Вячеслав Константинович Зиланов Баренцевоморская ошибка президента. Международные отношения, управление морскими живыми ресурсами, рыболовством, право и политика

© Зиланов В.К., 2026

© ООО «Издательство Родина», 2026

Рыбопромысловое районирование Баренцева моря и прилегающих к нему участков Северного Ледовитого океана, Гренландского и Норвежского морей, используемой при осуществлении промысла морских живых ресурсов в России (по данным ПИНРО)

1 – Вайгачский р-н, 1а – Печорский р-н, 1в – Колгуевский р-н, 2а – Канино-Колгуевское мелководье, 2в – Северный склон Канино-Колгуевского мелководья, 3а – Канинская банка, 3в – Северо-Канинская банка, 4а – Северный склон Гусиной банки, 4в – Западный склон Гусиной банки, 4с – Южный склон Гусиной банки, 5 – Северо-Центральный р-н, 6а – Западно-Центральный р-н, 6в – Северный склон Мурманского мелководья, 7 – Мурманское мелководье, 8 – Северо-Западный склон Мурманской банки, 9 – Финмаркенская банка, 10 – Юго-Западный склон Мурманской банки, 10а – Северо-Восточный склон Мурманской банки, 11 – Рыбачья банка, 12 – Кильдинская банка, 13 – Западный Прибрежный р-н, 14 – Восточный Прибрежный р-н, 15 – Мурманский язык, 16 – Центральное плато, 17 – Демидовская банка, 18 – Центральный жёлоб, 19 – Северная часть Новоземельского мелководья, 20а – Мелководье Гусиной земли, 20в – Южная часть Новоземельского мелководья, 21 – Нордкинская банка, 22 – Норвежский жёлоб, 23 – Сёре банка, 24 – Фулей банка, 25 – Маланг банка, 26 – Андей банка, 27 – Вестеролен, 28 – Рёст банка, 29 – Западный Шпицберген, 30 – Зюйдкапский жёлоб, 31 – Шпицбергенская банка, 32 – Западный склон Медвежинской банки, 33 – Южный склон Медвежинской банки, 34 – Восточный склон Медвежинской банки, 35 – Район Надежды, 37 – Возвышенность Персея, 38 – Центральная возвышенность, 39 – Новоземельская банка, 40 – Сухой Нос, 41 – Район полуострова Адмиралтейства, 42 – Район Копытова, 43 – Район мыса Желания, 44 – Район Земли Франца Иосифа

Рыбопромысловое районирование Баренцева моря и прилегающих к нему участков Северного Ледовитого океана, Гренландского и Норвежского морей, используемой при осуществление промысла морских живых ресурсов в Норвегии (по данным Директората рыболовства Норвегии)

00 – Вестфьорд (Лофотенские острова), 01 – Канин Банк, 02 – Побережье Мурманска, 03 – Восточный Финмарк, 04 – Западный Финмарк, 05 – от Рест Банка до Маланг Граунд, 10 – Скоппен Банк, 11 – Газе Банк, 12 – Нордкап Банк, 13 – Банк Тора Иверсенса, 14 – Бритвин Граунд, 15 – Центральный банк, 16 – Адмиралтейский полигон, 17 – Северо-восточный район, 18 – Север Новой Земли, 19 – Восток Новой Земли, 20 – Медвежий остров, 21 – Западный Шпицберген, 22 – Сторфьорд/пролив Хинлопен, 23 – Хаупен, 24 – Великий Банк, 25 – Северо-Западный Шпицберген, 26 – Гренландское море, 27 – Юго-западнее Шпицбергена, 34 – Центральное Норвежское море, 35 – К югу от Ян-Майена, 36 – Западное Норвежское море, 37 – Восточно-Норвежское море, 38 – Северо-западное Норвежское море, 50 – Юго-западное Норвежское море

Предисловие

Северо-Западная Арктика с прилегающими окраинными морями и, прежде всего Карским, Баренцевым, Гренландским и Норвежским с их значительными природными ресурсами привлекает к себе все больше внимание как арктических государств, так и далеких от этого региона. Прежде всего, это Китай, Японию, Республика Корея, Индия, страны – Средней Азии и другие.

К тому же особый правовой статус морского района, подпадающего под Договор о Шпицбергене 1920 года, который занимает по площади почти 1/3 Баренцева моря, привлекает внимание всех 41‐го участников-государств этого договора.

В этой связи, как и на каких условиях, Россия и Норвегия, разграничили 200‐мильные исключительные экономические зоны и континентальный шельф между собой, как соседние и единственные совладельцы Баренцева моря и насколько при этом учтены интересы других заинтересованных сторон, продолжает находиться во внимание ученых, специалистов – аналитиков и политиков.

Не менее существенно и то насколько положения, касающиеся разграничения учитывают Договор о Шпицбергене 1920 года. Последнее небезразлично как арктическим государствам, так и участникам Договора о Шпицбергене 1920 г. Повышенное внимание к этому процессу и его результатам уделяют политики и широкая общественность, как в России, так и в Норвегии.

Как известно, переговоры по разграничению исключительных экономических зон и континентального шельфа между СССР и Норвегией в Баренцевом море, а затем его правопреемницей Россией, продолжались более 40 лет.

Во времена Советского Союза, несмотря на настойчивые попытки Норвегии навязать свой вариант разграничения – по так называемой «серединной линии» не был принят советским руководством, поскольку позиция СССР была неизменной – разграничение должно учитывать Границу полярных владений СССР от 1926 года. Несомненно, что в случае дальнейшего существования Советского Союза, эту принципиальную свою позиции его руководство и далее продолжали бы отстаивать. Не исключено, что в этих условиях Норвегии пришлось бы ее принять.

Однако история распорядилась по своим, ведомой только ей законам. С развалом СССР и реставрацией капиталистической-либеральной модели развития, России приступила к реализации политики уступчивости своим близким и дальним более продвинутым в капиталистической-либеральном направлении соседям. В это поле попала и Норвегия, которая на тот период во многих областях, включая и морепользование, занимала, да и в настоящее время занимает ведущие позиции, прежде всего в разведке и разработки углеводородных запасов на морском континентальном шельфе, а также в рыболовстве и марикультуре.

Учитывая все это политическое руководство новой России, начало ускоренно продвигать достижение соответствующих договоренностей с Норвегией по разграничению морских пространств в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане, там, где это их касается, взяв за основу норвежское предложение, выдвигаемое еще в советское время и которое тогда последним было отклонено. Напомню это так называемая «серединная линия».

Такое изменение принципиальной позиции России было положительно воспринято Норвегией. Проведя на этой основе серию двухсторонних переговоров стороны, вышли на окончательное согласование текста договоренностей.

Все это позволило осуществить 15 сентября 2010 года в Мурманске подписание «Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане» (далее по тексту Договор 2010 года) в присутствии Президента России Дмитрия Медведева и Премьер-министра Норвегии Йенса Столтенбергом. С российской стороны Договор 2010 года подписал Министр иностранных дел Сергей Лавров, с норвежкой стороны Министр иностранных дел Йонас Стёре.

В ускоренном режиме прошла и ратификация Договора 2010 года, который был осуществлен в первой половине 2011 году Государственной Думой России (Парламентом) и Стортингом (Парламентом) Норвегии.

И хотя сам Договор 2010 г. вступил в силу 07 июля 2011 г., анализ его положений продолжает привлекать к себе внимание российских политиков, ученых и широкую общественность.

Главный вопрос, который не сходит с повестки дня: «Насколько положения Договора 2010 г. соответствуют национальным интересам России, и что же Россия потеряла и что приобрела в результате такого неожиданного, стремительного шага Президента России Д. Медведева по принятию норвежского предложения?»

Не претендуя на исчерпывающий ответ по данной проблеме, предлагаю вниманию, заинтересованному читателю свою версию произошедшего действительно неординарного события с учетом того, что в 2025 году исполнилось 15 лет с момента подписания Договора 2010 года.

За ними, событиями, мне пришлось наблюдать не только со стороны, но и с близкого расстояния. В этот переговорный процесс я был вовлечен прямо или опосредовано с 1973 по 1996 годов, в силу занимаемых государственных должностей – в начале как начальника «Северной рыбопромысловой разведки Главка «Севрыба», затем последовательно – заместителя Министра рыбного хозяйства СССР и в новой Российской Федерации – заместителя Председателя Государственного Комитета по рыболовству России.

По некоторым направлениям переговорного процесса, касающимся рыболовства, особенно в период Советского Союза, мне по поручению соответствующих правительственных органов, было доверено возглавлять отечественные делегации.

В этой связи представленная монография основана как на анализе документов, так и на собственных впечатлениях, встречах и беседах с непосредственными участниками переговорного процесса не только с советской и российской, но и с норвежской стороны.

В предлагаемом исследовании мною затрагивается и использование новых «технологий» определенной частью российской внешнеполитической «элиты» по проталкиванию подобных сырых, ошибочных международных договоренностей, не отвечающий интересам отечественного рыболовства, каким и является Договор 2010 г., к его подписанию и ратификации. Безусловно, не все еще тайные пружины этой «технологии» пока известны и доступны для анализа. И все же надежда на их полное выявления имеется.

При изложении всех этих событий придерживаюсь, объективности оценок происходящего, насколько позволяет имеющиеся для такой непростой работы доступные документы. И все же необходимо иметь в виду, что пока еще ряд из них остаются недоступны для открытого обсуждения. Вместе с тем, можно надеяться, со времени они станут известны общественности и это позволит, дополнить либо уточнить настоящее исследование.

Приведен в монографии и краткий анализ, вытекающий из сопоставления положений Соглашения 1990 г. между СССР и США по разграничению морских пространств в Северной части Тихого океана, Беринговом и Чукотском морях с аналогичными положениями Договора 2010 г. между Россией и Норвегией по разграничению морских пространств в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане.

Это сопоставление показывает их удивительное совпадение по целому ряду принципиальных положений. Последнее свидетельствует об использовании разработчиками, а ими были в основном дипломаты МИД России, данных договоренностей одних и тех же приемов, основных подходов, которые и привели к системным потерям для российской стороны значительных по площади морских рыбопромысловых районов и континентального шельфа. Причем это произошло в морских районах как в Северо-Западной, так и Северо-Восточной Арктики.

Ряд положений и глав по проблемам разграничения в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане были мною ранее опубликованы в первом изданий МГТУ, вышедшем в 2012 году книге «Баренцевоморская ошибка президента». В последующем мною было опубликовано по данной теме ряд статей, интервью в средствах массовой информации не только в России, но и в Норвегии, Исландии и других странах, в которых приводятся новые факты, а также анализируется исполнение сторонами Договора 2010 года. В настоящем 2‐м издании монографии они сведены вместе и дополнены.

В приложении приводятся ряд фактических материалов и документов, поясняющие и дополняющие сам текст. При этом именно последним мною отдано предпочтение с тем, чтобы читатель мог самостоятельно их изучить и сделать по ним соответствующие выводы.

Допускаю, что среди читателей этой монографии найдутся те, которые придерживаются иной, чем у меня, оценке как самого Договора 2010 года, так и происходящих событий при его разработке, подписании и исполнении. Свои взгляды они вправе изложить публично, и они будут мною с интересом изучены.

В подборе материалов при выпуске 2‐го издания книги благожелательную поддержку автору оказали ряд руководителей рыбодобывающих компаний Союза рыбопромышленников Севера (СРПС), Координационного Совета ассоциации, объединений рыбной промышленности Северного бассейна (КС «Севрыба»), АО ИПП «Вега», ООО «Саами», НПК «Морская информатика» (НПК «Моринфо»). Всем, оказавшим содействие в подготовке к изданию этой книги, автор выражает глубокую признательность и благодарность.

Полагаю, что книга привлечет внимание исследователей, ученых-мореведов, политиков, дипломатов, практиков, осуществляющих хозяйственную деятельность в Северо-Западном Арктике и особенно ведущих рыбный промысел в Баренцевом, Гренландском и Норвежском морях, а также властных структур России, которые обязаны отстаивать национальные интересы в Арктике всеми имеющими у них средствами.

В штормах холодной войны

Западный проход

Из 13 морей, включая Каспийское море-озеро, омывающих российское побережье по всему периметру, особое значение имеет Баренцево море в виду его значительных природных ресурсов, и особенно как открытого единственного западного выхода для европейской части России в Атлантический океан. По существу, Балтийское и Черное моря в виду принадлежности проливов, имеющих выход на океанские просторы другим государствам, делают Россию уязвимой и зависимой от этих государств и действующих ограничительных международных договоренностей. И только Баренцево море с расположенным на его побережье незамерзающим портом Мурманск – дают возможность России быть независимой от кого бы ни было при выходе в западном направлении – в Атлантический океан, да и в целом в Мировой океан.

Это стратегическое значение Баренцева моря в свое время по достоинству оценил Петр I, а до него широко использовали поморы. В последующем царское правительство, хоть и не сразу, поняло стратегическое значение незамерзающего Кольского залива с расположенным в нем портом Мурманска, да и самого Баренцева моря для России. Именно это и побудило Александра III и в последующем Николая II при настойчивости министра финансов России графа С. Витте принять геополитически верное для страны решение – строить основную военно-морскую базу на Мурманском побережье – в Екатериновкой гавани.

Началось не только обустройство базы флота, но и масштабное на то время строительство железной дороги – самой северной в мире, протяженностью более 1000 км, позволивший соединить города Мурманск с Петрозаводском и далее с Петербургом. Причем построена она была за короткий срок – всего за 20 месяцев, но цена ее была тысячи человеческих жизней. Наряду с военно-морским флотом развивалась и экономика на севере и прежде всего за счет рыболовства.

Осваивая суровое, но незамерзающее побережье Кольского залива и западные морские районы Баренцева моря, Россия обезопасила себя на случай закрытия для нее проливов Черного и Балтийского морей, ввиду возможных конфликтов с рядом европейских государств.

В последующем советская Россия в первые годы в условиях гражданской войны постоянно обращала свой взор на север. Был принят ряд правительственных решений направленных на отстаивание национальных интересов в Северо-Западной Арктике. Среди них такие, как создание Научно-исследовательского института для океанологических исследований, рыболовства, защите звериных и рыболовных промыслов от иностранного посягательства, включая и от норвежских зверобоев, объявлен Арктический сектор России и целый ряд других (Приложения 2, 3).

В начале 1930‐х гг., а точнее в 1933 г., Кольский полуостров посетила правительственная делегация во главе с И. В. Сталиным. Обойдя на буксире «Буревестник» Кольский залив и ряд его бухт, руководители Советского государства приняли решение создать на севере мощный военно-морской флот, развивать рыболовство, торговый флот. При этом Сталин, оценивая возможности Баренцева моря с геополитической точки зрения, подчеркнул: «Что такое Черное море? Лоханка. Что такое Балтийское море? Бутылка. А пробка не у нас. Вот здесь – море (имеется в виду Баренцево море – пояснение автора). Здесь – окно. Здесь должен быть большой флот. Отсюда мы сможем взять за живое, если потребуется, и Англию, и Америку. Больше неоткуда».

Руководители Советского Союза И. Сталин и К. Ворошилов на буксире «Буревестник» осматривают Кольский залив в 1933 году

Значение баренцевоморского «окна» особенно проявилось в годы Великой Отечественной войны, когда реальная связь с союзниками – США и Англией – осуществлялись через западный баренцевоморский проход. Именно через него шли караваны по ленд-лизу с военным, продовольственным и другим снаряжением, так необходимым для фронта и тыла. Одновременно именно в эти военные годы показали уязвимость этого прохода, если им, на участке норвежского побережья – о. Медвежий и архипелаг Шпицберген, владеет противник. Как раз здесь больше всего наносился урон караванам союзников. Достаточно одного примера – гибель большей части кораблей каравана PQ‐17.

Помня об этом в послевоенный период, Советский Союз стремился посредствам усиления Военно-морского флота, развития экономики Кольского полуострова, дипломатических усилий обеспечить себе свободный выход в западном направлении. И это до последнего времени нашей стране удавалось обеспечивать. В свое время Советский Союз даже вел переговоры с Норвегией о совместном владении архипелагом Шпицберген и передаче ему ранее принадлежащей России о. Медвежий. Этот процесс был сорван в связи с вступлением Норвегии в НАТО. По существу, члены НАТО и прежде всего США и Англия завладели западным проходом на участке северная Норвегия – о. Медвежий – архипелаг Шпицберген (Приложение 4).

Велико значение западного прохода и для отечественного рыболовного флота. Он не только освоил запасы морских живых ресурсов в западных морских районах Баренцева моря, включая Медвежинско-Шпицбергенский район, но и через этот проход вышел в 50–60 годы 20‐столетияя на просторы Атлантического и Мирового океана.

В настоящее время с вступлением в силу Договора 2010 г. наш рыболовный флот впервые за всю историю ощутил угрозу лишения западных районов рыболовства Баренцева моря. Не является ли именно это главной целью Норвегии, как члена НАТО, используя ряд положений Договора 2010 года – попыткой лишить торгового, рыболовного и военно-морского флотов России свободы выхода в западном направлении – в Мировой океан? Приведенные ниже факты при рассмотрении их в динамике в значительной степени подтверждают такую постановку вопроса.

Мирная граница на суше и море

Первые договора на северо-западе побережья Баренцева моря о прохождении границы между Новгородской республикой и Норвегией были заключены еще в 1251 и 1326 годах. В последующем уже 1826 году между Россией и Норвегией была подписана Конвенция регламентирующая прохождение и устанавливающая регламент русско-норвежской границе. Современная граница между Российской Федерацией и Королевством Норвегия сформировалась в советско-российский послевоенный период. Она проходит по суше – 43 км, по ряду рек, озер – 153 км и по территориальному морю – 23 км. Общая ее протяженность всего 219 км. Граница проходит в западной части Кольского полуострова. Во все времена она была мирной. Между Норвегией и Россией никогда не было конфликтов, грозящих перерасти в военные столкновения. Даже в те времена, когда грозные викинги наводили страх на своих соседей в Западной Европе.

Правда, в годы Второй мировой войны Красная Армия Советского Союза, освобождая северную Норвегию, губернию Финнмарк, от немецко-фашистских захватчиков, зашла на норвежскую территорию. Освободив её от фашистов и передав там власть норвежцам, она покинула губернию. Это и сегодня остается в памяти населения как Финнмарка, так и всей Норвегии, да и населения Мурманской области и всей России.

Об этом свидетельствует и памятник, установленный норвежцами в городе Киркенес, на котором на норвежском и русском языках выгравирована надпись: «Отважным советским солдатам в память об освобождении города Киркенес в 1944 году». Жители Финнмарка и Мурманска ежегодно 8–9 мая и 25 октября возлагают к этому памятнику цветы и венки в честь этих событий. В мероприятиях участвуют и представители рыбаков двух соседних государств.

Именно рыбаки Норвегии и России формировали основы двустороннего сотрудничества, ведя промысел бок о бок в Баренцевом море, которое является одним из самых высокопродуктивных районов рыболовства в Северо-Западной Арктике. Природа в ходе эволюции сформировала в этом обширном морском районе, под влиянием теплого течения Гольфстрим, единый взаимосвязанный с холодными течениями Северного Ледовитого океана высокопродуктивные район рыболовств.

Океанологические факторы, как и запасы морских живых ресурсов не признают границ, установленных государствами в том или ином районе Мирового океана, включая и Баренцево море, следуя своим природой установленных ритмов пересекая многократно эти «незыбленные» границы. И это приходится учитывать при принятии тех или иных решений, связанных с рыболовством в Северо-Западном секторе Арктики.

Рис. 1. Схема течений в Северном Ледовитом океане и прилегающих морях

Промысел трески, пикши, сельди, палтуса, окуня, зубатки, камбалы, мойвы, сайки, креветки, краба и других видов ведут здесь не одно столетие в основном рыбаки России и Норвегии. К тому же эти государства являются единственными совладельцами всего Баренцева моря и его разнообразных морских запасов. По этому показателю Баренцево море считается одним из самых продуктивных районов не только Северо-Западной Арктике, но и всего Мирового океана, которая составляет около 720 кг/км2, что более чем втрое превышает средне океаническую – 225 кг/км2.

Вылов морских живых ресурсов в Баренцевом море рыбодобывающими флотами всех стран и, прежде всего, российским и норвежским достигал во второй половине XX века в средне за год 2 млн т. В отдельные года, как это было в конце 70‐х прошлого века он составил 4,5 млн т. Вмести с тем под влиянием природных факторов численность основных объектов рыболовства и прежде всего трески, пикши, мойвы, сельди и других видов может значительно колебаться, что ведет в свою очередь к изменению ее уловов. Так это было в 80‐х годах прошлого века. Аналогичное явление происходит и в настоящее время в 20‐е годы XI века.

В этих условиях за годы совместного российско-норвежского использования рыбных ресурсов Баренцева моря (прежде всего трески и пикши) на научной основе создана модель управления ими и их рациональной эксплуатации. Она включает в себя определение возможных объёмов вылова того или иного запаса и распределение его между двумя соседними государствами с учётом их исторического вылова. Это позволило рыбакам России и Норвегии вести эффективный промысел по всему Баренцеву морю, включая и обширный морской район, подпадающий под действие Договора о Шпицбергене 1920 года, а также в сопредельных морях – Гренландском и Норвежском в течение круглого года. Осуществляется он по единым правилам рыболовства, обязательными для всех, и под национальным контролем соответствующих органов, которые тесно сотрудничают между собой. Такой подход позволяет российскому рыболовству вести промысел морских живых ресурсов по всем районам их обитания (Рис. 2).

При этом учитываются и интересы третьих стран, которые традиционно вели ранее промысел морских живых ресурсов в Баренцевом, Гренландско и Норвежском морях и готовы были соблюдать выработанные российско-норвежские меры регулирования рыболовства. Среди этих государств, такие как Великобритания, Исландия, Дания в отношении рыбаков Фарерских островов и острова Гренландия. При этом учитываются и интересы третьих стран, которые традиционно вели ранее промысел морских живых ресурсов в этих морских районах. Все они ведут рыболовство ещё и по соответствующим межправительственным договорённостям, как с Россией, так и с Норвегией. Таким образом, учитывались и интересы стран-членов ЕС.

Всем это создавало надёжную правовую базу во второй половине ХХ века для бесконфликтного международного рыболовства по всей акватории Баренцева моря, включая и морской район, прилегающий к побережью островов Шпицбергена. Основу её составляли межправительственные Соглашение между СССР и Королевством Норвегия от 11 апреля 1975 года о сотрудничестве в области рыболовства и Соглашение от 15 октября 1976 года о взаимных отношениях в области рыболовства (Приложения 7,8).

Сохранялись они, как и мирный характер границы между СССР и Королевством Норвегии и во времена холодной войны, а также в начале первого десятилетия XXI века между Российской Федерацией и Королевством Норвегии. Естественно, возникали в ходе такого рыболовства и непростые вопросы, связанные с практической деятельностью рыбаков разных стран, а также с толкованием тех или иных положений правил рыболовства, величин квот, доступных для вылова судами, и ряда других проблем. Все они, как правило, решались в ходе переговоров и к взаимному удовлетворению заинтересованных сторон.