Владислав Баженов Сосед

Глава 7

Мы долго обсуждали эту тему, углублялись в теории, я показывал ей переписку с Сэмом, и Саша полностью погрузилась в этот процесс. Время шло быстро, за окном начинало темнеть. Я предложил ей поужинать и отведать мое фирменное блюдо, но Саша отказалась.

— Хочу добраться до дома, пока еще светло, — сказала она.

— Давай я провожу тебя до остановки? — предложил я. На самом деле, хорошо, что Саша решила уйти домой. Я не хотел, чтобы мама увидела меня с ней; хотел избежать неудобных вопросов.

На улице было тихо, мы шли вдвоем по тротуару, легкий теплый ветер дул прямо в лицо, и вдруг Саша взяла меня за руку. Мы были словно настоящая пара влюбленных. Во мне вскипела буря эмоций, ноги стали легкими, и внутри стало очень тепло. Я знаю, что говорят про бабочек в животе — не знаю, касается ли это только девушек или мужчин тоже, но именно так я бы описал это чувство. Я крепко сжал ее руку, хотел показать, что я ведущий, хотя мог бы и сам проявить инициативу и взять ее за руку первым — но я слишком труслив.

Мы шли молча до самой остановки. Я не мог подобрать слов и боялся ляпнуть что-то лишнее.

— Вот и пришли, — с легкой улыбкой сказала Саша.

— Да, — ответил я. Я впервые был недоволен тем, что остановка находится так близко. Мы оба засмеялись.

По расписанию автобус должен был прибыть в течение пяти минут, но я все равно выглядывал его и был бы не против, если бы он задержался. Со стороны, откуда должен появиться автобус, был затяжной поворот, а вдоль дороги росли небольшие елки. Когда я высматривал автобус, заметил среди елок машину — я был почти уверен, что это машина Андрея. Она была странно припаркована.

— Саша, помнишь, я тебе рассказывал про еще одного странного типа по имени Андрей?

— Да, помню, — ответила она. — Мама мне говорила, что он куда-то пропал и не отвечает на звонки, но мне кажется, там среди елок стоит его машина.

— Он ведь работает таксистом? — спросила Саша.

— Да, — ответил я.

— Может, ждет клиента?

— Возможно, — пожал я плечами.

Автобус появился на горизонте, и мы вновь обнялись. Это было уже не в первый раз, но с каждым разом становилось все приятнее. При этом Саша аккуратно поцеловала меня в щеку и быстро запрыгнула в автобус, оставив меня на остановке одного. И это хорошо — иначе люди, ждавшие другой автобус, увидели бы, как мои щеки покраснели.

После того как я проводил Сашу, решил пройти мимо машины. Подумал, если там Андрей, спрошу у него, почему он вдруг пропал. А если это не он, то, возможно, так даже к лучшему. Как только я прошел поворот на свою улицу и направился к машине, она вдруг завелась и резко уехала в противоположную сторону. Это была машина Андрея, несомненно: на заднем стекле у него была наклейка, которую хорошо было видно издалека. Это было странно. Либо он избегает меня и маму, либо у него появился срочный заказ. Но почему он стоял тут?

С другой стороны ехал автобус, который остановился на остановке. Из него вышла мама, и я перебежал дорогу, направляясь ей навстречу.

— Привет, мам! — махнул я ей рукой.

— Славик, ты чего тут делаешь?

— Решил встретить тебя с работы, мам. Помнишь, как в детстве?

— Сынок, что-то случилось?

— Да нет, мам, все правда хорошо. Просто я сидел дома и решил подышать свежим воздухом, а заодно встретить тебя.

— Ладно, — сказала мама с подозрительным взглядом.

Мы перешли дорогу и направились к дому.

— Кстати, мам, знаешь, кого я только что видел?

— Кого?

— Андрея. Он припарковался за теми елками. Я хотел подойти к нему, но он уехал.

— Ты уверен, что это был он?

— Да, мама, это точно был он.

— Я рада, что с ним все хорошо, но если он не берет трубку и не перезванивает, то и я не буду навязываться.

Три следующих дня прошли спокойно. Я работал, с Сашей не виделся, так как она тоже была на работе допоздна, а до выходных оставалось еще два дня. Я договорился с работодателем, чтобы мои выходные совпадали с выходными Саши, и мы могли проводить их вместе.

На четвертый день все было как обычно: я вышел утром из дома и увидел Сергея. Того самого, которому Максим разбил окна. Сергей был невысокого роста — около ста шестидесяти пяти сантиметров, короткостриженый с седыми волосами по всей голове. Они были очень белыми. Ему было около сорока лет. Одет он был в черные брюки и белую рубашку. В руках держал кожаный портфель. Он осматривал соседский забор Сидоровых. Из портфеля достал рулетку, тетрадь и ручку. Начал измерять высоту забора и записывать в тетрадь.

Рома Сидоров оказался дома и, увидев это из окна, вышел на улицу. Я, понимая, что сейчас будет очередная ссора, сбавил шаг. Рома тоже был невысоким — чуть выше Сергея — но весил явно больше. При росте не больше ста семидесяти сантиметров он весил около ста килограммов. Ему было тридцать семь лет. Он выглядел очень грозно: бритая голова и черная длинная густая борода.

— Что ты опять тут выдумал, чудак? — спросил Рома.

Сергей продолжал что-то записывать в тетрадь, абсолютно игнорируя Рому.

— Ты оглох? — спрашивал он. Но Сергей даже головы не повернул в его сторону. Молчание заставило Рому вскипеть от злости, и он толкнул Сергея с такой силой, что тот вмятился в забор Ромы, оставив вмятину.

— Я сейчас вызову полицию, — сказал Сергей. — Я немедленно напишу заявление на тебя, и пусть тебя посадят.

— Звони кому хочешь, урод! — Рома ответил с яростью. — Еще раз коснешься моего забора — я тебя придушу.

После этих слов Рома зашел к себе. Сергей же действительно стал звонить в полицию, даже не встав с земли. Я решил позвонить начальнику, чтобы сегодня меня заменили на работе. Я должен был увидеть, чем все закончится. Я остановился, набрал номер и снова наврал. Честно говоря, мне было уже совсем плевать на эту работу; я хотел устроиться в тот же торговый центр, где работала Саша, и поэтому врать мне стало еще проще.

Я вернулся домой, сел перед окном в маминой комнате — это единственное окно, которое выходило на улицу, — и стал ждать дальнейших событий. Прошло минут тридцать, если не больше, прежде чем приехала полиция. Но Сергей все так же лежал на земле. Следом за полицией приехала и скорая, видимо, он тоже вызвал ее. Мне было даже смешно от увиденной скорой, ведь повреждений он явно не получил.

Полицейские стали опрашивать его, а медики после осмотра лишь развели руками, потому что на Сергее не оказалось и синяка. Полиция стала стучать в калитку Ромы, он вышел. Долго он разговаривал с полицией и жестикулировал руками, пока Сергей сидел на траве. Видимо, из-за того что врачи не зафиксировали травм, полиция провела с Ромой только беседу и не стала забирать его в отдел.

Вскоре все разъехались, а Сергей еще какое-то время кому-то звонил. Наверняка жаловался на то, что полиция не смогла ничего сделать. Выглядело это очень смешно; мне не хватало только попкорна. Думаю, все соседи были рады тому, что увидели это, и сами наверняка мечтали впечатать Сергея в забор.

После долгих и упорных звонков он все-таки ушел домой, и на улице стало тихо и спокойно. Я уже собирался отойти от окна, как заметил Максима, который шел по улице со стороны остановки.

Я быстро побежал на улицу, хотел расспросить его о случившемся и рассказать, как Сергей только что отхватил от Ромы. Из-за того что я торопился, я надел мамины розовые тапки, и наверняка со стороны это выглядело очень забавно.

— Максим! — окликнул я его. Он остановился и повернулся ко мне.

— Привет, Славик! Чего хотел? Как ты? Где ты был? — спросил он.

— Мне за этого урода дали трое суток ареста, еще штраф, и я должен оплатить новые окна этому ублюдку.

— Если тебе станет легче, — начал я, — то сегодня Рома дал ему физически отпор. Видишь ту вмятину на заборе? — я указал на место падения Сергея. — Это он отпечатался в заборе, когда Рома швырнул его.

У Максима появилась легкая улыбка:

— Жаль, меня не было, я бы ему еще добавил.

— Ладно, Славик, я пойду. Уж сильно мне хочется смыть с себя трехдневную грязь.

Мы попрощались, и я пошел домой. Я лег на диван, включил телевизор и буквально на минуту закрыл глаза, а меня уже будит мама. Я просто отрубился до самого вечера. Она пришла с работы, разбудила меня и пошла в душ. Я же пытался прийти в себя, чувствовал себя медведем после спячки: днем ну никак нельзя спать. Немного потянувшись, я ощутил чувство голода и пошел греть еду себе и маме.

Мы сели в зале, и я стал рассказывать ей про утреннюю заварушку соседей.

— Да уж, — сказала мама, — в последнее время у нас не район, а гангстерский квартал. Кстати, мне звонил Андрей сегодня. Сказал, что уехал в свой родной город — его мама заболела.

— Да? А чью же машину я видел вчера?

— Я не знаю, сынок, может, ты перепутал?

Я был уверен в том, что не мог перепутать его машину. Впрочем, мне было плевать, и я не хотел даже углубляться в его вранье.

После ужина я пошел к себе в комнату, достал телефон и лег на кровать. Я увидел, что Саша звонила мне два раза, и тут же решил перезвонить ей.

Привет, Саша! Прости, что не брал трубку — я случайно уснул.

— Славик! Я перепугалась, уже накрутила себе всякого.

— Нет-нет, все хорошо, не переживай. Как твои дела?

— Все хорошо. Я выхожу с работы и иду на автобус.

В общем, мы болтали еще очень долго. Саша уже приехала домой, покушала и лежала на кровати, продолжая разговор со мной. Мы разговаривали до самой ночи; на часах было уже около двенадцати. Я, естественно, не хотел спать, так как выспался днем, но вот Саша уже не раз зевнула, и мы попрощались.

Я пытался заставить себя уснуть, но в голове крутились разные теории. Я вспоминал сериалы и детективные фильмы, размышляя, как бы поступали те или иные герои. Вдруг я понял, что мне нужно следить за перемещением соседей, особенно ночью. Как же я не додумался до этого раньше!

У нас был чердак, а на чердаке лежал старый телескоп отца. Там было окно, из которого отлично просматривалась вся наша улица. Я мигом оказался на чердаке. Телескоп был аккуратно сложен в коробку, но линзы были слишком пыльными, чтобы в них что-то увидеть. Света на чердаке не было; точнее, лампочка висела, но, видимо, перегорела уже давно. Поэтому я подсвечивал себе телефоном.

Я постарался пробраться через весь хлам на чердаке к окну, при этом ничего не уронить и не зацепить, чтобы мама внизу не услышала. Когда я оказался у окна, я протер его ладонью; из-за толщи пыли в нем ничего не было видно. Я не стал открывать его, чтобы проверить, насколько хорошо проглядывается улица, а решил просто посмотреть сквозь него.

С окна я отчетливо видел три дома напротив; у всех уже был выключен свет, кроме дома Сергея. Точнее, это был не свет, а какое-то свечение. Поначалу мне показалось, что в доме горит несколько свечей. Я протер окно еще раз и пригляделся. Это действительно было свечение от огня, но не от свечи — там был пожар! Начинающийся пожар. Настоящий!

Я стал тут же звонить в пожарную часть. Еще каких-то пару секунд я даже не помнил номер, но под выбросом адреналина мой мозг тут же выдал нужную комбинацию. Я сам не помню, что наговорил диспетчеру и как оказался на улице.

Дом уже был в огне, когда приехали пожарные. Естественно, почти все соседи выбегали на улицу и смотрели, как пожарные занимаются делом. Мы с мамой стояли возле нашей калитки и, как и все, наблюдали. Пожарным удалось быстро потушить огонь. С виду дом был цел, и я внутри даже гордился тем, что заметил и успел среагировать. Мы были на улице уже минут десять, когда к дому приехала машина скорой помощи, а следом — полиция. Они столпились рядом с пожарной машиной; один из пожарников снял маску и показывал руками на дом. Запах костра и дым окутывали нас с мамой; чем больше дом заливали водой, тем сильнее шел дым.

Еще через пару минут из дома вышли два пожарных с носилками. Они опустили носилки перед машиной скорой помощи, и врачи стали осматривать человека. Мы с мамой посмотрели друг на друга и прекрасно понимали, что на носилках лежал Сергей, но издалека было непонятно, жив он или нет. Врачи осматривали его, но не проводили никаких реанимационных действий. Один из врачей на что-то указал полицейскому, и они открыли заднюю дверь скорой помощи и переложили Сергея внутрь машины. Один из сотрудников полиции направился к нам с мамой.

— Здравствуйте, старший сержант полиции Логинов. Вы знали своего соседа напротив?

— Да, — ответили мы с мамой.

— Он жил один?

— Да, — ответил я.

Мама переспросила:

— Жил?

И тут же за спиной полицейского скорая тронулась без спецсигналов. Это значило только то, что Сергей мертв.

— Это ведь ты вызвал пожарных? — полицейский обратился ко мне.

— Да, я хотел посмотреть в отцовский телескоп на чердаке и увидел огонь в окне дома. Сразу позвонил.

— Молодец, парень. Сейчас я напишу тебе адрес, время и кабинет. Завтра приедешь в участок для дачи показаний.

— Но это все, что я знаю, — сказал я.

— Дальше с тобой будет говорить следователь. Возможно, ты единственный свидетель убийства.