Яна Смородина Пятьдесят

***

— Дядь Олег, готово! Я всё настроил. Специально для тебя в консервативном антураже. Даже говорильню в винтажных настройках выставил. Алисой зовут, — бодро доложил Костик, необычайно энергично для своих шестидесяти двух передвигаясь по дому и проверяя работу электроники.

Хотя почему необычайно? Сейчас все активно следят за здоровьем, чуть что — органы молодить Семью заводить тоже не спешат, не дозрели ещё, для себя пожить думают. Вымрут такими темпами, как динозавры. Эх, куда мир катится?..

— Селезнёвой? — решил всё же подковырнуть Олег племянника, несмотря на уверенность в том, что Булычёва тот не читал и шутки не оценит.

— А?.. Не знаю, у неё, вроде бы, нет фамилии, — свёл на молодцеватой переносице свои идеально скорректированные брови тот. — Та самая первая Алиса, слышал?

— Слышал-слышал. Только имя поменяй ей. А то какая из надзирателя Алиса? Пусть будет Скайнет.

— Ок. Ну вот. Скайнет будет следить за домом, заказывать продукты, если что нужно, напечатает на принтере, — совершенно не удивился такому выбору имени Костик. — И это про таблетки будет напоминать. Зачем, кстати, таблетки? Сейчас нутрициологи меню составляют с учётом

— Хочу по старинке. Таблетки и жареную картошку, — упрямо перебил Олег.

Еду он любил настоящую, не напечатанную, лечение предпочитал консервативное: по протоколам начала двадцать первого, безо всяких вмешательств на генном уровне. И привычек своих менять не собирался. Весть о начале болезни Альцгеймера (в восемьдесят семь — пора бы уж!) принял спокойно. Сколько можно небо коптить? Жаль, конечно, что крыша первой подтекать начала, — Олег делал ставку на сердечную недостаточность — хотелось бы помереть в осознанности. Но что поделать, кроме чипа в мозг? Его он категорически не хотел. Поэтому и согласился на ИИ-надзирателя.

— Ладно, картошка — так картошка, — миролюбиво улыбнулся гладким лицом Костик и засобирался домой.

По правде сказать, Олег и в свой диагноз не верил поначалу: подумаешь, забывчивость! С каждым может приключиться. Но после одного случая решил не упрямиться и начать приём лекарств.

Случай тот произошёл пару дней назад, когда Олег возвращался из клиники. В толпе на перекрестке, на пешеходном переходе, он вдруг увидел Ирку. Она шла впереди в полутора метрах от него, и её каштановые кудряшки весело подпрыгивали в такт лёгких шагов. Одетая в джинсовый комбинезон с вышитым цветочком на заднем кармане, голубых кедах и белой хлопковой футболке она смотрелась здесь, как неуместный и красочный в своей жизнерадостности анахронизм. Не одевается так нынешняя молодежь.

— Ирка — вышло сипло, шёпотом. — Ирка!..

Она оглянулась, мазанула взглядом по лицам в толпе, на нём не остановилась. Улыбнулась растеряно и продолжила свой путь. А он решил, что спятил. Обознался. Привиделось.

Потом объяснил себе всё болезнью.

Олег не видел Ирку около пятидесяти лет, с тех пор как закрыли проект «Хроносфера». И знал об её исчезновении предельно мало. Сухие факты. Группа «Альберт» убыла по назначению. Пропали без вести. Ещё четверо, кроме Ирки. И никто не вернулся. В доступе к информации отказали — грёбаный гриф «совершенно секретно».

Начальник Иркин тогда не стал скрывать, что ситуация трудная, но велел надеяться, мол, все ресурсы корпорации брошены на решение задачи. Ожидайте. И Олег надеялся первые года три. Потом бегал по инстанциям требовал возобновления поисков, временами впадал в жёсткий депресняк с запоями. Затем смирился, что жена не вернётся, но в глубине души всё ещё ждал. Какое-то время спустя перестал верить. Погрузился с головой в работу.

А когда оставил службу в космофлоте, жизнь совсем потеряла краски. Семьи и детей не нажил, занять себя ничем, кроме работы, не умел. И мечте, что на его веку начнется освоение дальнего космоса — а он добровольцем снова в первых рядах! — не довелось сбыться.

Первое время спасали лекции в качестве приглашенного специалиста, всё-таки один из пионеров, у самых истоков и всё такое... Потом пробовал писать мемуары, даже дневники старые поднял, но это занятие скоро ему опротивело.

Сейчас же, после всего пережитого, Олег смерти не страшился, и не то чтобы ждал... но считал это логическим концом его счастливо-несчастной жизни. Нет, Ирку он ни в чём не винил: сам не лучше — тоже горел работой, беречь себя не старался. Не сложилось, и ладно.

Теперешние серые дни размеренной и удобной стариковской жизни не задерживались в голове надолго. Особенно по утрам неприятно было просыпаться потерянным, дожидаться момента, когда, наконец, накроет волной осознания самого себя и окружающих вещей. А вот о событиях давно минувших дней Олег мог говорить часами, припоминая такие мелочи, будто это случилось вчера. Слушать его разглагольствования было особо некому, и он с удивлением обнаружил, что Скайнет вполне сносный собеседник такими ретровечерами. Она терпеливо внимала, даже могла задать уточняющий вопрос и поддакнуть в нужный момент. Не чета туповатой администраторше-роботу из геронтологического отделения санатория, в котором Олег отдыхал каждое лето. Уж очень он любил доводить ту до логического тупика и с упоением препирался за каждый пункт в его назначениях. Словом, по сравнению со Скайнет, администраторша — газонокосилка на радиоуправлении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.