Яна Тарьянова Плов для стражников

Глава

4

Земля удалялась с неимоверной скоростью. Ковер поднимался все выше, и здание Академии скоро стало похоже на игрушечный замок. Вокруг него зеленел большой парк, обвитый поблескивающей голубой лентой реки. Противоположный берег был весь расчерчен аккуратными квадратами полей, засеянных чем-то желтым, зеленым и розовым.

Любомир дернул другую кисточку, ковер-самолет перестал набирать высоту и, разгоняясь все сильнее, понесся прочь от Академии. В лицо ударила тугая струя воздуха, Зоя завозилась, пытаясь одновременно убрать волосы с лица и утереть выступившие слезы. Нахал посмотрел на ее мучения, закатил глаза и ткнул пальцем в какую-то завитушку на ковре. Ветер тут же стих, как и не было.

– Спасибо, – выдавила из себя Зоя. Любомир буркнул что-то невнятное и повернулся к ней спиной.

Решив не настаивать на общении, Зоя осторожно, стараясь не наклоняться к краю ковра, потянулась к сумке.

– Не бойся, не упадешь, – не поворачиваясь, сказал Любомир. – Барьер удержит.

Зоя гордо промолчала и принялась перебирать свои скудные пожитки. Сверток с бельем, две рубашки, платье. Кусок мыла, аптечка, стопка перевязанных бечевкой тетрадей и ветхая, рассыпающаяся книжка. Намазав ладонь снадобьем из баночки с нарисованным огоньком, Зоя осторожно развязала веревку и вытащила из пачки один из конспектов.

Полюбовавшись на сделанную ее собственным почерком надпись на обложке «Домоводство», Зоя поморщилась, представив себе советы по отмыванию посуды содой и горчичным порошком. Перелистнула несколько страниц, пробежала глазами по строчкам и застыла, уставившись в пространство. Уборка пыли при помощи заклинаний, заговор для пола от грязи и мусора, как за две минуты наполнить ванну горячей водой… Никаких тряпок, веников, мама дорогая! Знай себе маши рукой и бормочи заговоры!

Все зарисованные жесты были простыми, заклинания и заговоры понятными и легко запоминающимися, но от идеи попробовать сотворить хотя бы светящийся шарик Зоя с сожалением отказалась. А ну как опять молнией шарахнет?

Тетрадь с кулинарными заклинаниями она отложила на потом, для более тщательного изучения. Туда же отправился конспект по сельскохозяйственной магии. Тетрадка с надписью «Бытовое целительство» содержала несколько заклинаний от порезов и мелких бытовых травм, и кучу рецептов разнообразных мазей и настоек. От головной боли, от зубной боли, от ожогов, от мозолей…

Заглянув в учебник по защитной магии и обогатившись знаниями, что можно заговорить замок от взлома, а хорошая дверь всегда оповещает хозяев о посетителях, Зоя вытащила из сумки последние тетради. Оказалось, в Академии преподавали и немагические предметы. Арифметику с сильным уклоном в домашнюю бухгалтерию, какую-то странную смесь истории и экономической географии и этикет. Сложив все конспекты обратно в стопку, Зоя задумалась.

В целом, картина вырисовывалась не слишком радужная. Знания, которые бесплатные ученики получали в Академии, давали возможность неплохо устроиться в быту. И зарабатывать себе на жизнь ведением этого самого быта. Теоретически, после окончания отработки можно было перебраться в большой город – не сидеть же всю жизнь в Больших Бобрах. И устроиться там в трактир, в прачечную или, если повезет, горничной в богатый дом. Так себе карьера, если честно. Попытаться учиться дальше? Покупательной способности золотого Зоя не знала, но подозревала, что накопить пять тысяч будет очень сложно.

Вздохнув, она снова полезла в сумку. Ага, вот и злосчастный свиток, который уж точно стоило почитать внимательно. Итак, таверна «Медный гвоздь». Находится в селе Большие Бобры с населением триста два человека. Должна открыться в течение семи дней с момента прибытия Зои на место. Спасибо хоть не в тот же день.

Основная функция – горячее питание для пограничной стражи, три отряда по десять человек каждый. Еще имеются гостевые комнаты, на случай приезда какого-нибудь начальства, которое решит что-нибудь проинспектировать. Стражников кормить бесплатно, начальство живет бесплатно, все учитывается путем прикладывания служебного амулета к счетному артефакту. Продукты длительного хранения доставляются поездом в город Бобровичи, в таверну они попадают при помощи жителей села. Поселяне поставляют мясо, яйца и молоко. Ответственный – староста села, к нему же обращаться если требуется ремонт. Крышу, к примеру, ураганом сорвало. Труд и поставки жителей села оплачивает казна.

Оплата труда за работу в таверне: один серебряник в месяц. Интересно, сколько серебряников в золотом? Впрочем, какая разница…

Смяв свиток, Зоя сунула его в сумку и загрустила. Впереди маячили тоскливые пять лет в глухой деревне, наполненные уборкой, грязной посудой и готовкой еды для трех десятков прожорливых мужиков. Не утешала даже возможность дополнительного заработка. Закупать продукты на свои деньги и продавать еду местным жителям и путешественникам? Для этого, извините, нужны путешественники. Много. И деньги, которых Зоя у себя не наблюдала. В том, что местные жители будут ходить в таверну, она сильно сомневалась. На кой оно им надо, у них дома своего борща с компотом нет, что ли?

Хозяйственная магия должна была сильно облегчить работу, но Зоя откровенно сомневалась в своей способности за неделю выучить все, что в головы девушек не один год вкладывали в Академии. К тому же какие-то вещи могут не получиться с первого раза. А могут не получиться вообще, говорила же Агата что-то о проблемах Зои с защитной магией. И если ничего не получится, что делать? Искать неведомое начальство и пытаться списать все проблемы на удар головой об лестницу?

Так ничего и не решив, Зоя решила положиться на волю судьбы и ковра-самолета. Облокотившись на мешки, она устроилась поудобнее и принялась вертеть головой. Никаких гор на горизонте не наблюдалось, внизу все так же тянулись поля, среди которых иногда мелькали черепичные крыши небольших деревень. Мелькание однообразного пейзажа ее быстро утомило, и Зоя сама не заметила, как задремала. Во сне она снова очутилась в маленьком кирпичном доме. Светлая уютная кухня, на столе букет пионов, на плите, в настоящем чугунном казане, доходит ароматный плов с бараниной, а в палисаднике…

– Подъем! – заорал кто-то у нее над ухом.

Глава 5

– Чего орем? – лениво осведомилась Зоя, приоткрыв один глаз. На лице Любомира отразилось такое разочарование, что она с трудом сдержала смех. Будить ее громким криком и надеяться, что она испугается – нет, ну это действительно смешно! Так, стоп. Любомир! Он никуда не делся. Это что же получается? Она заснула, проснулась, и все равно осталась в этом странном мире? Ай да Вера Павловна, ведьма старая, вот уж пожелала в спину.

Зоя вяло подумала, что надо бы впасть в истерику, но вместо этого открыла второй глаз и спросила:

– Зачем будил-то?

– Спускаемся, – растерянно ответил Любомир.

– Прилетели? – обрадовалась Зоя.

– Нет, что ты. Хорошо если до темноты успеем. Просто остановка, пообедать, и, ну, это самое…

– Хорошее дело, – кивнула Зоя. – Особенно это самое. А где мы будем обедать?

– В таверне, в Синих Дятлах, – сообщил Любомир и снова повернулся к ней спиной. Ковер описал плавную дугу и пошел на снижение.

Синие Дятлы оказались небольшим чистеньким селом дворов на двадцать. Аккуратные побеленные домики, соломенные плетни, вьющиеся розы. Таверна тоже была чистая, уютная, выскобленные столы накрыты пестрыми полотняными дорожками, пол тщательно выметен. Расторопный хозяин в белом фартуке принес им по тарелке горячей пшенной каши с добрым куском масла сверху, вареное мясо на деревянном блюде, сыр, кувшин сливового компота и миску каких-то странных овощей. Зоя смело попробовала и разочаровалась. Помидоры и есть помидоры, даже если они желтые.

Ковыряясь ложкой в обжигающей каше, она следила в приоткрытую дверь, как выводок мелких, шустрых и очень наглых котят донимает огромного кудлатого цепного пса. Тот что-то бурчал, прикрывал морду лапой, но не огрызался, позволяя хвостатым комочкам карабкаться ему на загривок. С крыши будки за всем этим безобразием наблюдала маленькая пестрая кошка.

– Изволите еще что-нибудь, господин стражник? – возник возле стола трактирщик.

– Только с собой, – ответил тот и тряхнул рукой. Из-под рукава рубашки показался тонкий, вроде бы медный браслет. Хозяин таверны брякнул на стол медную же пластину размером с блюдце, Любомир прикоснулся к ней браслетом, что-то негромко пискнуло, блюдце вспыхнуло синим и тут же погасло. Зоя быстро ощупала свое левое запястье. Точно, браслет на месте. Видимо, это и есть служебный артефакт.

– Вам, барышня, бутербродов завернуть? – осведомился хозяин.

Зоя кивнула, приложилась браслетом к медному блюдцу, полюбовалась на синюю вспышку и принялась доедать кашу. Вот, значит, как это работает. Почти как картой платить.

Еще раз мельком удивившись отсутствию у себя бурной реакции на попадание в другой мир, Зоя обвела взглядом таверну. Рядом Любомир сосредоточенно доедал помидоры, хозяин перекладывал ломти хлеба мясом и сыром, каша была вкусной, компот в меру сладким, и Зоя решила, что все само как-нибудь утрясется. Не съедят же ее в Больших Бобрах, честное слово. А с остальным она разберется. Готовить она умеет, конспекты под рукой, а тридцать стражников… Если они все такие же симпатичные, как Любомир, хоть посмотреть будет на кого.

От сытного обеда ее разморило, и, как только ковер-самолет поднялся в воздух, Зоя снова провалилась в уютную дрему. Когда она открыла глаза, уже смеркалось. Последние солнечные лучи еще подсвечивали розовым закатное небо, но явно проигрывали сражение наступающей ночи.

– Здорова ты поспать, – хмыкнул Любомир.

– Солдат спит, служба идет, – машинально ответила Зоя, заработала изумленный взгляд и мысленно дала себе подзатыльник. Опять ведь явно что-то не то сказала, и объяснить не попросишь.

– Долго нам еще лететь? – спросила она, в попытке сменить тему.

– Часа два, – охотно ответил Любомир, явно заскучавший за время полета. – Вон, видишь? Это Серый Бобер, самая высокая вершина Бобрового хребта. Теперь левее смотри. Вон та гора – Зеленый Бобер, между ними перевал и старый тракт в Шахтерское Княжество. Туда мы и летим.

– А что, там в горах бобров много? – не выдержала Зоя.

– Нет, там корабельного леса много, – усмехнулся Любомир. – Лет двести назад, когда к Серым Горам протянули первую железнодорожную ветку, лес начали рубить массово. На телегах-то много не увезешь, а речного сплава тут нет. Явился какой-то адмирал, чтобы лично посмотреть, раздать указания, все как обычно. Восхитился работой лесорубов и ляпнул, что они трудятся, как бобры, но на благо родины. Вот и прилипло название.

– Забавно, – улыбнулась Зоя. – Слушай, а там, в Бобрах, вообще как?

– Как везде, – пожал плечами Любомир. – Уныло, грязно, скучно. Всех развлечений – контрабандистов ловить да сплетни слушать. Кто кому через забор подмигнул, чья коза в овраг провалилась и кому дети в окно камень кинули.

– Так себе перспектива, – поежилась Зоя. – Мне кажется, или похолодало? Я понимаю, что вечер, но совсем уж зябко стало.

– Так мы весь день на север летели, с чего б тепло было, – фыркнул Любомир. – В горах снег еще не везде сошел, а огороды копать даже и не начинали. Это вы там на юге балованные.

– Ясно, – вздохнула Зоя. – Ой, а у меня и теплой одежды с собой нет! Что ж делать теперь?

– Не выдали? – удивился ее спутник. – Обычно полный комплект выдают, зимнее, летнее, три серебреника подъемных, ну и по мелочи всякое.

– Не выдали, – буркнула Зоя, решив не вдаваться в подробности. – А на землю тут спуститься можно?

– Зачем? – не понял Любомир. – Летим себе и летим.

– Затем! – рявкнула Зоя. – В целях предотвращения порчи казенного имущества!

Любомир попытался сделать серьезное лицо, но не выдержал и громко засмеялся. Ковер замедлился и начал заходить на посадку.

Приземлились они на неширокую, хорошо утоптанную дорогу. В темноте, разбавленной слабым светом тонкого лунного серпа, едва можно было различить очертания предметов. Зоя присмотрела куст погуще и, аккуратно ступая по траве, двинулась к нему. Любомир, насвистывая незнакомую мелодию, удалился в противоположную сторону.

Вернуться обратно к ковру оказалось сложнее, чем уйти. И без того тусклый месяц затянуло набежавшее облачко, поля, кусты и дорогу накрыла кромешная тьма. Зоя попыталась вспомнить, как вызвать светящиеся искры, не вспомнила, запаниковала и побежала туда, где по ее представлениям остался ковер-самолет.

Бегать в темноте оказалось плохой идеей. Нога немедленно попала в какую-то ямку, Зоя поскользнулась, взмахнула руками и рухнула на траву. Рядом с ней раздалось негромкое урчание, кто-то мохнатый задел ее руку, а потом шею обожгло горячее дыхание.

Глава 6

От Зоиного визга наверняка заложило уши даже у сторожа в Академии, не говоря уже обо всех бобрах Серых Гор. Непонятный зверь испуганно заскулил. От страха и злости Зоя наконец вспомнила запись в конспекте, которую днем выучила практически наизусть, тряхнула рукой и прошептала заклинание. Получилось с первого раза, и подоспевший на крик Любомир ошеломленно уставился на сидящую в круге света Зою. Забыв о недавнем испуге, она чесала за ухом мелкого худого пса и приговаривала:

– А кто это у нас такой маленький? Кто у нас такой несчастный? Я тебе хвостик не отдавила, нет?

Песик преданно заглядывал ей в глаза и поскуливал.

– Можно, я его с собой возьму? – умоляюще спросила Зоя. – Он же тут один пропадет! Смотри, тощий какой.

– Делай, что хочешь, – процедил Любомир, отвернулся и зашагал к ковру-самолету.

Зоя удивленно посмотрела ему вслед. Ведь только что нормальный был, какая муха его укусила? Или он собак не любит? А, неважно, главное, разрешил.

Песик оказался не пугливым, свернулся в клубок возле Зоиной ноги и задремал, совершенно не обращая внимания на то, что они куда-то летят. Любомир, скривив губы, проследил, как Зоя с третьей попытки погасила светящиеся шары, повернулся к ней спиной и игнорировал все попытки завести разговор. Спать больше не хотелось, любоваться пейзажем не получалось. Зоя попыталась составить в уме план действий на ближайшие дни. Попытка провалилась, так как она не представляла себе, с чем столкнется на месте. В каком состоянии сама таверна, есть ли там посуда, мебель…

Неожиданно ковер-самолет резко дернулся в сторону. Зоя пискнула и вцепилась в мешки. Песик приоткрыл один глаз, убедился, что все пассажиры на месте и снова заснул. Ковер еще раз дернулся, резко пошел вверх, а потом запетлял, словно мышь в лабиринте. Совсем близко мелькнул скальный уступ, на котором, кажется, росло деревце – или стоял человек? Еще одна воздушная горка, еще один поворот, и наконец нависающий над ними каменный массив расступился. Где-то внизу замигали теплые оранжевые огоньки.

– Прилетели, – отрывисто сообщил Любомир.

Огоньки оказались факелами, которые держали двое парней. Рядом с ними стоял дядечка лет пятидесяти, лысый, пузатый, с плутоватым взглядом ярких голубых глаз.

– Здравствуйте, господин стражник. Добро пожаловать, госпожа магичка, – выступил он вперед. – Я староста здешний, Доброславом кличут. Хорошо ли долетели, не было ли каких препятствий али бедствий в пути?

– Здравствуйте, – вежливо ответила Зоя. – Хорошо долетели, спасибо. Меня Зоя зовут.

Любомир нетерпеливо заерзал. Зоя растерялась, потом сообразила подхватить свою сумку и сойти с ковра-самолета. Песик спрыгнул сам, ковер немедленно поднялся в воздух – невысоко, только-только над крышами пролететь – и растворился в окружающей село темноте.

– В острожек полетел, – сказал староста. – Там, над селом, повыше, острожек выстроили, еще когда отец мой маленьким был, а тракт – главным и единственным. Потом, когда на Синих Бобрах гору продолбили и крытую дорогу сделали, тракт наш поугас, а стражу не сняли. Говорят, лихих людей ловят да нас защищают, а на деле по горам шляются да песни горланят!

– Кхм, – кашлянул один из парней. – Может, в дом зайдем? Холодает, однако, земля инеем покрылась. А мы стоим.

– И правда, что это я, – засуетился староста. – Пойдемте, госпожа магичка, поужинаем, переночуете у нас, жена уже на лавке постелила, а утром уже я вас в таверну-то и отведу.

– Я бы предпочла сразу в таверну, – проговорила Зоя как можно более твердым голосом. – Я отлично выспалась в дороге, а времени у меня мало. Хоть посмотрю, что там к чему.

Даже в неверном свете факелов было заметно облегчение, отразившееся на лице Доброслава. Он явно не горел желанием тащить к себе в избу приезжую магичку, кормить, развлекать и укладывать спать.

– Раз такое дело, не смею препятствовать. Коли понадобится что, или вопросы какие, обращайтесь смело, мой дом вам всякий укажет. Янко, Борко, проводите госпожу к таверне, – распорядился староста, поклонился и, отобрав у одного из парней факел, степенно двинулся к смутно виднеющимся домам.

Парень подхватил с земли Зоину сумку и резво пошагал в темноту. Второй, с факелом, последовал за ним. Зоя свистнула пса и поспешила вдогонку. Еще не хватало отстать и потеряться.

Пошли они, между прочим, в ту же сторону, куда улетел Любомир со своими мешками. Мог бы и подвезти девушку, так нет же. Интересно все-таки, что ему не понравилось? Ничего же не произошло, ну завизжала, так не специально ведь. А он сразу ядом плеваться. Нахал.

– Пришли, госпожа, – заявил один из парней, сгружая ее сумку возле какой-то калитки. – Вот в этот дом вам, на первом этаже, значит, кухня и столовая, а второй этаж жилой. Туда вам. А мы пошли.

– Если что, утром к бате зайдете, он вам все в лучшем виде обскажет, – добавил второй, и оба поганца с топотом удалились, унося с собой единственный источник света.

Тихо выругавшись, Зоя взмахнула рукой и завороженно уставилась на светящиеся шарики, закружившиеся в веселом хороводе. Все-таки, насколько магия облегчает жизнь! Не нужно бежать следом, просить факел, или наощупь пытаться пробраться в дом…

Один из светлячков задел калитку, затрещал и погас. Запахло паленым, по калитке, змеясь, разбежались тонкие голубые молнии. Песик приподнял одно ухо и попятился. Зоя неуверенно протянула руку. Молнии собрались в клубок, метнулись к ее пальцам, пробежали по руке, обвили браслет на запястье и с тихим хлопком исчезли. Калитка, скрипнув, отворилась.

– Вот видишь, а ты боялся, – укоризненно сказала псу Зоя. – Пошли, посмотрим, что там.

Песик скептически посмотрел в темный проход, на Зою, спрятался за сумку и зажмурился. Зоя хихикнула, подняла сумку с земли и решительно зашла во двор. Пес нехотя пошел следом.

Обширный двор был посыпан мелкой серой щебенкой, хрустевшей под ногами. Навес, под ним солидный деревянный стол и две даже на вид тяжеленные лавки. Поленница, в которой осталось немного дров. Здоровенная бочка для сбора дождевой воды. А вот и крыльцо.

Зоя поднялась по ступенькам и только протянула руку к двери, как вдруг с заднего двора раздался жуткий грохот. Пес ощетинился, зарычал и кинулся в темноту, за пределы светящегося круга. Зоя замерла, прижав руку к колотящемуся сердцу и пытаясь унять внезапный испуг.

Снова грохнуло, упало что-то железное, раздался лай, какой-то нечеловеческий вопль, а потом наступила гнетущая тишина.

Глава

7

Стараясь ступать как можно тише, Зоя двинулась вдоль стены дома. Подкравшись к углу, она попыталась незаметно выглянуть, а потом вспомнила, что сияет, как новогодняя елка. Вот тебе и конспирация.

Пока она раздумывала, что делать дальше, к ней подбежал песик, ухватил за край платья и потащил куда-то вглубь двора. Зоя пошла за ним, заодно оглядываясь в поисках чего-нибудь, что могло бы сойти за оружие. Мало ли, кто там гремел и орал.

Пес довел ее до колодезного сруба, уселся, вывалил язык и завилял хвостом. Зоя посмотрела на него и строго спросила:

– И зачем мы здесь?

Песик зевнул.

– Ты пить, что ли, хочешь? Ты для этого меня к колодцу привел, да? Хороший пес, умный. Надо тебе имя, кстати, придумать. Давай наберем воды, попьем и пойдем в дом, а то я уже вся заледенела.

Не без труда откинув крышку колодца, она протянула руку к перевернутому ведру, стоящему на земле, и тут раздался тот же самый жуткий вопль. Испуганно взвизгнув, Зоя отпрыгнула в сторону. Пес вздыбил шерсть на холке и принялся лаять на ведро.

Ведро снова заорало, а потом сделало попытку уползти по щебенке. Отпихнув ногой пса, Зоя смело подняла шуструю тару. Из-под ведра выскочил мелкий пушистый кот, унесся в темноту и зашуршал там кустами. Песик еще раз гавкнул, но преследовать врага не стал.

– Такой маленький, а столько шума, – пробормотала Зоя. – Надеюсь, он больше не будет орать в ведро, а то так можно и заикой остаться.

Набрав воды, она вернулась ко входу в дом. Хорошо, что есть дрова, можно будет развести огонь. Жаль, чая нет, к бутербродам он был бы очень кстати. Надо поискать, вдруг от предыдущих хозяев остались какие-нибудь припасы?

Внутри таверны было тихо, холодно, пахло сушеной мятой и пылью. Окинув взглядом обеденный зал, углы которого тонули в темноте, Зоя прошла вдоль стойки и толкнула кухонную дверь. Огромная дровяная печь, груда котлов в углу, длинный кухонный стол, над ним доска с висящими ножами, топориками, лопаточками, ложками и еще какими-то непонятными штуковинами. Буфет – огромный резной монстр, набитый стопками тарелок и кружками. Ни намека на съестное, да и растапливать кухонную печь ради чашки горячей воды было глупо.

Пройдя через кухню, Зоя очутилась в небольшом коридоре. Один его конец заканчивался дверью на задний двор, а второй – ведущей наверх лестницей.

Второй этаж был поделен напополам толстой бревенчатой стеной. Задняя половина явно предназначалась под хозяйское жилье. Крохотное подобие прихожей. Две небольшие комнатки: рабочий кабинет с письменным столом, стулом и секретером в углу, и такая же спальня, в которую втиснули кровать, платяной шкаф и тумбочку. Толкнув очередную дверь, Зоя едва сдержала ликующий вопль. Санузел! Ванна! Кран! Повернув ручку, она убедилась, что таскать воду из колодца на второй этаж не придется и поспешила в последнюю комнату.

В небольшой кухне-столовой обнаружилась небольшая, на пару поленьев, печка, мягкое кресло и низкий деревянный столик, накрытый вязаной салфеткой. В висящих на стене шкафчиках Зоя отыскала котелок для чая, мешочки с сушеными малиновыми и земляничными листьями и засахаренную баночку меда. Жизнь, определенно, налаживалась. Конечно, она бы предпочла поужинать тарелкой горячего ароматного плова, но бутерброды тоже сойдут.

Переднюю половину второго этажа занимали три гостевые комнаты и общий санузел. На большое количество приезжих здесь явно не рассчитывали. Спустившись по лестнице, ведущей в обеденный зал, Зоя набрала дров из поленницы, отыскала сумку и в сопровождении пса отправилась в свои комнаты.