Янка Рам Сводный гад

Глава 1 – Компромат

Тренировка на сегодня закончена, но мы не спешим с пацанами расходиться.

Валяемся на матах.

- Иван, не забудь, что у тебя сегодня важная встреча, - проходит мимо нас тренер.

Забудешь тут. Вроде взрослый уже, а внутри трясëт как ребёнка.

- Яшин... Ну чего не рассказываешь? - толкает кулаком меня в бедро Марат.

- Да что-то не знаю... Душно мне от этого как-то. Хреново. Лучше бы я и не знал про него, - обнаженно дрожит мой голос.

- Отец же, ты чего? - присаживается Марат.

- Отец... - болезненно улыбаюсь. - Мне девятнадцать. Я давно самостоятельный. Нахера мне теперь отец? Где он раньше был, когда меня в интернате прессовали? Вот Бессо Давидович меня вытащил, - киваю на тренера. - Он и батя. А о чем с родным разговаривать - не представляю.

- Да ладно тебе, не бери близко к сердцу, - фыркает Шмель. - Пусть бабла отвалит. Он же состоятельный дядька. Тебе не помешает. Хату свою выкупишь. А дальше - с днём рождения, да с новым годом друг друга поздравлять будете.

- Ну да...

Но мне настолько удушающе болезненно от мысли про встречу с ним, что даже денег его не хочу. Хотя мне сейчас очень нужны. Детские обиды всплывают из тени, что ли?

- Не надо так, - хмурится Марат. - Вдруг он нормальный. Надо познакомиться, пообщаться... Это родной человек. У тебя их много - разбрасываться?

У Марата классные родоки, его позиция мне понятна.

- Не знаю я! - подлетаю на ноги. - Как пацану спетлять хочется, если честно...

- Ты разговаривал с ним?

- Бес разговаривал.

- Ну и чего Бес говорит?

- А Бес, говорит, - присаживается к нам на маты Бессо, - что Алексей Михалыч готов проспонсировать нам ещё одну группу интернатовской малышни, выделив на неё ежегодный грант из своего ведомства. Если Иван до выборов мэра города готов пожить в его доме, и попробовать... соединиться с семьёй.

- То есть, меня покупают? - вытягивается моë лицо.

- Типа того.

- Потому что я - компромат?

- Видимо, да.

- Да пошёл он! - зло луплю кулаком в висящую рядом грушу.

- Да, - поджимает губы Бес. - Пошёл он и восемь мальчишек из твоего интерната.

- Это нечестно! - падаю на спину, закрывая глаза.

- Это нечестно, - соглашается Бессо. - Жизнь она вообще далека от идеала, пацаны. Но в наших силах точечно делать её лучше для кого-то.

- Я должен согласиться??

- Это только тебе решать, Иван. Ты в обоих случаях будешь прав. Но я бы дал отцу шанс. Если он тебя покупает, это не значит, что не сможет полюбить.

- Да нахрен мне его любовь?! Сколько? До выборов - сколько?

- Три недели.

- Я согласен!! - с ненавистью выплевываю я. - Но встречаться сегодня не хочу. Пусть скинет адрес, приеду и всё. Я не невеста, смотрины устраивать!

Бес отходит, мы снова все падаем на маты.

- А что там за семья, хоть?

- Он, жена его, дочь...

- У тебя есть сестра??

- Угу... Мажорка какая-то... Ярославна.

Глава 2 - Неловко

Уже минут сорок меня в машине ждёт Эдик возле дома. Сегодня он на ужин не приглашён. Обычно отец к нему благоволит, но здесь сказал категорическое - нет. Почему?

- Ма-а-ам? - закатываю я глаза, тыкая пальцем в часы.

- Ждём отца, - недовольно разводит руками.

Татьяна, наша горничная, выжидающе смотрит на маму - подавать ли горячее, которое уже, наверное, холодное.

- Ждём, - недовольно бросает и ей.

Встаю из-за стола, чтобы поторопить папу. На цыпочках крадусь к кабинету. Дверь открыта, говорит с кем-то по телефону.

- Нет, Борис. Я не просил покупать парня! Зачем вы поставили так вопрос, черт вас побери?! Да, я понимаю, что уговаривать его некогда. Хорошо! - раздражённо. - Он взял деньги? Согласился, да, пожить у нас? Это для меня главное пока. Во сколько нам это обошлось? В четыре ляма? Мм... Хороший у парня аппетит, - оттягивает ворот рубахи.

- Пап... - заглядываю.

Какого он там парня купил с "хорошим аппетитом"? Четыре...

Скидывает вызов.

- Пап, ты мне машину обещал на день рождения!

- Извини, Ярославна, это пока не вписывается в мой пиар-проект. Пиарщики запретили тебе иметь собственную в восемнадцать. Это вызывающе может быть воспринято электоратом.

- Класс... - сдуваюсь я, обиженно.

- Это временно. Иногда можешь брать мамину.

Потратил мои бабки на какого-то там "мальчика" - так бы и сказал! Четыре! Раба мы что ли купили с сотней встроенных опций?! Может, это сексуальный раб? С Эдиком каши не сваришь...

Мы присаживаемся за стол.

- Ещё один прибор, - распоряжается отец.

Бабушка приедет?

Родители напряжены и не смотрят друг на друга, делая по глотку вина.

Мне кажется, они поссорились. Мама недовольно поджимает подрагивающие губы и молчит.

Порываюсь сбежать, поглядывая в окно, но папа словно хочет что-то сообщить. И я не решается.

Подозрительно перевожу взгляд с мамы на него и обратно.

- Вы же не разводитесь, правда?

- Нет! - синхронно.

- А что тогда случилось?

- Ну, давай, скажи ей! - с вызовом шипит мама.

Он хмурится, опуская взгляд.

- У меня есть сын, Ярославна.

Застываю взглядом в пространстве.

- Это неожиданная новость для меня.

Смысл сказанного слегка не доходит.

- В общем, наша семья теперь станет больше, и мы должны его тепло встретить.

- Сын, в смысле... - торможу я, не догоняя, что он несёт. - Встретить...

О, боги!!

Этого "мальчика" за четыре миллиона он имел в виду?!

- Брат?! У меня что - есть брат?? - морщусь я.

- Что за интонации, Ярославна? - строго прищуривается отец.

- Ну, извини, папа. Жизнь меня к такому не подготовила! Он что с нами будет жить?? - вспоминаю содержание телефонного разговора.

- Конечно. Он же мой ребёнок.

Я тоже - хочется капризно фыркнуть мне. Но я всё время забываю, что не родная дочь ему. И всë же - любимая. Официально удочеренная. И терять любовь отца я не хочу!

- А почему не со своей матерью?

- Она давно умерла. Он жил в интернате.

- Господи... - страдальчески закатываю я глаза. - Ты хоть раз общался с публикой из интерната? А я - да! С твоей лёгкой депутатской руки, когда ты меня отправил в лагерь отдыха вместе с ними!

Таня кашляет в дверях, где-то на заднем фоне. Мысленно со всей злости припечатываю ей ладонью по спине.

- Они быдлят, бухают, наркоманят, пакостят, воруют и постоянно врут! - продолжаю я, повышая тон.

- Он мой сын, Ярославна. Его зовут Иван. Он хороший парень.

- Да откуда тебе знать - какой он?!

- Алексей Михайлович... - негромко пытается вклиниться Таня.

- Я хочу узнать! - игнорирует её отец.

Лицо идёт пятнами.

- Да, Боже... - взрывается мама. - Купи ему квартиру и тачку. Почему мы должны страдать от того, что ты когда-то там накуролесил...

- Ему - тачку?! - обиженно вскрикиваю я.

- А ну-ка молчать! - рявкает отец. - Иван будет жить с нами. Приготовь ему комнату, Ольга. А Ярославна, прикуси свой язык, ясно?

- Ясно... - сдуваюсь я.

Когда папа в таком настроении, лучше не спорить.

Брат! Не было печали...

Гопник, какой-нибудь, да?

- Папочка я тебя умоляю, давай после моей днюхи, а? - складываю умоляюще ладони. - Я не хочу, чтобы мои друзья...

Таня кашляет громче и настойчивее. Да чтоб еë!

Синхронно оборачиваемся.

Подпирая плечом косяк арки и сложив на груди руки, рядом с ней на входе в столовую стоит парень с небольшой спортивной сумкой и гитарой в чехле за спиной.

Смотрит на нас так, как я бы смотрела, возможно, на клубок неядовитых змей, в который нечаянно наступила. Я не боюсь змей... Просто - брезгую.

Отец раздражённо ставит со стуком бокал.

- Таня... - с досадой зажмуривается, сжимая переносицу.

- Да ладно, - пожимает плечами парень. - Зато всë сразу понятно.

- Иван, - встаёт отец. - Это моя вина...

Уводит его в кабинет.

Обиделся он! На четыре ляма отца развёл с порога... Тот перед ним теперь стелиться будет, - бешусь я. Бедный родственник!

Тоже с грохотом ставлю бокал, расплескивая сок.

- Я пойду, мам?

- Сиди, - цедит она, сминая салфетку.

- Там - Эдик.

- Теперь у нас только Иван в приоритете, - недовольно.

Пипец...

Глава 3 – Бастард

Алексей Михайлович, вспоминаю я.

- Ты присаживайся, Иван, - нервно улыбнувшись, показывает мне на кресло.

Обходит свой монолитный бордовый стол, садится в кожаное кресло. Но не опирается на спинку. Что-то растерянно перекладывает туда-сюда. Плечи напряжены. Решительно отодвигает от себя файлы с документами. Поднимает на меня взгляд.

Мы зависаем, разглядывая друг друга. У меня сводит челюсти от напряжения. Отец?.. Я на него похож. Без всякого теста на ДНК очевидно. У нас даже одинаковый залом на лице - ямочка от улыбки. С одной и той же стороны.

Присаживаюсь напротив.

- Иван... Это я виноват. Не предупредил, не подготовил морально семью. Им как снег на голову... Они обе извинятся.

- Зачем? - усмехаюсь прохладно. - Искренность дороже вежливости.

- И всë же.

- Не стоит, Алексей Михайлович. Извинения мне будут ещё более... неприятны.

- Алексей Михайлович... - хмурится, отрицательно качает головой.

- А как? - пожимаю плечами.

"Отец" как-то... вынужденно. И если уж по-честному, ничем пока не заслуженно.

Переводит тему.

- Я хочу поблагодарить тебя, что ты не отказал.

- Надеюсь, Вы будете хорошим мэром.

- Я бы хотел оказаться в первую очередь хорошим отцом для тебя.

- Во-вторую, - поправляю его, продолжая равнодушно улыбаться. - Искренность дороже вежливости, ладно?

- Хм... - вглядывается в глаза. - Какой ты... Ершистый. Очень рад знакомству… сын, - просаживается его голос.

- Я бы не торопился радоваться. Вряд ли я впишусь... Вот в это всë, - обвожу взглядом кабинет. – Вы же личное дело моё наверняка запросили. Ваша наследная царевна права! – развожу руками.

В детстве я отжигал по беспределу, пока Бес меня за шкирку не выдернул.

- Ты маленький был… Не понимал.

- Да всё я понимал.

Просто по-другому там было никак.

- Ты выводов не делай пока, хорошо, Иван. Ярославну я разбаловал, каюсь. Но в душе она девочка хорошая. Она переосмыслит, когда узнает тебя ближе.

- Не узнает.

- Узнает! - давяще.

Ноздри рассерженно вздрагивают.

- Мне важно, чтобы мои дети не были по разные стороны баррикад. Я с ней обстоятельно поговорю.

- Аа...

Отлично, я ещё и публично должен с этой змеёй дружить? Ладно... Должны будете, пацаны, вспоминаю я группу мелких, что отобрал Бессо. Там среди них одна девчонка, Стася. Малая, но офигенная. Пацанов только так месит. Пусть ей повезёт попасть к Бесу, как мне когда-то.

- Ты, Иван, не стесняйся, сразу скажи, если этот переезд какие-то проблемы твоему спортивному графику создаёт. Будем оперативно решать, - переходит на деловой тон Алексей Михайлович.

- Ну есть немного, конечно. От метро до вас проблема добраться. А такси на вашу "Рублевку", как путёвка в космос стоит.

- Будем решать. Скинь мне свой график.

- Ну и турник не помешал бы.

- Будет. Что-то ещё?

- Да всë... - пожимаю плечами.

Алексей Михайлович снова зависает, глядя мне в лицо.

- Ты извини, что так вышло, Иван. Я про тебя не знал.

Киваю. Ну чо я ему могу сказать? "Извини..." Простые все такие...

- А ты обо мне? - виновато.

- Мама что-то там показывала на фото. Но я мелкий был. Не запомнил особо. Я и её-то почти не помню. А потом всë сгорело.

- А почему не искал?

- Кого? - закатываю глаза. - Может, она мне вообще случайного дядьку на фотке показала. Да и зачем? Это же Вам сейчас надо, потому что всплыла инфа, а...

- Нет, подожди, - нервно усмехнувшись раскрывает ладонь, тормозя меня. – Ты неправильно понял моё предложение.

Ой, да ладно! – терпеливо и громко выдыхаю я.

Его телефон звонит. Бросает взгляд на экран.

- Черт! Это важно.

- Окей. А комната где?

- Минуту! - бросает в трубку.

- Давай, сначала, все-таки поужинаем, Иван.

- Нет, тут уж Вы извините, но я не голоден.

Их горничная уводит меня на второй этаж.

- Ярославна! - рявкает внизу Алексей Михайлович. - Зайди.

Ярославна...

И имя красивое. И девка красивая. Жалко, что сука. А так бы подружились... Братьев у меня целая команда. Сестры - нет.

Повалявшись, включаю музканал. Ощущение - как в клетке. В этой спальне только спать. Хочется быстро куда-нибудь нарезать. Дом большой. Но куда мне идти-то здесь?

Выхожу босиком из комнаты на открытый балкон.

Спиной ко мне в кресле - Ярославна.

С телефоном в руке.

- Короче, я никуда не еду, - обиженно. - Потому что... В двух словах не расскажешь. Нет, ко мне тоже нельзя. Отец наказал. Я накосячила.

Бросает на колени пачку сигарет, вытаскивает одну, прикуривает.

- Осталось ему меня только с сигаретами поймать, и ни машины мне, ни дня рождения тогда!

На пальцах бликуют колечки с бриллиантами.

Аха... Покуриваем, значит, втихаря.

Вытаскиваю телефон, включаю видео. На таких девочек лучше иметь компромат...

- Если я ещё и курить брошу у меня нимб прорежется, - стряхивает пепел в цветы. - Мне же ничего нельзя! Всë компрометирует отца! - ядовито.

Вздрогнув, оборачивается.

- Эй, ты чего делаешь?! - подскакивает с кресла, пачка летит на пол.

- Создаю противоядие.

Прячу телефон в карман.

- Немедленно сотри! - возмущённо.

Привыкла распоряжаться? Со мной не прокатит.

Усмехаясь, поднимаю её пачку, достаю сигарету, прикуриваю.

Мстительно поджимая губы достаёт телефон, начинает снимать.

- Иии? - выпускаю дым струйкой в её сторону. - У нас, Бастардов, есть одно большое преимущество перед Наследниками. Ни тачка, ни день рождения априори не предполагается. Нам нечего терять! И мы можем делать всё... - затягиваюсь с кайфом, - что нам вздумается.

Опускает обескураженно телефон.

Считаю сигареты в пачке.

- Попробуй стащить хоть одну.

Кладу трофей у своей двери на столик.

- Сотри видео, - нахмуривает с угрозой брови.

- Попроси вежливо. И я подумаю, - падаю на кресло.

- Пошёл ты... - надувая губы, уходит к себе.

С грохотом закрывает дверь.

Мда. Всегда мечтал в детстве, чтобы своя семья, свой дом. Где не надо бороться за место под солнцем. Но и здесь приходится поляну вытаптывать.

Глава 4 - Лапочка

Из-за того, что вырубился от скуки ещё до заката, подрываюсь часов в пять. И голодный ворочаюсь в чужой постели. Не то, чтобы у меня есть своя. Я постоянно где-то, у кого-то... Диваны, раскладные кресла, просто - каремат на полу... Но именно эта вот кровать ощущается огромной и чужой. И вроде всë мягко и роскошно. Но мой внутренний радар ловит недоброжелательность окружающих, и как в интернате, сплю только одним полушарием мозга, всегда готовый к какому-нибудь трешу и пиздецам.

А может, просто вчерашний разговор всколыхнул детские страхи. С нашими пацанами на любых казённых койках спится спокойно!

Выползаю на балкон, зевая, разминаю спину. Падаю в упор лёжа и отжимаюсь, разгоняя кровь.

Короче, надо идти вниз. Сделать себе завтрак.

Вытаскиваю из сумки свой спортпит. И, натянув джинсы, спускаюсь.

Пересекаюсь с Алексеем Михайловичем в столовой.

- Доброе утро.

- Вот, Иван, - протягивает кредитку. - На расходы, такси и прочее.

Смотрю на чёрную пластиковую карту в его пальцах. И...

Интуитивно брать мне её не хочется.

- М... Нет, спасибо. Я всë-таки сам это буду как-то решать.

- Не понял.

- Ну, Вы уже Бесу документы подписали на тот грант? Подписали. Я свою часть договора тоже выполню.

А брать деньги лично я не хочу. Он наверняка начнёт давить и указывать потом - как мне жить. Вон, царевне, например, нихрена нельзя. А мой образ жизни не продаётся.

- Я сам найду деньги.

- Ладно, обсудим вечером этот вопрос, - смотрит на часы. - Чувствуй себя как дома.

Да уж...

- Ольга Валерьевна сейчас придёт с пробежки, приготовит тебе завтрак. Прислуга приходит к десяти.

Захожу на кухню.

Кухня огромная... Как с картинки журнала с дорогими интерьерами. Белая, с позолоченной фурнитурой.

Ставлю на каменную столешницу свои пакеты, растерянно оглядываюсь в поиске блендера.

- ... Вес стоит две недели, а у нас скоро съёмки! На камерах я буду бегемотом! - заходит в кухню с телефоном.

Ну вот и "мама" пожаловала. Сейчас будет страдать от моего присутствия?

- Сделай что-нибудь! У меня отёки! За что я тебе деньги плачу?! Доброе утро, Иван, - меняется её тон на доброжелательный.

- Доброе утро, Ольга Валерьевна.

Ладно, так и быть, облегчу вашу нелегкую участь - терпеть в доме Бастарда. Побуду лапочкой. Что я даму не очарую, что ли?

Насыпаю в большой пластиковый стакан свои порошки.

Она тоже достаёт свой протеиновый коктейль. Бросаю взгляд на банку. Очень дорогой бренд. Но херня...

- Можно? - протягиваю руку.

- Да, пожалуйста.

Читаю состав.

- Это плохой коктейль.

- Это функциональное питание! Самое дорогое! - надменно.

- Вас развели. Здесь сахар и много лактозы. Тьма калорий. Быстрые углеводы. И смените молочный белок на сою. Отёки могут быть из-за молочки. А ещё здесь в составе поливитамины, - вспоминаю, лекции от Алёны Максимовны. - Это плохо. Витамины надо пить хеллатными группами, а не всё вместе. Иначе какие-то не усвоятся, а каких-то может быть переизбыток. В результате интоксикация и гормональные сбои.

Взбиваю свой. Выливаю в её бокал.

- Попробуйте лучше мой. Там коллаген, гиалуронка, да и вообще чистые аминокислоты. Не такой, наверное, вкусный, как Ваш, но в разы лучше.

- Хм... - делает несколько глотков.

- Откуда столь глубокие познания?

- Я же спортсмен, - пожимаю плечами. - Ну и у нас о-о-очень крутой физиолог. У неё всё на научной базе. Кстати, когда кого-то надо уронить в нижнюю весовую, она грамотно может помочь. Капельницы там всякие полезные, микроэлементы, массаж.

Делаю вторую порцию коктейля.

- А дай-ка, мне Иван, её телефончик.

- Не уверен, что возьмётся, на ней вся школа, всë-таки, - улыбаюсь я. - Но я могу попросить...

- Было бы очень любезно с твоей стороны! - протягивает мне свой телефон. - И свой номер вбей, на всякий случай.

Не могу удержаться и не подъебнуть. Поджимая губы, чтобы не угорать, вбиваю себя как "Бастард Алексея Михайловича". Вбиваю номер Алëны. И быстренько пробегаюсь по музыкальной подборке, которая залита в " Плеер". Ясненько...

Мою за собой посуду.

- Оставь, Таня помоет.

- Да я сам...

Ухожу к себе на балкон. Расчехляю гитару.

Ольга Валерьевна подрезает цветы во дворе.

Пишу Аленке по поводу еë.

- Ольга Валерьевна, Алёне Максимовне можно сегодня позвонить. Она согласилась проконсультировать.

- Благодарю!

Задумавшись, ищу в своём репертуаре что-нибудь, подходящее её вкусам. Такого у меня есть!

Выдаю несколько пронзительных переборов, и закрывая глаза, улетаю в строчки, стараясь максимально прожить их, и выдать с чувством.

Заканчиваю одну, начинаю вторую.

- Это что за концерт с утра - "тем, кому за сорок"? - выглядывает на балкон недовольная Ярославна. - Может, сразу стриптиз запилишь??

- Ну ты меня ещё поучи, как дам очаровывать, - вальяжно откидываюсь на кресло. - Я преподавал там, где ты училась.

- Я спать хочу!

- Ольга Валерьевна, я Вам не мешаю? - повышаю я голос, провокационно улыбаясь Царевне.

- Нисколько! Спой ещё, Ванечка.

- "Ванечка"? - открывает возмущённо рот Ярославна.

Набираю в грудь побольше воздуха, вытягиваю самые пронзительные строчки из Михайлова.

Ольга Валерьевна, бросает цветы, садится на качели и задумчиво смотрит вдаль.

Ну вот, как два пальца об асфальт...

Была твоя мама, будет - моя! - играю бровями Ярославне. Такая вот лютая конкуренция. Вывози теперь!

Прикуриваю еë сигарету под сатанеющим взглядом Царевны.

- Не предлагаю, - бросаю пачку на место. - Ты же у нас не куришь, да?

- Пиздец какой-то! - шипит она.

Уходит, яростно хлопая дверью.

- Иван, я через час в город поеду, тебя захватить? - предлагает Ольга Валерьевна.

- Да!

Глава 5 – Троллинг

Саундтрек к главе: NЮ - «В сердце»

Дверь моей комнаты открыта. Мама ухаживает за цветами на нашем с гадом балконе.

- Это Ивана сигареты?

- Ну не мои же! - мстительно прищуриваюсь я.

- Надо ему это прекращать. Сигареты плюс спорт, это очень плохо для сердца.

- Вот тебе какое дело до его сердца? - бешусь я.

- Ну ладно тебе... Что теперь сделаешь? Хороший парень.

- Прониклась уже, да? - фыркаю я. - Это он намеренно тебя пикапит, чтобы расположить к себе. А ты ведешься.

- Что за глупости? Зачем ему это?

- Назло мне!

- Яся... - с осуждением.

Во-о-от! Именно для этого!

- Мамочка... - мну пальцем губы перед зеркалом. - Я хочу немножечко побольше губы.

- Ни в коем случае! Пиарщики запретили пластику. И мне, и тебе.

- Ну совсем чуть-чуть... - клянчу я.

- Нет. У тебя и так пухлые. И верхняя больше. Если её сделать ещё больше, ты будешь как порно-звезда.

Я хочу как порно-звезда-а-а!... - ною я про себя.

Эдик как вежливый сухарь! Может, он меня не хочет? Как можно меня не хотеть? Кручусь в белье перед зеркалом. Я сама себя даже хочу!

- Ненавижу этих пиарщиков.

Мажу губы перцовым блеском. Наблюдаю, как они становятся более чувственными. Рисую стрелки...

Мне хочется какого-нибудь кипятка. У меня его никогда не было. У меня вообще, кроме Эдика никого никогда...

А он только и занимается тем, что притормаживает меня. И никакого тебе секса на столе, секса у стены, спонтанного секса... Сплошной коитус! Бесит!

Он даже взглядом не способен трахнуть. В отличие от сводного гада. Тот со своей пренебрежительной ухмылкой меня во всё места уже проткнул. Дал же Бог взгляд!

Ходит тут светит своим торсом.

Торс, у него конечно... Без нареканий. Как у элитного стриптизера. Пальцы мои оживают, пытаясь уловить ощущение, от прикосновения к такому.

Я - озабоченная?

Снимаю к чёрту бюстгальтер. Соски торчат. И ноют... Ммм... Надеваю белую майку. И широкие белые брюки с низкой посадкой. Распускаю свои каштановые волосы. Благо - густые и красивые! Так как красить их мне тоже запрещено.

Мы - показательная семья из рекламы. А натурель!

- Мам, я машину возьму сегодня?