное, сработал адреналин. Ну конечно! Эта сложная аппаратура! Много функций! Явно же не только для голографии! Да у него в кабинете расположено резервное управление станцией, чтобы в случае чего принять управление на себя. Это ведь ключ! Я смогу вызвать подмогу. Снять защитное поле. И когда мятежника обнаружат войска КОР, меня спасут. Главное – вовремя дать о себе знать.

Но как попасть в кабинет? М-да, задачка… Так… Там при входе считывался код его ДНК. А для доступа к компьютеру он вводил длинный пароль. Набор цифр я как раз-таки помнила. Мало кто знал о моих способностях, странных и вроде бы никому не нужных. Я обладала фотографической памятью. Могла воспроизвести код хоть из ста цифр, если это требовалось в определенных обстоятельствах. Только мама знала о моей особенности, но даже приближенным не рассказывала. Естественно, если бы не это, я никогда не смогла бы сделать ту глупость.

Я застыла посреди комнаты и перестала метаться из угла в угол. Меня внезапно осенило. У меня же на игле его кровь! Его ДНК! Конечно! Вот все и сложилось. Тар Ренс сам виноват в моих действиях. Он сам дал мне оружие против себя. Я выглянула в окно спальни и заметила, что коммодор вышел в сад и разговаривает с неизвестным рретанином. Вот и подходящий момент для диверсии.

Я осторожно выскользнула из комнаты и двинулась к кабинету хозяина. Поначалу многочисленные коридоры едва не сбили меня с толку. Замок выглядел очень обширным, но я постаралась сосредоточиться и включить фотографическую память. Шла в точности тем же маршрутом, которым вел меня в кабинет рретанин. Из кабинета в спальню я возвращалась на адреналине, а вот теперь слегка сомневалась, воспроизводя в памяти картину проходов.

Вот окно с витражами – изображениями лесного пейзажа. Вот поворот и три двери слева, одна – цвета темной бронзы, другая серебристая, третья серая. Вот коридор как перешеек, с двух сторон – окна в ажурных рамах как в кружевах.

Вот еще коридор с десятью дверями и одной – сразу за поворотом… Еще немного – и я у цели.

Датчик ДНК принял сигнал, опознал кровь Тар Ренса, приняв код владельца. Вошла в кабинет и подскочила к стене. Синяя панель высветила треугольники вместо цифр. У нас на Неотерре высвечивались звездочки. Все-то у этих хвостатых не по-человечески! Я по памяти набрала код на панели, чтобы открыть ящик Пандоры. Цифры я запомнила верно.

Не знаю, что нашло на меня и почему я не остановилась. Месть выглядела глупой и, главное, совершенно неуместной. Я надеялась, что нас засекут военные – те, что верны КОР. Но куда логичней было предположить, что нас найдут проклятые ткенны. Тем более, после разгрома базы и уничтожения истребителей, что атаковали пассажирский транспортник.

Я плохо соображала в то мгновение. Злость и жажда мести застили взор. Я вспоминала, как управляется силовое поле. Как раз вошла в систему настроек, и глаза разбегались от цифр и рретанских обозначений.

В КОР разговаривали на общем языке. Его разработали когда-то лингвисты, чтобы все расы понимали друг друга и не требовали ввести собственный язык как государственный. Инопланетянам помогали подстроиться биостимуляторы, которые меняли их голосовые функции, позволяя произносить непривычные звуки и слова. Я с детства немного знала земной язык, вернее два земных: русский и английский, на основе которых разрабатывалось когда-то планетарное наречие. Немного владела рретанским. Но не на таком уровне.

На долю секунды я растерялась, но затем прикрыла глаза и попыталась вспомнить, как управлял капитан станцией президента. Она располагалась неподалеку от Неотерры и служила для самых разных, зачастую политических целей, для встреч с представителями других рас, например. Не все хотели лететь на Неотерру. Для некоторых это означало признание, что их планета ниже статусом. Станция также служила для отдыха. Иногда мы с мамой туда улетали, чтобы бесконечные президентские будни не заменяли все праздники и выходные. Глава КОР всегда востребована. И стоило лишь остаться дома, как маме обязательно поступали звонки с вопросами, документы на подпись…

Я не училась управлять станцией, но обозначения на бортовом компьютере на общегалактическом помнила. Так… ага, вот она, эта кнопка. А вот эта посылает сигнал бедствия.

Я сняла силовое поле, послала сигнал и включила защиту заново. Знать бы раньше, чем все закончится…

Из кабинета я выскользнула почти бесшумно. По коридорам кралась как мышка. Добралась до своих покоев и нырнула в комнату с облегчением. Сердце все еще бешено колотилось, в груди не хватало места для воздуха, я никак не могла успокоиться.

Мысли: «Боже! Что я наделала!» – сменялись на: «Так и надо гаду!». Я то была готова предупредить рретанина, то вдруг страшилась скорого разоблачения. Воображение рисовало верные КОР флагманы, которые окружают станцию мятежников, берут в плен Тар Ренса и его команду, а меня отправляют обратно к маме.

Я так отчетливо все видела, даже думала, что скажу маме. Попрошу строжайшего наказания для Тар Ренса или помилования. Не знаю почему, но чаши весов качались. Я металась и не могла решиться. Что-то в рретанине такое было… Если бы он хотел меня изнасиловать, то сделал бы это, несмотря на укол, с его-то силой и толстой кожей. Ну поцарапала, ну и ладно. Но он остановился как вкопанный, словно не понимал, что происходило. Он будто не до конца осознавал, что я против, и действовал, словно ведомый инстинктами. Или я просто хотела его оправдать? Неужели мне симпатичен мятежник, предатель и мой тюремщик?

Чтобы отвлечься от тягостных мыслей, я занялась играми на браслете-компьютере. За пару дней я сумела пройти несколько уровней. Повысила свой статус с обычного эльфа до эльфа королевского дома. Черт! Еще бы вспомнить, кто такие эти эльфы… Я решила даже не читать о них. Никогда не страдала игроманией и развлечение считала временным.

Время текло медленно, но неумолимо. За окнами шуршал листвой искусственный ветер, деревья отвечали тихим перешептыванием. Даже птичье пение слышалось. День сменялся ранними сумерками. Я знала, что на таких станциях соблюдены планетарные условия, сутки текут как обычно. Свет сменяется ночной мглой, затем розовые всполохи утра рассекают искусственный горизонт. Здесь все выглядело точно так же.

В контейнер на кухне доставили ужин. Обед я благополучно пропустила, и еда осталась внутри ящичка. Я открыла серебристый шкафчик. Достала любимые спагетти с морепродуктами. Розовые креветки пахли здорово, тягучие кальмары таяли во рту, самые тонкие итальянские макароны с удовольствием втягивались губами. Может, зря я так с Тар Ренсом? Он, как-никак, обо мне заботится. Хотя какая тут, к черту, забота! Он меня похитил, использовал, чуть не изнасиловал и теперь просто выполняет наш уговор.

К ужину я уже не притронулась, заморозила в ящичке черничный пудинг и отправилась обратно в спальню. Внезапно в коридорах раздались крики, шаги и звуки близких схваток. Я заметалась, думая, что делать. Но в эту минуту в комнату заскочил огромный Ангел. Проклятье! Мои сигналы поймали ткенны. Ангел скрутил меня и что-то прокукарекал – так мы выражались про язык ткеннов. Он звучал как низкое стрекотание, а иногда – как короткое кукареканье.

Я судорожно попыталась вырваться, но ослабить стальные объятия насекомого не представлялось возможным. Четыре руки схватили меня намертво. Ангел использовал дополнительные конечности. Боль пронзила до кончиков пальцев, затрещали ребра и ключицы. Я поняла: вырываться бессмысленно. Я только себе же причиню вред.

М-да… Вот теперь новости будут вполне реалистичны. Меня и в самом деле похитили ткенны. Похищена по собственному желанию – вернее, по собственной же глупости.

Ангел потащил меня по коридору, похоже, он искал выход. В какой-то момент я совершенно сдалась, даже дергаться перестала. Но внезапно из-за угла вынырнул Тар Ренс собственной персоной, собранный и суровый. Таким я его еще не видела. Глаза налились серебром, так и сверкали в свете люстр, чешуйки на запястьях тоже светились. Кажется, даже волосы немного вздыбились. Я слышала, что рретанин – отличный воин. Оставалось надеяться, что это правда.

Стрелять казалось худшей идеей, хотя пистолет и силовые гранаты висели на поясе формы Тар Ренса, в которую он успел облачиться. Взрыв задел бы нас всех и, возможно, обрушил на нас постройку. Ангел ловко мной прикрывался, так что выстрелы могли не достичь цели и навредить мне. Тар Ренс это сразу понял и даже не стал доставать оружие. Сжал кулаки, увернулся от выстрелов – Ангел воспользовался плазменным пистолетом. Широкая струя ударила в стену, но не причинила значительного ущерба, оставила лишь темные пятна. Ого! А стены прочнее, чем я думала. Обычно такие плазменные выстрелы проделывали в зданиях дыры, пусть не сквозные, но глубокие.

 

Слава богу, Ангел не мог навязать рретанину полноценный бой – ему приходилось держать меня. Чтобы помочь рретанину, я принялась вырываться, дергаться и даже пинаться. Насекомое собиралось достать второй пистолет, но замешкалось из-за моих брыканий. Это дало Тар Ренсу время и позволило приблизиться.

Дальше я наблюдала как во сне. Рретанин ударил насекомое в глаз, затем хвостом с острыми шипами полоснул по державшим меня конечностям. Ангел выпустил меня и бросился на коммодора. Они сошлись в смертельном поединке. Удар, отскок, атака и отступление. Они кружили, словно в диковинном танце, очень красивом и смертоносном.

Наконец Тар Ренс улучил момент, ударил противника и угодил шипом из тыльной стороны ладони прямо в фасетчатый глаз. Ангел зашипел и покачнулся. Попытался развернуться для побега. Но рретанин крутанул его на себя и всадил шип в другой глаз. Я уже видела эту технику боя. Рретане использовали свои шипы как кастеты и очень умело с ними обращались.

Ангел с хрипом рухнул на пол. Сильно запахло тухлыми яйцами. Я только успела отползти подальше. Тар Ренс подошел и протянул руку. Я вложила в нее дрожащую ладонь. Еле-еле поднялась на ноги, и коммодор проводил меня до комнаты.

Внутри он оглядел меня внимательно, видимо, проверяя, цела ли. Затем сообщил:

– Я пришлю медика. Эти насекомые ядовиты. Пусть убедится, что ты невредима. Станцию от ткеннов мы отбили и сменили дислокацию через гиперпространство. Больше они нас найти не смогут. Произошел какой-то сбой в системе, видимо, так они и обнаружили нас. Больше подобного не повторится. Я сменил все коды и настройки, так что ничего не бойся.

И прежде чем я успела сказать хоть слово, рретанин скрылся за дверью каюты.

Рей

Я все еще находился в ступоре от случившегося, когда браслет сигнализировал об опасности. Не сразу поняв, что случилось, я бросился было к компьютеру, но по пути со мной вышел на связь Ор Ланс.

– Коммодор! Кто-то на время снял защиту, и нас обнаружили!

– Айтах! Кто это может быть? Корабли конфедерации? – пытался я разобраться, как такое могло произойти.

– Нет, Рей! Это ткенны! Они нашли базу, – перешел он на неформальное общение.

Айрин Ор Ланс пережил со мной многое, мы уже лет пятьдесят служим бок о бок, так что разное бывало. Этот плечистый, чуть сутулый рретанин с необычными для нашей расы почти белыми волосами и черными глазами часто выручал меня и выполнял особые поручения.

– Меняем дислокацию. Срочно уводим все корабли. Кто не успеет – пойдет другим пространственным коридором, – крикнул я в переговорное устройство.

В этот момент я вспомнил об Алианне, которая осталась в доме, но возвращаться не было времени. На ходу подключился к камерам дома, голосовой командой перевел съемку на комнату. Девушка играла в видеоигру и с виду была не особо взволнованна. Что же, не стану ее трогать. Не хватало еще, чтобы Алианна узнала, что я могу в любой момент ее увидеть.

У меня пока не было возможности разбираться, стало ли отключение защитного поля ошибкой оборудования или спланированной диверсией. Приходилось реагировать молниеносно, исходя из ситуации. Приказав охранникам следить за дворцом, я бросился на флагман, откуда велась координация действий.

Ткенны применили свое новое секретное оружие – персональные пространственные порталы, которые проецировались прямо из скафандров. Они просто преодолевали толщу металла и попадали во внутреннее пространство станции прямо из космоса. Десант крылатых Ангелов! Они как саранча летели на нас. Никто не ожидал, что нападение будет совершено в тылу. Пока снаружи мои истребители защищали Тэо от боевых звездолетов этих вредителей, они атаковали нас внутри. И если бы не сноровка моих парней, насекомые могли бы получить флагман и захватить управление всей станцией.

Повсюду мелькали перекрестные лучи бластеров, вспышки силовых гранат резали глаза. Пахло паленой проводкой и обугленными телами насекомых. Мерзкое сочетание! Особенно для меня, когда я только смог унять свое возбуждение от абестанки. Неудовлетворенные мужчины-рретане особо чувствительны и уязвимы. Конечно, физическая сила увеличивается, но концентрация и внимание рассеиваются. Обоняние, слух и зрение усиливаются так, что краски, звуки и запахи начинают буквально преследовать. Не лучшее время для атаки выбрали эти гады. По крайней мере, для меня.

Забежав на флагман, я не стал разбираться, кто виновен в нашем обнаружении. Кажется, я был готов разнести весь корабль к айтаху, но сдержался и взял на себя командование. За это время истребители успели уничтожить большую часть кораблей Ангелов – тех самых, которые смогли уйти с разрушенной базы. Значит, их в этом секторе космоса больше, чем нам казалось. Решили отыграться? Что же, посмотрим, чья возьмет…

Все закончилось в течение получаса. Ор Ланс отчитался, что наши военные благополучно уничтожили попавших на Тэо Ангелов, а сама станция – в гиперпространстве. Я выдохнул только тогда, когда мы оказались в другом секторе Файролы, дальше от границы.

– Смените всех, кто был перед тем на посту в центре управления. В тюремный блок их, – распорядился я. – Потом разберемся, кто отключал нашу защиту.

Айтах! Девушка осталась одна. Конечно, основной удар пришелся на флагманский линкор, стоявший в доке. В моем доме охрана. Но все же…

– Скафандры, что остались целы, доставьте в лабораторию. Стоит выяснить, как работает их оружие, – сказал напоследок.

Трап… Движущаяся дорожка, которую я преодолел скачками… Двери моей временной резиденции. Все как в тумане. Опасность! Она в опасности!

Не знаю, почему я так подумал. Словно чувствовал волны страха, охватывающие внутреннее пространство дворца. Возможно, сработала интуиция – она у меня неплохая. Я пробежал по переходу и вдруг услышал ее крик. А дальше все развивалось стремительно: Алианна извивалась в лапах Ангела, и я не мог использовать оружие. Я просто бросился на элитного воина ткеннов, защищая девушку. В тот момент даже не думал, что она важна в качестве заложницы – скорее, волновался лично за нее.

Ангел упал на пол, а я втянул шипы обратно в ладони. Древняя техника боя, теперь используемая только в крайних ситуациях и на любительских поединках, не подвела. Алианна все еще была потрясена. Я догнал ее, помог подняться. Наши взгляды встретились. В ее глазах мелькнула благодарность за спасение. Губы дрожали. А мне безумно хотелось снова ощутить их вкус, почувствовать гибкое тело абестанки в своих руках. Но нет! Нельзя. Я могу снова сорваться. Еще несколько дней – и я сумею себя контролировать. Однако я не удержался и обласкал взглядом фигурку девушки. Даже такая: тихая, забитая, ошарашенная, она казалась невероятно притягательной и желанной…

– Я пришлю медика, – хрипло произнес я, потом кратко пояснил, что случилось, и проводил до комнаты.

Нужно вызвать с линкора лейтенанта Рат Ирса – штатного врача. А потом разобраться, кто виновник диверсии.

Догадка была подобна удару молнии, за которой последовал откат. Я сам виноват в нашем обнаружении! В памяти одна за другой возникли картинки: кабинет, Алианна, компьютер… Да не может быть! Как она могла открыть помещение?!

Я не успел дойти до корабля, как развернулся назад и бросился обратно. Разъяренный, ворвался в кабинет, открыл панель управления, активировал записи с внутренних камер. В тот момент, когда увидел стройный силуэт крадущейся девушки в коридоре, я все понял, догадался, в чем состояла ошибка… Девчонка не так проста, как кажется! Как ловко она меня перехитрила. Идиот! Да за ней нужен глаз да глаз. Хорошо еще, что никто из подчиненных не пострадал. Маленькая дрянь! Похоже, я ее недооценил. Что же, счет один-один, Алианна Дэйл!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru